СПУСТЯ ДВА ГОДА... спокойное, плещется у п “ А, ПРОШЛО ровно два года... Синее теплое море, такое ласковое, а we аа ое Порт-Саида. На рейде возле входа в Суэцкий канал среди незнаанглийские и комых корабельных флагов узнаются хорошо известные французские. Ярко раскрашенные бумажные змеи к радости горластых мальчишек устойчиво висят в голубизне над городом, поднятые ровным током воздуха. Два года назад в этой голубизне ревели реактивные бомбардировщики. Парашютисты тяжело плюхались на мокрый песок. Авианосцы, крейсера, миноносцы под хорошо известными французскими и английскими флагами рвали город снарядами. Десангные баркасы, набитые морской пехотой, торопились к его пылающим кварталам... После отупляющей жары пустыни, после долгой дороги мы, проскоBAO AY чив ПО узкому, охраняемому патрулями мосту единственному 11ЕРЕД ВЫБОРАМИ В С ОСЛЕ поражения кандидатов республиканской партии в штате Мэн, где выборы состоялись на два месяца раньше, журнал «Юнайтед Стейте ньюс энд Уорлд рипорт» поместил наглядную диаграмму, ноказывающую неуклонное падение влияния республиканцев. 1958 год был рекордным. Республиканские кандидаты в конгресс, на пост губернатора получили наименьшее число голосов за последние тридцать лет. Результаты выборов в штате Мэн, который до сих пор считался «традиционно республиканским», характерны для настроений страны. Через несколько дней — 4 ноября — американцы направятся в избирательным урнам, чтобы решить судьбу состава палаты представителей, 36 мест в сенате, 34 постов губернаторов штатов, а также многочисленных органов местного самоуправления. Президент Эйзенхауэр призвал организовать «цепную кампанию» по отправке писем и кампанию телефонных звонков в пользу республиванской партии. Он сам начал эту кампанию, позвонив некоей г-же Калф из Мейтл-Вуда (штат Нью-Джерси). Г-жа Калф сказала президенту, что кампания за республиканское большинство в контрессе напоминает ей игру в бейсбол. «Хорошему капитану нужна хорошая команда», — заявила она. Согласно прогнозам газет, эйзенхауэр, однако, вряд ли получит хорошую команду. Да и судя по всему, избиратели значительно меньше, чем прежде, верят и самому капитану. Республиканцы, какив прошлые годы, попытались сыграть на престиже президента. Он предпринял большую поездку и произнес серию речей, в которых оправдывал проводившийся атрессивный курс. Но даже в кругах, близких к верхушке республиканской партии, считают, что не следует питать особенно радужных надежд на успех поездки президента. 0собенность этой поездки американская печать усматривает в том, что Эйзенхауэр, «по-видимому, утратил значительную часть своей политической привлекательности для избирателей и значительную часть своей способности изменять их политическое мышление». Американский народ видит, куда завело страну республиканское правительство, и встревожен экономическим положением страны, крахом внешней политики. Демагогия, оглушавшая избирателя в течение многих лет, ныне окончательно разоблачена, и республиканский король предстает толым, без лживых покровов. Республиканцы сулили народу процветание, всеобщую — занятость, снижение налогов. № нынешним выборам они пришли с 5 миллионами безработных, с сокращением на 20 миллиардов долларов фермерских доходов. Дефицит государетвенного бюджета достиг суммы в 12 миллиардов долларов — наибольшей после второй мировой войны. Но самое основное—это то, что экономический спад поразил Амернку. Позиции республиканцев поколоблены в остром вопросе защиты гражданских прав. В 1956 году они выступали за отмену сегрегации в школах. Позорные события в Литл-Роке показали цену словам республиканских лидеров. Президент