Делегат конференции Сколько раз вот у этого самого колодца встречалась Аня Платонова co своими подругами, работающими в поле, на фермах. Сколько тайн они ей доверяли, как увлеченно рассказывали ‘о своей работе! Порой девушке становилось грустно: молодая, сильная, она работает в правлении колхоза «Заря» Балашихинского района счетоводом. Это, конечно, нужная и почетная работа, и Аня отлично с ней справляется. Но ей хочется взяться за большое, настоящее дело, в котором она может проявить свои способности. А сегодня на душе у Ани Платоновой очень весело. Ей кажется, что вот-вот наступит весна, когда исполнится ее мечта — она перейдет работать в полеводство. Радостно Ане еще и потому, что ей оказано большое — доверие: она избрана делегатом на Московскую ХУ областную конференцию ВЛЕСМ. Фото С. МИЛИНКИСА, ‹ПРИЕЗЖАИТЕ К НАМ ЕЩЕ Вот уже несколько лет дружит молодежь Министерства путей сообщения с колхозниками артели «Россия» НароФоминского района. Недавно мы снова навестили своих ‘друзей, Участники нашей агитбригады устроили концерт. Сельские школьники получили в (подарок около 500 квиг и журналов, собранвых комсомольцами министерства. — Обязательно приезжайте еще, — прощались с нами колхозники. В. ТЮТРИН, руководитель агитбригады. —oO-—— По следам наших выступлений ВА звонка. Иду открыо вать дверь. Высокий $ юноша стоит на пороге, — Это ведь вам письмо? — спрашивает’ он. На конверте — мой адрес, моя фамилия. — Его по ошибке к нам занесли. Уже три дня назад... я бы сразу принес, да уезжал на дачу. Наникулы ведь... — Спасибо, — говорю, — Сергей, за услугу.. — А это вовсе и не услуral — вдруг вепыхивает он. — Разве я кому-нибудь слуга?. Это... — он на секунду задумывается, подыскивая слово, потом улыбается. — Это у-друж-ка!— Повернулся и побежал. — До свиданья! — кричит он откуда-то снизу. Я слышу быстрый топот его ботинок по каменным ступенькам. Он что-то напевает в такт шагам. И мне кажется, это, как звонкий мячик, катится вслед за ним коротенькое, емкое, доброе, случайно, вот так, на ходу придуманное им новое слово: «У-друнска, у-друж-ка, та-тата, та-та-та...». Впрочем, может быть, он напевает совсем другое? Да и слово это, Сережино слово, совсем не новое. Квартира, куда по ошибке занесли мое письмо и где живет Сергей, студент МосKOBCKOTO энергетического Случилось так, что у paботницы овощеводческого звена Серафимы Новиковой нечем было истопить печь 8 сварить обед для троих ребятишек. Комсомольцы решили ей помочь. Секретарь комитета ВЛКСМ совхоза «Молочный гигант» Слава ЧЛевенков попросил y директора машину. И вот в воскресенье пятеро комсомольцев, одевшись потеплее, поехали в ‘лесхоз за дровами. © Существует особый вид художественной удачи, когда произведение перерастает свою ближайшую цель. Эмигрант Данте писал памфлет против своих политических врагов, а сборщик податей Сервантес — пародию на рыцарские романы. Но получили мы неизмеримо большее. Мы думаем, что к эффекту такого же качества надо стремиться и в обычной, повседневной жизни искусства. Тогда служение художника обществу не будет близоруким. Постановза Центрального детского театра «Друг мой, Колька!» замышлялась всего лишь как студийная работа, в которой должны были попробовать свои силы чнедавнае школьники, только elle год проучившиеся актерскому ремеслу. Давайте же 119- смотрим, благодаря чему получился вместо этого один из интереснейших спектаклей сезона, почему споры внутри пионерского звена допускают значительную степень 0606- щения и выводы детского Театра: применимы к организациям спортивным, KOMCOмольским и даже профсоюзным. Кто он, мальчик Колька, кто его друзья и недруги в пьесе молодого драматурга