9 телеграфного
окошка
	А вот телеграмма в стихах:
	«Слив силы в творческий порыв,
Семейство сочиняет стих.
Мы рады будем видеть вас
	Хоть через год,
Хоть и сейчас.
	 

 ПРИ РУ Е Е Е ГР ГР ЕГ У REESE
	Георгий Салуквадзе
	НОВЫЙ ГОД
В МОЕЙ СТРАНЕ
	Бледнеют звезды...
Скоро вновь проснется
	Моя страна, Москва —
любовь моя.
	Она, как новый щит,
поднимет солнце,
	Лучи его пошлет во все
края.
	Снег вьется лепестками
белой розы,

И каждый куст, как белая
сирень.

Старинный Кремль седеет
от мороза —

Ведь на год старше стал он
в этот день.

А у ребят особое веселье—

Сам Дед-мороз им сласти
раздает,

По всей стране справляет
новоселье

Наш новый друг—товарищ
Новый год.
Сейчас обходит он свои
владенья,

Вступает в суверенные

права.
	Блестят снега, как полог
из парчи.

Как новый щит, Москва
подъемлет солнце,
Во всех краях видны его

лучи;
	ПРИ ГИР Е EAE EEN EMME
	ПГК КРИ РЕ РЕКИ EE,
	Нам по душе такой лихой Неревел с грузинского
	соратник,
Нам по пути с работником

таким,
И, право, нам не надо слов
парадных,
Когда о новом счастье
говорим.
Оно во всем, чем наши дни
богаты:
В работе,
В песне,

В силе братских рук,
В том, что прекрасны
зори и закаты,
Верна подруга и надежен
друг.
Так пусть же ходит чаша
` круговая —
Она еще не выпита на
треть!

Евг. ИЛЬИН.

ВЧЕРА,
В КАНУН

Спешат авто...

Люблю я день кануна...
— Вы нынче где
встречаете?..

 

А с кем?..
Зовут к себе,

Сияя,

Окна ГУМа,

И даже улыбнулся...
Манекен!

Вокруг меня
Смеющиеся лица,
Как Дед-мороз,

Е Е Не Ч она а
	Бстал дворник у ворот.
Чуть-чуть снежком
Припудрилась столица,
Счастливая,

Встречает Новый год!
	Павел КУДРЯВЦЕВ.
	Мы, в новый год
уверенно вступая,
Совсем не собираемся
стареть.
	НПогасли звезды,
Свет прозрачный льется,
	Целуем крепко и всерьез.
Семейство все и Дед-мороз».
По адресу на бланке легко угадать род занятий челове­ка, который получит привет от родных:
«Якутская Нюрба Амакинская экспедиция партия 167
трубка «Удачная» Шпунту Б.».
	Эту телеграмму, наверное, получит геолог. с суровым, об­ветреннНым лицом,
	— одесь будет новый дом
на загляденье,
	Здесь будет рожь густа,
как грива льва!..
	А здесь реветь потокам
усмиренным,
	Садам цвести, лесам
вставать стеной.
	А здесь встречать весну
молодоженам —
	Их счастье запланировано
мной.
	У новосела золотые DYKE,
	И нет преград
размашистым атагам,
	И даже необузданные
вьюги
	Сейчас смиренно льнут
к его ногам.
	Пожалуй, нет ни одной большой стройки, нет ни одного
города, где не трудились бы молодые москвичи.
	управление
	«Братск Главное
	строительства ГЭС
	Григорьевой Поздравляю новым годом Надеюсь увидеться
	‘4ЗКелаю счастья Целую Галя».
	«Владивосток ледокол «Сталин» помощнику капитана
	Удачного рейса!»
	Вилометры узкой бумажной ленты с напечатанными на
них словами и цифрами проходят через руки девушек-ап­паратчиц. Километры поздравлений уходят отсюда в раз­Б. МЕСТКОВ,
Ю. ИГНАТОВ.

eee ()
	ные концы страны.
		a =
SEEM MAHAAAE ATED EEN EA TASS EA TEMA AAMAS UE AMEE EAAEE GS AA ETO RTEE EERE RAM TAMA EAMSAD TEASE AEA ARAMA TTA USAMA ATA TATA SAAT BEATA UAT UOTE UCU TEE
			 
	B HAIWEM
Н КИНОЗАЛЕ
	 
	 
		 
		— Она уже хрипит, но она очень не­вкусная! — прокричал тот и обратился
к нам: — Я, видите ли, людоед, из пле­мени тапи, герой нового фильма «По
ту сторону радуги». Не бойтесь! Я доб­рый людоед, я ем только подлецов и
негодяев.

