Kone на Красной площади большое серо­каменное здание ГУМа — стоит оно на­против Мавзолея. На верхнем этаже это­го здания в дни всенародных торжеств распо­лагается радиостудия. Из нее и ведутся пере­дачи по всем радиостанциям Советского Союза.
Не первый год смотрю я из окон студии на
Красную площадь и каждый раз неизменно
	Bor сейчас 3a зубчатой стеной Кремля
открыт новый замечательный Кремлевский
тсатр. Его светлый, легкий и в то же время
	вместительный зал принял своих первых зри­телей в канун праздника Октября.
	А если перекинуть взор еще дальше за сте­ны Ёремля, то увилипть стальной лес башенных
	кранов, такои густой и

могучий лес, что он ох­ватывает многие районы

‘столицы. Увидишь He

только лес кранов, но

и бесчисленные квар­талы новых жилых домов Юго-Запа­да Москвы, новые станции метро и, слов­‘но перелетевший через Москву-реку из
Тужников на Ленинские горы, как бы
парящий метро-мост. Это все московская
‘новь. Она — всюду, в любом районе.

Новь этога года проявилась и в «кос­мическом» убранстве столицы. Нал цен­тральной магистралью Москвы — над
улицей Горького — будто  взвилиеь
ввысь и, застыв на орбитах, красуются
‘исполненные в натуральную величину
все три советских искусственных спут­‘ника Земли. Толпы фотолюбителей <
утра щелкают затворами своих камер,
спеша запечатлеть созданные руками
советских людей небесные тела.

Как же не любоваться ими, как не ра­доваться творениям советского гения!
Вот он — первенец — сверкающий шар
с длинными, словно струящимися антен­‘нами. Первый спутник как бы застыл
над кипенью улицы Горького, около не­давно установленного ` памятника Мая­KODCROMY.

— Это он? — спрашивает пионер ‹е­доусого деда.

— Смотри! Наш! — Дед поднимает
внучонка, и они долго, по-хозяйеки рас­ематривают нервый спутник.
	А Там, на «орбите», застыл BTO­рой искусственный спутник, намного
больший, чем первый. И вон, наконец,
	третий. Этот не уступает по величине
автомобилю. Москвичи стеят, подняв го­ловы, и на их лицах — восхищение н
гордость хозяев за дело своих рук, ра­дость познания, ощущения близости к
тайнам космоса. Я видел на выставке в
Брюсселе тысячи и тысячи посетителей
советского павильона. которые  подолту
взирали на наши, советекие спутники.
Я видел взгляды потрясенных наблюдз­телей, — в них были зависть и востоуг.
А здесь, в Москве, на спутники глядят
хозяева страны, хозяева этих спутников,
хозяева булущето.
	Спутники красовались не только над
улицей Горького. Ракеты и спутники,
размноженные в макетах, изображенные
на плакатах и транепарантах, стали в
этом году такой же неотъемлемой пря­надлежностью демонстрации, как, пом­НЮ, в свое время были трактор и само­лет — символы новой эпохи.

ОСЛЕ военного парада на камен­[] ную брусчатку Ерасной площади
устремились пестрые волонвы
физкультурников и спортеменов. А
за ними могучими, полноводными реками
влились демонстранты, и я увидел такое
множество ракет и спутников, что стало
ясно: эпоха покорения космоса уже во­шла в жизнь народа, стала не утопией,
не фантазией, а реальным, технически
осуществимым делом.

Спортемены в голубых шлемах, синих
плащах с белыми звездами заполнили
Красную площадь. Их необычайная
одежда, их звездные плащи и голубые
шлемы символизировали одеяние пилотов
будущих межпланетных кораблей. А вот
И сам «корабль» — в центре живого
круга, образованного спортеменами, под­нимается серебристый космический ко­рабль. На нем написано красными бук­вами: «Москва—Луна—Маре— Москва».
Я смотрю на эту надпись и вспоминаю
тихий вечер в Калуге, деревянный до­мик К. 9. Циолковекого, мечтательный
взглят гениального ученого и его слова
	У нас, в Ленинграде
	ЫНВЕШНИИ ноябрь в Ленингра­Н де начался необычно: что-то пе­ределав, передвинув в кален­даре, этот поздний осенний месяц не­ожиданно щедро одарил нас солнеч­ным светом. .