А. Хмелика? Николаю Снегиреву (студиец Г. Сайфулин) трудновато жить. В классе — тройки. На сборе — продолжительная канитель под названием «Береги минутку». Всему этому Колька решает противопоставить ТОТР. — Тайную организацию троечников. Это как бы маленький партизанский отряд, борющийся против скуки, казенщины, зубрежки. Противник №Ту Кольки— старшая пионервожатая. Как казенно, механически, заводным бодрым голосом разговаривает она с детьми! Как мертвит все, изгоняя неинститута, совсем недалеко от меня, в соседнем корпусе; Мой — седьмой, тот. — восьмой. Я знаю всех их жильцов, и они знают меня, потому что мы живем вот так, рядом, не один год. И я отчетливо представляю’ себе, как это письмо три дня подряд лежит у них в передней, на круглом, покрытом салфеточкой столике, под телефо* ном. Люди берут одной рукой телефонную трубку, а другой от нечего делать вертят его перед глазами, ма+ шинально, в десятый раз читают адрес. Потом кладут обратно. — Опять забыла отдать утром почтальону! — ~— Hes кренне сетует Елена Всеволодовна. - — Надо уже давно в почтовый ‘ящик его опустить! Вот пойду в магазин, возьму с собой... — говорит Нсения Ивановна. И опять все забывают о письме: чужое. Не они его ждали, не им спентили напясать. Хорошо еще, что Сергей уезжал всего на три дня... большим трудом пробивалея грузовик, который вел Борис Андриевский по заснеженной дороге. Парни ‘и девчата 3aмерзли, намаялись за день, зато как было хорошо, когда Сима, услышав гудок, выскочила на крыльцо и увидела у своего сарая грузовик, доверху нагруженный тяжелыми чурбанами. Скоро и Hay ee домом закурилея лымок 43 трубы. А САВУШНИН. ОоОельетон записал, и решили BO 4TO бы то ни стало разыскать ее владельца. А сделать ato было нелегко: телефоны и адреса в ней были не только московские, но и ленинтрадские, и киевские. И вот они три дня по очереди крутили телефон, пока не напали на друга Владимира Павловича, который OFHH BO всей Москве знал 0б эТэй его потере. — Worn тт же’ сами приехали ко мне и привезли книжку. А прощаясь, самым суровым тоном потребовали, чтобы я здесь же, немедленно, при них же подписал на ее обложке свою фамилию, имя, отчество и адрес; боялись за меня, думали, что но рассеянности я опять се потеряю, — закончил он свой. рассказ. А дальше мы сидели. с ним и думали. О том, что вот так. удружить может только друг. И только — другу. -И если эти. два. паренька потратили столько времени, чтобы удружить ему, совершенно незнакомому и ненужному им в 06- щем-то человеку, то не иначе, как они считают его своим другом, а себя его друзьями. . А что такое «друг»? В том же словаре Даля я нашла такое, поразившее меня своей удивительной простотой и одновременно глубиной объяснение этого привычного всем слова: «Друг — другой в значении такой же, равный, другой Я, другой ТЬЬ. Так, может быть, потому все ближе у нас человек человеку и все тоньше преграды, отделяющие друг от друга совсем чужих, совсем незнакомых, что все органичнее овладевает нами, нашими умами, а главное— нашими сердцами великая идея равенства людей? Ведь признавать человека равным себе—значит уже уважать его, доверять ему, а следовательно, и быть готовым к дружбе с ним, к тому, чтобы легко и естественно сделать ему добро, доставить радость. ..