Американские ‘встречи
	ными глазами женшины с кроваво-врас*
	ными или, по вкусу, фиолетовыми губа“
ми. Нижние юбки у модниц. выглядыва­ют почти на ладонь. Это считается кра­— Вы представляете: если. с детства
к такому приучать? — Ленинградец Геор*
гий Данилов подавлен. Видимо, он гово­PHT. He только 9, фильме. а
	Для нас остановился все понятнее
Бродвей: он не просто развлекает, .3a­бавляет, щекочет нервы, он ‚з<воспиты­вает».

о Но до конца Бродвей не понят без co­седней Мэдисон-авеню: здесь — центр
	рекламы и пропаганды. Именно отсюда
был разнесен по всей. Америке клич ге­нерал-майора Льюиса Нерши еще в са­MOM начале «холодной войны»: «Мы
должны‘ готовить ‘убийц, чтобы выжить»>.
	Так. «воспитывают», если можно при:
менить это. слово K Бродвею и Мэдисон:
авеню, американцев. .
	. Счастье Америки, что‘не все принима­ют это. воспитание! Правда, для борьбы
против зла нужно мужество. Для проте­ста достаточно негодования.
	‚.Район Чайна-таун в Сан-Франциа

ско — это сильно‘уменьшенный Бродвей
на азиатский манер. Над улицей — KH
тайские фонарики, в витринах — япон­ские цветные халаты. Зевак привлекают
индийские безделушки из слоновой ко­сти. Толны туристов бродят от рестора+
на к ресторану, пробуя лягушиные лап
ки, зеленый чай, сладкий соус из моло+
дых побегов бамбука.
	одесь тоже встречается много стран­ного. Мне хотелось украдкой (думал, не­удобно) сфотографировать на улице по­жилого моряка. Он же, заметив меня,
остановился, позируя так, чтобы было
видно толстое золотое кольцо в его носу.
	Едва пройдешь’ шумный Чайна-таун,
экзотика кончается. Ничем особенным He
отмечены горбатые улочки и  трехэтаж­ные. с плоскими крышами дома на Норс
бич. Людей здесь гораздо меньше. Замет­но с первого взгляда — много молодежи.
Никто никуда не спешит. Лишь изредка
дверь кофейни медленно выпустит на
улицу какую-нибудь ободранную фигуру.
Бесцельно зашаркают шаги по ‘тротуару.

— Вот здесь, в этих маленьких каз
фе, всегда собираются молодые поэты.
писатели, художники, безработные, вооб­ще молодежь, — объяснил нам белоку“
рый красавец священник Пьер Делатр.
	Пьер только недавно окончил Вали
форнийский университет в Беркли. Жи:
вет он здесь же и Норс бич знает очень
хорошо. Он собирается писать книгу о
современной молодежи.‘ -
	— Зайдемте, если хотите, — предла­гает. Пьер. — Только ничему не удивляй:
тесь.
	Он толкает легкую фанерную дверь.
Входим. Я оглядываюсь и вздрагиваю.
Из полутьмы очень ‘близко прямо на ме»
ня усТтавилась девица с пиратской чер­ной повязкой на левом глазу. Тусклые
лампочки выхватывали со стен «карти­ны»; скелет в свадебной date, желтая
голова с красными глазами, розовый
женский лифчик в рамке.
	Дым мешает рассмотреть того, кто чи­тал стихи откуда-то сверху, с антресо+
лей. А вот и он, бородатый, обросший.

В такт ему вяло. бренчит расстроенное
пианино, а он вдруг стукнул кулаком по
деревянным перилам:

— Я не верю’ни во arol Слышите?
Слышите? Идеалов, нет. Ни-че-го нет!
Личность задавлена. Не верю! Не верю!

Внизу, как зачарованные, сидят боро­датые юноши в свитерах и ковбойских
брезентовых штанах. Девицы неопреде­ленного возраста пьют черный кофе и
курят. Пианино прогрохало басами в по­следний раз:

— Не верю! Не верю!

— Эти люди, — сказал Пьер на ули­це, — действительно потеряли веру во
все. Они не верят в «американский образ

\
	жизни», но не видят, чем его. можно з3-
менить. Мы ведь очень плохо знаем
	жизнь в других странах.
— И много таких?