Ленинградцы прожили год, последо­вавший за 40-летием Октября, в том же
ритме, на том же широком дыхании,
что и еся Советская страна. Ленинград­цы спустили на воду первый в мире
атомный ледокол «Ленин», дали перво­классные машины Волжской ГЭС име­ни Ленина, и в праздничные дни наши
монтажники рапортовали со строитель­ства другого гиганта на Болге —
Сталинградской ГЭС, — что отмечают
славную годовщину завершением ра­бот на крупнейших узлах первого агре­гата.

Чужое, но очень приятно звучащее
слово - вошло нынче в наш обиход:
«Гран при»... Большой приз Всемир­ной выставки в Брюсселе, которым от­мечены многие изделия ленинградской
промышленности. Среди призеров —
турбостроители Металлического заво­да. Недавно они одержали новую круп­ную победу — выпустили паровую тур­бину мощностью в 200 тысяч киловатт.
Незадолго до праздников технический
совет Министерства электростанций
рассмотрел новый проект тех же тур­бинщиков — новая паровая турбина
будет мощностью в 300 тысяч киловатт,
а в конструкторском бюро завода уже
начинают сражение за мощности в 400
и 600 тысяч киловатт .. .

В канун праздника две тысячи
ленинградских семей справили HOBO­селье... На Станколите строят для Ки­тайской Народной Республики станок­великан для обработки гигантских де­талей... Метростроевцы отважно проби­вают подземные трассы второй очереди
ленинградского метро...

В праздничные дни, как всегда, нет
НИ ОДНОГО «лишнего ‘билетика»х ни в
театрах, ни в кино. И за полночь не
гаснут огни в домах культуры. И тесно
в залах открывшейся здесь традицион­ной осенней выставки художников.
сотни любителей музыки дежурят с
рассвета перед кассами филармонии,
где вечером концерт Эмиля Гилельса...

Красиво работают и хорошо отды­хают ленинградцы!
Ирина ГОЛОВАНЬ
	ЛЕНИНГРАД
	ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН. СОЕДИНЯЙТЕСЬ!
		ПРЕГЕЕЕЕУХЕРИГИГ ГГ РЕГГИ ГРГРРЕУУГГГГЕЕРГГЕЕЕЕЕЕЕИГЕГУГГЕРУЕЕЕРРЕЕЕЕ
	Польской Народной
Фото С. РАСКИНА
	На митинге дружбы
Республики.
	народов Советского Союза и
	 
	ИИ ГИР ИЕР LATTES ESS ESSAI MA TSDSTS TAI TSASSS SAAS LD DIAS TSA РНС ССС СРСР СОСО РТРС

  
  

РИГИ ИРИ ИРИ ИИ ИУ, ПАНИКЕ ГИ И,

 
		ИРИНЕ ИЕР РИН ИИ РИН ИИ ИИ ИРИ ИЕР ИИ ГИК,
	ALE a] PANT SY DIRT AN FT
ии ПХ ГТА А,
	Цена 40 коп.
	вского в Москве.
Рис. А. Шульца.
	Вторник, 11 ноября 1958 г.
	Кремля
	№ 134 (3945)
	ГОРЖЕСТВУЕТ
	рабочий поднимает на плечо сынишку,
несет его мимо Мавзолея и знакомит ¢
руководителями партии и правительства.

Страна еще готовится к ХХГ съезду
партии, & рабочие Москвы уже несут
плакаты © обязательствами перевылол­нить семилетний план. Мы привыкли к
тому, Что, опережая время, будущее
стремительно входит в наше сегодня.
Кажется, что и сейчас на Красную пло­щадь выходит сама Семилетка — выхо­дит в реальности трудовых обязательств,
победных рапортов заводов и научных
институтов, строек и железных дорог, в
мечтах, призывах, в кипучей энергии
	Е РЯБЧИКОВ
	<>

Земля свободы,
света и счастья
	НОЯБРЯ ‘мне посчастливилось
нровести несколько часов на
Красной площади у самого края
полноводной, неудержимой в’ своем He­быстром. плавном течении людской реки.
	Она вливалась на Красную площадь,
	обтекая кирпичный островок Историче­ского музея, неся ‘на волне своей празд­ничную. яркость знамен и стягов.

Почти в самом начале демонстрации
я увидел пронесенный людьми большой
макет земного шара.

