О своем литературном труде Л. СЕЙФУЛЛИНА По возвращении домой я пере­читала свое произведение «Попут­чики» уже не субъективно, а объ­ективно. Я увидела, что это мой писательский брак. Нельзя, взяв­шись за изображение явлений боль­шого масштаба, поставить в фокусе мелочь, маленькую, единичную судьбу, не характерную для всей и картины. И, наоборот, можно, взяв как основу маленькую, единичную судьбу, но типичную для нашей со­ветской действительности, более или менее удачно показать жизнь СССР. Я написала рассказ «Таня». С ним поздравил меня Горький. Рассказ долго не давался мне. Я никак не могла увидеть девочку­пионерку целиком: и внешний об­лик, и внутреннюю ее жизнь. Ча­сто бывает: долго бьешься над образом человека в литературном произведении. Не выходит даже сла­бого подобия того, каким он пред­ставляется воображению автора. Ни­как не дается, не оживает. Вдруг какая-нибудь случайная фраза в разговоре, встреча в трамвае, какое­нибудь особенное освещение на улице отзовутся внезапным толчком в сердце и осенит догадка. Мне хо­телось, я мечтала налисать о де­вочке-пионерке. Внешний облик ка­зался настолько ясным, что при­снился однажды мне во сне. Вооб­ражению были зримы жесты, по­ходка, правдивые глаза именно этой, моей девочки. Я чувствовала ее манеру говорить, ее отдельные шовинист не может хорошо воспи­тать Таню. Может быть, он не ве­рит в необходимость упорной, не­замедлительно растущей индустриа­лизации страны? Появляется за­«Не верил он в цивилиза­Он любил душой незаезжен­ные, незахоженные пространства и когда думал: «мы - Россия, рус­ские», глаза его увлажнялись и грудь распирало сознание вели­или сильней, но каждый должен найти в своем лексиконе действи­тельно необходимые, самые вырази­тельные слова. Нельзя бояться про­чины терригории российской, кото­рую не застроишь, не пройдешь. Никогда не был он эксплуататором, ни помещиком, а любил художест­венное отображение избяной, холоп­ской России...» и т. д. Весьма не­вразумительно, не умно. Взгляд и толстовского Пла­этого до круп­ной политической ошибки «ди­станция огромного размера». Нако­нец пришел на память мне просту­пок одного коммуниста-хозяйствен­ника. Отчим Тани принял послед­ствия этого проступка на себя. Долго не было у меня второй жены для Русанова. Соня то подавляла его своей партийной беспорочно­стью, то являлась в образе штам­пованной нарядной, красивой, лег­комысленной жены «ответственно­го». В своей записной книжке я до­писалась даже до такой заметки: «При взгляде на нее все представ­ляли ее себе обнаженной». Наконец появилась обыденная, но, по-моему, хорошая и милая Соня. Несколько месяцев таким образом «объезжала» я своих героев, пока стали они слу­шаться авторских поводьев. Тогда был написан рассказ «Таня». Вслед за ним, как за каждым законченным литературным трудом, наступил период жажды, тоски по новому произведению и непременное временное авторское бессилие. На­писанный рассказ еще долго по инерции держит автора в своих тисках. Начать новый можно толь­ко тогда, когда он «отболит» со­всем. Трудность словесного изложе­ния темы и сюжета произведения показаны Вл. Маяковским в статье «Как делать стихи». Лучше его не объяснишь и не покажешь. Проза, как и стихи, требует шлифовки каждой фразы. У каждого свой стиль, но любой из них требует длительной выработки. Один писа­тель хуже, другой лучше, слабей или сильней, но каждый должен найти в своем лексиконе действи­тельно необходимые, самые вырази­тельные слова. Нельзя бояться про­стоты... Нелепая расточительность образов, сравнений, определений вредна так же, как косноязычие. Иногда необходимо пересмотреть стоты... Нелепая расточительность образов, сравнений, определений вредна так же, как косноязычие. Иногда необхоцимо пересмотреть давно написанное, но еще печатае­мое произведение. Пересмотреть диа­лектически, в свете действительно­сти. Это еще труднее, чем написать новое. Формальные поправки толь­ко испортят законченный труд. На­до заставить своих героев заново жить в своем изменившем­ся восприятии, миропонимании... давно написанное, но еще печатае­мое произведение. Пересмотреть диа­лектически, в свете действительно­сти. Это еще труднее, чем написать новое. Формальные поправки толь­ко испортят законченный труд. На­до заставить своих героев заново жить в себе, в своем изменившем­ся восприятии, миропонимании... Товарищеская помощь писателю у нас в СССР очень облегчает ли­тературный труд. Я уверена, что ни один из нас не сумел бы аккли­матизироваться вне СССР. Мы при­выкли к разделенной творческой радости, к братской помощи при неудачах. Стать писателем помогла нам советская действительность. Она же неустанно поддерживает нас в дальнейшей работе. Правда, ее сложность и величие трудны для отображения. Художественная ли­тература не действенна, если она бесцветней окружающей жизни. Ос­новная задача писателя не сни­зить ее до стелени только фотогра­Товарищеская помощь писателю у нас в СССР очень облегчает ли­тературный труд. Я уверена, что ни один из нас не сумел бы аккли­матизироваться вне СССР. Мы при­выкли к разделенной творческой радости, к братской помощи при неудачах. Стать писателем помогла нам советская действительность. Она же неустанно поддерживает нас в дальнейшей работе. Правда, ее сложность и величие трудны для отображения. Художественная ли­тература не действенна, если она бесцветней окружающей жизни. Ос­новная задана писателя - не сни­зить ее до степени только фотогра­фического снимка.

