Неустойчива погода в Мосние:
	то заиграет своими
	прними лучами солнце, то хлынет ливень н над городом
пронатятся раснаты грома.
	На рисуннах (слева): в солнечный день у Москвы-ре­Рисунки
А. ПАУКОВА
ФИЛИППОВА.
	ки. Справа —
	опять ненастье.
		доступен всем
	PRY GH, но принесся откуда-то
издалека, словно залетел слу­чайно в комнату. Странно
подействовал этот трепещу­щий звенящий звук на всех
нас...
	За этим первым эвуком по­следовал другой, более твер.
дый и протяжный но все
	  
 

еще видимо дрожа щий как НЫ
	«Музыка вне национальности
существует, и в сущности
зная музына, которую приня­считать за общечеловече­ую, все-таки национальна».

 
	Н. А. РИМСКИИ­КОРСАКОВ.
	струна, когда, внезапно про­эвенев под сильным nan.
	иене вод сильным паль-а= не существует,
цем, она колеблется послед-Ёвсяная музына.
	Os

ним, быстро замирающим ко. 2 то считать

лебанием, за вторым — тре­= сную, всв­oe eee”
	тий, и, понемногу pasropa­чаясь и расширяясь, поли­лась заунывная песня. «Не
одна во поле  дороженька
пролегала»,=—пел он, и всем
нам сладко становилось и
жутко. Я, признаюсь, ‹ редко
слыхивал подобный голос:
он был слегка разбит и зве.
	_нел как надтреснутый; ‘он nee
	же сначала отзывался чем-то
болезненным; но в нем была
и неподдельная глубокая
страсть, и молодость, и сила,
и сладость, и какая-то увле­кательно-беспечная, грустная
скорбь. Русская, правдивая,
горячая душа звучала и ды­шала в нем, и так и хватала
вас за сердце, хватала прямо
за его русские струны. Песнь
росла, разливалась»,
	Вот как много может вы­разить напев, даже когда он
	звучит без всякого сопровож­дения.
	Мелодия — важнейшее вы­разительное средство не
только в народной песне, но
и в очень больших и слож­ных произведениях. Силу вы­разнтельности мелодии хоро­„= Чо понимали великие КомпоЭ­зиторы, музыка ноторых —
не только для голоса, но н
для любого инструмента или
для оркестра — всегда
«поется», всегда мелодична.
	Музыканты говорят, что
мелодия ‘— это одноголоено
выраженная музыкальная
мысль. В ней, каки в мысли,
выраженной словами, есть
свои законы построения, за­коны связи отдельных зву­ков между собой. Не все зву­ки мелодии одинаковы. Однн
— звонче; «тоньше», другие
— гуще, «толще». Более
звонкие, тонкие записывают­ся на верхних линейках нот­ного стана, более густые —
на нижних. Поэтому условно
их называют «высокими» и
«низкими» звуками. При этом
отдельные, разные по высо­те звуки мелодии имеют раз­ное значение в данной мело­HH.
		Одни звучат более устой­чиво, твердо — на Ta­ких обычно заканчивается
куплет или песня, на других,
наоборот, песня закончиться
	«Я желал бы всеми силами
души, чтобы музына моя рас­пространялась, чтобы увеличи­валось число людей, любящих
ее, находящих в ней утешение
и подпору...».
	П. И. ЧАИКОВСКИИ.
	никак не может — наш слух
обязательно будет ждать про­должения, появления устой­чивого звука. Неустойчивые
звуки как будто стремятся к
устойчивым, так же как пред­мет, выведенный из устойчи­вого равновесия, стремится
вновь вернуться в это состоя­ние.

В соотношении устойчивых
и неустойчивых звуков в МУу­зыке всегда есть определен­ный порядок, система, в ней
не может быть беспорядочно­го смешения звуков. Соотно­шение, связь их между собой
называется ладом.
	Слово «лад», собственно, и
означает порядок — отсюда
	произошли такие слова, как
ладить, налаживать.