Я люблю­Землю. Ее толубые, сверка­ющие на солнце моря южных широт и
тяжелые, холодные воды севера; ее раз­дольные степи, пахнущие пшеничной со­ломой и полынью, парным молоком и
дымком кизяка; ее дремучие леса и
светлые рыбные реки; ее большие горо­да и маленькие деревеньки...

Недалекое будущее покажет, я уве­рен в этом, что в туманном мирозданье
нет планеты красивее нашей Земли.

Был большой смысл в том, что люди,
высоко подняв на руках, пронесли ма­кет Земли через Красную площадь в Мо­скве в годовщину Великой Октябрьской
революции.

Много разных народов населяет Зем­лю, но у всех народов есть одно общее,
непреодолимое стремление — стремле­ние к свободе, к свету, к счастью.

Ни один народ (я подчеркиваю, —
народ) не хочет-гибели нашей Земли, но
хочет. ее” радостного, прекрасного. цвете­НИЯ.

Дорогу к свету, дорогу к счастью на­родов открыла и показала всем Великая
Октябрьская социалистическая револю­ЦИЯ.

Макет Земли был одного голубоватого
цвета, но вокруг него переливались в
праздничном цветении все, я бы сказал,
самые главные земные цвета.

Голубой — чистого неба; золотой —
солнечного света и созревающих  хлеб­ных полей; зеленый — весенний, яр­КИЙ... _

И самый главный, самый  побеждато­щий цвет — цвет человеческой крови,
	пролитой в разные времена за свобо­ду всех людей на земле. Цвет наших
красных знамен.

Проплыла над площадью  толубая
Земля и пропала из тлаз, но еще долго
можно было видеть, как идут и идут
через площадь хозяева Земли, идут те,
кто не позволит нарушить мир на Зем­ле, кто стоит на страже ее великого, ее
земного цветения. Идут — люди...

Вл. СОЛОУХИН
	Праздничный Крещатик вечером.
Рис. Р. Матусевича
	плащах, усыпанных звездами, как 43
колонн демонстрантов устремилась в не­бо еще одна огромная ракета, Оставляя
за собой рыжеватый дымный след. она.
	Из-за ТУЧ
	умчалась к выглянувшему
солнцу.
	НАРОД
	7 ноября на площади Маяно
	Дружбе цвести в веках
	ОТ И ПРИШЕЛ к концу столь за­мечательный и плодотворный

визит делегации Польской Народ­ной Республики на землю нашей Роди­ны. В эти дни мы снова вспоминаем
теплоту встреч с польскими гостями,
встреч, очень много сказавших нашим
сердцам. Мы вспоминаем чудесную ат­мосферу радостных приветствий моск­вичей, обращенных к трибуне Мавзо­лея, где рядом с руководителями на­шей партии м правительства находи­лись посланцы братского народа. Вспо­минаем раскрасневшихся и возбужден­ных ребятишек, вручавших им большие
	букеты цветов.
	Каких только домыслов не появилось
в эти дни на страницах буржуазной
прессы, пытающейся набросить тень на
нашу дружбу. Но, как говорит народная
мудрость: «Добро заморскому гостю
врать». Ложь недоброжелателей так и
остается ложью, а факты на виду у
всех, они — сама действительность.

Эти факты говорят и о том, что новой
Польше стали по плечу большие дела.
Всем грозам наперекор, преодолевая
множество трудностей, строит ее та­лантливый народ социализм.

Сколь изменился облик Польши в
сравнении с прошлым, когда была она
отсталой и бедной страной, страной. эко­номического, социального и культурного
застоя! Мы еще помним, когда по мо­стовым ее городов бродили безработ­ные и никакого просвета не видели
впереди миллионы так называемых
«лишних людей» в деревне.

Польский народ отдает ныне все свои
силы и способности строительству новой
жизни, повышению благосостояния каж­дого человека. Польша, сообщает кор­респондент газеты «Нью-Йорк таймс»
Сульцберхер из Гданьска, «несомненно,
становится потенциально более великой
	державой, чем она была когда-либо
раньше».
..Да, у советских людей и наших
	польских друзей есть все основания
быть довольными этим плодотворным
визитом. Ведь дружба между народами
Советского Союза и Польши, как и
между всеми народами социалистиче­ских стран, говорил Н. С. Хрущев,
«служит делу победы социализма и
коммунизма. Социализм и дружба наро­дов неразрывно ‘связаны между собой.
Чем теснее дружба наших народов, их
сплоченность и братское сотрудничест­во, тем значительнее и ощутимее успе­хи  социалистического строительства
Это — объективная закономерность ис­торического развития. Вот почему мы
должны дорожить нашей дружбой, за­ботливо оберегать ее от всяких  про­исков врагов социализма»,

Пусть же крепнет эта дружба во имя
осуществления прекраснейших мечтаний
человека, во имя. победы социализма!