Перед нами действительно стояло доб­родушнейшее существо в распашонке из
шкур и меховых чувяках.

— Я, видите ли, из своего племени по­пал в Москву, ну и... А остальное вы
узнаете из фильма. А сейчас давайте
лучше посмотрим отрывки из фильмов
1960 года. Только они еще не озвучен­ные и не смонтированные. Но мы по­стараемся вам все объяснить.

Мы вошли в зал.

— 280, дубль 1, «Первое свидание».

«Зачем столько больших дядей и тол
стых тетей собралось в их комнате?», —
думают Павлик и Шурик. — Участковый,
управдом, генеральша, представляющая
общественность дома, три активистки ©
«Трехгорки», супружеская пара и моряк
— все они хотят взвалить на себя бре­мя забот об этих «детях пьяницы», А
бравый моряк, тот очень не прочь пред­ложить руку и сердце симпатичной Вале
Калитиной, которая ухаживает за ребя­тами. Но Валя уже жена другого — во­долаза Алексея. Они поженились сразу
же после первого свидания, хотя им и
принтлось на первых порах поселиться
у вдовы  судьи-собаковода, той, что
обитает в комнате с десятком собачьих
чучел, двумя живыми собаками и неко­торым количеством кошек.

Комическую роль вдовы  собаковода
исполняет артистка Т. Пельтцер. В этом
фильме вы встретитесь с Г. Юматовым,
дебютанткой Лидой Шапоренко и други­ми.

На экране — эпизод из нового филь­ма «Сережа» по повести В. Пановой.
Маленький, белоголовый мальчуган под­ходит к женщине, сидящей у швейной
мантины: «Что ты шьешь?».

И вдруг наш экран отодвигается, и МЫ
попадаем за кадр, на студию. Огром­ный павильон, и внутри него маленький
кусочек декорации — комната. Белого­ловый мальчик теперь уже не Сережа,
а пятилетний актер Боря Бархатов. А
вокруг него десятка два людей — ре­жиссеры, мама, оператор, актеры С. Бон­дарчук и И. Скобцева, звукооператор,
ассистенты, гримеры, рабочие. Режис­сер Георгий Данелия ползает по полу за
маленьким Борей, словно актер кукольно­го театра, направляя каждое его движе­ние: «Тишина! Начали! Мотор! Ну, Бо­ря, ну! Давай!. Огромный павильон за­тихает — снимается еще один кадр 6y­дущего фильма.

Наше путешествие за кадром продол­жается. Мы попадаем в съемочную груп­пу «Русский сувенир». Григорий Василь­евич Александров рассказывает нам ©
том, как снимался эпизод полета героев
фильма на «ТУ-104» над Москвой. Если
снимать этот эпизод действительно в
«ТУ», то Москва на экране промелькнула
бы за несколько минут и зритель ничего
не смог бы толком увидеть. Этот минут­ный перелет над столицей грунпа cHH­мала несколько дней с вертолета, затем
отдельно — «ТУ» в воздухе, кабины
«ТУ», а затем методом  «блуждающей
маски» соединяли этот фон е актерами.
Вот какие длинные бывают минуты у
кинематографистов... Группа проделала
длинный путь по всей стране — около
15 тысяч километров, снимая натуру для
фильма — бурный поток советской жиз­ни, в котором барахтаются комические
герои-иностранцы. И среди них совет­ский человек — Варвара Комарова, «за­жигальница звезд». А какие именно звез­ды она зажигает, вы узнаете, посмотрев
фильм...

Мы снова в нашем кинозале. Экран
задвинулея, закрыв хлопотливый мир ки­ностудии. Мелькают перед нами кадры
фильма, серебреетой стрелой летнт над
Москвой «ТУ-104» — летит в новый,
1960-й, и английский богослов Джон
Пиблс восклицает: «Господи, если ты до­пустил все это, значит, с этим надо счи­таться!».
	Сн неспроста утих —

Не верю чудесам.
Стремясь чернить других,
Он вымазался сам.
	Стихи Б. РОЩИНА.
Рис. В ЖАРННОВА.
	100 ОЧКОВ ВПЕРЕД...

