вбирал в себя их правила

жизни, их унлад, обряды,
привычки, их мертвящую
	идеологию «жития для госпо*
	да бога».

А в школе была другая
жизнь. На уроках физики,
химии, естествознания, HCTO­рии, литературы он слышал
другое. Родители запретили
эму быть пионером. Но он
видел вокруг.себя иной мир,
нё тот, в который заталкива­ли его отец и мать, а тот,
что создавался руками про­стых людей, средствами тру­да и науки. И к этому миру
он должен был уже с самого
детства приспосабливаться,
потому что даже сам старый
Нобков знает, что одной на­деждой на бога не прожи­вешь.
Родители вольно или не­вольно сделали свое дело,
Они выпустили в жизнь раз­двоенного человека, сами и
первыми слепили из него ха­мелеона, сами и первыми за­крыли перед ним дверь в его
личное счастье завтра,
	О ШКОЛА! Что сделала

школа, чтобы дверь эта
осталась все же открытой
перед Женей Бобковым? Его
только учили, его начиняли
лишь знаниями,’ не трево­жась, а что с ними он сдела­ет, во вред или в пользу со“
циалистическому обществу
он ‘эти знания понесет. Шко­ла могла и обязана была это
сделать — вырвать Женю
из цепких обрядов семьи,
дать ему силы для жизни
большой, вдохновенной, до­стойной молодого человека
Советской страны.
	Как часто внешнее «благо»
получие», которым столь от
личался Женя Бобков, ока+
зывается коварным, обманчи­вым. H какой прозорли:
востью, какой чуткой способ­ностью, наконец, какой боль­шой. еилой идейной убежден­ности должен обладать насто­ящий педагог-воспитатель,
чтобы вовремя приподнять
ширму этого «благополучия»
и увидеть человека во всех
его бедах, сомнениях, проти­воречиях.
	Ho, может быть, из THI­сячи учеников  Кучинской
школы Женя Бобков  един­ственный такой зэкземп+
ляр>?

К сожалению, не единст*
венный. Уверены ли школь­‘ные воспитатели, что их уче:
ник Широков не уйдет по той
же запутанной тропке, что и
Женя Бобков? . Почему так
спокойно, даже иногда с
улыбкой кое-кто из педагогов
говорит, что некоторые учени­ки 9-го ‘класса «Б»,’ прожи:
вающие в поселке Фенино,
«любопытства ради» посёша­ют местную церковь? Разве
школа не в силах  противо­поставить пышной церков:
	ной мишуре еще более любо­пытное; по-настоящему яркое,
живое, прекрасное? Совет­ский педагог призван быть
воинствующим атеистом,
вдохновенным, чутким, убеж:
дающим; А для этого только
личного неверия, разумеется,
мало. Зе ,

Как pcnkoe oTMHparoliee,
старое, служители религии
целко хватаются за крепкое,
молодое. Церковники упорно,
настойчиво борются за каждо­го чёловева. Чтобы  прибли­зить его к себе, они не отка­жут в помощи, одарят его.
Они больше всего действуют
там, где случаются матери:
альные затруднения, где в
семье разлад, где родители
слепо и безропотно следуют
старым обычаям. Ведь, по су­ти дела, отец и мать Евгения
Бобкова совершили преступ­ление перед собственным сы:
ном, заставив его своим вос­питанием двурушничать, при:
спосабливаться. Школа не су­мела это преступление вовре.
мя приостановить.
	ЖЕНЕЙ БОБКОВЬГМ слу:
чилась беда. Он и сам
виноват; что судьба его так
трагична. Может быть, он и
найдет в себе силы кру­то повернуть ее, но сейчас
она ведет его в потемки про­шлого. А нам, советским лю­дям, это вовсе не безразлич­HO.
ли
Евгений Бобков знал, что
мы собирались написать эту
статью.

— Прошу вас, — сказал
он, — напишите обо всем
объективно.

