ПОКОИ
в давнишней дружбе с солнечным
лучом,
в земном поклоне мальцевской
пшеницы,
которой зной и стужа нипочем.
Когда б не удивительное дело,
не риск, не кладезь, найденный
впотьмах, —
не рдела бы твоя звезда, а тлела
и черта б с два ходил ты в мастерах!
РАЛЛИ ЕЕЕЕРУУЕЬЕЕГЕЕРЕЕРЕРУ
ПУР ИЕ ИЕР ЕГЕРЬ
HOY почти. закончена работа
над новой KHBгой стихотворений.
Центральный Комитет Коммунистической
партии Советского Союза
Никите Сергеевичу ХРУЩЕВУ
Уважаемый Никита Сергеевич.
Я обращаюсь к Вам лично, ЦК КПСО
и Советскому Правительству.
Из доклада т. Семичастного мне стало
известно 0 том; что правительство «He
чиниль бы никаких препятствий моему
выезлу из СССР».
Для меня это невозможно. Я связан`с
Россией рождением, жизнью, работой.
Я не мыелю своей судьбы отдельно и
вне ее. Каковы бы ни были мои ошибки
и: заблуждения, я не мог себе предстаВИТЬ, ЧТО окажусь в центре такой полизаявление
тической кампании, которую стали pa3~
дувать вокруг моего имени на Запале.
Осознав это, я поставил в известность
Пведскую Академию о своем хобровольНом отказе от Нобелевской премии.
Выезд з& пределы моей Родины для
меня равносилен смерти, и поэтому я прошу не принимать по отношению ко мне
этой крайней меры.
Положа руку на сердце, я кое-что @делал для советской литературы и могу
еще быть ей полезен.
Б. ПАСТЕРНАК
ЗТ октября 1958 г.
Сергей ВАСИЛЬЕВ
Идея, определяющая содержание всей этой книги, очень простая: я
попытался показать, раскрыть сущность, органическое свойство трудового человека быть всегда в состоянии творческой заботы, непрерывного поиска, порыва в завтрашний день.
Стихи намеренно писал разные по форме и по сюжетному строю,
но, независимо от различного «внешнего покроя», они получились родственными по своему внутреннему мотиву — каждое из них. мне кажется, бьет в одну цель,
В этих стихах мне хотелось воспеть труд, высмеять лень, развенчать наслаждение покоем,
УГУ ИНН ИНДИИ НИИ
Естественно, что для решения задачи такого рода мне понадобились
и лирика в чистом виде, и прием иносказания, и излюбленная мною сатирическая манера письма,
Ведь счастье, по-моему, состоит не в умиротворенном созерцании,
а в действии; в активном расходовании энергии, а не в ее консервации;
в разведке, в опыте, в риске, а не в бессмысленном прозябании.
a о
РГСУ
Она совсем, совсем другая,
скромны спокойные черты,
Зато она полна до края
неотразимой чистоты.
Такая дружбу не остудит,
врагам на откуп не отдаст,
не ошельмует, не осудит,
не подведет и не предаст.
...ЕГо ругали и корили,
кляли вовсю еще вчера,
но что бы там ни говорили,
нет, видно, худа без добра.
Он некрасивой верен свято.
И он обходит за версту
ту, ослепившую когда-то,
полуживую красоту.
ОТВЕТ ПО СУЩЕСТВУ
Он, к счастью, в среде нашей редок.
Скрипит, как пила об наждак:
и то ему вроде не эдак,
и это как будто не так.
Все то, что приметно и ново,
Заведомо чуждо ему:
и строят у нас бестолково,
и учат совсем не тому.
Он ест украинскую вишню
и тут же, нахмурясь слегка,
находит, что вишня излишне
для раннего сорта сладка,
Он хлещет отличное пиво
и злобно трясет бородой;
мол, пиво по цвету красиво,
но все-таки пахнет бардой.
Он даже при случае хает
московское наше метро:
отделки, мол, верно, хватает,
богато, а все же пестро.
Он морщится, ропщет и злится,
и ноет без тени стыда:
вот, дескать, я был за границей,
так это, действительно, да!
Конечно, такой мне не пара,
не друг, и не сват, и не брат, .
и встретиться с ним у бульвара
я был, безусловно, не рад.