Эйзенхауэр, видимо, не желая ссориться с ликсикратами, заявил, aTO - сегрегацию надо проводить «мелленными темпами», что, по суние на Ближнем Востоке, советско-американские отношения. Таким образом, при Beef вилимой ожесточенноети предвыборной п5- лемики, — невозможно уловить сколько-нибудь значительную разницу между ABYMA партиями, отражающими интересы крупного капитала. Прав издатель «Чикаго дейли ньюс» Джон Найт, который на днях писал: «В последние тоды наши политические партии не демонстрируют народу действительного различия». Вы можете голосовать, говорит он, за республиканцев или за демократов и нолучить «ту же самую внешнюю политику И те же самые высокие налоти». Ваиболее типичный образчик заокеанской демократии — избирательная кампания в штате НьюЙорк, где на пост губернатора нретендуют миллиардер-республиканец Нельсон Рокфеллер и миллиардердемократ Аверелл Гарриман. Уловить разницу между ними не смог бы и Шерлок Холме. В Америке говорят, что единственное уловимое различие то, что Гарриман уже занимает пост губернатора, а Рокфеллер только еще хочет получить его. Оба кандидата усиленно пожимают руки рабочим и демонстрируют перед фоторепортерами снособноеть есть ‹«простонародную» пищу вроде сосисок и сырников. Нью-йоркцы насмешливо окрестили кампанию в штате «Ссырниковыми выборами»... Исход предстоящих — выборов имеет первостепенное значение для будущего — в 1960 году будут переизбираться президент и вицепрезидент. Эйзенхауэр, в силу конституционных положений, не может баллотироваться в третий раз. На пост президента метит Никсон, который в последнее время развил бешеную активность. Шансы другото претендента — Ноулэнда — зависят от результатов борьбы за губернаторское место в штате Калифорния. Тем временем у Никсона и Ноулэнда появляется грозный соперник Нельсон Рокфеллер, если ему удастся победить Гарримана в Нью-Йорке. В противном случае одним из вероятных претендентов на пост президента от демократической партии станет Гарриман. вели прогнозы оправдаются, демократы получат значительное большинство в конгрессе. Однако не следует переоценивать влияние этого фактора на американскую политику. В Ванитолии уже много лет господствует двупартийная коалиция, поддерживающая агресеивный курсе, все реакционные внутренние мероприятия. Споры, взаимные обвинения, полемика — это всего лишь предвыборная борьба, борьба за власть, которая не изменит в конечном счете реакционного курса, независимо от того, окажутся ли у власти республиканцы или демократы. И все же выборы в штате Мэн, которые многие называют «репетицией 4 ноября», свидетельствуют о глубоком недовольстве ряAOBOTO избирателя нынешней политикой. Американцы проголосовали не столько за демократов, сколько против республиканцев, против их «балансирования на грани войны», против реакционного курса. Недовольство охватило самые широкие круги общественности. Изменения нынешней политики требуют такие видные общественные деятели США, как Элеонора Рузвельт, Джейме Уорберг, Дэвид Стерн, и многие другие. 06 этом не следует забывать лидерам обеих партий. О. ПРУДВОВ <> ществу, было отказом от первоначальных посулов и, конечно, о1- нюдь не стяжало лавров правительству. Крайне непопулярны также попытки республиканцев протащить в ряде штатов антирабочий закон «о праве на работу», направленный на подрыв профсоюзов. Профсоюзные боссы поддерживают кандидатов демократической mapтии. . Естественно, что демократы широко используют в предвыборной пропаганде ухудшение экономического положения страны. Они умалчивают о своей собственной ответственности за раздутый военный бюджет, за рост цен и налогов (всв это началось во