— Тысячи. Десятки тысяч: И не толь:
ко в Сан-Франциско.
— А чем же они живут, что делают?
	— Вот так они и живут на Норс бич.
Перебиваются случайным заработком.
Есть деньги, нет — все равно сидят в но*
фейнях, пьют, ‘курят, ходят с борода­ми — опускаются. Их тысячи; и у них
нет ничего за ‘душой. :

— Почему, Пьер? Что произошло с
ними? — спрашиваю “я в то время, когда .
мы поднимаемся по темной лестнице на
крышу дома, где живет Пьер: он позвал
нас посмотреть на ночной Сан-Франциекб,
	Пьер задумывается:
— fleno B TOM, что; по их мнению,

свободы личности в Америке нет, наше
общество слишком... как ‹бы это ска»
зать... организованно. Надо помнить, Кан

действовал y Hac сенатор Маккарти.
	Этих людей ничто не объединяет, нро­ме’ ненависти к обществу. Они всегда
чтото  соба сттапальпами и NODTO­чувствуют себя страдальцами и NOoTO=
му. по-своему протестуют против неспра­ведливости нашего общества.

— Церковь — может ли она помочь
им, Пьер?

Пьер как бы прислуигивается к песне
пьяных где-то внизу. Он серьезен;

— Не знаю. Во всяком случае, я нё
читаю им проповедей. Я просто живу
вместе с ними и пытаюсь им помочь, как
человек человеку. Это поколение «битни­ков», побитых — им.нужны перевязки,
Молодежь ищет...

— Это хорошо, Пьер, что они ищут?

— Да, да, — раздается убежденный
голос Пьера.

Мы всматриваемся в темноту. Ночной
туман гасил буйные огни Сан-Франци*
ско.

Казалось, что из-за небоскребов бога­чей выползал кто-то невидимый. Холод­ной безжалостной рукой безликий враг
	лишал людей света...   oot
. H. BHPIOKOB.
	ка, активная комсомолка...

Не будем пересказывать ©0-
держание всей’ книги. Инте­реснее прочесть ее. Особенно
тем, кто сейчас накануне
вступления в большую жизнь.

Два пожелания ‘Детгизу.
Пусть не забывает своих ге­роев. Будет очень интересно
встретиться ©_ними лет че­рез пять. «Вроме того, книгу
следовало бы издать тира­Мы удобно уселись на пыльных столах
	PCL ried университетского журнала
«Чикаго ревю». В окна заглядывали кле­ны. ВБ двери, поднявшись по деревянной
лестнице, беспрерывно заходили. ‘любо­пытные. Все курили ‘и, перебивая друг
друга, разговаривали ‘о книгах, о людях,
о культуре — в Америке и в СССР.
	Вто-то произнес слово «битник»*, го­воря о современной молодежи США,
	— «Битник»?. Что’ это такое? — спра­шиваю‘ я. 1
	— О, это надо знать членам совет.
ской студенческой делегации, — смеются
кругом. Но смех невесел.
	— Это своего рода выдающееся явле­ние... Как ваш спутник, только наобо­рот, — усмехается *Ирвинг - Розенталь,
главный, редактор журнала. — У нас есть
даже выражение — «битое поколение».
Так говорят ‘о молодежи, которая не на­шла своего места в жизни,
	Очки придают ‘умным глазам Ирвинга
почти неестественную остроту. Взгляд

его устремлен куда-то вдаль, за верхуш­ки кленов.

— Многие, многие американцы сейчас
испугались. Я имею в виду не только
писателей и поэтов. Все испугались.

— Чего?
	— Отсутствия моральных ценностей в
пей жизни! Понимаете, молодежь не
	* «Битник» — производное от англий­ского слова «реа{> — битый, избитость,
с характерным для современного Запада
русским суффиксом, появившимся после
запуска советских искусственных спутни­может найти философию, которая раскры­ла бы ей смысл жизни. И старые религи­озные взгляды, и­современность, отталки­вают, Иные, правда, по-прежнему ищут
успокоения в религии, другие пытаются
заменить все путешествиями, третьи —
наркотиками. Только немногие думающие
ищут, хотят понять, зачем жить. И не
могут.