 

 

 

 

 

 
	Он на рисунке этом —
	ный мировой рекорд скоро­сти, принадлежавший амери­канцам. Достижение русского
летчика Г. К. Мосолова на са­молете «ЁЕ-66» — 2504 кило­метра в час в днапазоне
«теплового барьера»...
	время английский писа­тель Герберт Уэлле великого
Ленина. Не понимая законо­мерного характера и соци­альной сущности Октябрь­ской революции, ее величия
и исторического значения,
Уэллс ‹читал утопией пред­видения вождя революции.
«...Осуществление таких
проектов в России можно
представить себе только с по­мощью сверхфантазии. В ка­вое бы волшебное зеркало я

gall телем» назвал в свое

ни глядел, — говорил писа­тель в своей книге «Россия
во мгле», — я не могу уви­‚деть эту Россию будущего...».
Не нужна : сверхфантазия,
не нужно волшебное зерка­ло, чтобы сегодня, сейчас
увидеть Россию такой, © ко­торой мечтал Ленин! Даже
недруги Советского гозудар­ства признают «чудо», кото­poe совершилось. «Изуми­тельно!», <«Колоссально!»,
<Фантастично!» — вот заго­ловки восторженных статей,
которыми пестрила американ­ская пресва в дни работы Со­ветской выставки науки, тех­ники и культуры в Нью-ИЙор­ке летом минувшего года.
В свое время великий
Ленин мечтал о сплошной
электрификации страны, как
о необходимом условии пост­роения коммунизма. Разве
не становится явью эта меч­та?
Факты — ‘упрямая вещь.
Заглянем в наступивший год.
30 миллиардов киловатт-ча­сов — таков ожидаемый при­рост электроэнергии. Это
значит, что в 1960 году мы
получим 291 миллиард ки­ловатт-часов, или 33 плана
ГОЭЛРО. выполненных за 12
	месяцев. Мощность новых
«фабрик электричества», ко­торые вступят в строй во
	втором году семилетки, будет
больше десяти Днепрогэсов:

«Если бы мы могли дать
завтра 100 тысяч первокласс­ных тракторов... — мечтал
на УП съезде РКП(б) Влади­мир Ильич Ленин, мечтали
коммунисты. И эта мечта
сбылась. 300 тысяч тракто­ров выпустит за семилетку
только один Сталинградский
завод.
	uv. Америка, силяесь не
отстать от семимильных
шагов Советской России. И
уже отстает: у нас среднегодо­вой прирост промышленной
продукции в семь фаз выше,
чем в Соединенных Штатах.
Время работает на нас, дей­ствительность опережает меч­ту. 150 лет понадобилось
Америке, 200 лет Англии,
чтобы достигнуть современ­ного уровня экономического
развития. А советским людям
для этого было достаточно
меньше 20 лет.

Мечта... Какое хорошее,
красивое это слово. Совет­ские люди тоже мечтают, за­глядывают в будущее. На­верное, было так и в ночь
под новый, 1960 год. А меч­ты у нашего человека особен­ные: они непременно сбыва­ются, сбываются подчас  го­раздо раньше, чем думаешь.

Поэтому не стесняйся —
	мечтай, дорогой друг!
В РЫНОВСНИЙ.
		ЕЛО прошлое. И уж ес­ли говорить начистоту,
наша редакция попала
тогда впросак. Это было ров­но 12 месяцев назад. Гото­вился новогодний номер. Hro­то предложил: давайте по­мечтаем, дадим на первой
странице эффектную Ффото­межпланетного корабля опуб­ликуем в ближайшие дни.

Так и сделали. Но не ус­пела просохнуть краска но­вогоднего номера, как прои­зотшло событие... Событие, эхо
которого, прозвучавшее на
весь мир, опередило на­шу мечту. Она стала дейст­вительностью. 4 января Те­леграфное агентство. Совет­ского Союза известило чело­вечество о запуске первой в
мире космической ракеты в
сторону Луны. Эта ракета по
сей день бороздит межпланет­ное пространство, став на
вечные времена искусствен­ным спутником Солнца...

Так, поистине фантастиче­ским событием начался ми­нувший год. Мечтать, пред­угадывать события, происхо­дившие в нашей стране, было
даже чуть-чуть опасно. Дей­ствительность на протяжении
всего года даваха сто очков
вперед мечте, фантастике и...
выигрывала.