время их пребывания у власти) и cBaливают вину на своих противников. В условиях американской избирательной системы недовольным. политикой правительства предоставляется единственная возможность — голосовать за демократов. Еще более резкие нападки вызывает политика Даллеса, ее провалы и неудачи, которые стали буквально притчей во языцех. Насколько отрицательно относятся избиратели к балансированию на грани войны, показывает результат первичных выборов в Калифорнии, где на пост губернатора претендует сенатор Ноулэнд, известный своими реакционными взглядами и приверженностью к политике «с позиции силы». Он собрал значительно меньше голосов, чем его конкурент Браун, и его шансы на избрание в ноябре месяце весьма проблематичНЫ. а последнее время Даллес дважды приводил США на грань войны. Интервенция против Ливана, вызвавшая всеобщее возмущение, закончилась позорным провалом. ТаROH же крах постиг и агреесию на Дальнем Востоке. Политика зашла в тупик. Однако и сегодня республиканцы упорно продолжают этот гибельный курс. Вице-президент Никсон в одной из своих предвыборных речей назвал «единетвенным путем» политику «с позиции силы» и дипломатической твердости. Именно поэтому, по его еловам; США и заняли «твердую позицию» в районе Тайваньского проARG. hype «c позиции силы», который так восхваляет Никсон, начался в тоды пребывания у власти демократического правительства Трумэна. Однако сейчас демократам выгодно обвинить во всех тяжких трехах, совершенных во имя этого курса, республиканцев. Они демагогически заявляют, что правительетво привело страну «на грань изоляции от союзников, на грань атомной войны». Сознавая, сколь непопулярна политика вмешательства в дела Китая, агрессии против прибрежных островов Кузмой и Мацзу, демократы прикидываютея возмущенными. Однако дальше наигранного возмущения они не идут. Консультативный совет демократической партии ограничилея предложением о: передаче тайваньского вопроса в OOH. Многие демократы, так же как и республиканцы, ратуют за лишенную веякой реальной почвы идею «двух Аитаев». Никаких конструктивных предложений не выдвигают демократы и по другим важнейшим международным проблемам — разоружение, запрещение ядерного оружия, положев Порт-Саид, — проехали прямо к морю. Скорей в воду — смыть пыль и дорожную OAYPE, На песке возле нас два мускулистых, крепких парня. Оба с книгами, Поглядывают на иностранцев: кто, мол, такие, речь Какая-то незнакомая} Через пять минут мы — друзья. Одного зовут Мухаммед Али Камиль, as. ЕЕ ГГ ГГ РГР другого — Махмуд Фуад Ясин, — Наш народ не забудет благородной помощи русских! — Ясин прижимает руку к сердцу, Могут ли они показать город? Конечно, с удовольствием! Прежде всего — где был эльМанах, этот густо населенный Gen. нотой район, стертый интервентами с лица земли? — Да вот он. смотрите. Кварталы новых белых домов с солнечными балконами, молодые посадки скверов... Идем вдоль моря, Широкие площади, светлые высокие здания: залеченные раны истерзанного героического города. Парни ведут нас на перекресток, Оба настроены торжественно. Подводят к столбу с указателем: — Улица Сталингоада! Ста-лингра-да! Перебивая друг друга, мои спутники рассказывают, что заветное слово «Сталинград» смотрело с полуразрушенных закопченных стен, за которыми оборонялись защитники Порт-Саида. — А нельзя ли поговорить с участниками боев? О, это нетрудно! Рядом — кафе «Сталинград», там сидят люди... Нас мигом окружают. Конечно, тут есть бывшие ополченцы. Но почему, говорит один из них, Мухаммед Камиль и Махмуд Ясин не могут рассказать о себе? Разве они — не портсаидцьй Парни мнутся, подталкивают друг друга. Да, они тоже немножко