Он шел в бледно-розовой шляпе,
бочком и чуть-чуть семеня.
— Чем занят на данном этапе?! —
ехидно спросил он меня,
— Пишу, — говорю, — и читаю. —
Хочу побывать в мастерах,
а кроме того, выступаю
на разных больших вечерах.
— Ого! Высоко забираешь!
Да ты, брат, я вижу, того!
Поэт и трибун! Выступаешь!
А можно узнать — за кого?! -
Я, глядя в глаза краснобаю,
сказал без нажима, но всласть:
— 3a кого, говоришь, выступаю?
Да всё за Советскую власть!
ЛЮБИТЕЛЮ ПОСПАТЬ
Почти утратив в голосе металл,
он мне сказал с оттенком мелкой
мести:
— Откуда, друг, ты вдруг известным
стал?
Ведь мы когда-то начинали вместе?..
Я дал ответ на, заданный вопрос:
— Брось козырять тупой своей.
обидой
Пока ты спал, я бодрствовал и рос.
Завидуешь? И правильно — завидуй!
В связи с публикуемым сегодня в печати письмом Б. Л. Пастернака товарищу
Н. С. Хрущеву ТАСС уполномочен ваЯВИТЬ, ЧТО 60 стороны советских государственных органов не будет никаких препятствий, если Б. Л. Пастернак выразит
желание выехать за границу для получения присужденной ему премии. Pacnpoстраняемые буржуазной прессой версии о
том, что будто бы Б. Л. Пастернаку отказано в праве выезда за границу, являются грубым вымыезтом.
Как стало известно, Б. Л. Пастернак до
настоящего времени не обращался ни в
какие советские тосударственные органы
с просьбой о получении визы для выезда
за границу и что со стороны этих органов
нё было и не будет впредь возражений
против выдачи ему выездной визы.
В случае, если Б. Л. Пастернак пожелает совсем выехать из Советекого
Союза, общественный строй и нарох которого он оклеветал в своем антисоветском
сочинении «ДоЕтор. Живаго», то официальные органы не будут чинить ему в
этом никаких препятствий. Ему будет
предоставлена возможность выехать 38
пределы Советского Союза и лично испытать все «прелести капиталистического
рая».
ВОТ КАК ЭТО БЫЛО
Иные мелют, что ему везет,
что он в рубашке, так сказать,
родился,
легко дошел до орденских высот,
взорлил, обронзевел и возгордился.
Им, болтунам, наверно, невдомек,
Какие муки вынес он вначале,
как зрели мысли, как они крепчали,
как он не раз в дороге изнемог,
как ошибался горько, но искал,
прильнуть к ресницам не давая дреме,
какой очередной перенакал
испытывала воля на подъеме,
как брел вперед. затем бросался
ВСПЯТЬ,
споткнувшись, падал, больна
ушибался,
сжимал до скрипа зубы, поднимался,
ругал себя, сквозь слезы улыбался
й начинал все сызнова опять.
Вак пристально, острб, неудержимо
стремилось сердце, силясь в цель
попасть,
а стрелы шли все мимо, мимо, мимо,
и лишь одна в заветный круг впилась.
Вакую уйму исступленных сил
истратил он на дерзкое исканье,
пока пришло прямое попаданье,
согрело всенародное признанье
и адский труд увенчан славой был!
А болтунам, им что! Они несут
досужие свои определенья,
считая свой подслеповатый суд
вершиной правды и пределом зренья.
неизвестно почему,
и мальчишки из берданки
сдуру били по нему.
Дважды вывихнута лапка,
трижды ранена спина.
Под крылом сидит дробина
и,
наверно,
не одна,
Он и стрелян, он и щипан,
и соседской ЗКучкой терт.
Весь в рубцах.
А на работе —
настоящий пестрый черт.
Чуть подсвистну —
и взовьется
ввысь под купол голубой,
и всю стаю, как на нитке,
так
и тянет
за собой!
Увезу,
пущу на волю’
на пятнадцатой версте, —
возвращусь —
сидит хохлатый
у крылечка на шесте.
Подниму с нагула в бурю, —
Ну,
кажись,
HILH-CBHLULA.
Нет, бродяга, чешет к. дому,
словно камень из пращи.