12 сентября на Луну уст­ремилась вторая космическая
ракета, которая спустя два
дня точно легла на лунвую
поверхность. Утром 4 октяб­ря с особым заданием стар­товала третья ‘ракета, воору­женная автоматической -меж­планетной станцией.

..350 лет назад Галилей
впервые рассмотрел Луну в
зрительную трубу... Больше
двух с половиной веков ми­нуло с тех пор, как директор
Парижской обсерватории Hac­сини окончательно установил
основные законы движения
Луны, Эти законы означали:
мечтай не мечтай, а жителям
Земли никогда не увидеть об­ратной стороны своей спут­ницы.

И вот действительность ва­несла еще одно «поражение»
	мечте. Фотографии HeBHAH­мой доселе половины Луны,
слеланные третьим «лунни­ком», легли перед восторжен­ными молодыми и седовла­сыми учеными.
	HAHT ЛИ читатель, что
такое «Добролет»? На­помним: так называлась
	в 1930 году летная организа­ция  — прообраз нынешнего
Дальневосточного управления
гражданского воздушного
флота. Даже по тем временам
незавидно выглядело хозяй­ство «Добролета»: одна ло­птадь, сани м самолет.

Через неделю исполнится
30 лет с тех пор, как про­славленный летчик М. В. Во­допьянов открыл на самолете
мощностью в 300 лошадиных
сил воздушную дорогу Хаба­ровск — Оха на Сахалине.
Полет туда и обратно про­должался 11 суток.

О чем мечтал в канун но­вого, 1930 года Михаил Во­допьянов? Наверное, о хоро­ших самолетах, о том дне,
когда наши летчики завоюют
первый мировой рекорд. И
вот мечты эти побиты дейст­вательностью по всем стать­ям.

1959 год; на трассе бывше­го «Добролета» самолет
<ТУ-104» перевез около
120.000 пассажиров; крупней­ший в мире лайнер <ТУ-114»
совершает беспримерный в
истории беспосадочный пере­лет из Москвы в Нью-Йорк;
в таблице рекордов Между­народной авиационной феде­рации мелькают имена совет­ских летчиков и советских
самолетов, которые один за
другим побивают мировые ре­корды высоты полета и гру­зоподъемности. 31 октября
падает последний абсолют­графию ракеты в момент ее

Новогодний бал молодежи шерстопрядильной фабрики запуска, присвоим ей имя
мени М. И, Калинина, «Изумруд», а фантастический
Фото В. ИВАНОВА, рассказ о путешествиях

о

 

 

 

  

“УДИЛЬНИК крякнул ира­дрогнуло от прилива теплых Карп Алексеевич легко,
> достно возвестил о нача­чувств к тем, кто так терпе­пренебрегая одышкой, взбе­‚ на Карп Алексеевич от­ливо ждет его помои. Он жал на тоетий этаж и,
	приосанившись, позвонил,
	Дверь гостеприимно скрип­нула —  Орлов-Скворешник
вступил на закапанный из­весткой пол. Не обратив. вни­мания на вопросительный
взгляд девочки с белым бан­том, он молча пошел по хо­рошо сохранившимся следам
своих плотников.
	Следы привели его в даль­ний конец коридора. Дверь
в номнату была распахнута.
Карп Алексеевич заглянул
туда и скромно потупился.
	На диване, нежно прижав­шиеь друг к другу, сидели
он и она. Она плакала. Он
был мрачен. «Ого! Уже но­вую завел! — отечески-доб­родушно подумал Орлоз­Скворешник. — В таких си.

туациях стенка действитель­но необходима».
	И вдруг мужчина вскочил
с дивана и, разбежавшись,
насколько позволили разме­ры укороченной комнаты,
ударий плечом фанерное де­тище Карпа Алексеевича.
	— Что вы делаете! —
закричал Орлов-Сквореш­ник -— Помогите!
	Ответом был второй, еще
более мощный удар в пере­городву.
	ле дня. Карп Алексеевич от­крыл глаза и, убедившись,
что наступило последнее ут­ро старого года, улыбнулся.
Первый раз в этом году он
просыпался с улыбкой.
	В коридоре стоял елочный
	аромат. Карп Алексеевич,
прикрыв за собой — дверь,
некно погладил  соседскую
	кошку. Снисходительное HiH­вотное приласкалось к ноге,
от которой весь год получа­ло Пинки.
	Потом Карп Алексеевич
ожидал своей очереди в ван­ную У двери с дощечкой:
	«Мытье свыше 3-х минут
	воспрещено».
	выдвинул нижний ящик сво­его стола и извлек оттуда
пачку бумаг. Сверху лежало
дело № 35.
	«Просим вашего указания
на установление в нашей
комнате капитальной пере­городки, в связи с OTCYTCT­вием любви и ожиданием

развода», — писали какие-то
супруги.