Мы это сделали.
		Р. БАРПЕЛЬ,
Ю. НЕКРАСОВ.
		МУ. еще нет двадцати. Он
выше среднего роста. На
щеках ^^ яблочный румянец,
верхнюю губу припудрил за­дорный пушок. Но как стар­чески, в “какой  безысходной
покорности согбены его пле­чи, как безнадежно, словно
придавленная ярмом, опуще­на его голова‘.
Мы беседуем © ним, с Ев­RAC ЦАШЕНЬ,
	Егорьевского lk Бавом, а
тов. Золотарева недавно бы­ла здесь. Однако выводов
из этой поездки она He
слелала. Не успев появиться в
	Егорьевский ГК ВЛКСМ плохо организует борьбу
за выполнение принятых обязательств
		ращиванием кукурузы здесь
было крайне плохо. На cobpa­нии комебмольцы седа Двойня
брали обязательства, произно­сили речи, обещали хорошо
работать. А когда пришло Bpe­мя собирать урожай, убирать­то, собственно говоря, было
нечего: все посевы заросли
сорняками.
	Это произошло потому, чтэ
комсомольская организация и
горком комсомола формально
подошли K комплектованию

звеньев. Создали звено, на­значили его руководителя, за­писали в блокнот обязатель­ства и на этом успокоились. А
как дальше организована ра­бота звена, это уже никого не
интересовало,
	То же самое получается и
теперь. В артели создано че­тыре ° комвомольско-молодеж­ных кукурузоводческих отря­да. Но что они собой пред­ставляют? Три еще не. укомп­лектованы, в четвертом же
звене—Тони Есенофонтовой —
числится несколько человек:
директор магазина, продавец,
колхозный электромонтер, за-=
ведующий клубом и библиоте­карь. Вак они будут работать,
неясно. В колхозе до сих пор
не организовано изучение аг­ротехники выращивания куку­рузы.
	Из общей площади в
гектаров, на которой молодежь
собирается выращивать куку­рузу, удобрения завезены
лишь на участок в 2 гектара,
Иными словами, уже сейчас
выполнение обязательств под
угрозой.
	Несколько слов 0 самых
обязательствах. В среднем
каждое звено этой артели взя­лось вырастить по 460 цент­неров кукурузы и початков с
гектара. Между тем, по дан­ным Егорьевского горкома
ВЛКСМ, see кукурузоводы
района борются за урожай не
менее 500 центнеров кукуру­зы и 60 центнеров початков
с гектара.
	Вот и получается: в горко­ме значатся одни цифры, а у
комсомольцев — другие. К
сожалению, эти Факты не еди­ничны. Это стало возможным
потому, что вожаки молодежи
Егорьевска оторвались от
жизни первичных организа­ций, плохо разъясняют юно­шам и девушкам задачи, по­ставленные перед колхозами и
совхозами района. Работники
горкома, в первую очередь
секретарь Валентина  Золота­рева, инструкторы Людмила
Сочнева, Лидия Кириллова, не
вникают в работу первичных
организаций, не оказывают им
конкретной помощи.
	Недавно Валентина 90-
лотарева, побывав в ар­тели «Заветы Ленина»,
убедилась, aro jena У
	комсомольцев с подготовкой к
севу кукурузы идут плохо. Но
тов. Золотарева не удосужи­лась ‘собрать активистов, не
разобралась в причинах недо­статков. Секретарь горкома
ВЛАСМ уехала, даже не пого­ворив е комсомольским вожа­ком артели.

Или взять артель «Память
Ильича». Здесь создана жи­вотноволческая KOMCOMONBCKO­молодежная бригада Александ­борющаяся за
ва ^ коммуни­а. Девчата
	ра Монахова, 60
звание коллектива
стического труда.
		Един в двух лицах»: сту­дент Е; Бобков на экзамене
излагает учение, опровергаю­щее религию, и стихарный
Е. Бобков = прислуживает
богу,
	я
		эр VV, ЗЫ, ЗИ ть к
i BAKCM, 5 a] rennem Бобковым, много раз,
влавно Obt­MW wacn, uncon пгодаличной 08:
	много часов в различной о0-
становка.. Разговор,’ начатый
	в кабинете заместителя дека­на юридического” факультета.
	колхозе и вручить переходя­МГУ, продолжен в редакции,

ЕЯ. О -- ай
	затем на собрании группы и,
наконец, снова в редакции.
Меняются обстановка, люди,
меняются темы, но беседы до
утомительности походят одна
	на другую.
Так же с расстановкой, об­стоятельно и в то же время
не договаривая чего-то суще­ственного, может быть, глав­ного, отвечает Евгений на
наши вопросы. Вы можете
смотреть в его черные глаза
пять, десять, двадцать минут
— они неё отвернутся. Стран­но лишь — смотрят они ку­да-то дальше, через, вас, ми:
MO...