`Кто или что мешает этому? Почему мо­лодежь не верит в духовные ценности
сегодняшней Америки, громогласно пре­тендующей на «руководство миром»?
Десятки чпочему» напрашивались сами
собой. И, задавая вопросы, мы заметили,
что отвечают на них неохотно.
	Вам всегда в США с большим удо­вольствнем объяснят устройство «КНалил­лавка» с автоматическим переключением
скоростей по мере того как вы нажимае­те на акселератор; вам подробно растол­куют действие системы для очистки и
охлаждения комнатного воздуха; расска:
жут, как строился приземистый ‘элеватор
фермерского. кооператива или стодвух­этажный красавец «Эмпайр стэйтс бил­динг». as

`Но вам, как правило, почти не помо­гут в стремлении понять философию и
мораль, «дух» молодого американца. На­до искать ключ самому. Впрочем, в этом
разве нет уже какой-то доли ответа? Не
	даст ли отгадки Бродвей?
	безногого нищего с одной рукой, спокой­ную скромность хорошего’ антивоенного
фильма зКлюч».
	Над «Таймс-сквер» шагает в марево
огней веселый Джонни Уокер в красном
жилете — олицетворение шотландского
виски. Здесь пьют ‚много виски, каки
вообще спиртного. Жестяной курильщик
сигарет «Кэмел» выдыхает на толпу
кольца дыма диаметром метра в три.
Гигантский ковбой с пистолетами пригла­шает прохожих... бросать мусор в урны.
Ослепительно сияет никелем и зеркаль­ными витринами на самом  людном
	месте Нью-Иорка центр по вербовке во
	вооруженные силы СИТА. Взять бы и на­писать здесь аршинными буквами горь­кие слова Мариона Стэддома, фермера из
Айовы: «Нынешняя молодежь США еще

не знала мира!»
	Свет пронзительно ярок, как на под­мостках. В удушливой жаре города рек­лама о консервированном лесном возду­хе: «Покупайте! Новинка!» — выглядит

как издевательство,
	В своей неестественности, кажется, уж
ничто не может поразить. И все же...
	Приходилось ли вам видеть человече­ский мозг? Не в медицинском атласе и
не в анатомическом ‘музее, а в уличной
грязи, в какой-то ржавой клетке, — обна­женный и беспомощный мозг человека?
	Нам разъяснили‘ прохожие: это всего
лишь реклама нового фильма. Мы долж­ны были понять, что это значит.
	..5 зале кинотеатра приятно — здесь
можно, наконец, вдохнуть полной грудью
свежий воздух. Но уже первые кадры
заставляют забыть даже о блаженной
прохладе; мороз пробежал у меня по
коже.
	Фильм назывался «Враг без. лица».
На экране сменяли друг друга лица с
выпученными глазами, на которых. жи­вотный ужас оставил свой окоченевший
след. Не человеческие даже лица, а ма­ски смерти. В темный зал врывался хрип.
	полузадушенных, крик схваченных, стон
умирающих...  
	Профессор-физик всю жизнь пытался
материализовать человеческую ‘мысль.
Однако, когда ему это удалось, овеще­ствленные мысли подняли бунт. Питаясь
радиоактивностью, распространенной в
‘воздухе, они вселяются в мозг умерших
людей, разносят в щепки лабораторию
профессора и убивают направо и ‘налево
	всех живых. Отвратительные белые улит­ки с усиками. глазных нервов, со скор*
пионьим хвостом спинного мозга захва­тывают находящуюея недалеко атомную
электростанцию, ‘и уже ничто! не может
остановить их теперь. Все кишит этими
чудовищами. Они дышат, как. маленький
паровоз на большом‘ подъеме: «Ых!’ ЪЯ
Ых!» Этот звук преследует. Начинается
взаимоистребление «людей и. «мозгов».
«Мозги» только душатг Люди «бьют, -ко­лют, рубят, режут...».