H. BABHH
	А до этого были древний и вечно
юный Киев, солнечный Тбилиси, новый
Минск и величественный Ленинград...
Сотни тысяч людей... Огромные кара­ваи хлеба и соль... Слова искренней
приязни и любви к польскому народу...
	И в завершение — подписание Совет­ско-Польского Заявления и грандиоз­ный митинг дружбы народов Ссветско­го Союза и Польской Народной Респуб-_
лики в Дворце спорта. Со словами
привета к гостям из Польши обращают­ся первый секретарь Московского го­родского комитета КПСС В. И. Устинов,
московский рабочий В. Ф. Кирик и пи­сатель В. М. Кожевников, молодая тка­чиха Л. Г. Бурова. Бурная овация вспы­хивает в зале, когда на трибуну подни­мается Первый секретарь Центрального
Комитета КПСС и Председатель Совета
Министров СССР Н. С. Хрущев. Он про­износит большую речь. Горячей овацией
встречают присутствующие выступле­ние Первого секретаря Центрального
Комитета Польской объединенной рабо­чей партии Владислава Гомулки. М все
время в зале Дворца спорта царила об­становка огромного воодушевления.

Те, кто не единожды пытался столк­нуть наши народы с пути доброго взаи­мопонимания и дружбы, могут не те­шить себя надеждами. Никто никогда не
разъединит нас со свободолюбивым на­родом Польши, народом, который дал
миру Коперника и Шопена, Мицкевича
и Костюшко, Монюшко, Ожешко и дру­гие блестящие умы, гениальных. поэтов
и мыслителей, борцов революции.
	о ракетоплане, который устремится в
космический рейс из Москвы, с Красной
площади.

«Межиланетный корабль», принесен­ный спортеменами, одетыми в звездные
плащи, вертикально вздымается в не­бо. Я вижу, как с трибуны Мавзолея ве­село следит за полетом ракеты Никита
Сергеевич Хрущев. Улыбаясь, он покавы­вает товарищу Гомулке на исчезающий
в небе «межпланетный корабль», и оба
они радостно смеются. Я помню, в про­шлом году, на трибуне Мавзолея, в день
празднования сорокалетия Советской вла­сти, был товарищ Мао Цзэ-дун. Вместе
с товарищем Н. С. Хрущевым они сле­дили за пуском с Красной площади про­резиненной ракеты, символизировавшей
космический корабль, и долго глядели,
как она борозлила московекое небо. Так
смотрят на общее, родное дело настоящие
друзья, братья.

Только прошли спортемены в голубых
		0 САМОЕ главное, самое лорогое
	ий самое волнующее влечатление,
	остающееся всегда от парада и
демонстрации на Красной площади, —
это проявление народом горячей, искрен­ней, сердечной любви к партии, безмер­ного выражения ей благодарности за
счастье, за радость, за вею нашу жизнь,
за спутники — за все, чем славно,
богато и прекрасно наше социалистиче­ское Отечество. Илущая от глубины
сердца народная любовь к партии вы­ражается во всем — и в несмолкаемых
приветствиях, раздающихся из рабочих
колонн, ив радостных улыбках, HB
Фукоплесканиях, и в том. Kak MomzOTO%
			__{ * Е BOM
вас! C ‘*warnag-”
	`С  награ­краи. „Это будет неожи­данно для «Спартака», и
	у нас увеличатся шансы
на выигры!н.

(Кто мог в Киеве по­думать, что матч закон­чится со счетом 3:2 в
пользу «Спартака»?!).
*х
	x
— Читали? На выбо­pax в Америке победи­‘ли демократы.
— Tak то «демокра­ты», а не демократия...
. *+
	=
— Дочь?
— Сын!
— Поздравляк! В хо­рошее время родился!
* kk
	> *
В колоннах демонст­рантов:
— Хай живе pigua
Комунстична парт!я!
kok
	=
— Хай mune р!дна
Комунстична парт!я!
Эти слова много раз
звучали в Ниеве на за­мечательном празднова­нии 41-й годовщины
Великого Октября.
В этих словах была
и гордость за наши
‘достижения; и бла­годарность за муд­рую ленинскую по­литику, направлен­ную на счастье тру­дового народа, и
радость за сегод­няшний день, и уве­ренность в новых
победах.