А несколько дней назад я случайно повстречалась с дружеской улыбкой, прилетевшей от незнакомых друзей незнакомому другу из-за рубежа. каждому дому. Потом начала останавливать встречных, спрашивая, где живет ее сын, Те улыбались, пожимали плечами и, естёственно, говорили, что надо знать адрес. Она порылась в сумKe, a `адресато и не оказалось — потеряла, видно, дорогой. Ей советовали вернуться на вокзал и там ждать, но она даже не могла объяснить, какой это вокзал. И вот старой женщине стало страшно. Она остановилась среди улицы и заплакала. К ней подошел паренек лет шестнадцати. Pacспросил, узнал, что Фекла Ивановна заблудилась, и сказал ей: «Не горюйте, пожалуйста, ‹ бабушка. Отыщем мы вашего сына». Он взял у старушки узе6- лок и сумку, перекинул через плечо и повел ее в справочное бюро. Там с большим трудом, по рассказам Феклы Ивановны, был, наконец, найден адрес ее сына. Паренек проводил ее до самого дома, к родным. Те уже сильно волновались и очень обрадовались ее появлению. и вот как-то так случилось, что среди всего этого волнения и радости никто не обратил внимания на паренька, с которым пришла старушка. А он улыбнулся, попрощался и ушел, не назвав себя. И вот теперь вся семья Феклы Ивановны жалеет о своей недогадливости и поручила Александре написать нам об этом безымянном юноше, который сделал людям доброе дело`так ‘легко и естественно словно... лишний раз вздохнул. А сколько у каждого из нас каждый день встречается случаев, чтобы поступить не хуже него! Радость человеку можно доставить и добрым делом, и ‘ласковым словом, и приветливой улыбкой, т.е. часто такими пустяками, которые нам ничего или почти ничего не стоят. Конечно, я имею в виду нечто иное, чем проявление ‚обычной вежливости, воспитанности, сознательности. Пора перестать считать заслугой, если кто-то уступает в ‘трамвае место старшим, не ленится поднять оброненную женщиной вещь, не забывает бросить в почтовый ящик чужое, случайно занесенное почтальоном в квартиру письмо... Нет, зудружка» — это ... когда человек делает другому что-то сверх обычного, чуть-чуть больше, чем OH должен сделать. Это — чтото от сердца... ..Я видела, как на углу улицы стоял маленький школьник с торчащими, как у зайца, ушами теплой шапКИ. — Hy, что ты там? Идем быстрее, — торопят ‘ero Kyда-то товарищи. , — Сейчас... — отвечает мальчик.’И ждет, ждет, когда с ним поравняется слепой, чтобы перевести ero через дорогу. А ведь слепой был ему незнаком. Он не видел малыша, ни о У: ‘просил его. Недавно. один знакомый журналист рассказал мне, как он получил. обратно забытую в телефонной будке записную книжку. В Москве он тогда был проездом, жил в гостинице и поэтому совсем не надеялся. отыскать ее. А нужна она была ему очень. Дело в том, что, кроме адресов и телефонов друзей и знакомых, там были заготовки для еще не написанной повести. Словом, он очень огорчился. Но вот прошло четыре дня, и к нему в номер позвонил незнакомый голос: — Владимир Павлович здесь живет? Оказывается, книжку ero нашли два товарища, слесари машиностроительного. за= вода. Нашли, полистали, поняли, как может быть нужно человеку то, что он в ней Кстати... Надо поиекать в еловаре это Сережино слово. Открываю толстый том Даля. Ищу. Есть; <удружать», «удружить», зудружливый», «удружение», HO слова «удружка» нет, А какое ‘оно емкое, `меткое, легкое : и, главное, — какое нужное это слово! Нужное потому, что предельно ясно и четко выражает то новое, что, как мне кажется, можно наблюдать сейчас в нашей жизни, в отношениях между людьми, Недавно к нам в `едакцию пришло письмо от Александ+ ры Степаненко. B Hem pacсказывается, как в гости к сыну, в Москву, приехала из далекой деревни Фекла Ивановна Степаненко, старушка семидесяти восьми лет. Сын и внук, которые должны были встретить ее на вокзале, на несколько минут опоздали к поезду. И вот тогда, не догадавшись подождать их и, видимо, думая, что в Москве, как м в родной ее дэревне, от дома до дома — рукой подать, старушка caма пошла к сыну. Она шла по улице, приглядываясь к ‚ 250 ЭЛЕНТРОСТАНЦИЙ Трудовая