«АЙ, ай, ай, — горестно
подумал Орлов-Сквореш­ник. — При отсутствии люб­ви отсутствие перегородки!
	ФЕЛБЕТОН
	Каково беднягам!» И тут его
озарила мысль: сделать
расходящимся супругам, так
сказать, новогодний подарок,
Поставить перегородку сего­дня же, Через секунду эта
смелая идея приняла форму
решения. Кари’ Алексеевич
вызвал ‘рабочую силу.
	— Вот что, — сказал он
двум бравым плотникам, —
поезжайте по этому адресу,
найдите эту комнату и раз­городите ее пополам. Если
хозяев дома не будет, попро­сите, чтобы дверь вам открыл
управдом. Действуйте!
	Илотники сделали кругом
и скрылиеь за дверью, а
Карп Алексеевич. принялся
обдумывать, какие духи ку­пить машинистке, на кото­рую он вчера незаслуженно
накричал,
	К вечеру, когда Новый год
был уже совсем рядом, Орло­ву-Скворешнику доложили,
что между двумя остывшими
друг к другу душами возве­дена надежная перегородка и
каждая из них получила пер­сональный выход в коридор.
Карп Алексеевич улыбнулся
и, поглядев на календарь,
попросил включить рассмот­ренный и положительно раз­решенный вопрос в отчет о
деятельности учреждения за
истекаюцщтий год.
	Но магические волны, KO­торые излучал последний
листок календаря, продолжа­ли тревожить закаленное в
схватках с посетителями
сердце. Они подхватили Кар­па Алексеевича и вычесли
его на улицу. Он покинул
cBolt пост, где с помощью
	нрасного карандаша регули­ровал движение входящих H
исходящих. Он направил­ся в подведометвенный пе­реулок, чтобы лично прове­рить, как выполнено ero YKa­зание, а заодно и лично
поздравить’ бывших супру­гов с новогодней перегород­кой.
	 
	 
	Эту дощечку он сам при­бил сюда, сославшись на
правила пользования телефо­ном-автоматом, и в обычные
дни строго стучал нарушите­лю туалетного регламента.
Но сегодня был необычный
день.
	— Кузьма Емельянович
моется уже целый час, —
беззлобно заметила соседка.
	— Что вы говорите! —
искренне изумился Карп
Алексеевич. — Какой чистоп­лотный человек!
		В троллейбусе было тесно
и тихо. На спине у зажатого
в дверях Карпа Алексеевита
тигром висел какой-то граж­данин. Всю дорогу он вел ce
бя беспокойно и жаловался
на свою участь. Но Карп
Алексеевич не посоветовал
ему ездить на такси. В это
утро он был непоколебимо
убежден, что всем, решитель­но всем, надо ездить в трол­дейбусе.

Так начинался этот день.
День необыкновенный, 0сэ­бенный, даже, пожалуй, ис­ключительный. Казалось, лю­ди весь год готовились к не­му, чтобы показать друг дру­ту, какими они могут быть
добрыми, милыми и чуткими.
Карп Алексеевич, как и мно­гие, в этот день был не по­х0: на себя.
	— С наступающим вас, то­варищи! — прочувствованно
сказал он сотрудникам, пе­реступив порог учреждения,
где он уже считался не про­сто Карпом Алексеевичем, а
ответственным работником

К. А, Орловым-Скворешни­ком.
	На столе деликатно прэ­журчал телефон, Карп Алек­сеевич Орлов-Скворешник
снял трубку:
	Ал-ло!
	Карп Алексеевич с трудом
оторвал от стены брыкающе­POCA жильца.
	— Гражданин, уйдите! Нто
вам дал право вмешиваться
в мою семейную жизнь?! —