В зале нервно’ вспыхивают сигареты.
Мой сосед лихорадочно мнет в руках
целлофановый пакет с сушеной картош­кой. Его дыхание становится тяжелым н
прерывистым. Вот, он встает и, слегка
шатаясь, идет к выходу. Что он будет
делать сейчас? После ‘таких фильмов
	убийство становитея простым..и ‘легким
	делом.
Мы готовы были плеваться.
	Одна из иллюстраций нк произведениям М. Горьного.
		Рнг. В. МАКЕЕВА.
*—-—_———
	On нес
	В жизни каждоге человека
обязательно наступает  пе­риод, когда нужно отчитать­‘ся перед людьми и перед
самим собой за пройденный
путь. Что сделано в жизни
доброго, хорошего?
	Вадиму Макееву было все­ro 17 лет. Он учился в 7-м
классе Московской художе­ственной школы при Инсти­туте имени Сурикова. И вы­ставка ero работ, открыв­шаяся сейчас в ЦДРИ, — это
творческий отчет о короткой,
но талантливой жизни. Тра­гическая случайность слиш­ком рано заставляет  подво­дить итог. Но около ста ра­бот, представленных на ‘вы:
ставке, говорят oO TOM,. Kak
много чувств, мечтаний, улы­бок отдал Вадим березовым
рощам, летнему дождю, ‘осен­нему ‘ветру;
	Достоинство работ Вадима
в том, что в них много ра­достной ‘лиричности, умения
передавать настроение. Осо­бенностью его одаренности
является природное видение
цветового тона, что так же
важно для художника, как
для музыканта абсолютный
слух. Глядишь на этюды, и
кажется, будто писать их Ва­диму не стоило никакого
труда. Но зато как внима­тельно.и с каким настойчи­вым -упорством ‘работаето он
над классными заданиями.
Видишь, через какую серь­езную школу профессио­вальной выучки он шел. В
	этом несомненная. заслуга
художественной школы и его
учителей, которые сумели
привить ему любовь к упор­ному труду и направить его
способности по правильному
пути.
	Он был высоким, худым.
Ходил с этюдником ‘по под:
московным лесам и полям.
	А осенью надевал учениче-\
	‚скую форму. и, пожалуй,
внешне, ничем ‘не’ отличался
от многих, идущих по Лав­рушинскому переулку в Xy­дожественную школу. Он знал)
	много стихов, особенно Мая­ковского, и часто. декламиро­\
	вал их вслух. Ero интересо­вали концерты и лекции о
музыке. Маленькая статуэтка
	Бетховена стояла у него на»
пианино. Музыка Бетховена
настолько захватила его, что \
он пишет этюд, который no-:
	свящает Бетховену. Деревья
с черными стволами, узкая
тропинка, домик, что прячет.
ся за деревьями, и синее с
рваными облаками небо на­веяны  суровым порывом’ бет­ховенских сонат.
	Миого людей в эти дни
‚приходят посмотреть выстав­ВАТА МОСКВЕ. МОСК
	В Доме дружбы с народами \\
зарубежных стран cocroanes  
	вечер советско-албанской
дружбы. Его открыл предсе­датель правления Общества)
советско-албанской дружбы
К. А. Губин,

+*
*
	Первый заместитель Пред:
седателя Совета Министров
СССР тов. Ф. Р. Козлов при­Hain в Кремле видного поли­тического деятеля США Аве­релла Гарримана, совершаю.
	mero поездку по Советскому!
	Союзу, я имел с ним беседу.  
	* *
	улыбку
ЛЮДЯМ
	ку Вадима Макеева. Есть и
такие, которые, зайдя совер­шенно случайно, остаются
здесь надолго и по нескольку
раз рассматривают одни и те
	ке этюды. Вот. «Березовая
роща». Нежные, стыдливо
рдеющие деревца _з лучах
	солнца. Они бросают чистые
светящиеся тени.’ Тропин­ка манит в сиреневый су­мрак чащи. Все пронизано
воздухом и ‘светом. Или осен­ний этюд: мостик из досок,
переброшенный. через речку.
Кругом все серебрится—тро­пинка, деревья, вода. Грусг­ное небо сеет блестки‘ дож­дя.. А вот, «Первые“огни». Ок­раина Москвы. Плотно ‘залег
снег. на! тротуары: -и` горки;
По снегу’ крадутся вечерние
тени: Несколько мальчишек
еще не ушли домой. В окнах
замелькали теплые огоньки.
	И, наконец, «Последний
луч». Звонкий ‹луч ‘золотого
заката проникает сквозь Ча­щу листвы, ‘освещает поляну
и стог сена. «До свидания,
радостно сегодня. Знаю, что
	‘завтра будет еще радостней»,
	— звучит в. Compo солнеч­ном луче.
	Это чувство’ ‚звучало н в
сердне Вадима.’ Поэтому его
работы так привлекают и за­ставляют думать о самом
большом и важном в нашей
жизни:  Комеомолец Вадим
Макеев умел ‘прожить каж­дый день с офкрытой и свет­лой улыбкойсзи -умел нести
	Д. БЕЗРУКОВА,
искусствовед.
	эту улыбку людям.
	О._многом говорит иностранцу эта зяр­марка духовных ценностей Америки».
Бродвей нахален и болтлив. Сюрприза`
ми рекламы, навязчивым шумом, ярко­стью нарядов он стремится перекричать
	немые призывы
	? MU эсмли. 1 неуемную скуку зевак,