 
	к. ГРИГОРЬЕВ
(Наш Hopp.)

КИЕВ
	ИЗ УСЛЫШАННОГО
	НА ПРАЗДНИКЕ
>
	тельно к тебе, на жаре­ного поросенка? А гусь,
по-твоему, не птица? А
заливной карп — не ры­ба? Пропадет же все...
— Чего вы спорите!
Всем цехом пугали Мак­сима Иваныча, что при­дем на новоселье, а те­перь каждый тянет к
своему столу. Может, и
у менЯ индюшка пропа­дает...
	ИРИ RSS ESATISAAALESAAEA TAD SEAATTTTTIPLSATILAAAT ALTA AD A TELAT LTA TTS
	‘Границы нашего мира
	ЕЛОВЕЧЕСТВО, с
первого дня сво­Кирилл
его рождения,

живет в мире, к ко­TOPOMY оно слишком привыкло, что­бы его замечать. Мы живем на самом
дне огромного воздутиного океана, а над
нашей головой, на тысячу километров
вверх, поднимается земная атмосфера. Он
мутен, он непрозрачен, этот океан, ка­жущийся нам таким чистым. Пятнадцать
тысяч кубических километров воды — в
виде водяного пара и облаков — рас­творено в воздухе. Десятки тысяч тонн
вулканической и метеорной пыли серой
вуалью покрывают небо, которое мы на­зываем ясным. Даже сама небесная си­нева. говорящая о том, что воздух рас­сеивает солнечный свет, — наш враг,
так как она мешает нам днем видеть.
звезды. И то. что мы называем ярким
	Солнцем, — только тусклое пятно по
сравнению с подлинным блеском нашего
несравненного светила:
	А человеческий глаз еще вдобавок так
несовершенен! Унаследованный нами от
океанских предков. он видит только ма­Ty долю испускаемых Солнцем лучей.
	Гамма из семи цветов — красный, оран­жевый, желтый, зеленый, голубой, си­ний, фиолетовый — вот и весь бедный,
доступный нам спектр. По одну сто­рону его лежат инфракрасные лучи. —
	«тепловой свет». длинноволновые лучи:
	радио. По другую же сторону видимого
спектра расположен ультрафиолетовый
свет, лучи рентгена и гамма-лучо, а
дальше — проникающее любые экраны
Таинственное до сих пор космическое из­лучение.
	Многое могли бы мы узнать о Веелен­ной, если бы наша атмосфера не была
такой мутной. На нашу беду — и на на­ше счастье — лежащий высоко над нами
слой озона не пропускает смертельных
ультрафиолетовых лучей. Как о бетон­ную стену, ударяются радиоволны, иду­щие из космоса, о заряженный электри­чеством слой в 100—150 километрах
нат Землей...
	А там, за тысячекилометровым океа­ном атмосферы, лежит еще не исслело­ванная Большая Вееленная. объемлющая’
наш земной шар. со смертельно ` черным:
	небом, охватывающим нас со всех сто­рон, с невыносимо ярким ртутно-фиоле­товым, словно ‘призрачным Солнцем, пы­лающим красными взрывами протуберан­цев и увенчанным ‘крылатой короной.
Там небо усеяно немигающими звездами, .
похожими на цветные ‘наконечники’

стрел, летящих на наблюдателя. Вселен-`
ная — без звука, где вечно бушующий и’
ревущий атомный взрыв Солнца кажется”
вечной тишиной. Нет ни. ветра, ни пого-.
ды, ни смены дня и ночи. И где-то ps­дом — иначе-не скажешь, так как там,
нет ни низа ни верха, — медленно вра­щается огромный шар Земли, е лентами.
облаков, с темными провалами морей, ©
пыльным океаном атмосферы, составляю.

щим границу нашего мира.
	И вот 4 октября 1957 года мы проби­<> ли эту космическую гра­АНДРЕЕВ . ницу и вырвались На
< бесконечные просторы
	Большой Вселенной.