Временами он волнуется.
Тогда мягкий его голос сры­вается и длинные руки тянут‘
ся к стакану с водой. Когда
ще накал правды бсобенно
арок, он резко вскакивает и,
кажется, вот-вот уйдет, хлой­нет дверью. Но не уходит, Он
снова садится, а голова его
опять сникаеёт в яремном `пок:
лоне, :

Вопросов много. Но все они
объединяются в один боль­шой, главный вопрос: как это
случилось? Почему в его
портфеле рядом лежат про­изведения Маркса о матери­альности мира и о законо­мерностях его развития и...
книги по богословию? . Как
случилось, что этот двадцати­летний парень, готовящийся
стать советским юристом, па­рень, перед которым лежат
большие . дороги в завтра,
уводит себя в прошлое, став
служителем церкви?

Да, Евгений Бобков и сту­дент 3-го курса. МГУ, и в то
же время стихарный в старо­обрядческой церкви. В один
и тот же день он, успевал
сдать зачет по основам марк:
сизма-ленинизма и  шество­вать, вознеся крест перед со­бой, в церковном одеянии в
ряду служителей церкви.

ТО же он, Евгений Боб­ков? Студент советского
вуза, призванный созидать,
или, как учит церковь,
«лишь тварь божья, червь,
раб божий»?.

Пытаемся выяснить это у
него самого. Узрев в нашем
вопросе, как.он говорит, «ка­верзу», Евгений вдруг начи­нает взывать о свободе со­вести, о том, что’ в нашей
стране каждому ее гражда­нину независимо от того, ве­рующий он или неверующий,
предоставлены равные кон­ституционные права, в том
числе и право на  образова­ние.

Это, разумеется, так, и здесь
никто не собирается спорить с
Бобковым. Нас волнует, нам
непонятно другое: как в од:
ном уме, в одном сознании
может совместиться несовмес­тимое — полярно противопс­ложные идеологии?

Вот ответы Бобкова:
	— в бога я верую, а
марксизм излагаю.

— Христианекое учение то­же проповедует KOMMY­низм(:?) в его идеале — спра­ведливость и равенство всех
людей перед богом.

Он умен, Евгений Бобков,
он широко и всесторонне раз­вит, память У него ясная. Он
может наизусть прочитать
главы из библии и с не мень­шим успехом цитировать Эн­гельса, беспощадно опровер­гающего мистическое пред­ставление о жизни. Он знает,
что наука, в противополож
ность религиозному восприя­тию действительности, исклю­чает существование, каких бы
то ни было таинственных,
сверхъестественных сил.
	Но если отбросить фило­софскую сторону бобковских
противоречий и взглянуть на
него как на человека ре­альных дел и поступков, вы­яснится, что вся эта «фило­софкя» имеет совершенно
земное, материальное объяс­нение.

Рот он говорит о_справед­ливости и равенстве ‘всех лю­дей перед богом. Но справед­ливость в понятии Бобкова—
это прежде всего полное
удовлетворение его собствен­оатем Fe

_ щий вымпел одной из колхоз­}  
наконец,

аа Ш amantr чала, ба. ча 2

 

 
	ниц, секретарь горкома тут же
скрылась, так и не поинтере­совавшись, чем живет  моло­дежь колхоза «Память Ильи­ча».

Сейчас самая горячая пора
на селе. Но плохо встречают
	весну ‚молодые кукурузоводы $
	Егорьевского района. На свои
плантации они вывезли В
среднем немногим больше двух
тонн удобрений на каждый
гектар. В ряде колхозов
звенья вообще существуют
в воображении или, в лучшем
	случае, на бумаге у работни­}
	ков горкома: Когда мы знако­мились е работой по подготив­ке к севу, в списках значи­лось 59 отрядов; а фактически
их меньше половины.
	Как же Ггорьевскии горком {
	комсомола думает организо­вать борьбу за выполнение
принятых обязательств?