Зарайский район

ЗА ЧТО КОМСОМОЛЬЦЫ КРИТИКОВАЛИ ГОРКОМ ЗАМЕТКИ С КОНФЕРЕНЦИИ Свое выступление на конферен­ции секретарь комитета ВЛКСМ кол­хоза «Новая жизнь» Иван Коробков начал с оценки положения дел в ор­ганизации. — Работа у нас запущена, сказал он и, забыв про бумажку, на которой был записан текст выступ­ления, юноша начал горячо расска­зывать о тех трудностях, с которы­ми сталкивается комитет в своей работе, о тех надеждах, которые возлагались на горком. Еще два года назад, сказал Коробков, наша организация счи­талась одной из лучших в районе, а сейчас — плохая. Почему так про­изошло? Ответ один: до ноября прошлого года в организации не бы­ло даже секретаря. За неправильный, бюрократиче­ский стиль в работе горком комсо­мола критиковали и делегаты тт. Давыдов, Савина, Астафьева, Молоканов, Павлова, Степанов и другие. Все они говорили о слабой связи работников городского коми­тета с первичными организациями. Вот что рассказала в своем вы­ступлении секретарь комитета ВЛКСМ совхоза «Зарайский» тов. Астафьева: Инструктор по зоне Маслов­ской МТС Александр Бурлаков бы­вает у нас, как мимолетное виденье. Приедет, соберет нужные справки и тут же обратно... Редко бывая в колхозах, осуще­ствляя руководство первичными ор­ганизациями по телефону, работни­ки горкома не могли, естественно, видеть и знать, как отдыхает моло­дежь, что предпринимают комсо­мольцы для организации содержа­тельного и увлекательного досуга. Как отмечалось в докладе секре­таря горкома тов. Иванина, за от­четный период в районе прочитано 200 лекций на политические и на­учно-популярные темы. Однако де­легаты внесли существенную по­правку: лекции и доклады читались только в Зарайске или близлежа­щих колхозах, Молодежь из отдален­ных сел района и в глаза не видела лекторов и докладчиков. У нас в селе за целый под елый не под было не ни одного лектора из горкома комсомола, сказал в своем вы­было ступлении ни одного Иван лектора Коробков. из горкома комсомола, сказал в своем вы­ступлении Иван Коробков. В прениях по отчетному докладу выступили 16 четовек. Конференция прошла активно, в обстановке ост­рой критики недостатков. Делегаты приняли постановление, в котором намечены меры улучшения работы районной комсомольской организа­ции. В прениях по отчетному докладу выступили 16 человек. Конференция прошла активно, в обстановке ост­рой критики недостатков. Делегаты приняли постановление, в котором намечены меры улучшения работы _ районной комсомольской организа­ции.  М. ВЕТЧИНОВ, инструктор МК ВЛКСМ. М. ВЕТЧИНОВ, инструктор МК ВЛКСМ.