С виду голубь неказистый,
рядовая птичья стать —
ни породистого клюва,
ни повадки не видать.
На луня похож немного
и немного на сову. .
Но, однако, Ветераном
я его всерьез зову.
Мне на днях один любитель
крикнул запросто с утра:
«Слушай,
что ты портишь стаю!
Не смеши, продай одра!».
Я ответил:
«Извиняюсь,
все торги отменены
потому, что Ветерану
по заслугам нет цены».
ТЕРПЕНИЕ
Ты говоришь, что все трудней писать,
что не дается нужная строка.
Вот, кажется, она уже близка,
ан вырвалась, коварная, опять
и дразнится, маня издалека.
А ты терпи, коварству вопреки,
держи на взводе хитрый карандаш,
иначе потеряешь власть руки
и дорогое золото строки
другому, терпеливому, отдашь.
Собрание писателей Ленинграда
диалектам, подчас не даем отпор тенденциям нивелировки, сглаживания литературного языка.
В. Саянов остановился также на вопросах дальнейшего развития нашей
поэзии. В поисках новых стихотворных
форм, сказал он, нам не следует забывать фольклора — неисчерпаемой сокровищницы творчества родного народа.
Речь идет не о подражании, подчеркнул В. Саянов, а о синтезе лучших
достижений поэтической культуры с
народным творчеством, как это, например, делает в своих лучших произведениях А. Прокофьев. В. Саянов считает,
что именно в этом направлении и должна развиваться наша поэзия. С большой обидой говорил писатель об инертности библиотечных работников в деле
распространения и популяризации позтических сборников, о низких издательских тиражах, серьезно менающих позтам обращаться к широкой читательской аудитории.
Н. Ходза посвятил свое выступление
вопросам детской литературы. Он справедливо упрекал писателей и Детгиз в
отсутствии большого, умного разговора с детьми обо всем, чем живет наш
народ и что волнует ребенка. «Надо
серьезно потеснить зайчиков и кошечек детской литературы, дать нашим
юным читателям выход в широкий мир’
нашего труда, нашей борьбы, — призывал оратор. — Надо открыть настоящей писательской публицистике широкую дорогу». Н. Ходза поделился некоторыми интересными замыслами
ленинградских детских писателей, ‘рассказал о плане создания увлекательного, романтичного сборника «Ленинград
— город рабочих». Если судить по некоторым детским книгам, то может
создаться нелепое представление, будто
народ только и занят ловлей шпионов,
охотой, дрейфованием на льдинах и
прыжками с парашютом. Пора отрешиться от представления, будто романтику можно найти лишь в профессии
следователя и разведчика, говорил Н.
Ходза.
АВ ВИДИМ, писатели Ленинграда умеют и хотят обсуждать
принципиальные вопросы литературной практики. Почему же тогда,
как отметили в своих выступлениях
гости ленинградцев — С. Михалков и
секретарь правления Союза писателей
СССР Г. Марков, такое большое
место, особенно в начале прений, заняли на собрании хозяйственные и организационные проблемы (выступления
В. Пановой, П. Капицы, А. Бартзна и
некоторых других)? Почему на таком
ответственном собрании оказалось возможным заявление В. КНетлинской об
«антипатии», которую она испытывает
к одному из своих товарищей по профессии, почему не получил должного
отпора глубоко обидный, оскорбительный тон ее замечаний в адрес критиков А. Эльяшевича и А. Дымшица? Почему в разговоре о журналах «Нева» и
«Звезда» дело доходило чуть не до
требований монополии для ленинградских писателей? Неужели есть среди
ленинградцев люди, серьезно думающие, что «Нева» обмелеет от дружбы с
Доном и Амуром? Почему, наконец,
некоторые выступавшие оказались вынужденными оспаривать необоснованные упреки и непродуманные высказывания своих коллег вместо серьезного
и глубокого анализа литературных
успехов и просчетов ленинградских писателей? _
На наш взгляд, правление Ленин:
градского отделения Союза писателей
не всегда умело направить энергию и
ум писательской организации на коллективное обсуждение больших политических и творческих проблем. Думается, прав был секретарь горкома
КПСС А. Петров, сказавший на собрании, что «недостатков и просчетов было все-таки больше, чем следовало бы ожидать от такого квалифицированного и талантливого коллентива, каким являются ленинградские писатели».