воевали. Мх учитель, господин Тауфик Тахауид роздал винтовки старшим школьникам. Мать Камиля плакала, но отец сказал: если мальчик умрет за Порт-Ссид, его душа сразу попадет в рай. Камиль и его товарищи вырыли окопчики неподалеку отсюда, возле кладбища, . Раз неподалеку — ‘едем туда, Камиль ‘находит свой окопчик в за; рослях жесткой травы, — Вон оттуда они спускались! -: Парашютисты два ‘часа.. подряд вываливались из «летающих ‘вагонов», Те, что приземлились здесь, остались в этих песках навсегда.., На стене кладбища пробоины от снарядоз. Рядом сооружается некрополь героев ПортСаида. Среди них — друг Ясина, школьник МустаПорт-Саид, улица Сталинграда Фото автора ПИРИ РЕГГИ Антология румынской поэзии у <С тобой говорю, Америка». Публицистика и лирика неразрывны в этом произведении. Злободневность поэмы ничуть не умаляет, но, наоборот, умножает ее достоинства, еще раз доказывая ревнителям «пафоса расстояния», что успех поэта не в пафосе расстояния, а в пафосе сегодняшнего дня. Какое богатство и разнообразие тем в лирике и эпосе современных румынских поэтов! Николае Тэуту пишет о Ленине, Миху Драгомир — о румынской народной армии, Вероника Порумбаку — о советских бойцах, играющих на вокзале с румынскими детьми. Анатоль Баконский — о борьбе народов за мир. Поэма Дана Дешлиу «Лазэр из Руски» рисует яркую картину классовой борьбы в румынской деревне, так остро напоминающую нам наш боевой рубеж тридцатых годов. Антология знакомит нас и со стихами совсем молодых поэтов. Пусть их поэзии отведено совсем немного места, но для первого знакомства и это уже хорошо. В предисловии к книге содержится обещание продолжить работу над антологией, чтобы в дальнейшем выпустить еще более полное издание. Надо _ полагать, что молодежь в будущей антологии блеснет вдохновенными произведениями. Над переводами для этого фундаментального издания много и хорошо поработала большая группа наших поэтов и переводчиков. Мы видим в оглавлении имена мастеров — ВБ. Луговского, Анны Ахматовой, С. Шервинского, В. Рождественского, В. Инбер, М. Зенкевича, Л. Мартынова и новые имена — В. Норчагина, Р. Морана, И. Гуровой, Л. Белова, Н. Подгоричани и многих других. Мне кажется чрезвычайно плодотворным опыт переводов всех стихотворений того или иного румынского поэта одним русским переводчиком: Василе Александри и Миху Драгомир переведены только В. Луговским, Григоре Александреску — А. Голембой, Штефан Иосиф — Л. Беловым. В тех случаях, когда над произведениями одного автора работают несколько поэтов-переводчиков (это обычная практика наших издательств), образ оригинала теряет в цельности. О каждом румынском поэте сообщается в короткой справке, предпосланной стихам. Справки эти полезны, но подчас слишком коротки. Досадно. что составитель антологии не датировал произведения, вошедшие в ан. тологию. Читателю особенно интересны даты создания политических стихов, посвященных историческим событиям: в горячий ли период борьбы или через годы написано об этой борьбе? Нам остается лишь догадываться, определять по тексту время написания стихов. Это относится и к публикации поэтов прошлого, и к сегодняшней поэзии Румынии. Антология снабжена обстоятельной статьей румынского критика и литературоведа Михаила Гафицы. Братское сотрудничество советских и румынских литераторов способствовало успеху большого и ценного труда, каким является антология. Нет сомнения В том, что вслед за антологией будут выходить на русском языке все новые книги румынских поэтов, а советская поэзия еще шире откроет свою душу румынскому читателю. ee me NN a Na Neel Nl Nt Ne Ne 0 Ng ON ION ONS Nl Nt РУМЫНСКОЙ Народной Республике проходит сейчас