ЕВЕЛИКО поле зрения человека—

то поле, которое человек видит

как одно целое, как одну карти­ну. Оно измерено и исследовано учены­ми, установившими, что оно меныше на
равнине, больше в горной местности, ши­ре ночью и Уже днем. Сейчас, © самой
высокой вершины нашего времени, в
рассветный Час новой космической
эры, видно очень далеко во все
стороны света — и мглу ночи, из кото­рой выходит человечество, и века ком­мунизма, лежащие впереди, озаренные
сияньем знамени, воздвигнутого нами на
перевале.

Молодежи наших дней трудно себе
представить, что люди моего поколенит
жили в юности без электричества и ра­AHO, ездили на извозчиках, ходили в пер­вые «иллюзионы», где показывали. ворот­кометражные фильмы братьев Пате, и
присутствовали на первых полетах азро­планов — неуклюжих сооружений из
бамбука, полотна и проволоки, казавших­ся нам, однако, чудом техники. первыми
вестниками наступающего великого века.

Юноши и девушки, для которых напи­саны мой книги, — это жители совсем
иного века, это люди третьего тысячеле­тия: ведь каждый сегодняшний комсомо­лец может и должен дожить до двухты­сячного года и своими глазами увидеть
третье тысячелетье. Но и нам, старшему
поколению, дано заглянуть в этот еще
более великий день. И раньше люди уме­ли в буднях своего времени различать
смутный облик грядущего. Но сейчас мы
можем уверенно предсказывать будущее,
потому что оно уже существует — в
планах, проектах и чертежах. Чем выше
мы поднимаемся в своем пути, тем шире
и яснее перед нами горизонты.

Зимой этого года мне довелось побы­вать в атомном городе Дубно, пол Моск­вой. Красивые желто-белые дома стаят
прямо в лесу, лишь слегка разреженном
и превращениом в парк. Улицы краепво
изгнбаются, повторяя ‹ узор местности.
Ни запаха бензина, ни пыли, — только
белый снег, беззвучно падающий с вет­вей, и запах. хвои, освещенной солнцем.

i В этом городе, среди леса. я увидел
странное. строение. — совершенно круг­10е, похожее на гигантский цирк здание,
тде помещается самая большая в мире
атомная машина — синхрофазотрон.

Bee 0 нем уже было налисано и стало
привычным: и кольцевой магнит весом в
тридцать шесть тысяч тонн, и фантасти­ческая энергия в десять миллиардов элек­трон-вольт, до которой в коридоре внут­ри. магнита разгоняются элементарные
частицы. Но когда я вошел в странное
круглое здание, на. мгновенье сжалось
сердце: все было таким бесконечно зна­комым с детства. так на что-то похожее
и. так’ не нохожее ни на что, виленное
наяву,
	_’. Это-походило и на внутренность тили­жадбля, и на межпланетную‘ пушку, и. на
{Окончание на 2-й стр.)
		— Спасибо. Вас так­же!

Эти слова часто слы­шались и в рядах демон­странтов, идущих к Нре­щатику, и на трибунах,
где собрался цвет трудо­вого Киева, — люди поз­дравляли друг друга с
праздником Октября, с
высокой наградой —
вторым орденом Ленина,
которым отмечены заме­чательные успехи pec­публики.
		*

— ...6 ноября наш ба­тальон вошел в Киев.
Здесь тропинка была —
не больше. ‘Ни одного
дома на всей Прорезной.
Вон на том месте, где
сейчас дом, мы взрыва­ли немецкие мины...

— Я как раз живу в
	этом доме.
— Ая его строил.
Будем знакомы.
**

*
С трибуны: — Слава
рабочим героического
«Арсенала»!

В колонне: — Рада,
	Верочка, что поступила к
нам на завод?
— Очень рада, дя­дя Ноля, очень:
**
*
	— Мама, купи мне
спутник...
*
— Видишь плакат:
	«Украина продала госу­дарству 552 миллиона
пудов, хлеба!» Представ­ляешь себе, сколько
это? Вот ты. напоимео.
	Вася. сколько можешь
	_ ПОДНЯТЬ!
	— Пятипудовик оси­лю.

— Так вот, нужно
сто десять миллионов
таких здоровяков, чтобы
поднять этот украинский
	каравай. :
— Поднять нехитро.
А вот вырготить...
	°*

— Если: завтра дина­мовцы выиграют B
Москве — это будет ве­ликоленно. Нужно толь­ко Воинова поставить”на
место полубреднего, a
Каневского — в центр...