Д. СТАРИКОВ.
специальный корреспондент
«Литературной газеты»
СЬЕЗД МОЛДАВСКИХ
ПИСАТЕЛЕЙ
Первого ноября открылся Второй
съезд писателей Молдавии. С докладом
на съезде выступил председатель правления Союза писателей Молдавии Ем.
Буков. В первый день выступили Г. Менюк, А. Козмеску, Б. Трубецкой, Н. Романенко и другие. С приветствием от
Центрального Комитета Коммунистической партии Молдавии выступил секретарь ЦК Д. Ткач. Съезд приветствовали представители братских писательских организаций. Работа съезда продолжается. Подробный отчет будет
опубликован в одном из ближайших номеров.
КИШИНЕВ. (Наши собкоры.)
ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА
№ 132 4 ноября 1958 г. 3
РИЗНАТЬ — удовлетворитель« ной...» ‘Так оценило работу
своего выборного руководящего органа недавнее общее собрание
ленинградских писателей. .,
Было бы неверно умалять сделанное ленинградскими писателями за два
последних года. Издано около пятисот
книг, и среди них — сотня новых романов, повестей, сборников рассказов.
За время после Второго съезда писателей принято в союз 26 молодых воспитанников литературных групп и объединений города; проведена областная
конференция молодых писателей: вы‘пускаются интересные сборники произведений начинающих авторов. Наладились шефские связи с литераторами
соседних областей — Псковской, Новгородской, а также Калининградской и
Мурманской. Предприняты выезды
групи писателей в колхозы и совхозы
Ленинградской области. Делаются решительные шаги по созданию истории
фабрик и заводов, инициатива во03обновления которой принадлежит ленинградцам.
Но, разумеется, главный показатель
работы ленинградских писателей—книги о современности, и, понятно, самым
важным на собрании было, в конце
концов, то, что писатели говорили 0
новых книгах М. Жестева. Д. Гранина.
Ю. Германа, Н. Верховской, Н. Дементьева и других.
К сожалению, большие работы ленинградских прозаиков на современную
тему обсуждались на собрании недостаточно широво, критично и содержательно. Правда, в докладе правления
говорилось, например, об интересном
романе М. Жестева «Золотое кольцо»,
что в этом произведении выдвинут новаторский конфликт. Но эта мысль получила развитие лишь в одном выступ:
лении Е. Васютиной, отметившей также, что М. Жестев ведет в своем романе прямой разговор с читателем.
«Некоторые называют это очерковостью, — сказала Е. Васютина. — Ну,
что же, это хорошая, нужная нашей литературе очерковость!»
О новых романах Д. Гранина и
Ю. Германа было сказано на собрании
и того меньше. Докладчик и некоторые выступавшие не без основания сетовали на затянувшееся молчание критики, на малое количество рецензий об
этих книгах, но никто неё выдвинул Каких-либо серьезных, проблемных положений, которые бы глубоко раскоывали идеи и образы романов «После
свадьбы» и «Дело, которому ты слуЖить».
АВ в главных чертах выглядела
самая, на наш взгляд, существенная сторона собрания, посвященного итогам работы писателей за
два года в канун Первого съезда писателей РСФСР. Между тем разве не
было предмета для большого творческого разговора? Вместе с выступившим на собрании секретарем Ленинградского горкома КПСС А. Петровым
мы не разделяем чересчур оптимистического представления Е. Васютиной о
том, как выполняют писатели Ленинграда свой долг перед народом, перед
современностью. Почему же так мало
чувствовалось на собрании подлинной,
хозяйской заинтересованности в развитии литературы, в осмыслении ее насущных проблем?