 ешь «тяжелый час». Тяжелый час бывает во всякой работе. Но кусок пись: цию. первую главу. Мне стало ясно, что я хочу изобразить «нашу» девоч­ку в исключительно советских, еще не существующих в других стра­нах, новых и сложных бытовых и общественных условиях. Я уверена. что только у нас ближе родителей по крови родители по духу. Са­мая близкая родня для наших де­тей—люди, сформировавшие их ду­шу, сумевшие привить им свою лю­бовь и ненависть, свое понимание дерева, кирпича, добра и зла. кожи, В всякий СССР любят ося­детей, зательный, как высшую видимый ценность материал, жизни, над которым неза­висимо работают от уз люди, кровного быстрей, родства. ясней Еди­покажет, нение из-за духовное чего у получил­нас крепче ся брак. до­черней Незримая, или сыновней часто подсозна­привязанно­тельная сти. жизнь Подлинно искусства любимы часто только не те и подлежит родители, точному которые оформлению с правом физи­учету. ческого Линия не рождения та, цвет и воспитания лжив, звук ре­в пении бенка или сочетали в музыке право сердца на его не волнует. дове­Серое, не говорящее ни уму, ни сердцу повествование вме­сто проникновенного рассказа все это может увидеть, понять в своем творчестве работник искусст­ва. Но трудно найти, отчего так по­лучилось. Какой момент душевной работы скульптора, певца, музыкан­та, писателя разрушил весь труд? В чем именно творческий брак, ес­ли были мобилизованы мысль, во­ля, воображение все, что дает творческое преображение действи­тельности? Мучительное, прямо болезненное сознание неудачи на время лишает возможности принять­ся за другую творческую работу. И люди «ходят, разомлев от броже­ния». Расстаться с неудавшимся об­разом, разлюбить, зачеркнуть, уни­чтожить его больно. Всегда не­ожиданно приходит помощь извне. Что-нибудь или кто-нибудь озарит нашу работу со стороны своим све­том, и сразу станет ясно, как ожи­вить хилое дитя. Оживить или по­хоронить без тоски и бесплодных сожалений. В работе над Таней мне помог не «кто-нибудь», а Надежда Константиновна Крупская, не ду­мая, не зная об оказанной большой помощи несчастному автору. На сле­те пионеров она рассказала, как однажды, прощаясь, протянула пио­нерке руку, а девочка, сильно вол­нуясь, своей не дала и пояснила: «В нашей организации мы руки не подаем». Там же сообщила Надежда Константиновна и про мальчика­пионера. Он гордо рассказывал ро­дителям: «Пока мы были в лаге­ре, я целых три колхоза организо­вал». Вот он внезапный свет! В тот же вечер я заново передума­ла о своей Тане, ночью написала первую главу. Мне стало ясно, что я хочу изобразить «нашу» девоч­ку в исключительно советских, еще не существующих в других стра­нах, новых и сложных бытовых и общественных условиях. Я уверена, что только у нас ближе родителей по крови родители по духу. Са­мая близкая родня для наших де­тей—люди, сформировавшие их ду­шу, сумевшие привить им свою лю­бовь и ненависть, свое понимание добра и зла. В СССР любят детей, как высшую ценность жизни, неза­висимо от уз кровного родства. Еди­нение духовное у нас крепче до­черней или сыновней привязанно­сти. Подлинно любимы только те родители, которые с правом физи­ческого рождения и воспитания ре­бенка сочетали право на его дове­рие, на его душу. Кровное тяготе­рие, на его душу. Кровное тяготе­ние остается, но оно не всегда пол­ноценно, а нередко и безответствен­но. Поэтому я отдала Таню на вос­питание отчиму и его второй жене. В семье должны быть столкновения ние остается, но оно не всегда пол­ноценно, а нередко и безответствен­но. Поэтому я отдала Таню на вос­питание отчиму и его второй жене. В семье должны быть столкновения молодого поколения со старшими не молодого поколения со старшими не только бытового порядка. Неизбеж­ны более глубокие противоречия жизни. Так явился партийный ук­лон отчима Тани. Поиски уклона тоже были мучительны для автора. Врага не могла бы простить моя правдивая девочка. Целая запис­ная книжка исписана у меня в по­исках морального и политического проступка Русанова. Вот образцы поисков: «Он член партии с 1906 г. (не рано ли по его годам? С 1908 1909 тоже достаточно), комму­нист, неоднократно доказавший свои политические убеждения тюрьмой, побегом, ссылкой, все же шовинист, только бытового порядка. Неизбеж­ны более глубокие противоречия жизни. Так явился партийный ук­лон отчима Тани. Поиски уклона тоже были мучительны для автора. Врага не могла бы простить моя славянофил». Не родится. Тайный