От работников горкома мо­лодежь ждет не формального,
казенного отношения к делу,
не руководства «вообще», а
конкретной и оперативной, по­вседневной помощи. Только в
этом случае комсомольцы: емо­гут выполнить взятые обяза­тельства, добиться ° резкого
подъема общественного живот­HOBOACTBa.
Ю ИГНАТОВ.
	Борьба
за минуты
	Приближается 1‘ Мая. Уж
так повелось, что этот про­летарский праздник коллек­тив завода «Серп и молот»
ежегодно встречает трудовы­ми успехами.

Выполнить план ‘четырех
месяцев по выпуску валовой
продукции на пять дней рань
ше срока и выдать сверх пла­на тысячи тонн стали и гото­вого проката — таково пред­майское обязательство 8 CTO­личных металлургов. Сейчас
каждый ‚цех, каждая бригада
стараются внести в эти тыся­чи-тонн свою лепту.

Мартеновский цех № 1.
Здесь на печи № 3 трудится
известная на предприятии
бригада сталевара Андрея
Болкунова. Эту бригаду ©
полным правом можно Ha­звать «скоростной». Не про­шло и пяти дней апреля, а
на ее счету уже 20 тонн _ме­талла сверх плана. Как пра­вило, она выдает только ско­ростные плавки.

6 апреля бригада Болкуно­ва снова на  предмайской
вахте, Внешне кажется, что
здесь ничего особенного не
проиеходит. Лица сталеваров
Алексея Антипова, Николая
Силачева и Андрея Болкуно­ва спокойны. Но на деле
идет напряженная борьба’ за
каждую минуту. Своевремен­ная загрузка мартеновской
‚печи шихтой — это выигран­ная минута, правильное ре­гулирование режима плавки
— еще несколько выигран­ных минут.

Наконец Алексей Антипов,
вытирая с лица обильно
струящийся пот, счастливо
улыбается:

‚ — Вот сейчае вы увидите
наш предмайский подарок.

И он пробивает в задней
стенке печи отверстие...

Огненное, ослепляющее
пламя вырывается из печи,
и расплавленный металл,
словно бушующий водопад,
обрушивается вниз, в гигант­ский ковш. Золотистые искры
разлетаются далеко в сторо­ны...

Сталевары выдали плавку
на 20 минут раньше графика.
	К двадцати апрельским тон­нам металла сверх плана
прибавилось еще четыре тон­ны.

Борьба за минуты продол:
эжаетея.
	ЗА МОСКОВСКИЙ
МИЛЛИАРД!
	Eu спросить Тоню Пушка­реву, есть ли у них на
фабрике комсомольская «ко­пилка», Тоня утвердительно
кивнет головой: «Да, конечно».
Она даже может провести по
цехам и подробно рассказать,
как. на чем можно экономить
комсомольцам обувной фабри­ки «Заря свободы». Но вот как
комсомольцы борются за эко­номию, сколько ROHRPCTHO
экономит каждая бригада, —
этого — секретарь — комитета
	ВЛЬСМ фабрики сегодня He
скажет» она не знает сама.
	— Видите ли, в чем дело,
— Тоня смущенно протирает
очки, — к 40-летию комео­мола, мы подечитывали, 934
тысячи рублей было в’ «к­пилкё», А теперь мы малость
подзапустили это дело, но учет
‘ведется в самих бригадах.
	Для примера Тоня ссыдает­ся на бригаду Нины  Про­‘кофьевой из закройно-штам­повочного цеха. В этом цехе,
казалось бы, считать надо не­Ча районном слете животно­волов, проходившем в ноябре,
молодежь Егорьевского райо­на взяла большие обязатель­ства на 1959 год по произ­водству мяса, ° Было решено
получить от каждой свиномат­ки по 20 поросят, принять
активное учаеТие в выращи­вании телят. и водоплаваю­щёй птицы, резко поднять
продуктивность общественного
скота.

_— Шоги товорить, ‘задачи хо­рошие, большие, ‘*

Ну, а каковы дела? Не’ идут
ли они вразрез е принятыми
обязательствами?

Здесь следует сказать, что
нехватка. кадров B животно­водствё — одна из основных
проблем, которая волнует мно­гие хозяйства района.

Так; в артели имёни Киро­ва насчитывается около 30
комсомольцев. Но лишь не­многие из них работают не­посредственно в колхозном
производстве,

Когда утверждался план на
11959 год, правление  расечи­тывало на, помощь комсомоль­цев; Сельхозартель в этом го­ду строит свою птицеферму на
3000 голов, ‘резко’ увеличит­ся и поголовье ‘свиней. Госу­дарству будет сдано 93 тон­ны мяса.