Нет. совсем не потому, что эта заинтересованность отсутствует у ленинградских писателей. Она звучала в той
горячей и глубоко справедливой полемике, которую вел на собрании А. Прокофьев с необоснованными упреками в
адрес поэмы А. ‘Твардовского «3a
далью— даль». Она, эта заинтересованность, выразилась в призыве докладчика больше и своевременней рецензировать выходящие книги, не делая никаких скидок на актуальность и злободневность; в скрупулезности и деловом
пафосе доклада ревизионной комиссии
(М. Подзелинский); в заслуженных похвалах Л. Рахманову, В. Рождественскому и другим писателям, отдающим
много времени и сил воспитанию литературной молодежи (об этом говорили
А. Прокофьев, В. Панова, В. Азаров);
в выступлениях представителей «Heвы» (Е. Серебровская) и «Звезды»
(Г. Холопов), поделившихся широкими
и интересными планами журналов на
будущий тод; в попытке А. Эльяшевича поставить перед собранием некоторые теоретические проблемы современной литературы; наконец, в речах
В. Саянова и Н. Ходзы, о которых хочется рассказать несколько подробнее,
Одной из главных задач, стоящих
сегодня перед русскими писателями,
В. Саянов считает обогащение языка
литературы.
— В свое время под. руководством
А. М. Горького мы проввли большую и
очень нужную борьбу за общерусский
литературный язык, — говорил оратор.
— Но получилось так, что мы стали
пренебрежительно относиться к местным речениям, утратили богатые речевые оттенки. свойственные областным
СЧАСТЛИВАЯ ЗВЕЗДА
Г. С. МАЛЬНЕВУ
На тяжесть утомления не сетуй
Сумей понять и попросту учесть:
как раз в привычной трудной ноше
этой
твое большое счастье-то и есть.
Оно — в сплошной тревоге ожиданья,
в бессоннице, гнетущей издавна,
в почти раскрытой тайне прорастанья
по-новому живущего зерна.
В разведке боем, в медленной погоне,
в смертельной схватке с хищным
сорняком,
в прощупываньи почвы на ладони,
в хождении по зашне босиком.
В презрении к горячке и к простуде,
в умении молчать, как чернозем,
когда тебя язвительные люди
тихонько называют чудаком.
В заречном всплеске трепетной
зарницы,
ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ
у меня на голубятне
девятнадцать голубей.
Восемнадцать чистокровных,
девятнадцатый —
плебей.
У хохлатого плебея
разнесчастная судьба:
и коты его трепали,
и терзали ястреба.
и сороки нападали
Нет, он пошел не против правил,
и это вовсе не скандал,
что он красивую оставил,
а с некрасивой жизнь связал,
У той, красивой, как бы внешне
она была ни хороша,
как праздный чиж в чужой
скворешне,
сидела мертвая душа.
ДЕВУШКА В КРАСНОМ
А то, что в военную пору,
у хмурой Москвы на глазах.
осталась она сиротою
с сестренкой малой ча руках.
Отец был убит в рукопашной
в глубокой разведке в Крыму.
а мать умерла от разлуки,
от страшной тоски по нему.
Остались две сирых девчонки
на голой судьбы произвол.
Три годика — младшей минуло,
тринадцатый — старшей пошел.
Две лодочки, вдруг потерявших
родительских рук паруса.
У младшей, у Настеньки, — челка,
у старшей, у Любы, — коса,
Два ласковых робких сердечка,
две капельки в море беды.
Одна — как степной одуванчик.
Другая — как цвет резеды.
И холод, и голод узнали,
A вздохов людских разнобой,
и плач поредевших соседей,
и горечь опеки скупой.
Меньшую немедля хотели
в Челябинск отправить, в детдом,
но старшая твердо сказала:
— Не надо. И так проживем!
Так тихо и грозно сказала
и так посмотрела притом,
что вздрогнул невольно. видавший
немало угроз управдом.
Нет, Люба никак не хотела
жить с маленькой Настенькой врозь.
И тут настоящее чудо
на русской земле началось.
Узнала, разведала Люба,
дорогу к спасенью нашла.
Вам нравится девушка в красном?
Она симпатична и мне.
В своем полыхающем платье
она словно в вечном огне.
Рис. Ю. Костельцева
Глаза переполнены светом,
движенья легки и строги,
прямая уверенность речи,
мужское пожатье руки.
То книга лежит перед нею,
то в ярких разводах шитье.
Но что же она совершила,
за что уважают ее?
и к дальней ремесленной школе
летать начала, как пчела.
Старалась — училась, трудилась,
другим подавала пример.
и вышла из цепкой напасти
на самый счастливый манер.
Рабочий паек получила
(оценку дают по делам!)
и стала паек ежедневно
делить на двоих пополам.