Самые ‘° употребительные
	лады — мажор и минор, Сло­ва эти вошли в нашу обиход­ную речь, но мы часто вклэ­Как часто приходится слы:
шать фразу: «Я люблю му:
зыку, но я ее не понимаю».
Говоря так, многие не вду­мываются в свои слова, не
отдают себе отчета в том, что
же, собственно, значит  «по­нимать музыку»? ;
	 
	Иногда думают, что пони­мать музыку могут только
те, кто учился играть на ка­ком-нибудь инструменте, уме­ет читать ноты. Но это не
так. Есть много простых му­зыкальных произведений, ко­торые доступны каждому.
Ни один самый далекий от
музыки человек не. спутает
музыку танца с музыкой ко­лыбельной песни, бодрый
спортивный марш с печаль­ным, похоронным. Правда,
от этих простых форм музы-.
кального искусства до слож­ных — оперы, симфонии —
примерно такое же расстоя­ние, как от детских рифмо­ванных прибауток до пуш­кинского «Евгения Онегина».
Чтобы понимать более слож­ные музыкальные произведе­ния, чувствовать их красоту,
нужно прежде всего внима­тельнее вслушиваться и вду­мываться в ту музыку, кото­рую мы слышим постоянно,
а затем хоть немного позна­комиться с языком . музыки,
который может быть понят­ным и доступным каждому.
	 

«Не надо забывать, что проч
но тольно то, что корнями сво

  
	 
	 
	ими гнездится в народе».
С. И. ТАНЕЕВ.
	Музыка может выразить
многое и прежде всего весь
богатый и многообразный
мир человеческих чувств, она
может и рисовать картины
окружающего нас мира. Му­зыка обладает не меньшими
возможностями, чем. поэзия,
литература, живопись.
	Есть у русских писателеи
любимый образ — дальняя
дорога. Это «Зимняя дорога
Пушкина, это чудесная доро­га гоголевской птицы-трой­ки. Этот образ живет и в
русской музыке. Льется ча­рующая песня ямщика, слы­шитея звон бубенцов, B BO­ображении встают бескрай­ние просторы родного рус­ского приволья. Вы вспоми­наете, о чем идет речь? О
фортепьянной пьесе Чайков­ского «На тройке».
	А многие произведения
музыки становятся в один
ряд < живописью. Мерцаю­щие переливы красок, мерное
дыхание морских волн — все
это < удивительной нагляд­ностью передано в оркестро­вом вступлении к опере Рим­ского-Корсакова «Садко». А
вступление к народной драма
Мусоргского «Хованщина»
рисует чудесную картину рас­света на Москве-реке. Мы
слушаем музыку и словно ви­HM, как загорается на небе
розовая полоса зари, как
первые лучи солнца золотят
купола старинных ‘соборов,
как постепенно заливает все
улицы и площади просыпаю­шегося города утренний
свет, :

Какими же средствами
пользуется музыка, чтобы
	передать все это? Каким об­разом музыкальные звуки
вызывают в нашем воображе­нии яркие и живые образы,
передают чувства и мысли,
волновавшие композитора?
Нельзя ответить на эти во­просы сразу. Я расскажу се­годня лишь о том, что сэ­ставляет самую основу, «ду­шу музыки», — о мелодии.

Возвращаясь ‘из театра,
концерта или кино, мы не­редко напеваем только что
слышанную нами понравив­шуюся песню. Хотя запом­нить ее слова сразу не
удается и передать ее с той
же полнотой, с какой она
звучала в хоре с оркестром,
нам трудно, Но мы запомни­ли самое главное — мелодию
песни, ее напев.
	Напев, мелодия,— это и есть
основа музыкального произ­ведения. Нередко мелодия
представляет собой вполне
законченное произведение,
которое исполняется без под­голосков, без сопровождения
инструментов. Так часто ис­полняются народные песни.

В рассказе Тургенева «Пев­цы» 0б этом очень хорошо
рассказано.

«Он глубоко вздохнул и
запел... Первый звук его го­лоса был слаб и неровен и,
казалось, не выходил из его
	ков по длительности, т. е
музыкальный ритм. Он суше­ствует и в вокальной музы­ке, и в музыке для любых
	инструментов оркестра, н<
особенно ‘важен в MYyaBIKe
танцевальной, ‘связанной с
	 

движением. Существует тан
	Вл. ХОЛОДКОВСКИЙ
	Кажется, все, о чем недав:.
	но мечтали поющие скрип-$
ки: юность, первые радости,
счастье любви, ‘— вот он.)

 
	VALID «иоови, — ’
этот большой ‘и пласкоры®
	мир, мир воплощения а
светлая весна души человв­a
	ческой:

Грациозным вальсом раз­вертывается вторая часть
симфонии.

Лишь иногда на мгнове­ние в изящном, легком узоре
музыкальной ткани  прогля­нут какие-то нотки щемящей}
печали, предчувствия paH­печали, предчувствия paH­них разочарований...