негодовал разъяренный
квартиросъемитик.
	— Нак кто? Вы сами! Вот
вапте заявление.
	Кари Алексеевич протянул
бумагу с жирным канцеляр­ским штампом. Он обличал
гневным тоном прокурора:
	— Номер 35. Получено
2 января. Вот ваши подписи!
	Через минуту выяснилось,
что супруги-заявители, устав
ждать решения вопроса, еще
летом покинули дом, где
рухнуло их семейное  сча­стье, а перегородка раздели­ла любящие сердца недавно
въехавших сюда молодоже­HOR.
	Карп Алексеевич Фрлов­Скворешник обиженно про­говорил:

— Ну, теперь приходиге
ко мне в новом году. Прине­сите заявление о ликвидации
перегородки и две справки...
	И, повернувшись в дверях.
добавил:
	В. ТНАЧЕННО,
Б. ЯКОВЛЕВ.
	— С Новым годом!
	we OM ANTE! Сегодня сюда вход стро­mem Nannarrrayre
	большого
	го разретен!
	Мы остановились у двери
	зала. перед нами  
вещая маска.
— Нельзя! Здесь,
	Перед нами опять возникла зло­— зельзя. одесь, — маска понизила
голос до зловещего шепота, — непрове­ренные.
— Кто? Кто?
	— Киногерои 1960 года. Заметьте, еще
не утвержденные. Вон, слышите, кричат?
Заметьте, разными голосами кричат, раз­ными! Разве ж это можно?

Действительно слышались крики и ка­кое-то сильное движение по ту сторону
двери. И вдруг она распахнулась. Пест­рой, бесформенной толпой неутвержден­ные герои ринулись к нам.

— Куда? Закритикую насмерть! — мас­ка взмахнула авторучкой. Чернильная
лава обрушилась на героев. Но в это вре­мя сзади к маске подкралось какое-то не­лепое существо в шкурах и повисло у
	нее на шее.
	Подведомственная  органи­зация просила помощи и,
судя по голосу  просизшего,
слабо надеялась ее получить.
	— Какой может быть раз­говор, — теплым баритоном

отвечал Орлов-Скворешник. —
Раз надо — значит, надо.
	— А когда можно подъ­ехать с письмом? — робко,
боясь спугнуть удачу, спро­сили его.
	— Ехать? — переспросил
Карп Алексеевич сияя. —
Зачем же вам ехать? В ва­ших краях сегодня будет
мой курьер, он и привезет
письмо, С наступающим, то­варищи! Будьте здоровы!

Да, это был день добрых
дел. A Орлов-Скворешник
вдруг вспомнил про дела ми­нувших дней — сердце его
		— Съешь ее, тапи, съешь! — закрни­чали герои.
	ry UO,
ратцы!»
	Она способна удивить,
Забыв поздравмть с Новым
		Как ошпаренный, выскочил незнакомец из кинозала и со

— Баса а 2‘ ва АА РОЯ
	— ГЕТЕ. ХТ т

страшными проклятиями заметался по полосе,

 

но,
	шись на фельетон и заметну с названием «100 очков вперед»

= Нл цих ЭТО

 
	мистер Инсон зашипел,
	oe РР СЕ

нак естревоженная кобра. Но что это

 
	Ha npoceenneno. yy eee За
х наши дружные ребята не пу­о ий a
Ax B ctapom, 1959 году. Отще­мистера Иксона, услышав его
«О кэй?» — спросила стиляга.
+ Иксон и тут же, сняв с себя
х сомлевшей стиляге. Болтун

ий тот еще быстрей зачиркал
	ра

коснеющими устами пробормотал хулиган.
‘иыстер Инсон и, нежно обняв пьяницу,
	Внезапно бледное чело Иксона просвете
DH увидел субъектов, которых наши дружин
паи па вай вечер. оставив их в старом,
	пенцы моментально обступили
	сильный заграничный анцент. *® Кзи:» о ос
«О нэй», — расплылся господин Инсон и тут же,

НР с сы ааа“ жи
	нейлоновые носни, протянул их
что-то зашептал на ухо Иксону,
	«парнеровской» авторучной.
«В-выпьем?» — Ккоснеющи
«О нэй! — сказал мистер
	ушел с ним на четвертую страницу.
	Кричит: «Я рвусь
	Он к болтовне своей привын,
Но мы испытываем муки.
Эх, если были б его руки
Трудолюбивы, как язык,
	Но на него имеется уздечна.
В руках дружиннина,
внезапно присмирев,

Он кротною становится  
	эвачкой,
	Он, против истины греша.
Увы, не может даже рваться
Его бумажная душа.
	Когда ей за собой следить,
Когда она следит за модой.