Спору нет, за отчетный пе­риод немало положительного было в работе комсомольцев и молодежи Зарайского райо­на. Первичные организации в последнее время стали глуб­же и конкретнее заниматься вопросами участия молодежи в хозяйственной деятельности. Особенно хорошо потрудились юноши и девушки на весен­них полевых работах и убор­ке урожая. Комсомольцы добились успехов в соревновании за лучшее использова­ние сельскохозяйственных машин, за развитие общественного животновод­ства. Есть среди молодых тружени­ков сельского хозяйства люди заслу­женные, чьи имена известны на весь район. Это доярки Валенти­на Макарова, Александра Первезен­цева, комбайнеры Александо Кли­мин, Иван Беляев, звеньевой совхо­за «Чулки-Соколово» Николай Спи­ридонов, комбайнер Масловской МТС Николай Чикмасов. Однако в работе районной комсо­мольской организации есть и серьез­ные недостатки. Основная мысль большинства выступлений своди­лась к тому, что городской комитет ВЛКСМ неконкретно, неоперативно, часто без знания дела руководит первичными организациями. Ком­сомольские работники мало бы­вают среди молодежи, плохо за­нимаются подбором и воспитанием актива. В колхозе имени Ворошилова, на­пример, недавно избрали секретарем Александру Первезенцеву. В своем выступлении она рассказала, что сразу же столкнулась с трудностя­ми. Некоторые комсомольцы не по­сещают собраний, не платят в срок членские взносы. Молодой секретарь ожидала, что к ней приедет кто-ни­будь из работников горкома, помо­жет на первых порах. Но этого не случилось. А ведь секретарь ГК ВЛКСМ тов. Жуликов обещал Перве­зенцевой: - Не беспокойся, будем заглядывать. заглядывать.

ПЕРВОЕ ЗНАКОМ ОМСТВО Юрий Полухин бывший воен­нослужащий, ны­не студент 1-го курса Литератур­ного института имени A. М. Горького. член литературного объединения с 1955 года. 



Тысячи молодых рабочих и служащих предприятий и орга­низаций города Москвы обу­чаются в вечерних школах. НА СНИМКЕ: урок физики в 9-м классе «А» 109-й средней школы. Ведет урок преподава­тель В. В. Ключевский, Слева направо Р. Провоторова и В. Ерохина. Фото С. МИЛИНКИСА. Свыше полутора миллионов студентов

Песня

Поют колосья песнь о хлебе, Идут солдаты солнцу вслед. И нет ни облачка на небе, И на земле — колодца нет. Шагать в строю солдатам тесно, От серой пыли воздух груб. И вдруг одним дыханьем песня Сорвется с пересохших губ. Есть сила в той походной песне — Под стук подкованных сапог Она в строю с солдатом вместе Пройдет невзroды всех дорог. Кто песню из огня и стали Берет с собой во все пути, Тот знает и такие дали, Куда без песни не дойти. Память и соседка по парте моей. И _ А потом и какая здесь логика? Мне ее вспоминается дом: Синий глобус с пунктирами тропиков И Толстого распахнутый том. Светит розово лампа настольная, За окошком — двенадцатый час. Впятером мы листаем контрольные, А назавтра экзамен у нас. Все в далеком и манит. и дразнится, Да не сыщешь дороги туда... А недавно мою одноклассницу Я случайно опять увидал. Шла она по бульвару с коляскою, Как и в детстве моем — хороша, Иногда осторожно и ласково Поправляя чепец малыша. Не замеченный ею, непрошенный, Я не знал: подойти или нет? Вспоминается школьная лестница, По которой спешим на урок, А у вешалки наша ровесница, Потерявшая свой номерок. Я тогда задержался, помнится, Помогал одеваться ей. А была она милая скромница И соседка по парте моей. А потом и какая здесь логика? Мне ее вспоминается дом: Синий глобус с пунктирами тропиков И Толстого распахнутый том. Светит розово лампа настольная, За окошком — двенадцатый час. Впятером мы листаем контрольные, А назавтра экзамен у нас. Все в далеком и манит. и дразнится, Да не сыщешь дороги туда... А недавно мою одноклассницу Я случайно опять увидал. Шла она по бульвару с коляскою, Как и в детстве моем — хороша, Иногда осторожно и ласково Поправляя чепец малыша. Не замеченный ею, непрошенный, Я не знал: подойти или нет? Только сердце забилось, встревожено Только сердце забилось, встревожено  Светлой памятью школьных лет. В них — шумливо живут и не мелочно, В них не помню я горя и зла, В них жила ясноглазая девочка, Что соседкой по парте была. Светлой памятью школьных лет. В них шумливо живут и не мелочно, В них — не помню я горя и зла, В них жила ясноглазая девочка, Что соседкой по парте была. Юрий ПОЛУХИН, Юрий ПОЛУХИН,