БО ль лы Л м ea
	OTITIS IID ISILIIPOLOL EZ
	РГР 48
	ИНЕТЕ РЕГ ИИ 07 ИИ 7707 11111.101711071707077517170171077100174070177101757751710170017171171711511717711771711171107771 о
	Рис. В; МАКЕЕВА.
	3. Первая
заповедь—
коммунистический

тРУд

р H° ДРУЖБА —ДРУЖБОЙ, а

служба—службой, — гла­сит народная мудрость.
Именно такого правила при­держивается каждый молодой
рабочий бригады. ‘Служить
коллективу верой и прав­дой — эту клятву дали все
строители. На’ их лицевом
счету — сотни квадратных

метров на. «отлично» выло­женных стен, сотни безупреч­но уложенных на свое место
	перекрытий и лестничных
маршей. Все, что бы ни делала
	бригада, неизменно, получа­ет высокую оценку; Инспек­торам по качеству, которые
	изредка появляются на KOM­сомольском’ объекте, прихо­дится... простаивать: ни
единого замечания не полу­чает работа, выполненная
бригадой дружных. Это и по­нятно. Еще в процессе рабо­ты строители сами строго
следят за качеством.

Bot н сейчас Николай Гла­дилин, Которого вы видите на
снимке, тщательно проверяет,
правильно ли установлены
оконные переплеты. Но все
старания бригадира обнару­жить хотя бы один малень­кий зазор между стенами и
переплетом напрасны. Pa6o­та, как и всегда, выполнена
на «отлично».

„..Строится и растет Юго­Запад — прекрасный новый
район нашей любимой столи­цы. И вправду говорят; что
здесь начинается утро. Это—
утро новой,  преображенной
Москвы, которую украшают
новыми домами, школами,
клубами, детскими садами и
яслями тысячи таких же тру­долюбивых и дружных. лю­дей, как Николай Гладилин и
его товарищи.
		— Товарищи! Да что же это. такое:
Что же это, а? — громко возмущался на
Бродвее горячий бакинец Абдул. Вези:
ров.
	Рассудительный узбек Салах Назаров
глубоко вздыхает:
	— Накой позор!
	Так низко топтать достоинство челове­ка, выставлять каким-то врагом челове.
ческим орган’ мышлейлия, интеллект! Так
подло воспевать `“мораль» крови и
насилия. Кто и зачем это делает? Кто
они, эти «враги без лица»?
	У магазина безделушек лают механи­ческие собачки. Безработный с благород:
ным лицом Уолта Уитмена’ — один H9
миллионов _ спит на мраморной
паперти собора, предварительно сняв бо.
тинки. Одетый в звериную шкуру дети­на зазывает посмотреть фильм «Викин:
ги». На него засматриваются подведен:
	Эрителя нало любить
	просмотра фильма музыка
его, если она интересна, за­писывается на магнитофон,
и на следующий день ее уже
можно услышать в фойе.
	Другой наболевший вэ­‘прос — о кинообслуживании
детей. Прямо надо сказать,
что у нас нет детского ре­пертуара. Поэтому адми­нистраторам кинотеатров
приходится то и дело вытря­хивать пыль десятилетий из
пленок. и прокручивать их
перед жадными взорами под­растающего поколения.
	Не все благополучно в рз­боте детских кинотеатров. И
	если, например, такой кино­театр, как «Ударник», тесно
‘связан со школами, если
	«Октябрь» проводит для дс­тей игры, викторины, лоте­рею «Счастливый билет»,
встречи с создателями филь­мов, то в кинотеатре «Баррн­кады» для фильма «Летят
журавли» не нашлось более
подходящего сеанса, чём
13.15.
	Конечно, детские кинотеат­ры должны обслуживать и
взрослых, но .прежде всего в
вечернее время. Днем же
нужно показывать фильмы
хотя бы без возрастного ог­раничения. А то некоторые
детские кинотеатры похожи
на неприступные баррикады,
прикрытые с флангов и тыла
сомкнутым строем щитов;
«Дети  ‘до’16 лет не допуска­ются».
	Взрослые должны подумать
о маленьких!
		ми. Всем, наверное, довольно
часто приходилось слышать
эти «блестящие» ‘выступле­ния. Блеска здесь действи­тельно много; до рези в гла­зах сверкают поддельные
камни ожерелья, брошек, ко­лец и серег певицы, лоенит­ся затертый бесконечными
выступлениями панбархат,
струятся заученные, —отрепе­струятся заученные, отрепе­тированные улыбки музыкан­тов, и аккордеонист ослепля­ет белизной зубов и клавини
	ПОДУМАЙТЕ
	С МАЛЕНЬКИХ!
	Зрители аплодируют из веж­ливости.