Еще длится светлое кру­жение танца, но это уже не
	АИЗВЬ, ‘ЭТО ТОЛЬКО BOCTIOMH­ААА,

 

назад
	 
	«Волна сдержанных сте­наний то прибывает, то убы-%
	вает»... тема
щает зкалобы,
сится вдаль,
	Лак звсе пот
круг»!.. Смутным
	Тема вальса погло-ё
	1949 —1959
	СТРАНА.

ПРОСТЫХ ЛЮДЕЙ

И ГРАНДИОЗНЫХ
ДЕЛ
	ЛПосжожея оо
	г.
	canes ists
	 
	грамма новинкой сезона —
‘Шестой симфонией.

В‘’день концерта зал дво­рянского собрания был пе­реполнен публикой до’ отка­3a, Весь музыкальный Пе­тербург был в сборе,

Наконец Чайковский за­нял свое дирижерское ме­сто, взял палочку, поднял
руку...

..И вот уже сумрачный
фагот запевает свою глухую,
суровую тему, в низких ре­гистрах оркестра рождается
	ГРЕТЬ ЕЕ ЕЕ
	ГРУ:
	«Эта симфония есть высшее,
несрёвненнёйшее сочинение
Чайновсного. Еще ниногда в
музыке не было нарисовано
что-нибудь подобное и никогда
еще не были выражены с таной
несравненной талантливостью
и мрасстой такие глубокие
сферы душевной жизния.
		Ирине ви и обвес иии нии в вии сваи ротвикеоевие
	цевальная музыка, в которой
‘ничего нет, кроме ритма. Уз­бекские ‘народные  танцов­щицы, например, исполняют
очень ктасиврутаА watts А
	э<зчнь прасивые танцы под
звуки бубна, на котором му­зыкант выбивает. пальцами
затейливую ритмическую
дробь. Здесь музыкант может
проявить искусство только в
области ритма.
	Слушая игру оркестра,
скрипача, пианиста, — ощу­щЩаешь бесконечное разнооб­разие ритмических сочетаний
звуков, то сыплющихся, как
бисер, то медленно и плавно
переливающихся один в дру­гой. Здесь как будто фанта­зия музыканта ничем не свя­зана. Но, вслушиваясь вни­мательно, вы обнаружите оп­ределенную закономерность.
Некоторые звуки звучат «тя.
желее», некоторые «легче», и
в чередовании их обычно
	соблюдена строгая равномер-.
	чость; тяжелые звуки появ­ляются через определенные
промежутки времени. Это че­редование сильных и слабых
(или «тяжелых» и «легких»)
долей времени в музыке на­зывается ‘метром или разме­ром. Метр особенно ясно
ощутим в музыке, предназна­ченной для движения. В мар­ше — метр двухдольный, со­стоящий из чередования! од­ной сильной и одной слабой
доли (раз — два), в вальсе‘ —
трехдольный, одна сильная и
две слабые доли (раз—дваы—
три).
	А что же это за «доли вре­мени»?
	Время в музыке отличает­ся от нашего обычного  по­нятия времени. Оно изме­ряется не минутами, не се­кундами; длительность музы:
кальной доли времени уста­навливается. самим музыкан­том. Можно одну и ту же
музыку сыграть несколько
быстрее и несколько медлен:
	нее — метр музыки от это­Го не изменится, хотя Дли­тельность доли времени бу­дет больше или меньше.
	Но не вадо думать, что му­зыкальное время не имеет со-,

 
	всем ничего общего с обыч­ным. Сочиняя музыку, компо­зитор имеет в виду опреде­ленную скорость движения
(темп), и если исполнитель
произведения очень сильно
будет отступать от намерений
композитора, смысл музыки
исказится. Представьте себе
веселую польку, которую сы­грают вам в темпе похорон­ного марша! Чтобы точно пе­редать замысел композитора,
в начале музыкального ‘про­изведения обычно указывают
характер его движения: бы­стро, спокойно, умеренно и

т. д.
	Мелодия, как и мысль, вы­раженная словами, состоит из
отдельных более .или менее
	законченных фраз. В ней
есть свои «знаки  препина­ния», очень ясно ощутимые
	на сяух. В разделении мело­дии на фразы болышую роль
играет ладовое строение ме­лодии, ее ритм. Так, напри­мер, в песне «Во поле береза
стояла» последний звук каж­дой фразы устойчивее и
дольше предыдущих. Все это
помогает нам воспринимать
мелодию не как бесконечно
льющийся, неоформленный
	 

ии

 
	Последняя... Самая вол­нующая по замыслу и

самая ‘глубокая по содержа­нию.