вахта в честь 90-летия со дня рождения В. И. Ленина на московском заводе имени Владимира Ильича началась по инициативе молодежи механического цеха. Начинание это было быстро подхвачено, и сейчас в честь знаменательной даты соревнуется весь коллектив предприятия. Электромашиностроители решили план четырех месяцев этого года завершить к 22 апреля, выпустить из сбереженных материалов 250 передвижных электростанции и сотни электродвигателей, предназначенных сельскому хозяйству. На склад готовой продукции уже сданы десятки двигателей. Первая партия передвижных электростанций послана в сельские районы для электрификации и механизации хозяйства колхозов и совхозов. МАЛЕНЬКИЕ ХОЗЯЕВА УЛИЦ — Гражданин, здесь перехода нет.. Солидный прохожий удивленно смотрит на парнишку с красной повязкой на рукаве. : — Прошу прощения, — roворит он и, смущенно улыбаясь, направляется к перекрестку. Все чаще на ‘улицах. Москвы можно встретить школьников, маленьких хозяев города. Они дежурят в своих районах, ‘следят за чистотой и порядком. — Общественные контролеры, — говорят о них москвичи. Недавно ‘такие контролеры появились в троллейбусах, которые работают без кондукторов. Это учащиеся 605-й школы. Они организовали 6 бригад. Дежурство проходит обычно в часы «пик», Водители машин и сами пассажиры довольны работой ребят. Н. ГРИШИНА, студентка МГУ. щитная» женщина вооружает, ся справками, копиями и ко. пиями с копий,,. К счастью, таких у нас в семье немного, но они, увы, еще есть. Согласитесь — в наше время слово «эгоист» звучит, как «опасная 60 лезнь». Чудовищный недуг, эго. изм, опустошает. Эго — я Никого на свете, кроме меня, Преувеличенная забота 0 се. бе, своем желудке, выпавшей из зуба пломбе пожирает клетки мозга, подобно. рако: вой опухоли. Индивид, упоен, ный шкурничеетвом, мнит се бя в центре мироздания. Ели: ко. возможно. он огоражи, вается частоколом с’ привет. ливыми надписями «Злая со. бака» или «Посторонним вход запрещен», обивает дверь железом, оснащает ee тяжеловесными запорами, Его _ Местопребывание — остров Робинзона, отрезан: ный от цивилизованного ми: ра. Проживая в сгосударст. венном строении, он гудит в телефонную трубку, когда вы, . боже — ‚ упаси, ошиблись номером: — Частная квартира! Частная..; Это словечко, прилепившееся к. душе ново явленного собственника; встречается «гобаздо чаще, чем хвостатый ‘человек, изо браженный в учебнике анато: мии и физиологии. Облада. тель ордера и лицевого счета в десятках возможных Ba риантов и случаев теснит своих близких; мешает им наладить свою жизнь. И только потому, что его имя, увековечено в лицевом счете, _ ‘Удивительно, но тетушки и. дядюшки, подминающие по себя весь наличный метра; жилья, убеждены в своей не, погрепимости. Их сердечная мышца обросла’ коростой, не пробиваемой эмоциями. — Я не обязана предоставлять вам площадь — заяв ляет одна. — ‘Оставьте меня в покое, — твердит другой владелец квартирных метров, Не позавидуешь «покою», означающему болезненный разрыв с близкими, дорогими людьми, ожесточение, свару в семействе. Быть может, после судеб. ной процедуры дети будут нг. рать в той самой сорокамет. ровой «частной» квартире, где их присутствие оказалось столь нежелательным. А муки неприкаянной любви, выдерживающей затях: ное испытание временем? А медовый месяц, ‘отравлен: ный` желчью ордероносителя? Слезы нозобргчной, охвачен ной тревогой за судьбу nev, венца, терзаемой скрытой или неприкрытой — враждебностью аборигенки квартиры! “Нет оправдания самодурств соврёменных Коробочек и. Плюшкиных, их частнособсл. венническим _ инстинктам, которые разыгрываются a2 квадратных метрах государст: венного жилья. Mux. ACKPHH. Долгие