И на все это «обслужива­ние» тратится шесть миллио­нов рублей в год.
	Мы не против музыки. во­обще, мы за нее и поэтому
против халтуры.

Сейчас шесть московских
кинотеатров начинают заме­нять концертные выступле­ния показом документальных,
короткометражных и мульти­пликационных фильмов. Эти
фильмы разнообразны по. те­мам, сделаны на высоком
уровне, и в конце концов в
них тоже есть музыка, но
в первоклассном исполнении.
Скоро. показ. хроникально-до­кументальных фильмов будет
введен в таких кинотеатрах,
как <Победа», «Буревестник»,
«Слава».

Кинотеатры должны попу­ляризировать музыку из ки
нофильмов. Так, в кинотеат­ре «Киев» после первого. же
	ольшои И МАЛЕНЬ­КИЙ... Последний обычно
подражает первому и учится
у него. А здесь, кажется, по­лучается наоборот.

Большой и маленький KH­нотеатры; цёнтральный и ок-*
раинный, «Аквариум» на пло­шади Маяковского и «Весна»
	‚вый в несколько раз больше
ик тому же летний.
	Гостеприимно распахнулись
пушистые - BeTHH: «Войдите;
посидите, отдохните, посмот­рите фильм». Но не тут-то
было. Жесткое лоно скамеек
	, He B COCTOAHHHH BMCCTHTb Bra
` желающих. А как хорошо бы
	почитать журналы и газеты
где-нибудь в прохладном мес»
те под легким тентом, поигч,
рать в шахматы или шашки.
послушать хорошую музыку!

Но вместо всего этого уст­роен лишь «раскидистый» бу­фет с двумя террасами. Ланд­шафт омрачается грязными
бочками, сваленными в кучу.

Впрочем, зрителям не до
отдыха, им нужно во что бы
то ни стало успеть попасть в
кинозал, А это нелегко. Боль­шой зал имеет четыре двери,
но зрителей пускают только
	\ через половинку одной HS
) них. Акустика в зале плохая,
	“и и и нь оч в мч

сеансы нередко задерживают­CH, фильмы заменяются.
Кинотеатр же «Весна» не
обладает большими габаритз­ми. Здесь небольшой зал и
такой же вместимости фойе. -
Каждый может почитать жур­налы, послушать неплохие
магнитофонные записи.
БШИРНЬ! планы кинооб­служивания зрителей Ha
лето. Будет проводиться от­крытый показ хроникально-,
документальных фильмов на
площадях столицы. Художе­ственные фильмы начнут де-®
мсенстрироваться. на Малой
спортивной арене Централь
ного стадиона имени В. И
Ленина, на стадионах «Дина,

 
 
 
 
 
	м мо», «Авангард» и других.
Кроме того, будут обору:
дованы открытые кинопло­) щадки в Шелепихе, Сереб­Фото А. СЕРГЕЕВА­ВАСИЛЬЕВА.
(Фотохроника ТАСС).
	С 25 мая по 3 июня в Со­ветском Союзе находились
250 туристов из’ Германской
Демократической Республики
	  