Наивысшая по симфониче­скому мастерству.
«Наиискреннейшая» из

всех «музыкальных испове­дей» Чайковского.
	«В симфонию ‚эту я вло-.
	жил, без преувеличения, всю
	мою душу», — сказал Петр
Ильич.
	Он мог бы сказать: «Всю
мою’ жизнь»...

Ибо эта симфония, при
всей своей философской
обобщенности, предельно ли­рична. Это почти  этот взлет ду­ши.

Однако не смирилась ду­ша, уже захваченная, заво­роженная. зовами жизни...
Едва утихло глухое ‘бормота­ние виолончелей, ‘едва  за­мерли в тишайшем аккорде
тромбоны и туба, как в на­ступившей тишине у’ скри­NOK H альтов, приглушен­ных сурдинами, расцветает
вторая тема — ‘певучая и
	светлая, одна из самых про­стых и самых обаятельных
мелодий Чайковского.
Чем-то сродни прослав­ленной теме любви из «Пи­ковой дамы», но с оттенком
какой-то усталой нежности,
эта тема словно ‘подымается
из самой глубины человече­ского сердца, Hak сладост­ное воспоминание.
Но постепенно гаснет и
	никнет в нисходящем ДвВи­жении темы восторженный
лирический порыв — свет­лое видение счастья словно
опять ‘отодвигается в невоз­вратную даль... Еще слыш­ны аккорды струнных, TH­хий рокот литавр, но фагот
уже. допевает печально по­следние отголоски темы...

Тишяна...
	CFITEELITET TOT IATELLIOTIESTEIAT TEDL IIL EL EPRI EEE ES
	 
	ПОГ Е:
	«Что должен был перестра­дать .человен, чтобы написать
подобную вещь! И какими про­стыми средствамм он достигает

такой глубины и’ искренности `

чувств».
М. А. БАЛАКИРЕВ.

ИГТ Е
	ДИЕТЕ РЕГ ЕР РЕГГИ ГИР РР)
	Вдруг — оглушительный
удар! Яростный ’ сокрушаю­щий: аккорд всего оркестра!
Еще один...  Еще!.. }

Перед потрясенной душой
` возникает неумолимое «ви­‚дение смерти»: в густом “и
мрачном звучании меди, B
хоральных аккордах тромбо­нов проходит  заупокойный’
напев (<Со-. святыми уно­кой»). :

И тотчас же в страстном
протестующем порыве, в ис-.
ступленном отчаянии  взле­тают вверх голоса, Ужаснув:
шихся> скрипок!,,

Мучительная внутренняя
борьба завершаетея : - THI:
ной оркестровой паузы: ду­ша изнемогла!  ’

Еще *раз. ‘светлым “~ poem
проходят перед ней’ восно­минания,   еще’ раз -доневает .
кларнет свою грустную жа­лобу; в шорохах литавр за­тихают последние отголоски.
отшумевшей жизненной Gy­ри... :

Медленным мерным Map­шем, построенным на отры­вистых щипках всей струн­ной группы, заканчивается
первая часть симфонии;

АКАЯ еще нужна тут

словесная программа?
Без слов, средствами самой
музыки ‚она, B сущности,
уже изложена в первой ча­сти симфонии, последую­щим частям ‘предстоит лишь
расширить ‘и углубить эту
музыкальную повесть © че­ловеческой жизни.

‚Широко и доверчиво
льется сердечная, напевная
мелодия виолонвчелей,
	видением исчезает мир свет-у.
	<мир
	лых мечтаний,
цаемый»...
	Я на смепу ему идет дру-у
гой: мир суровой жизненной}
	борьбы, «мир нападающий».
	Так определяет один Из КомМ-У
	ментаторов Шестой симфо­нии содержание знаменитого $.
	скерцо третьей части.
	Быть может, знакомый о6б­$.

раз «рока» на этот раз при­нял новое обличие какого-то $
фантастического ночного на-$
важдения?! В вихревом по-#
летном движении оркестра { 
как будто надвигается не-}

кая тайная, темная, враждеб­ная человеку сила.
	Ho человек не смиряется$
ред ней — он встречает
	перед неи — он встречает
ее ‘лицом к лицу [ Сначала
робко у гобоя, потом семе­лее — у скрипок и, наконец,
полным голосом в партии
	полным голосом в партин
кларнетов звучит мужествен­ная, великолепная тема
«марша в торжественно-ли!