В высших учебных заведениях страны — горячая пора зимней экзаменационной сессии. Свыше мысли и фразы легко слагались в моем авторском мозгу. Перед глазами вставали отдельные события ее дет­полутора миллионов студентов от­читывается за свою работу в пер­вом полугодии. На лучших предпри­ятиях страны проходят производ­ственную практику старшекурсни­ки. «Тише, идут экзамены!» эту надпись можно видеть сейчас на многих аудиториях в Московском ни М. В. Ломоносова, в Высшем техническом училище имени Баума­на и десятках других вузов столи­цы. Первые итоги свидетельству­ют, что большинство московских студентов хорошо подготовилось к экзаменам. Занятия по новым про­граммам, сокращение числа   лекций и увеличение количества практиче­заня одотворно Сказа­ских занятий плодотворно сказа­лись на углублении знаний студен­лись на углублении знаний студен­тов естественных факультетов. тов естественных факультетов. изведение не удается, пережива­ской жизни. Я решила написать о ней книжку для детей. Мне нужно било знание внешней, бытовой об­становки, в которой говорит, смеет­ся, работает, плачет, любит или не любит моя девочка. Я ходила к нио­нерам, они приходили ко мне. Под­робностей школьной, домашней, ла­герной жизни у меня скопилось до­статочно реальных жизненных подробностей. А девочки не было. Во мне зарождалось, крепло, окон­чательно созрело горькое сознание, что Таня — мертворожденное дитя, писательский брак. Такое сознание чрезвычайно тягостно для автора. Оно сокращает и без того скупо да­рованные нам часы творческой жизни. Когда чувствуешь, что про­изведение не удается, пережива­Окончание. Начало см. в № 7. Окончание. Начало см. в № 7.

Но прошло больше двух месяцев, а так никто и не заглянул в кол­Но прошло больше двух месяцев, а так никто и не заглянул в кол­хоз имени Ворошилова. хоз имени Ворошилова.

— Работники горкома ВЛКСМ, видимо, и не знают, где находится наш колхоз, сказал секретарь — Работники горкома ВЛКСМ, видимо, и не знают, где находится наш колхов. сказал секретарь комсомольской организации сельхоз­артели «Красный колос» тов. Смир­нов. А знать следовало бы. нас плохо обстоит дело с политиче­ской учебой, редко проводятся ком­сомольские собрания, лекций и до­кладов вообще не бывает. комсомольской организации сельхоз­артели «Красный колос» тов. Смир­нов. А знать следовало бы. y нас плохо обстоит дело с политиче­ской учебой, редко проводятся ком­сомольские собрания, лекций и до­кладов вообще не бывает. 

артисты балета ного класса, руководимого за­служенной артисткой РСФСР, лауреатом Сталинской премии С. М. Мессерер. Главные пар­тии — Щелкунчика и Маши исполняли Азарий Плисец­кий и Наташа Позднякова. Нельзя не отметить и осталь­ных участников спектакля. Вальс исполнили Вера Боча­рова, Нелли Кривовяз, Наташа Рыженко, Елена Черкасская, Анатолий Ожерельев, Влади­мир Никонов, Петр Ворпен, Владимир Ярышев. Китайский танец показал незаурядные да­рования Галины Рязановой и Георгия Комарова. Балет «Щелкунчик» постав­лен заслуженным артистом РСФСР, артисты лауреатом балета Сталинской ного класса, премии руководимого В. И. Вайноненом. за­служенной Спектакль артисткой говорит РСФСР, о хо­рошей лауреатом подготовке Сталинской учащихся, премии об С. их М. мастерстве. Мессерер. Главные В этом большая пар­тии заслуга — Щелкунчика С. М. Мессе­и Маши рер, исполняли М. А. Азарий Кожуховой, Плисец­А. В. кий Жукова, и Наташа А. Позднякова. М. Руденко, Нельзя М. Ф. Камалетдинова не отметить и и осталь­других ных педа­участников гогов хореографического спектакля. Вальс учи­исполнили лища. На Вера зимние Боча­каникулы рова, Нелли уча­Кривовяз, щиеся хореографического Наташа Рыженко, учи­Елена лища Черкасская, ездили в Ленинград. Анатолий Ожерельев, Л. КОЛОБОВА. Влади­НА СНИМКЕ: мир Никонов, сцена Петр из ба­Ворпен, лета «Щелкунчик». Владимир Ярышев. Щелкун­Китайский чик — Азарий танец показал Плисецкий. незаурядные Ма­ша — да­Наташа рования Позднякова. Галины Рязановой Фото А. ВОРОТЫНСКОГО. и Георгия Комарова. Балет «Щелкунчик» постав­лен заслуженным артистом РСФСР, лауреатом Сталинской премии В. И. Вайноненом. Спектакль говорит о хо­рошей подготовке учащихся, об их мастерстве. В этом большая заслуга С. М. Мессе­рер, М. А. Кожуховой, А. В. Жукова, А. М. Руденко, М. Ф. Камалетдинова и других педа­