и Федеративной Республики  
Германии, прибывшие с «по­ездом мира и дружбы».
Кроме Москвы, они посети:
ли Минск и Ленинград, побы­вали на предприятиях, в.Кол­хозах, учебных заведениях,
	научных учреждениях. Вчера
в Советском комитете защиты \\
	мира немецкие гости встрети­лись © представителями с0-
	ветского движения за мир,
**
*
	По случаю окончания дека: !
	ды азербайджанского искусст­показ хроникально­УНИИ НЕО иво НЕЕ оон нЕ инок Я ЕКВ ИЕ ЕСО ОСЕНИ ии киски тики Нун
	ПРОЧТИТЕ
ЭТУ КНИГУ
	Фа журналисту пору­чили написать очерк о
	написать очерк о
имеющем среднее
	KMMONNO-s praxtepe, имеющем среднее
Сереб­# образование. Такой парень на­} ряном бору, парке МВО, у.КИ­{ шелся. В беседе шахтер, ока­нотеатров «Луч», «Перекоп», # завшийся к тому же студен­сказал: «Сей.
	том-заочником,
	нотеатров «Луч», «Нерекоп»,
«Орион», ‘а также три кино­оэ ФИПС р ВВЕИЖФДОНТ BB 261008855  

wer
	Случай этот произошел не­сколько лет назад. А теперь,
	когда тот же журналист сно­ва приехал на ту же шахту,
ему сразу же показали список
работающих, имеющих сред­нее образование. В списке
значилось около 50 фамилий.
	Что же. касается рабочих-сту­дентов, то их насчитали «все­не растеряется на экзамене—-
трудовая жизнь дала ему
твердость, хорошую уверен:
ность в себе, Год не прошел
	А вот судьба, нет, скорее
начало судьбы героини друго­го очерка — Зины Семеновой.
Совсем недавно работает она
	комбинате «Трехгорная
	Валентин Семенюченко. Валя
получил серебряную медаль
и стал студентом, правда, ве­чернего отделения. В дневной
	институт он не попал — зря!
провалился. И тогда Валя А
пошел в цех. Выбрал спе­нач:
	циальность расточника и од-> FO
новременно поступил в’ в6- CC
черний ‘машиностроительный на
	рассказывается эта HCTO­PHA, — ORHH HS шестнадцати.
очерков, составивших книгу
«Юность выходит в Жизнь».
Книга выпущена в 1959 году
Детгизом и имеет подзаголо­вок — «Слово о молодых ра­бочих», о тех, кто вчера был
школьником, а сегодня, нри­дя к станкам, стал мастером
	быть хорошим

КИНО —$ час, ‹ чтобы

 площадки. дневного
в парках «Сокольники»,
ни Горького’ и в -Филях. Ё ния уже мало». Журналисту
. Но, несмотря. ‘на это, есть?вти слова понравились, но из
еще недостатки в работе мос-{ очерка он их в конце кон­Это Рцов вычеркнул: красиво, но,
“узЗыкальное ® прлыалуй нереально.

ва и литературы в Москве
Министерства культуры СССР
и Азербайджанской ССР
устроили прием. Присутство­вали участники декады, дея­тели искусств столицы, пред­)

и о зо речи та зузут томате ч роки о Г у TINEA

  

сего

“ дентов, то их насчитали «все­им2-  пахтером, среднего образова­го» два. десятка и с сожале­- нием

отметили, что в этом
отношении шахта’ сильно от­стает от других...
Очерк Ильи Зверева ¢Ha­правление жизни», в котором

дя в санлам, Clad Mavic
своего дела.

.. Ровно год tomy назад
сдавал экзамены ‘на аттестат
‘зрелости выпускник 21-й
Коломенской средней школы

ченрапиа Вас ЕКА bP ED Bh Re ELKO
институт. Зимой успешно
сдал первую сессию, на днях
будет сдавать вторую. И
теперь молодой расточник Ко­ломенского  тепловозострои*
тельного завода не собьется,

ew ayer om ae eee

мануфактура», но имя девуш­ки уже произносят с уваже­нием: она известный рацио­нализатор.

А вот Таня Яхонтова, конт“
ролер с «Калибра», студент­Pee

wea ee ee ~——

жом поболее чем 30 тысяч
экземпляров, а. ценой поме­нее чем 5 рублей с лиш­ком,

ts i ee i

М. ПАЛАНТ.
	 

Cousgacaasee
	ставители дипломатического ta прежде всего
корпуса. обслуживание
	перед COAHCA-—. CL  eceeeeeeeeeeceueseuepnanetaccauesccrsnceuchuescureteneesessspensonpncsrases