 
	ная, великолепная чема
«марша в торжественно-ли
кующем роде» (так. опре­делил ее сам композитор).
	...Это музыка битвы!.. В
	 

этой борьбе, пусть даже не­равной, раскрывается   пафос
человеческой воли и «мечта
о героическом взлете стано-#
	вится действием».
	\ двор автозавода, где нахо­намного раньше, чем в Ев­i) дятся экспериментальные pone. Разработки. месторож­} образцы автомобилей <Хун­дений. существовали здесь
“ пи», что значит Красное зна­еще до нашей’эры. Однако в
“ мя? Нрупные, сверкающие прошлом угольные . богатства

 
	черным лаком шестиместные использовались слабо.
	лимузины готовы начать ис­пытательный автопробег.
Приятно сидеть за рулем та­кой машины. Кстати, если

сейчас КНР по. объему угле­добычи вышла на 1-е место
в Азии и на 5-е место в ми­ре. ‹ :
	« сиденье покажется
	вам нНе­Не меньше славится CeBe­« удобным, вы можете поднять
или опустить его по своему
желанию. Гнутые переднее
и заднее стекла позволяют

 

ро-Восток залежами желез­ных руд. Естественно, что
этот район стал важнейшей
индустриальной базой Китая.
	хорошо видеть все вонруг.,
А теперь отправимся на
этой чудесной машине B
дальнейшее путешествие по
Северо-Востоку. Нан путь
	Последний пункт нашей
‹поездки> по Северо-Востоку
— город Аньшань —
«стальная столица» Китая.
Здесь находится крупнейший
	я. пя а м
Такова третья часть сим-! Этой чудесной

ом, д
	фонии, до предела насьшщен­1

 
	ная могучей силой жизни.
	‚И вот уже все позади: $
	мечты и, воспоминания, у
стремления, надежды, борь­{
ба...  

В трагическом финале}
	Шестой симфонии воплощену
	«потрясающе-правдивый 00
	 

раз расставания с жизнью...
	предельно-душевная И Hpo­стая тоска перехода Or BcCe­ft
	Совсем  «по­ueTIOBEHeCKH> §
плачут скрипки, виолончели, $
	валторны...

Невыразимым трепетом
жизни проникнута великая
нечаль умирания .. Пусть

безысходна скорбь, но в нее
словно перелит весь пла­мень жизни, вся страстность
человеческих чувств. Пусть
	лежит на юг, к одному из
крупнейших индустриальных

} центров

Северо-Востока_, и
всего Китая” — городу
ТИзэньяну. Глухе рокочет

металлургический комбинат
страны. Днем и ночью по­лыхает здесь пламя домен
и мартенов. Свыше полусот­ни’ мёталлургических пред­200-сильный мотор. Стрелка приятий объединены в этом
	‘спидометра вздрагивает у гигантском комплексе, В све-+
цифры 185. Te мощных прожекторов,
Включаем приемник. Гром­установленных на металли­{ кий ‘голос пекинского дик­ческих мачтах, работают лю­$ тора объявляет. о двадца­‘ди, движутся ^ электровозы и
тиминутном. перерыве для паровозы, ведущие составы
гимнасхики. По этому ссиг­руды, угля, чугуна. Миллио­налу. миллионы людей при­ны тонн стали дает этот: ги­останавливают работу, раз­гант ежегодно.

‹ влечения. Оставляет свой Попробуем войти в марте­} стол ученый, отходит от  новский цех. Бесконечный

 
	станка рабочий, студент за­крывает свои конспекты, ку­leet ae Иа
__ 5 пающиеся выходят на берег
	— все повторяют упражне­ряд печей.‘ Сосредоточенные
лица рабочих. Восемнадцать
миллионов тонн стали долж­ны дать металлурги Китая в
нынешнем году. К этому приз
	‚ передаваемые по радио.

а НЕ Их

  
	нет и смирения в Этой из-}
	немогшей человеческой ду­те.
	 