Планы немалые, Здесь-то и
должны сказать свое слово
комсомольцы.

Но увы... Планы есть, а те,
кому их претворять в жизнь,
ведут беспечную жизнь.

== Мы не для того конча­ли 10 класбов, чтобы месить
трязь на  скотном дворе, —
заявляют Рая Миронова, Таня
Савельева, Мария Потапова.—
И вообще в колхозе работать
не хотим...

Е сожалению, в своих суж­дениях они ве одиноки. Де­сятки выпускников школ. си­AT дома на «мамкиных ле­пешках». До сих пор эти юно­ши и девушки не привлечены
к общественно полезному тру­ду. ‘

В артели имени Кирова
плохо поставлена воспитатель­ная работа среди молодежи.
Комсомольцы забыли  дажь,
когда у них было последнее
собрание. 0б этих непорядках
знают B Егорьевском ГЕ
ВЛКСМ. Знают, но мер ника­ких не принимают.

Горкому ВЛКСМ давно пора
обратить самое серьезное вни­мание на ‘запущенность вос­питательной работы среди мо­лодежи. Нельзя терпеть такое
пренебрежительное, — барское
отношение к труду отдельных
юношей и девушек.

На территории сельскохозяй­ственной артели имени Кирова
находится Клеменовский дет­ский дом. Воспитанники про­явили замечательную инициа­тиву. В прошлом году на уча­стке в 3 гектара они выраети­ли для колхоза по 1000 цент­неров кукурузы и ночалков. В
этом году они будут выращи­вать кукурузу уже на 5 гекта­рах. Но их примеру молодые
колхозники не следуют.

Кстати сказаль, о рекорд­ном урожае кукурузы, собран­ном детдомовцами, не знают и
в других колхозах. Краем уха
о нём слышали в горкоме, но
подробно изучить, как доби­лись этого ребята, и дове­сти их опыт до всех кукурузо­водов района в горкоме пе
торопятся. А следовало бы по­торопиться. Ведь прошлогод­ние урожаи «зеленой  чудес­ницы» в ‘районе были весьма
НИЗКИМИ. :

0 кукурузе, как о ценной
кормовой культуре, в горкоме
говорят. много, но делают мало.

Вот. колхоз. «Заветы Ильи­ча». В минувшем году © вы­ных нужд. Иными словами,
он требует к себе справедли­вого отношения от всех, с
кем бы он ни встречался,
меньше всего заботясь о том,
что и сам он должен быть Е
такой же степени справед:
лив. Вот один лишь пример.
Когда его товарищам m0 Kyp­су вдруг стало известно, что
Бобков — служитель церкви,
они, естественно, были немё­ло удивлены.
	— Ну, хорошо, — говорили
гму, — пусть будет так, пусть
ты верующий и даже не про­сто верующий, но и прислу­живаешь еще в церкви. Но
честно ли было и справедливо,
	что ты, обманывая нас, под­лаживаясь к нам, ни слова
никому не говоря о своем
	убеждении, Выдавал себя за
единомышленника с нами?
Мы не вправе оскорблять
твои чувства, но почему же
ты оскорбил наши? Почему
ты, ‘оказывается, только из­лагаешь марксизм, а нас за­ставлял верить, что этому
учению ты и следуешь? Разве
это справедливое отношение
к тем, кто перед тобой всегда
был искренен?

Бобков молчит. Он напря­женно думает, ищет подходя­щий ответ, но найти его не
может.

— Я не обязан был рас­крывать свою душу, — гово­рит он. — Ни в одной анке­те нет вопроса о вероиспове­дании.

— Хорошо, — отвечают
ему, — таких вопросов в ан­кетах действительно нет. Но
ведь это’ же лицемерие —
«излагать» учение . Маркса
и в то же время петь на кли:
росе во’ славу  всевьшшнего!
	Как же может быть человек
справедливым, если он лице-.
	мерен? .

Трудно Бобкову ответить
на такие вопросы. Он мнется,
говорит что-то несвязное,
гневается, срывается с места,
готовый бежать.