Пред ней хоть падай на колени,
хоть режь ее, хоть волком вой, —
она верна бессрочной лени,
своей подруге расписной
й труд противен, поиск труден,
весь день затянут пеленой,
как будто был отцом ей трутень,
а леность — матерью родной.
Не послевая оглянуться,
спешила в тень куда-нибудь,
прилечь на мягком, потянуться,
с усталым видом отдохнуть.
Но отчего же?! Нак персону,
ты потревожь ее, спроси:
От болтовни по телефону?
От длинных рейсов на такси?
От голубого бденья в ванной?
От перезвона баккара?
От пряной пищи ресторанной?
От преферанса до утра?
От санаторного лимана?
От сплетен, собранных тайком?
От неудачного романа
с немолодым холостяком?
Нет, он устал молчать, как идол,
перед собой краснеть устал
и притворяться, что не видел,
и запираться, что не знал.
И он ушел к другой, в которой
прозревшим сердцем разглядел
характер жить в работе спорой,
привычку жаждать срочных дел.
У «некрасивой», правда, с детства
нет ни улыбки заводной,
ни всемогущего кокетства, Е
ни пльиных патл. сожженных хной,
И с младшей справлялась. Но как же?
Вы вправе спросить в свой черед.
А так вот — справлялась и все тут!
Как вспомнит, так сердце замрет.
То добрых людей умоляла
дать Насте хоть каплю тепла,
то дома на риск запирала
и встречи, как зорьки, ждала.
А если случалась задержка —
в тревоге сходила с ума.
Варила, лечила, стирала,
одежку латала сама.
Спешила, бывало, до дому,
в мазуте испачкавшись вся,
дымящийся сверток с едою
под стеганкой Насте неся.
Вормила сестренку, поила,
меняла ей на ночь белье,
умелой рукой подстригала
упрямую челку ее.
ЗКалела, ласкала, любила,
как куколку, клала в кровать.
И младшая старшую стала
нечаянно мамою эвать.
Вам нравится девушка в красном?
Да что говорить — неплоха.
Дай бог обязательно встретить
хорошего ей жениха.
РГРК Е Е COAAAATOANIVASCLLEEESOOLESSIELLLIOLIEELELELEESELLELELELLETEIE ELLE LLL LLL LLL LILLIE LLL ИЕ: ПЕТЕР ELLE
МИССИЯ ДРУЖБЫ
массы кукурузы с каждого
гектара. Слово свое мы
гектара.
сдержали.
мии, работала в сагуновском колхозе «Коммунар»,
И не я одна, а все девять
Праздничные интервью
В БУХТЕ ИЛЬИЧА
АЗВАНИЯ бывают
очень живучи. Бакинцы все еще говорят
«Остров Артема», хотя этот
«остров» уже несколько лет
назад соединен дамбой с
материком и туда ходит
электричка. И все же промысел, на котором я работаю, продолжают называть
«Бухта Ильича», но теперь
это суша: советские люди
засыпали бухту, отвоевав у
моря огромный нефтеносный район.
Я — молодой специалист,
работаю на нефтепромысле
всего третий год. Но и на
моей памяти произошло
уже немало чудесных изменений. Последнее из них —
телеуправление, позволяющее одному человеку контролировать работу десятков скважин. Новая техника породила и новые профессии, заставила многих
рабочих-нефтяников серьезно заняться повышением
своего технического и культурного уровня. Приведу в
пример свою бригаду. Нас
12 человек. Помощник мастера Акиф Нагиев и замерщица Людмила Арефьева
— заочники Индустриальхозники, ученые с великой
энергией трудятся на благо
своей Родины. Долг писателей — воспеть созидательный труд народа, твсрящего чудеса.
ного института оператор
Азад Юртиев и замерщица
Асмик Абрамян — заканчивают нефтяной техникум.
Несколько рабочих noceщшает вечернюю школу.
свое мы
At -ю ГОДОВЩИНУ
девушек нашего села, получившие аттестаты зрелости. Держались мы дружно. Старались. Kak говоВот так мы работали эти
четыре года. Строго за
агротехникой следили, изучали опыт передовиков,
“TI Великой — Октябрьской социалистической революции наш коллектив — Государственный
рится, вовсю. Снач-ла присматривались, как работают другие а потом
трудились не покладая рук.