традициочный месячник румыно-советской дружбы. В нем принимают Участие широкие массы трудящихся городов и сел республики. В гостях у румынских друзей побывала в эти дни делегация Общества советско-румынской дружбы. Сейчас у нас в стране гостит делегация АРЛУС (Румынское общество дружественных связей с Советским Союз©м) во главе с академиком Василе Мырза. В Москве, Одессе, Кишиневе, Киеве и в других городах нашей страны в связи с месячником проводятся вечера советско-румынчской дружбы. Вечер, посвященный известному румынскому писателю А. Влахуцэ, состоялся в Союзе советских обществ дружбы и культурной связи с зарубежными странами. В Центральном Доме Советской Армии открылась выставка «Боевая дружба Вооруженных Сил СССР °? и Румынской Народной Республики». Делегация АРЛУС направляется из Москвы в Свердловск. ской поэзии на русском языке — еще одно крупное событие в литературной жизни наших братских народов, все теснее укрепляющих свои связи, все глубже и полнее раскрывающих друг перед другом богатства своей души, своей истории, своего поэтического бытия. Перед нами — любовно оформленный том стихов объемом 60- лее чем в 750 страниц. Я приступал к чтению этой книги не сразу: признаюсь, начал с того, что уже было знакомо раньше, — с творений Михаила Эминеску и Александру Влахуцэ, со стихов современников, наших добрых знакомых Михая Бенюка, Марни Бануш, Чичероне Теодореску, Еуджена Жебеляну... Но постепенно, увлекаясь открытием знакомого и всетаки нового для нас поэтического мира, я прошел по страницам этого тома, как по большой дороге истории... Обаятельны истоки румынской поэзии — песни, баллады, легенды и дойны, рожденные в труде и борьбе народа, повторяющиеся и изменяющиеся в поколениях. Потерявшие своих авторов в веках, эти произведения, однако, не утратили своей конкретности, тесной связи с жизнью и страданиями румынского крестьянства, испытавшего на своих плечах тяжесть боярского и иноземного угнетения. В этих народных произведениях чудесно, как виноградВ сок. антологии румынные лозы, сплетаются и пафос, и ` юмор, и лирика. Естественно вливаются эти мотивы в песни революционного подполья, в голоса непримиримых и непокоримых. Первый автор антологии, поэт ХУПГ века Иенэкицэ Вэкэреску дает как бы эпиграф к этой книге: К потомкам обращаю речь, Завет хочу оставить: Язык румынский наш беречь И родину восславить! Интересно начиналась румынская поэзия — первые ее страницы созданы поэтической династией Вэкэреску. Редкое явление: рождение поэтических талантов в нескольких поколениях одной семьи. Перелистывая страницы антологии, я с интересом следил за развитием гражданской темы в румынской поэзии. Поэзия и в далекие времена была оружием в борьбе за свободу, независимость и честь народа. В народной памяти и в истории остались те поэты, чье перо не делило творчество и устремления души на интимный мир и мир борьбы. Естественно, что нам, друзьям румынской литературы, не знающим языка оригинала, трудна судить, насколько объективно подошел составитель А. Садецкий к подбору материалов антологии. Мне кажется, что составитель был пристрастен, отбирал те про<> Евг. ДОЛМАТОВСКИЙ > изведения, которые нам «сегодня ближе и дороже, с особой тщательностью выявлял линию демократической поэзии народа. Я могу только согласиться с таким подходом. Такая пристрастность — это объективность борцов за высокие идеалы, и она заслуживает большего уважения, чем унылое перечисление всего, что было написано за два века. Могучего взлета достигла румынская поэзия на крыльях революции 1848 года. Середина ХГХ века была для этой поэзии одной из ее вершин, ее романтической кодой. Хорошо, что так