годы‘ молодой чело» век жил в; проходной комнате в квартере своей. ‘тетушки, Ona заботилась о нем, варила ша двоих ^ обед. Он мыл посуду, транспортировал белье в прачечную и обратчо, покупал картошку на рынке, В день рождения племянника тетушка дарила’ ‘ему ценные вещи. : ane однажды случилась Ge„Наш герой познакомился na катке с. милой девушвой, Они полюбили: друг друга и решили стать спутниками в жизни. Е Папа и мама, старались расчистить площадь для счастья единственной дочери, Попытались ‘разменять свою некрупную комнату на две меньшего достоияства, О5- менная операция ае удалась. Желающих отпугивали длинный ‘коридор с множеством дверей и шумевшая за окном вытяжная` труба закусочной. Свадьба отодвигалась на неопределенно долгий срок. В отчаянии племянник пошел ва крайность. Он молил тетушку осчастливить его— пустить милую девушку в квартиру. — Нет, — буркнула родетвенница и поспешила укрыться за дверью своей спальни. Вечерами, повидавшись с девушкой, молодой человек возвращался домой. Тетушка мрачно восседала за столом в проходной комнате, оберегая двухкомнатную площадь. от нежелательного вторжения. Три раза на протяжении трех горьких лет племяннин собирался с духом и заводил разговор о счастье. Тетушка стойко удерживала занятые ею позиции. . Хозяйка площади пожалоBanach старщей сестре на племянника. Арбитр созвал семейный совет. И совет решил: 1. С распрей по поводу площади покончить. 2. Племяннику жениться. Владетельная хозяйка смежных площадей удрученно молчала... Сыграли свадьбу. Ромео и Джульетта поселились в проходной комнате. — О прописке Джульетты не может быть и речи, — предупредила тетушка. Через несколько месяцев тетушка заметила, что ожидается прибавление числа непрописанных лиц. — Я не потерплю крика младенца. Вашему отпрыску здесь не место — огорошила молодоженов ‹; ответственная квартиросъемщица, лаская приблудную кошку. Тетушкина квартира — сорок метров. Более чем достаточно для просторного пребывания трех человек сейчас и четырех в недалеком дбудущем. Н`тому же проходную площадь легко превратить в изолированную. ^ Но... - Эта история, хотя и со свадьбой, однако без счастливого конца. Молодоженам и ux 6yдущему союзнику объявлена война. — одинокая, «безза— канючит Дранкин, побежденный силой двойного общественного осуждения — товарищей на сцене и школьниз ков в зале. Так создается необыкновенная аудитория: зрительный зал — действующее лицо, дети и подростки с их напряженно выявленным чувством справедливости. Так создается пафос романтического спектакля, «чтобы звучали медь и серебро в названиях Свобода и Добро». То слышится крик; — Не надо, долой! То слышится крик: ‚ — Даешь, ура! Это, придя с уроков домой, Вершит свои дела ` детвора. Она осуждает своих дураков. Она выбирает своих вожаков. Решает . ‹ без помощи кулаков, Каков их двор и мир каков. Пускай. прирастают к свободе с утра Дети большого двора! Пускай они кричат, что хотят! . Они сумеют во всем разобраться. Потому что товарищество и братство Взяли за руки наших ребят. (Б. Слуцкий). Мой сосед купил новые ботинки ‘и, как это заведено у нас в квартире, ‘пришел на кухню показать покупку всем. Мы смотрели, трогали, хвалили. Действительно, 60- тинки были чудесные — красивые, теплые, добротно сделанные. — Да, я очень доволен покупкой, — сказал он. — Но знаете, что доставило мне, пожалуй, еще большую радость? — И он вынул из коробки; в которой лежали ботинки, и - показал нам маленькую, плотную, густо усеянную печатными буквами картонку. «ТОМУ, ВТО НАС BYДЕТ НОСИТЬ,— было нанпечатано там, — о ЖЕЛАЕМ TbICAYH СЧАСТЛИВЬ!Х ШАГОВ НА ВСЕХ ПУТЯХ, ПО КОТОРЬ!