Фактов так много, что они
бьют. Бобкова, точно шрап­нелью. Разумеется, в действи­ях Бобкова не найдешь ниче­го «сверхкриминального»,
«ужасающего», но зато В Но:
ступках его много такого, что
позволило некоторым студен:
там юрфака наградить Евге:
ния обидным эпитетом «мел:
кий пакостник». Вот создает­ся комсомольская группа’ по
обслуживанию УГ Всемирно­го фестиваля. Бобков не х0-
тел быть в комсомоле, но в
	группу пошел добровольцем.
	Зачем? Нет, не для того, что­бы работать 8B ней, а чтобы
воспользоваться..: правом
бесплатного проезда на. го:
родском транспорте. Получив
это право, Бобков «позабыл»
о фестивале. Казалось бы,
мелочь — ‚ бесплатный про:
езд, но Бобков поспешил вос­пользоваться и этой выгодой,
не отдав взамен ни единой
минуты свободного времени
для дела, на которое вызвал­ся.

Вообще сс честностью у
Бобкова, ‘мягко ‹ выражаясь,
неблагополучно. При случае
он не прочь воспользоваться
шпаргалкой. ‘Могут возра­зить, что шпаргалками, к со­жалению, пользуется не один
Бобков. Верно. Но в какие
рамки «справедливости», «че.
ловеколюбия» можно уложить
тот поступок. свидетелем ко­торому была вся 305-я груп­па?

ОЕ семинар по. по­литэкономии вел слепой
преподаватель, иивалид Оте­чественной войны. Никто не
вызывал Бобкова, он сам по­ний Бобков молился отнючь
He бесплатно: ‘он сам при:
знается, что «по большим пра­здникам» получал определен­ную мзду, Еели служение в
церкви, как объясняет Боб­ков, было его зобщественной
деятельностью», то почему
он поставил себя перед 60-
гом, в которого он верует, в
	неравное положение относи­тельно самих верующих?
Ведь, как известно, паства
	жертвует церкви свои денене
ные приношевия, а Бобков
	получал их из сумм пожерт­вований. Какое же это равен­ство перед богом и какая же
тут справедливость?
	И точно . так we, Kak B
портфеле Бобкова мирно
уживаются «Часослов» и
«Манифест Коммунистиче­ской партии», в кармане его
удобно примащиваются  ря­дышком деньги, полученные
им за восхваление бога, и
деньги, причитающиеся ему
на ‚факультете, где бога не
жалуют. Воистину, как гово­рили еще древние римляне,
ДЕНЬГИ нё пахнут!

ОБКОВ много знает. Он
знает, что в тёчёние
	всей истории классового об­щества религия была духов­ным оружием господства не­вежества и эксплуатации. Все
это он вынес из советской
школы, читая советские кни­ги, учась по. советским учеб­никам, слушая объяснения
советских учителей.

Да, он не из тех темных,
ничегоне знающих ‘людей, ко­го легче всего одурманить
религиозной. «сивухой». В 1-й
Кузинской средней школе он
был одним из самых актив­ных участников кружка юных
физиков. Он сам проделывал
бесчисленное количество опы­тов, опровергающих древние
сказки о чудесах в природе,
о тех явлениях, которые
нельзя якобы объяснить за­конами природы. Ученик де­BATOTO ‘и десятого классов
Женя Бобков даже выстунал
перед школьниками с докла­дами на научно-просветитель­ные темы, вызывая своей
эрудицией умиление препода­вателей.
	Теперь и они все в один
голос говорят, что ‘и тогда
в нем замечали неискрен­ность, желание обязательно
выделиться, казаться лучше
других. Но как сказал, и не
без горькой усмешки, дирек­тор школы Евгений Павло­вич Губанов, был он все же
«благополучный». Бобков не
озорничал, учился неплохо,
хлопот с ним было немного.
	И никому в голову не при­ходило, что этот чблагополуч:-
ный» — уже почти сформи­ровавшийся ханжа; лицемер.
А ведь в школе хорошо зна­ли, что его отец, также
юрист, — старообрядец, что в
семье Бобковых — домостро­евский режим, что мальчик,
которому предстояло жить н
трудиться в советском обще­стве, направлялся отцовской
рукой в противоположную
сторону,