подробно показано творчество крупного поэта тех времен Василе Александри, и жаль, что другие поэты 1848 года представлены в антологии весьма скупо. Впрочем, антология не может быть слишком подробной и выполнит свою задачу, если покажет нам главные и важнейшие явления поэзии. Хорошо и многообразно представлено творчество Михаила ОЭминеску —- самого большого румынского поэта ХХ века, его поэзия вздымалась на волнах, идущих от революции 1848 года. Замечательный талант Эминеску, его поэзия полны человеколюбия и высокой страсти, перекрывающей глубокую печаль, характерную для второй половины его творческой жизни. Никакой критик не скажет о поэте лучше, чем его последователь, поэт, и мне хочется привести точные строки Александру Влахуцэ об Эминеску: Боль, не замеченную миром, Всю выстрадать тебе дано, И выплакать все наши слезы, И в буре жизненных тревог Стихи, как вспышки молний, высечь, — В них сердца своего кусок... Широко представлены в антологии стихи современных поэтов, продолжающих и развивающих традиции демократической поэзии народа. Тут и Александру Тома, и Эмиль Исак, и Тудор Аргези, испытавшие модернистекие влияния начала века и ставшие на склоне лет певцами своей освобожденной страны, и поэты, чье творчество окрепло в борьбе за свободу и на стройке народной республики. По праву называет себя крупнеишии современный поэт Pyмынской Народной Республики Михай Benton барабанщиком завтрашнего дня. Выстраданный оптимизм его поэзии близок и дорог нам. Чудесным образцом лирики кажется мне его стихотворение «Яблоня у дороги», мастерски переведенное Марией Петровых. Нельзя без глубокого волнения читать поэму Марии Бануш — Вон оттуда они спускались! tha Хамад, с гранатами бросившийся под вражеский танк, К нам подходят два старика в длинных белых рубахах. Это смотрители кладбища, бывшие народные ополченцы и партизаны, — У нас горели сердца, — говорит старый Ибрагим Садык... Мы возвращаемся в город тогда, когда день почти без сумерек сменяется ночью. Рейд — в россыпи ’огней. Корабли ждут очереди, чтобы войти в канал, который египетский народ, пройдя через муки и кровь Порт-Саида, навсегда вернул себе. Георгий КУБЛИЦКИЙ, специальный корреспондент «Литературной газеты» ПОРТ-САИД РРР ЕР РЕГГИ ЕЕ. жизнями миллионов людей. Весь его облик говорит: по-видимому, теперь скрыться не удастся, придется отвечать за муки и смерть погибших жертв. Коху разрешено давать показания сидя. Он может не вставать даже тогда, когда раздается традиционное «Встать! Суд идет!» Я пишу об этом, чтобы подчеркнуть: да, польский суд не занимается местью — он вершит акт правосудия! Никто, конечно, не ждал, чтобы Кох отказался от своих уверток и провокаций. Однако есть хорошая русская поговорка: «Ври, да знай меру!» Кох вдруг заявляет: о тех обвинениях, которые выдвинуты против него и его деятельности в Польше, Белоруссии и на Украине, он впервые узнал лишь... в 1949 году, когда предстал перед британским военным судом в Гамбурге (ФРГ). Иначе говоря, Hox силится убедить суд, что он, Эрих Нох, проживая на свободе в Западной Германии (под вымышленным Палач на скамье подсудимых да за пустым еще судейским столом оти крывается дверь и в зал входит медсестра. Она несет сумку с эмблемой Нрасного Креста и теплый плед. За нею два милиционера вводят подсудимого. Кох идет, сгорбившись, опустив голову на грудь. Такой способ появления в зале очень выгоден: он позволяет палачу не смотреть в глаза людям. Гитлеровский сановник одет в чистый и тщательно отутюженный синий костюм и серый свитер. Трудно узнать в нем бывшего гаулейтера Восточной Пруссии и рейхскомиссара Украины и Белоруссии. Вдобавок он отпустил усы, да