М БУДЕМ ВМЕСТЕ ХОДИТЬ...». Далее шли советы, как лучше ухазживать за ботинками и стояла подпись: «ВАША ОБУВЬ «ЦЕBO», КОТОРУЮ ДЛЯ ВАС ПРОИЗВЕЛИ ЧЕХОСЛОВАЦКИЕ РАБОЧИЕ». Мы читали, и нам казалось, что среди нас появился добрый ‹и веселый сказочник Андерсен, умевший извлекать для людей золотые крупицы радости из любых самых обычных вещей. и вновь мне вспомнилось милое Сережино слово, которого еще нет ни в словарях, ни в обиходе, но которое, может быть, очень скоро и вполне естественно войдет в нашу речь. Потому что, когда в жизни возникает что-то новое, вместе с ним непременно рождается я слово, чтобы его назвать. * Н. САДОВНИНОВА. СПЕКТАКЛЬ ДЛЯ ДЕТЕЯ «ДРУГ МОЙ, ’КОЛЬКА!» ДЫМОВ ИЗ. ТРУБЫ РЕЦЕНЗИЯ посредственность, BeCceJIOCTh, превыше всего ставя парзграф и графу! Единственный раз проявляет она человечность, да и то признаваясь, что ей надоели ее должность, школьники, вообще воспитание как таковое. «Пионервожатая в футляре» — этот образ умно и зло создает артистка А. Дмитриева. Союзник Лидии Михайловны, председатель совета дружины Валерий Новинов (студиец В. Ованесов). — мальчик из «высокопоставленной» семьи, которая покупает ему дорогие путевки в Артек. Валерий вносит три полоски и держится, Kak полный пионерский генерал. В борьбе за влияние он пользуется демагогией, и мелким. шпионством, окриком и кляузой директору. Ему нужна не честь, а власть. И хотя будущее против таких людей, как сухарь Лидия Михайловна и карьерист Валерий, они всетаки успевают сделать немало злаг Тут сам Колька виноват немного: убегает co скуч* ного сбора (срыв мероприятия), швыряет назад ботинки, которые с нудными нотациями. <дарит» ему мама Валерия (оскорбление члена родительского комитета), грубит на совете дружины (хулиганство!). Все эти обвинения, которые мы поставили в скобках, для Снегирева оказались роковыми — его собираются исключить из школы. Великолепно играет здесь стулиец Г. Сайфулин; И’ если Колька во всех испытаниях проявил себя, как сильная личность, то Сайфулин обешает стать незаурядной актерской личностью — с такой больнюй внутренней ‹осредоточенностью проводит юн роль. Наверняка попал бы Колька в компанию «школьных гангстеров» — переростков вроде Пимена и Седого, если бы не появился в отряде 13 сентября 1959 года в нашей газете был опубликован материал, озаглавленный «Пылающий танк атакует». В нем рассказывалось о замечательном подвиге, KOTOрый совершил уроженец подмосковного города Раменское Семен-- Иванович Бутенин, удостоенный звания Героя Советского Союза. В Раменском разыскать Бутенина не удалось: Через месяц после опубликования материала в редакцию пришло письмо от читателей из села Артамоново. Из него выяснилось, что Семен Иванович Бутенин сейчас живет и работает в Рязани. Наш корреспондент навестил ветерана Великой Отечественной войны. С. И. Бутенин пользуется глубоким Уважением в коллективе своего предприятия и в городе. Будучи очень скромным, Семен Иванович не упоминал нигде о своих стесненных жилищных условиях. После посещения С. И. Бутенина нап корреспондент побывал на приеме в Рязанском горкоме КПСС. Работники горкома очень внимательно отнеслись к нуждам замечательчого вонна-патриота. Три дня назад секретарь Рязанского горкома КПСС тов. Самсонова сообщила в редакцию, что недавно в семьъье героя праздновалось новоселье, Семену Ивановичу предоставлена отдельная двухкомнатная квартира в новом благоустроенном доме. P30 CHO BC £1.23 63 КОМСОМОЛЕЦ 2 стр. 7 февраля 1960 г. ВЗРОСЛЫХ ного двора, пространство пе“ ред опущенным экраном — уголка в этом дворе, а сжатое двумя стендами «Счастливое детство», оно же — пионер. ская комната, Мы знаем уже, что предмет в действительности и предмет театральный — «овсем не од: но и то же: в театре он `должен быть сценичным. У Эфроса интересным образом распределена мера условчости. Вблизи героев, в их руках—вещи реальные, всамделишные, например, доски, пи+ лы, топоры, крошится в щепу дерево, .