Так и получилось, что Же­ня, чувствуя естественную
привязанность к родителям,
	просил разрешения BbICTYy­пить. И выступил. Препода­ватель только слышал напев:
	ный голос студента, безуко­ризненно излагавшего мате:
риал. А группа видела, виде­ла страшное по своему ци­низму издевательство над
слепым человеком. Бобков
отвечал, заглядывая в учеб­НИК.
	Перечень этих «мелочей»
можно продолжить до беско­нечности. Сам характер это­го человека —- сочетание та­кого рода мелочей. Чего-то
	главного, определяющего
в характере Бобкова нет.
И мы чонимаем  товари­щей Евгения по группе, ког­‘да они со всей юношеской го­рячностью бросают молодому
	стихарному беспощадное и
	откровенное:

— Врешь, мы. не верим те­бе. Ты часто обманывал  нас.
Кто ты, Бобков, благочести­вый или просто пройдоха?
Чему ты веришь?

Что ж, пусть на совести
Евгения остается та истина,
что известна одному лишь
ему. Ему лучше знать, чего
он. хочет в жизни добиться,
	ясно одно: ПУТЬ, вогорым
идет он, уводит его в прош­лое. В коммунизм войдут лю­ди дерзания ‘и творчества, с
ясным сознанием, смелые н
чистые духом. В прошлое ухо­дят те, кто кривит душой, кто
уводит себя от дел и дум.
	уводит себя от дел и дум
родного . народа. И с ними
уходит Евгений Бобков.
	АВКАЯ же уверенность мо-.
	+$% жет быть у него в своем
завтрашнем дне? Он встал
уже на край `той_ пропасти,
свалившись куда ` солнца не
видно. Ровесники его и даль­ше пойдут в чеканном строю
	строителей нового мира. Они’
	пронесут свой чудесный пла­мень сердец к тому велико­лепному* завтра, что’ зовется
Коммунизмом.
	Для какого завтра живет
сегодня Евгений Бобков?
	— Без веры в бога, — го­ворит Бобков, — нет той си­лы. перед которой‘ люди  чув­ствовали бы ответственность
за свое поведение.
	А Николай Островский? А
	Олег Кошевой? А - миллионы
	тех, кто со словами «Интер­нацинонала»
	никто не даст нам
избавленья,
Ни бог, ни царь и не ©
‚герой!
	шли на штурм  провлятого
мира, строили в тайге горо­да, грудью своей защищали
Родину от коричневой фаши­стской чумы? Не перед богом,
а перед людьми, . перед род­ным народом чувствовал и
чувствует свою ответствен:
ность советский человек. Но
Евгений утверждает, что без
веры в бога нет той силы,
перед которой люди чувство­вали бы ответственность за
свое поведение. Так почему
же он, сам веруя, не чувство­вал этой ответственности за
свое повецение перед «все­вышнимь?
	Вымаливая в церкви боже­ственное расположение, Esre­у бригады Монахова взяли серь­езные обязательства. Но на
пути к их выполнению возни­кает немало трудностей: не­хватка кормов, случаи падежа
молодняка, на ферме грязь, хэ­non. Комсеомольцы, = конечно,
с этим не мирятся. Но их уси­лия пока ничего не дали,

И об этом знают работники
	    
	На Московсном инструментальном заводе созданы 32 ном­четыре из нотосрых сейчас
	сомольсно-молодежные бригады,
	борются за звание бригады нкоммунистичесного труда. В девя­том цехе завода работает одна из таних бригад, возглавляе­Слесари-сбор­мая номсомольцем Аленсандром Михалиным.
	Щины его бригады недавно стали на трудовую вахту в честь
	Первого мая. и взяли на себя обязательство выполнить
сачную программу н 27 апреля,
	ВА СНИМИЕ; бригадир слесарей Аленсандр Михалин,
	Фото А, КОХАН НОВА;
	вторым. Но, предположим, сде­лали первым сортом на 4 па­ры больше. Разница в стои­мости этих четырех пар, вы­пущенных первым сортом вме­сто Второго, —  чистейшая
экономия, чистейший вклад в
«копилку».

К примеру, — комсомолка
В. Зуева дала первым сортом
вместо второго 168 пар. Это
значит, она внесла в «копил­ку» 420 рублей. Казалось бы,
не так много, но в бригаде,
где работает Зуева, —8 чело­век, и каждый старается не
отставать. Однако в комитете
0б этом ничего не знают.