еще так называемые «старо-польские», которых немцы никогда не носили и не носят. Кох больше не похож Ha спесивого владыку. оаспоряжавшегося онедельник, 27 \ октября. В ноПавел ЯС > pugopax Bapпольский 1 тнавсного воеводского суда — пусто. Дежурные милиционеры еще не заняли своих мест у входа в зал заседаний, но уже появились вездесущие журналисты. Неделю идет здесь процесс над палачом Эрихом Кохом, гитлеровским убийцей миллионов людей, но именно сегодня — оеобенно напряженный момент. На прошлой неделе был оглашен обвинительный акт, и Нох начал давать показания. По его личной просьбе суд позволил ему пользоваться текстом защитительной речи. написанной еще в 1951 году. В пятницу, 24 октября, Нох прервал чтение и отложил записки в сторону. Экстаулейтер сказал, что дальнейптие показания он должен давать не польскому и не международному, а германскому суду. Председатель трибунала ответил на это, что обвиняемый вправе давать такие показания, какие сам желает... И тогда Нох вдруг... ослаб! Тихим, но достаточно твердым голосом он заявил, что больше не может участвовать в судебном заседании. Суду пришлось отложить разбирательство до понедельника, 27 октября. Так Эрих Кох прервал свои показания в тот момент, когда дошел до трагической для всех поляков даты — 1 сентября 1939 года. Это вызвало закономерный гнев польского общественного мнения. Вот почему понедельник и стал необычайным днем процесса. Но вот зал полон. Напряженно всматриваемся в глубь коридора. Никто не знает, что произойдет сегодня. Сомнения и кривотолки прекращаются только тогда, ког> «Литературная газета» выходит три раза _ в неделю: во вторник, четверг и субботу. ЧУГУЕВ. рии Дзялдовского лагеря не был и ни о какои эпидемии не слы: шал. Здесь очень важно напомнить одно обстоятельство: ранее Кох заверил суд, что на «подвласт: ных» ему территориях никогда не было никаких концлагерей! Каждый день говорят все но. вые свидетели. Они рассказывают трибуналу о массовых экзекуци: ях, о виселицах и расстрелах. Они называют места преступае ний Коха — Сувалки, Белосток, Бельск-Подлясский, Остроленку, Серпц... Когда крестьянка* Леокздия Пискорская, рассказав три: буналу подробности гибели своего мужа, разражается рыданиямн, TP Ех И: aT м: Кох молчит, делая вид, что дре лет. Свидетель Сукерт-Бедравина рассказывает о судьбе Северина Пененджного — редактора польской газеты в Ольштыне. Его аре: стовали накануне войны или даже 1 сентября, вывезли в концлагерь, где он и погиб. Но свидетельница запамятовала название этого страшного места. Мгновение она молчит... И вдруг: «Равенсбрук!» И сраЗУ же в зале отзываются! приглушенные голоса, полные печали и гнева. Поляки помнят, все помнят! ВАРШАВА, 31 онтября. (По телефону) М. АЛЕКСЕЕВ, Б. ГАЛИН, Г. ГУЛИА, главного Nenarransc т vranrnnu редактора), П. КАРЕЛИН, Б. ЛЕОНТЬЕЬ, Б —05451 свидетели, испытавшие все «прелести» этого «оазиса», И любопытное дело! За исключением двух самых молодых — сорокалетних — все остальные свидетели стали седыми именно от жизHH B KOXOBCKOM «раю». А тем временем буйная шевелюра Коха (ему уже 62 года) по-прежнему сохраняет свой первородный темно-каштановый цвет. Итак, первый свидетель — поляк Владислав Гембик; учитель. До войны он был директором польской гимназии в Квидзине — единственной на всю Восточную Пруссию. 