А учиться все равно хотелось. Две девушки из нашего звена заочно окончили Масловский сельскохозяйственный техникум,
остальные учатся или готовятся поступить на учебу.
В Киев я приехала с диплоMOM младшего агронома.
Трудно ли учиться? Трудновато, конечно. Но все
же гораздо легче, чем сразу после десятилетки. Что
я знала раньше? Как уроки готовить да как маме
по хозяйству помочь, и то
она меня жалела: «Ладно, я
сама, иди занимайся».
Теперь-то я многое -в
жизни понимаю ив колхозном производстве разбираюсь. Слушаю лекции
по агротехнике, например, —
вижу перед собой колхозное поле,
Нынче у меня вдвойне
праздник—есть что вспомнить, есть на что оглянуться, а главное, впереди широкие горизонты. Я очень
счастливая.
Анна ИЛЬЧЕНКО,
Герой Социалистического
Труда
хореографический ансамбль
«Березка» — будет отмечать вдали от Родичы: в
эти дни мы будем находиться B Соединенных
Штатах Америки. За последние годы наш aH
самбль побывал во многих
странах Европы Азии и
Африки. В США нам хоАфрики, В США нам хочется познакомить американских зрителей с красочным искусством русского
народного танца.
Наши гастроли за океаном будут проходить 75
дней. За это время мы выступим в различных городах
и дадим 70 концертов. Во
время пребывания в Соединенных Штатах Америки
мы намереваемся ближе
познакомиться с американским хореографическим
искусством,
Искусство — важное средство сближения народов. И
весь коллектив «Березки»
полон горячего стремления
содействовать укреплению
дружбы и сотрудничества
двух наших народов в интересах прочного мира во
всем мире.
Н НАДЕЖДИНА,
заслуженный деятель
искусств РСФСР
организовали свое звено — шего звена
О бакинских нефтяниках
написано много книг и Мехти Гусейном, и Манафом
Сулеймановым, и Имраном
Касумовым, и другими. Совсем недавно мы с интересом смотрели новую пьесу
Дж. Меджнунбекова «Бухта
Октай РЗАЕБ,
ШИРОКИЕ
мастер нефти
>>
ГОРИЗОНТЫ
т» 3TOM
году я посту«девичье» как его тогда
называли. Обязались получить в 1955 году 80 центне“ров зерна кукурузы с каждого из 10 гектаров. А когда получили по 90, даже
сагуновские старожилы удивились—никто не помнил
такого урожая. После этого
Ильича». Но, к сожалению,
большинство произведений
повествует © пройденных
этапах, а нам очень бы хотелось, чтобы наши литераторы показали своих современников.
В 1928 году Баку посетил
М. Горький. Прямо с вокзала Алексей Максимович отправился на нефтяные промыслы, затем посетил нефтеперерабатывающие заводы. Результатом этой
поездки явился взволнованный очерк о героических
буднях нефтяников.
Пусть помнят об этом
примере активного вторжения в жизнь советские литераторы и следуют ему,
Встречая праздник Великого Октября, рабочие, колпила в Украинскую
сельскохозяйственную
академию. Сдала экзамены,
прошла по конкурсу и теперь студентка агрономимы по-настоящему воспрянули духом. На следующий
год решили вырастить по
110 центнеров зерна на
площади 15 гектаров —
№ 2-9.
собрали. по 4115, B 1957 году
получили по 125,
ческого факультета.
Вспоминаю то, что слуYANOCS четыре года назад. Закончила в 1954 году В феврале этого года
всех членов нашего звена
школу в Сагуновке -— это
мое родное село на Черкащине — и вместе с подружками поехала в Житомир поступать в Сельско“
хозяйственный институт, И,
как это со многими бывает,
провалилась, не прошла по
конкурсу. Очень переживала тогда. Даже стыдилась
домой возвращаться. После
этого четыре года, вплоть
правительство наградило
орденами и медалями, а
мне, звеньевой, присвоили
звание Героя Социалистического Труда.
Нынешней весной я выступила на ХИ съезде
ВЛКСМ и от имени звена
заверила делегатов, что в
честь сороковой годовщины
комсомола мы вырастим по
130 центнеров зерна и по
до начала занятий в акаде{тысяче центнеров зеленой