Будушие Будушие В этом сезоне в Большого театра состоялись спектакли балета Чайковского «Щелкунчик». Вот уже пять В этом сезоне в Большого театра состоялись спектакли балета Чайковского «Щелкунчик». Вот уже пять лет осуществляется эта поста­лет осуществляется эта поста­новка силами учащихся хорео­графического училища. новка силами учащихся хорео­графического училища. высту­высту­выпуск­выпуск­B «Щелкунчике» пили учащиеся B «Щелкунчике» пили учащиеся

По заветам Ленина По заветам Ленина К 35-ЛЕТИЮ СО ДНЯ ВЫСТУПЛЕНИЯ В. И. ЛЕНИНА НА СОБРАНИИ КРЕСТЬЯН СЕЛА ГОРКИ Подмосковное село Горки Ленин­ские. Здесь все связано с памятью великого Ленина. Сюда Владимир Ильич часто приезжал. Старожилы помнят встречи с Владимиром Ильичем, помнят ту далекую зиму, когда по просьбе крестьян В. И. Ленин приехал к ним на собрание. Это было 9 января 1921 года. В доме Шульгиных собралось пол­ным-полно народу. Владимир Ильич обстоятельно рассказал собравшим­ся о международном положении мо­лодой Советский республики. Боль­шое внимание уделил он социали­стической перестройке деревни. К 35-ЛЕТИЮ СО ДНЯ ВЫСТУПЛЕНИЯ В. И. ЛЕНИНА НА СОБРАНИИ КРЕСТЬЯН СЕЛА ГОРКИ Подмосковное село Горки Ленин­...По-праздничному выглядели Горки 9 января 1956 года. На митинг, посвященный 35-летию со дня выступления В. И. Ленина на собрании крестьян села Горки, со­брались колхозники. Все направляются к дому Шуль­тиных, на стене которого мра­морная мемориальная доска с надписью: «В. И. Ленин выступал в этом доме 9 января 1921 года на собрании крестьян дер. Горки». два часа дня. На площади у до­ма Шульгиных собралось несколько сот человек. На трибуну подни­маются руководители колхоза и рай­онных организаций, старожилы села. Митинг открыл секретарь Ленин­ского РК КПСС тов. А. П. Мелихов. Он говорил о том, как Коммунисти­ческая партия и Советское прави­тельство претворяют в жизнь заве­ты Ленина. Выступает один из участников собрания крестьян села Горки в 1921 поду М. В. Шульгин, ныне бухгалтер колхоза имени Владими­ра Ильича. Если бы был жив Ильич, говорит тов. Шульгин, как бы он порадовался тем переменам, ко­торые произошли в нашей деревне. Годы Советской власти преобразили Горки. На митинге выступили также зоотехник колхоза имени Владими­ра Ильича К. И. Бышев и предсе­датель этого же колхоза Герой Со­циалистического Труда И. А. Буя­нов.

Чтобы этого не случилось, нам нужна большая моральная и поли­тическая подготовка для каждого нового произведения.

Я советский писатель. В меру сил стараюсь оправдать свое зва­ние. Хочется оправдать его, крепко утвердить, стать писателем с боль­шой буквы.