25 августа 1939 года, то есть всего за несколько дней до начала войны, Гембик был арестован и вышел на свободу лишь весной 1945 года. Из схваченных тогда вместе с ним 162 человек погибло 153. Гембик рассказывает страшные вещи о концлагерях, расположенных на территориях, где «правил» Эрих Кох В словесной перепалке со свидетелями Кох проявляет. изумительно быструю ны и упорство. Он грубо спрашивает их: а вы лично видели меня на месте преступления? Подлый вопрос! Совершенно очевидно, что безмерно трудно найти сейчас поляка, который встречался бы © ним, — самим гаулейтером! — видел бы его за кровавой «работой» и после BCeго этого уцелел. И все-таки они, эти люди, нались! Е. Август Галдзинский, бывший узник концлагеря в Дзялдове, лично видел Коха на-территории лагеря. И сразу после этого «визита» в ближайший лес` отпраименем)... не читал вовсе газет, не слушал радиопередач и вообще не знал ничего о Нюрнберге! А ведь как раз там имя Эриха Коха упоминалось особенно часто. Сами бывшие его «коллеги» по национал-социалистской партии заявляли: Кох был не просто исполнителем и приверженцем Гитлера, но и главным «идеологом» террора. Весь мир узнал об этом еще в 1946 году. Не знал этого лишь один человек — Эрих Кох. В течение почти двух часов суд спокойно и объективно выслушивал бредни подсудимого. Hox «доказывал», ‘что он всегда был врагом насилия, что лично никогда и никого не убил и даже не приказывал убивать. Затем он цинично заявил: трибунал долцен оправдать меня и выразить благодарность за деятельность, направленную исключительно на пользу человечества!.. Как я уже сказал выше, судьи. сохраняли полное спокойствие. Зато по залу пронесся гневный ропот публикиг На следующий! день Кох прибег к новой провокации. Он потребовал отложить судебное разбирательство, оспаривая правоту решений Нюрнбергского международного трибунала. Мало того; Кох подверг сомнению вопрос о моральном праве польского съда рассматривать его дело. В своих дальнейших показаниях Кох упорно отстаивал версию, что «руководимая» им часть оккупированной Полыни была... «сазисом покоя»! Но вот, начиная со вторника, перед судом стали выступать Типография «Литературной газеты». Москва И-51, Цветной бульвар, 30. вился грузовик, набитый заключенными. Следом за ним ушла легковая машина, где сидели эсэсовцы с оружием и лопатами. Грузовик вернулся пустой. Видел Коха и свидетель Юзеф Свентковский. Как специалиста по канализации его часто вызывали в лагерь. Свентковскому приходилось бывать в подвалах бывшей войсковой прачечной в Дзялдове. Там он видел множество умирающих людей — нагих, зверски израненных, связанных колючей проволокой. Свидетелю приходилось очищать трубы, забитые спекшейся, еще ` теплой кровью. Он увидел и узнал Коха, когда тот приезжал в Дзялдовский лагерь в 1942 году. Перед этим там вспыхнула эпидемия тифа. Кох лично приказал истребить всех заключенных (а их было несколько тысяч!) и... «дезинфицировать» лагерь! Показания свидетеля произвели на Ноха магическое действие. Свершилось «чудо»! Этот якобы «слабый» и «болезненный» человек вдруг обрел подлинно юношесную энергию. Громким и отчетливым голом, отчаянно жестикулируя, Кох запротестовал, атакуя Свентковского. Никогда в жизни не носил он мундира СС или СА, никогда свидетель не мог видеть его в подобном наряде! Кроме того, он, Нох, на территоГлавный редактор В. КОЧЕТОВ. Редакционная коллегия: В. JIPY3HH (зам. В. КОСОЛАПОВ (зам. Бот он—нацистский палач и убийца Эрих Кох — На скамье подсудимых! - Фото ‘Яна КОСИДОВСКОГО Oe РЕ со К ее AEM, ‚лавного редактора), В, В. СОЛОУХИН. ариат — К 4-04-62, разделы: литературы He! — НН И 4-08-69, писем — Б 11-1528 ыд ратуры и искусства Б 1-11-69, внутренней ательетво — К 4.11.69 Кн we oe see TP Pore, 3, Адрес редакции и издательства: Москва И-51, Цветной бу ‘ъвар, 30 (для телеграмм жизни — К 4-06-05, международной жизни — К 4-03-48, отделы: литератур народов Mockpa. Литгазета). Телефоны: секретариат — СССР — Б 8-59-17, информации — К 4-08-69. г