— Зачем же так, кол­лега? Каневского нужно
поставить ‘на правый
	— Напа, а эти китай­цы — из Нитая?
— Нет, сынок,. из
Киевского университета.
ka
	=
— После демонстра­ции — сразу ко мне. На
жареного поросенка...
	— Почему же обяза­От БЕРЕГА ГИХОГО ОКЕАНА
	В ‘САМЫЙ канун. праздника из
‚редакции пришла . телеграмма:
«В отчете о праздновании 41-й годов­щины Октября покажите новые черты _
	жизни, наидите штрихи, детали, под:
робности, которых не было в прежние
годы».

Телеграмма пришла вечером под
седьмое. На раздумья и размышления
оставалось всего несколько часов.

Предпраздничный город был на диво
хорош. В тихий теплый вечерний час
искрилась золотыми дорожками гладь
Амурского залива, мягко шелестели
волны, и, будто вторя волне в Спортив­ной гавани, шептались тысячи разно­цветных флажков. «Может быть, с этой

гавани и начать рассказ», — подумали
мы. Ведь год назад здесь шли строи­тельные работы, устанавливались

скульптуры, укладывались плиты ши­роких лестниц, ведущих к океану, a
сейчас это уже привычное, полюбив­шееся всем место ‘отдыха. Да, Спор­тивная гавань — новое в облике города,
но. ведь ‘кварталы многоэтажных до­мов, поднявшиеся за. улицей Луговой,
	городок моряков при въезде в город, —
	сотни кранов, скловившихся над не за­конченными еще стройками, — это тоже
черты нового... 100 тысяч квадратных
метров жилья получил ‘Владивосток
только за один нынешний год, десятки
новоселий отпразднованы только в дни

Октябрьских торжеств,
	Может быть, рассказать о дальнево­сточном. университете, `Дальрыбвтузе,
создающемся сейчас во Владивостоке
медицинском институте, о дружном
многочисленном коллективе Дальнево­сточного филиала Академии наук? Это
тоже новые черты жизни. Владивосток
становится крупным, по-настоящему
значительным научным центром. Но
тут вспомнилось, что новые вузы от­крыты в этом году в Хабаровске, Пет­ропавловске-Камчатском, в Магадане, —
дальневосточников не удивишь расска­зом об этих новшествах.
	..Утром, как только закончился па­рад боевых кораблей Тихоокеанского
	флота, началось нескончаемое ликую-.
	щее шествие десятков тысяч людей.
	«Но ведь все это было и в прошлом
и в позапрошлом году», — думали мы,
	стоя на трибунах. И редакционная те-,
	леграмма не давала повоя.
	ления промышленностью и строитель­CTBOM.

— Уж если рассказывать о новшест­вах этого года, —возразил пожилой пар­тийный работник, — надо прежде всего
вспомнить о том, какой блестящий
результат дала реорганизация МТС:
колхозы ‘края купили почти на
шестьдесят девять миллионов рублей
техники; она работает почти вдвое про­изводительнее! Впервые край сам себя
полностью снабдил картофелем, ово­щами. 156 колхозов начали заниматься
новой для них отраслью хозяйства —
садоводством, виноградарством. Через
три-четыре года Приморье по. обилию
фруктов и ягод не уступит, пожалуй,

Крыму.

— А я бы, — вмешался в разговор
офицер-пограничник, — я бы расска­зал вот о чем. — Он широким жестом

указал в сторону праздничных трибун,
где рядом со знатными людьми города
стояли гости Владивостока— посланцы
великого: Китая и дружественной Но­реи. — Вот важнейшая черта этого го­да: наша крепнущая дружба, торжест­вующий мир между народами...

Так советовали друзья, и мы решили,
что самым правильным будет передать
этот разговор на трибунах, происходив­ший в праздничные дни на далеком бе­регу Великого океана.
	Г. ХАЛИЛЕЦЕИИ
ВЛАДИВОСТОК, (Наш корр.)
	Тогда мы сделали самое простое —
обратились к друзьям и знакомым, по­просили их рассказать о чертах нового
в их жизни.
	ря Непременно надо сказать о
	совнархозе, — посоветовал инженер-су­доремонтник, — ведь это очень важная
примета двух последних лет. Вся про­мышленность края, понимаете, вся, раз­вивается компленсно, выполняет произ­-
	водственные планы. И все это благо­даря проведенной реорганизации управ-