мес­ко­де­И все же это был отдых. Настоя­щая работа началась потом, когда Ро­берт Меркулов понал на сбор силь­нейших конькобежцев «Спартака» в Батуми. ХАРАКТЕР КОНЬКОБЕЖЦА Спорт Когда Роберт понуро отвернулся и, не глядя на Ивана Яковлевича, по­шел к дверям, сильные руки ласково обняли его за плечи: Эх ты! Ну неужели ты не пони­С такой пятисоткой? про­молвил растерявшийся ученик. — Ну, а что ж такого? Вот я для тебя составил график. Побежишь 5000 Правду гласит народная мудрость: «Терпенье и труд все перетрут». Вот они, плоды терпеливого труда Ро­берта Меркулова: на международной встрече конькобежцев он заиял об­по конькобежному спорту занимает по суиме четырех дистанций общее второе место, проиграв лишь чемпио­ну мира Борису Иилкову. Правда, этой своей победой Роберт не гор­Роберт тренируется в общей груп­дится и рассказывать о ней не лю­бит, так как считает ее случайной. Чувство неудовлетворенности, не­довольства собой и требовательности к себе это то, что воспитывает в своих учениках заслуженный мастер спорта Иван Яковлевич Аниканов. А вскоре­на крупнейшем ста­дионе Норвегии «Бишлет» в то­сильнейших конькобежцев СССР и Норвегии Ро­берт Меркулов занял первое место. Юноша, два года назад выступав­ший на состязаниях с норвежцами вне конкурса в составе второй команды, одержал теперь победу над такими блестящими скороходами Норвегии, как троекратный чемпион мира Ялмар Андерсен, как победи­тель бега на 5000 метров на первен­стве мира 1955 года Юханнессен, и оставил позади себя по сумме очков своих друзей членов советской команды. Недавно Роберт добился нового успеха. На состязаниях сильней­ших конькобежцев страны он вы­шел на второе место в сумме мно­гоборья. Ему доверено защищать спортивную честь Родины на олим­пийских играх в Италии. Впереди у 24-летнего спортсмена Роберта Меркулова возможна и го­речь поражений, и большая, светлая радость побед. Но несомненно одно: его не сломит случайная неудача не испортит слава победителя. Та­кой уж стал у него «закаленный ха­рактер».  маешь, что хочу я из тебя человека щее шестое место, дающее право вы­ступать в сборной команде СССР на первенстве мира. ...Занесенные только что выпав­шим снегом московские улицы и пе­реулки тихи, безмолвны — ночь, столица спит. А в это время в япон­ском городе Сапперо на катке «Ма­руяма ринг», окруженном туманными сопками, людно и шумно: сейчас здесь начнется розыгрыш первенст­ва мира по скоростному бегу на коньках. Скоро будет дан старт первой па­а пока Роберт в который уж раз поправляет свой свитер, заботливо оглядывает ботинки, словом, зани­мается тем, что совершенно не нуж­но, но что помогает отвлечься, не ду­мать о главном—как пройдет сего­дняшний день. Он смотрит на своих товарищей: тоже ведь волнуются, но виду не показывают. И вдруг с теплой улыбкой вспоминает Роберт, как в дороге, когда летели в самоле­те, узнал он о присвоении ему зва­ния мастера спорта и как всей коман­деревни Мимо дой праздновали это и еще одно со­ненко, «Хорошо, когда рядом свои, друзья», с чувством облегчения думает Роберт. Снова лето. Опять в перелесках Декитари, подальше от любопытных глаз отдыхающих, носит белоголо­вый юноша на своей спине (точ­нее, пояснице) 20-килограммовый «блин», а затем пять семь минут подряд перепрыгивает через канав­ку, одной ее стороны на другую и обратно... Снова пора тренировок летних, потом осенних, потом зимних. Так проходит год. А уже в январе 1955-го Роберт Меркулов в соревно­ваниях на личное первенство СССР метров по этому графику. Не сомневайся, все будет в порядке, я в тебя верю. И такая была сила в этих словах: «Я в тебя верю», что поверил в се­бя и Роберт. Вспомнились ему дни упорной, кропотливой работы—ведь не могли они пройти даром! Что ж, на­за­как Иван скажет Яковлевич, дано характер:

E. КАБАЛКИНА  

Лесная рощица в курортном течке Дзинтари на Рижском взморье. Яркие солнечные лучи пронизывают листья деревьев, легкий ветерок лышет их, и кажется, что каждое ревце тянется вверх, к солнцу, при­ветливо помахивая ему своими пуши­стыми ветвями... Но вот прозрачная тишина ясного утра нарушается чьим-то негромким посвистыванием. Коренастый юноша лет двадцати двух с добела выгоревшими волоса­ми подходит к высокому и ровному, словно отполированному, пенечку и кладет на него поблескивающий на солнце 20-килограммовый «блин» орудие тяжелоатлетов-штангистов. Затем он нагибается, пристраивает «блин» на пояснице и, поддерживая его руками, движется в полуприседе. Проходит минута, другая, третья, уже капельки пота мелким бисером заблестели на лбу и покрасневшей от натуги шее, но попрежнему со­средоточенно и размеренно шагает юноша, не глядя по сторонам. Под тяжестью человека приминается, так и не в силах подняться, изум­рудная зелень густой травы. ...Было это летом 1953 года. Ма­ло кому известный тогда конькобе­жец, перворазрядник Роберт Мерку­лов тренировался по плану, состав­ленному его учителем — заслужен­ным мастером спорта Иваном Яков­левичем Аникановым. Тренировался  регулярно по полтора два часа. А план был жесткий, такой, что иногда Роберту думалось: не луч­ше ли бросить все и «жить, как лю­ди», бездумно, беззаботно, не напря­гаясь? Ведь приехал-то все-таки от­дыхать. Но минутная слабость прохо­дила, и с еще большим рвением мо­лодой спортсмен бегал, делал подено­кн. «выжимая себя» на одной но­ге, ходил «гусиным шагом»...

пе скороходов. Иван Яковлевич под-+сделать, потому и ругаю? А ты обя­зан сидеть, слушать и выводы де­лать. нет, раски­Но раскисать зывает его к себе и говорит: — Смотри, Рома, внимательно и

сать ты не должен, просто не имеешь права. сам разберись, в чем ты отстаешь Так росла дружба учителя с его  учеником. Теперь, кроме регулярных за­нятий вместе со всеми, Роберт ежедневно, каждое утро и каж­дый вечер, приходит к Ивану Яков­левичу и под его наблюдением имитирует бег на коньках, отрабаты­вает ритм движения. от товарищей, чего тебе недостает, А потом вместе подумаем, что делать будем. Опытный тренер и тонкий психо­лог, Иван Яковлевич не тольно зани­мался со своим молодым учеником, одновременно он воспитывал его волевые качества, переделывал ха­рактер. Однажды во время «активного от­дыха» конькобежцев произошел та­кой случай. Ну, понграем, что ли, в баскет, говорит Роберт, заносчиво по­глядывая на товарищей. Соби­райте любую команду, мы с Валей Приставкиным всех обставим. Знаю ведь я, что вы играть не умеете! но Иван Яковлевич молча, вниматель­но смотрит на юношу. Потом подби­рает себе четырех ребят, таких же, как и он, не сильных баскетболис­тов, но волевых и напористых спортс­менов. Идет ожесточенный бой, в ко­торм выигрывает менее умелая, но более сильная духом команда Аника­нова. А вечером наедине «поговорили по душам». И, как дважды два че­тыре, стало ясно, что Рома хвастун, что у него не хватает еще воли к победе, что тот, кто задается, никог­да не станет настоящим спортсменом.

Проходит немного времени, и на­до закалять свой ступает важный день в жизни моло­спортсмена: впервые Роберт Меркулов принимает участие в меж­конькобежцев, дународной встрече правда, выступая вне конкурса. В тот декабрьский день 1953 года тысячи зрителей пришли на малый стадион «Динамо», чтобы посмотреть большое конькное многоборье — встречу сильнейших скороходов Советского Союза и Норвегии. только самые заядлые любители

дание — выполни его во что бы то ни стало. Когда на старт вышел стройный широкоплечий паренек и голос дик­тора назвал зрителям его фамилию Меркулов, Иван Яковлевич почув­ствовал то волнение, какое охваты­вает командира перед решающей По вот легко и свободно конькобе­схваткой.

И конькобежного спорта с интере­сом присматриваются к тем, чьи име­на еще не известны широкой публи­ке, спортсменам, выступающим Иван Яковлевич сжал в руке домер. Круг — 40 секунд, 41. — В порядке, Рома, к вне конкурса. укладываешь,- ся! - кричит Аникановской волости, него. Теперь Роберт спокоен: значит. укладывается в график и намечен­ное время — 8 минут 32 секунды — будет выдержано. Так Роберт Меркулов прошел ди­станцию 5000 метров за 8 минут 32 секунды пятое время среди всех участвующих, следующее после Оле­га Гончаренко.

Первую дистанцию — 500 метров неудач­и совсем было пал духом. Но подошел Иван Яковлевич и ска­зал решительным тоном: На этих соревнованиях ты дол­жен выполнить норму мастера спор­та.



«Московский комсомолец» 11 января 1956 г. 3 стр.