Комитет комсомола фабрики
можно сравнить с тем незаин­тересованным, безразличным
хозяином, который и доходы
от экономии бросает в сундук,
не считая, и, видимо. не хо­чет потрудиться, чтобы этих
доходов было больше.

А как смотрит на это Влу.
манский райком ВЛЕСМ? Рая­ком и селинары с секретапя­ми первичных  организлиий
проводит, и «настраивает», и
«нацеливает» на «копилку»..
Только вот проверять За.
бывает.
	В. ВОРОБЬЕВ.
	AOTHA Е СНОВА ЗАЗВЕНИТ В «аОНАЛиЕ»?
	пременно. Закройщики делают
заготовки = обуви из дорогого
материала, стоящего нередко
более 100 рублей = erp.
Несколько ‘десятков  децимет­ров капроновой сетки или
текстолита, сбереженных при
умелом раскрое, — это лиш­няя пара обуви. Только на­прасно секретарь надеется на
Нину Прокофьеву. Здесь уже
два месяца не ведется учет
экономии матералов. А если
бы Пушкарева заглянула в
бухгалтерию и попробовала
узнать, как работают комсо­MOADIUHI , закройно-штампо­вочного, необходимость под­счетов стала бы ясной.
	Возьмем, к примеру, дев­чат-комсомолок Валю Казако­ву и Лиду Фомину. 0бе они
работают хорошо, план пере­выполняют, но... у Казаковой
— высчитываем — на 100
пар заготовок идет 13,4 мет­ра материала; Фоминой на та­кие же 100.пар. вадо 14,2
метра. Разница будет еще за­метней, если взять результа­ты за месяц. Вазакова сэко­номила 68 метров, Фомина —
56 (вспомним, что порой каж­дый метр стоит более 100
рублей). Из  сэкономленного
материала Казакова  скроила
504 пары заготовок, Фоми­на—на 26 пар меньше. И
это при одних и тех же усло­виях работы.
	Можно Лиде Фоминой
кроить так же, как Вале Ва­заковой? Можно. Надо только
учиться мастерству закроя. А
что делает комитет комсомо­ла, как помогает он молодым
работникам догнать передо­вых? Великолепно начатое де­ло — курс лекций по обору­дованию, — материаловедению,
технологии процесса раскроя—
погасло само собой. Девчат
приходило на каждое занятие
все меньше и меньше, потом
заболел человек, проводящий
занятия. И Тоня Пушкарева
успокоилась: теперь не’ няа­до бегать собирать работниц
на учебу.

Простои оборудования... На
	фабрике в основном конвеи­ерное производство, и если
вышла из строя какая-то ма­шина или на каком-то участке
нехватка материала, то стоит
весь конвейер, не работают
десятки людей. Комитет ком­сомола в это не вмешивает­ся: функции администрации,
мол. А простои 3a пре­TRAY BH rox составили
2500 человеко-часов. Это
столько, сколько примерно
вырабатывает в год один че­ловек, или, если считать по­иному, на фабрике один чело­век, не работая, целый год
получал. зарплату.
	Да только ли простои’ Ма­лейший дефект в процессе из­готовления обуви — и ве
возвращают. на переделку. Та­ких возвратов за прошлый
год было более 50 тысяч. Яс­но, что за время, занятое ис­правлением дефектов, можно
было бы изготовить сверх пла­на не одну тысячу пар. Вро­ме того, переделанная обувь,
как правило, идет в продажу
	по пониженной цене. Следо­вательно, опять летят на вэ­тер государственные рубли.
Комитет комсомола мирится с
этим: подумаешь, — какие-то
пятьдесят тысяч возвратов на
переделку! Мы, мол, выпуска­ем в год более двух миллио­нов пар! А если подечитать,
то из каждых изготовленных
40 пар обуви одна имела де­фекты. Это, наверное, что-то
значит.
	Единственный цех, где
можно узнать, кто из рабочих
сколько сэкономил за первые
три месяца этого года, — 1-й
пошивочный. Начальник цеха
Григорий Осипович Шнайдер­ман, в отличие от Пушкаре­вой, любит считать. Он знает,
на чем можно экономить, зна­ет, сколько это дает государ­ству прибыли. В пошивочном
цехе есть лимит на сортноеть
выпускаемой ‘обуви. Г. 0.
Шнайдерман говорит:
	190
пер­— Допустим, что из
пар нужно 95 сделать
вым сортом, а 5 могу