летят опилки, висят настоящие автолюбительские пособия. А задник сделан в условной манере, краны и дома выглядят, как на обложке журнала «Юность». Сцена целиком разгружена от натуралистических деталей — деревьев, кустов, заборов и т. д. Такое контрастное сопоставление придает всему происходящему — добавочную сценическую остроту. Сертей Руденко возвращается с педсовета. Улыбаясь, он повязывает Кольке красный галстук. Апофеоз спектакля решен Ha фоне застывших, как бы остановившихся в движении школьников. Их неподвижные фигурки изображают игру в мяч. «веревочну», баланс на буме. А красный галстук трепещет новый вожатый. Шофер. Сергей Руденко (артист В. Калмыков) не натаскан в теории, не очень разбирается в инструкциях, но ‘своим энтузиазмом ему удается увлечь ребят. Пионеры изучают мотор; строят гараж, осваивают старенькую полуторку. Вместо Артека для одного — поездка на Кавказ для всех. В Сергее воплотилось все то новое, что приходит сейчас в нашу школу. Артист Калмыков играет добродушного и сильного героя. Его Сергей в своих небольших масштабах стремится быть вторым Макаренко, хотя это приходится делать после бессонных ночей за рулем. Борясь за судьбу Кольки Снегирева, шофер Руденко побеждает еще и потому, что на его стороне почти весь отряд. Больше всех волнуется Mama Канарейкина. (И. Гулая); н это у нее есть особые ри чины (вы легко догадаетесь, какие). Непосредственно и достоверно играют студийцы. И, конечно, проявить себя молодым артистам помогают общий ход спектакля, режиссура А. Эфроса. Над большим поворотным кругом поднимается и опускается простой экран, причем свободный круг и задник создают впечатление большого школьна Колькиной груди. Посмэтрите в зал: как напряжены лица юных зрителей; у многих на глазах слезы. И тогда на сцену вбегает девочка. «Перемена!» `— громко кричит она. И все оживает, все задвигалось на сцене, застучала веревочка, полетел мяч, замелькали ‹алочки, и в этот особый, только школьному двору присущий веселый шум медленно вплывает занавес. В спектакле «Друг мой, Колька!» есть одно Действуюmee Лицо, не упомянутое в программе. Оно само покупает программы, бурлит в партере и ва ярусах, распадается на тысячу симпатичных лиц, Дети, пришедшие в театр! Да, они — лицо действующее, их сочувствие целиком на стороне Кольки. «Не извиняйся! Держись!» — кричат ребята из зала, когда заносчивый Валерий требует от Снегирева извинений. И Валерий бледнеет, снимая с Кольки галстук, не столько потому, что тот может его ударить, сколько потому, что ощущает ва себе, ненавидящие взгляды зрителей. А студийцу, играющему трусоватого Дранкина, трудно во втором акте выходить на сцену. «Изменник! Предатель! Уходи вон!> — слышится из gaла. «Примите меня обратно». Часто говорят о каком-ли бо детском‘ (иногда. и взрос лом) спектакле: «Конечно, серенький, - средний, НО, учит». Это неверно! Скука и посредственность никогда на могут оыть воспитателями. Воспитывать может только яркая художественная уда ча, такая, например, как «Друг мой, Колька!» — крат косрочные курсы для буду’ щих советских” граждаа, С. ЧУДАКОВ. во Перед вами герои пьесы «Друг мой, Колька!» в исполне нии студийцев Центрального детского театра. Сверху вниз Клава Огороднинова (3. Аниси мова), Костик (Б. Захазова} и еще трое — Пимен (М. Лог винов), Маша Канарейнина (И. Гулая), сам Колька Снеги, pes (Г. Сайфулин). Хорошо иг рают студийцы. вчерашние шнольники, сегодня — уже ap: тисты.