В стенаниях всего оркест-%
	ра; в безутешных жалобах
скрипок. в этих взбегающих
	вверх хроматических  BSpbi­вах рыданий слышатся все}
тот’ же ‘непримиримый про-}
тест то’ же страстное непри­ятие смерти...
Но час пробил!.. Его в03-
зещает сдержанный удар
	там-тама в оркестре. *
Морем слез, великим над­гробным плачем  разлилась
скорбная ‘ нисходящая тема
финала, Все ниже, все глу­ше звучит она на фоне еле
	слышимых биений контраба-}
	замирает
ей Kak
	сов. И, наконец, зам
где-то у виолончелей,
	бы погружаясь в тишину за­бвения в’ безмолвную Ночь

 1
	бвения, в Фезмолввую н9з5
небытия... ‘
АИКОВСКИИ медленно
опустил руки...
‚Он не положил о палочку
на. дирижерский пульт, не
обернулся лицом к залу —
неподвижно продолжало он
стоять на эстраде, опустив
голову, словно ‘забывшись,
	голову, словно ‘забывшись,
задумавшись о чем-то глубо-$
		Беспощадное полуденное

солнце
«Хунци»,

разогревает наш
внутри становится

зывает их коммунистическая
партия?’ Ведь в ближайшие
годы Китайская Народная
	жарко, душно. Но против Республика должна догнать
этого зла’ есть «противо­Англию по производству чер­ялие»: включаем установку ных металлов.
	для кондиционирования во3- Восточная часть города —
	духа, и становится. прохлад­но. А зимой будет работать
система . отопления. Да, на
такой машине   можно совер­wath кругосветное -путешест­жилой. и торговый район —
утопает в зелени. Здесь жи­вут семьи рабочих. В Аньша­не построено много новых
домов общей жилой — пло­вие .через все климатические
пояса.

Но мы уже  приближаемся
к концу нашей воображае­щадью & миллиона квадрат­ных метров, проложены но-з
вые улицы, разбиты парки.

Наше знакомство с Сёверо­мой поездки. Въезжавм в Востоком подходит к’ концу.
г. Шэньян, или, как он рань-’ Дальше — Внутренняя Мон­ше назывался, Мукден. Про­ГОлия,

езжаем по прямым, длинным А. МУРАДЯН,

 
 
 
 
Г
 
}
	сотрудник Института
востоковедения АН СССР.
	(Нродолжение следует)
	НА СНИМКЕ: легковой авто­мобиль «Хунци»,
	 
	 
	улицам, обсаженным деревь­ями, с двух­трехэтажными.
домами по сторонам.

 O6 этом древнейшем го­роде можно было бы много
	8 июля 1959 р
	дываем в них неё совсем TU уииниви

 
	«Создаем не мы, создает на­род; мы только записываем н
аранжируем». :
	М. И. ГЛИНКА.
	ный смысл. Мы  говорима
«мажорный», вместо того что. 2
бы сказать чбодрый», «весе­лый»; мы употребляем слово
«минорный» в том же значе­HHH, что ‘и «печальный».
Мажорная мелодия обычно
действительно звучит свет­лее, яснее, тверже минорной.
Но когда речь идет о более
светлом характере мажора по
сравнению с минором, это
вовсе не значит, что все ми­норные песни звучат` печаль­но. В «Гимне’ демократиче­ской молодежи» минорный за­пев звучит строже, серьезнее,
чем мажорный припев, но
нисколько He печальнее. И,
	наконец, среди минорных пе­сен есть и просто веселые,
как, например, «Во поле бе­реза стояла».

Немалое значение в музы­ке имеет и соотношение зву­поток звуков, а как ясно и
логично построенную музы­кальную мысль.
	То, о чем здесь говори­лось, это только основы. Но
как много прекрасного, не­ожиданного, захватывающего
откроется каждому, кто захо­чет войти в мир музыки. Та­кой человек станет богаче,
ярче, значительнее. Да вы
ведь и сами можете убедить­ся в Этом.
	В ВАСИНА.
	ГРОССМАН,
доктор искусство­ведческих наук.
	Ни хлопка, ни возгласа..., $
Никто не поднялся с места, $
никто не заспешил к выхо-$
		Лишь когда Чайковский,
	 

 

словно очнувшись, поднял
голову и поклонился оркест­опомнились,
раздались ап:
	— сначала не-ф
‚ потом все го­се.: Так начала»
Шестая иные,
	ру, ‘слушатели
спохватились, р
лодисменты —
решительные, п
рячее, горячее...
свой путь Ше

ния,
	4. Л. ДАНИЛЕВИЧ. Шостакович. Изд. <«Co­ветский композитор»,
	1 А В ЛУНАЧАРСКИИ. В мире музыки.
	Изд. «Советский композитор».
	2 Г ХУБОВ, Музыка и современность.
	Изд. «Советский композитор».
		народную музыку. Музгиз,
	«МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ»
	3 CTP,
	5 А. СОЛОВЦЕВ. Концерт. (Серия «Музы­кальные формы н жанры»). Музгиз,