«(СЕНТИМЕНТАЛЬНЫЙ РОМАН» В. ДРУЗИН ВОМСОМОЛЬЦАХ гражданской войNJ Sb 1 начала двадцатых годов написаны замечательные книги. Проза и стихи. Сколько читателей, родившихся значительно позднее, е любовью и уважением запечатлевали в своем сердце образы первых вомеомольцев, видя в них пример для подражания. Живы и плодотворны в нашей современной литературе традиции Николая Островского и Бориса Горбатова, а также apys гих комсомольских писателей. Вонечно же, можно снова и снова возвращаться к истории тероического нащего комсомола, открывать новые и новые грани в апопее революционного юношеского движения. 7 у И когда начинаешь читать «Сентиментальный роман» В. Пановой,* кажется, что писательница заинтересована воспроизведением неповторимого облика первого десятилетия революции. Комсомольская пасха, доклад в клубе коммунальников «Существовал ли Христое?» и диспут в молодежном ^ клубе: «Может ли комсомолец есть куличн». Комсомольские карнавалы, где на одном грузовике стояли Чемберлен и Керзон, кулак е 6бородой, поп с бородой, раввин .c бородой, а на другом грузовике ребята были загримированы под китайцев, индусов, негров: Интернационал, «Севастьянов раскланивалея, полнимая цилиндр, и кричал: «гау ду 10 Ay» «ол райт» — больше он по-английски не знал ничего. Поп крестил народ. Кулак гримасничал. Каждый © усердием нес свою агитационную службу. Знакомые ребята, узнавая их, кричали: «Ванька Яковенко, здорово! Ленька Этерштром, Шурка Севастьянов, здорово!» — «Здорово!» — отвечал Севастьянов, забывая, что он лорд. Выкрикивались революционные лозунти-—он кричал «ура» со всеми». Шуру Севастьянова комсомол устроил работать в газете «Серп и молот». Сначала она печаталась на толстой грифельно-серой оберточной бумаге и не продавалась, а расклеивалась На домах, заборах, афишных тумбах. Потом начала печататься на белой бумаге. Стала четырехстраничной, ее уже продавали за деньги и объявили подписку. На первых же страницах романа чиТатель знакомится с целой группой комсомольцев — друзей и знакомых Шуры Севастьянова. Это Семка Городницкий, Коля Игумнов, Спирька Савчук, Ленька Эгерштрюм, секретарь комитета Югай. Действие романа развертывается в годы напа, и понятны поэтому многочисленные контрасты быта. Старое и новое причудливо перемешано. Отделение «Серла и молота» занимало длинную узкую комнату, зажатую между баптистской молельней и парикмахерской. Севастьянов подметал улицу, справа от него работал парикмахер Кан, он же — Иван Яковлевич, слева — сторож из баптистского молитвенного дома. В. Панова с большой наблюдательностью изображает все эти контрасты нала, следя за противоречиями жизни. Й чем больше прочитано страниц ромаяа, тем больше обнаруживается противоречий Жизни, ve Срели комсомольцев возникали разногласия. Поспорили, например, о животрепещущем вопросе: «человек работает, чт0бы жить, или же он живет, чтобы работать?» Однажды обсуждали: этично ли хоропю одеваться? Ленька Эгерштром стал одеваться «тикарно» — завел модные брючки-«бутылочки» из синего шевиота, модные туфли «щучки» и рубашку «апащ», Й вот по поводу его роскошного вида зашел разговор: правильно ли, что комсомолец ходит в туфлях из чиетого шевро и в брюках, за шитье которых заплачена частнику-портному громадная сумма? Тут, в этом споре, впервые противопоставлены две подруги: Зойка маленькая и Зоя большая. Оказалось, что Зоя большая, каки Нелька, сводная сестра Севастьянова, мечтает о барахле, выставленном в магазинах, а Зойка маленькая не позволяет своему отцу, железнодорожному проводнику, напяжать ee, единственную дочь, как RVEJY... 0-РАЗНОМУ складывались судьбы комсомольцев. Й неодинаков оказалея интерес писательницы К различным своим героям. г Постепенно отошли на задний план Ленька Эгерштром и Спирька Савчук, совсем исчезли Югай, секретарь в потертой кожаной куртке, и ничем не запоминающийся Ваня Яковенко. Зойка маленькая и Воля Игумнов тоже уступили место Шуре Севастьянову, Семе ГородницКому и 806 большой. } На первый план неожиданно выдвянулаеь история любви Шуры Севастьянова к Вое большой, а во второй половине «Сентиментального романа» 304 заняла самое заметное место, и история ее любовных похождений решительно вытеснила многое’ из того, Что, казалось, было обещано началом повествования. Постененно испарилась комсомольская тема, потускнели и даже исчезли образы многих комсомольцев, — осталея лишь пафос отыскивания везде и всюду контрастов и противоречий. Вот появляется новый персонаж. Андрей Кушля, участник гражданской вой: * ЗКувнал «Новый мир», №№ 10, 11, 1356 г. Вьыиили в свет... Антокольский ‘ П. Стихотворения и пПоэмы, Гослитиздат;, 239 стр. Виблиотека советской поэзии. 25 000 экз. 4 руб. 45 ноп. Белиашвили А. Любовь возвышеющая. Перевод с грузинского. Тбилиси, «Заря Востока». 546 ‘стр. 30 000 экз. 9 руб. 75 коп. Галин “ВБ. Bo имя будущего. Очерки. Гослитиздат. 584 стр. 75 000 экз. 10 руб. # 75 коп. Казанцев А. Гость из Космоса, Полярные новеллы. Географгиз. 238 стр. (Путешествия. Приключения. «Фантастина.) 165 000 экз. 4 руб. 45 коп. Лавренев Б. Сорок первый. Повести и рассказы. Издательство «Советская Pocсия». 240 erp. 150 000 экз. 4 руб. 60 коп. да НЫ а Ва ae Мухачев И. Избранное. (Стихи и поэме, Предисловие М, Юдалевича. Барнаул. мм аа онненвества. 192 отр. Алтайское книжное Hate: 5000 экз. 4 руб. 55 Hom. BREN И т, а Раннет Э. Блудный сын. Пьеса Перевод Ferret whe о a няковой. Таллин. ГОс эстонского Е. Позд 1 издательство Эстонской сударственное ССР. 68 стр. 3 000 экз. 3 руб. 70 коп: Рогачев А. Любя и веря... Стихи. Poстовское Книжное издательство. 62 стр. 3000 экз; 75 коп. Савостин Н. Майский снег. Стихн. Чи: инское. книжное издательство. 96 стр: строю. Стихи. эе издательстобе за. 5 000 экз. 1 руб. 12 Kon. Симаненков` И, Всегда в C1 Петрозаводск, Государственное во Карельской АССР. 96 сто. 1 руб. 30 коп. РИГИ ЕЕ AIELLO ELLA SA EL EINES METALL BLT L TET EIILI IO LAT LEN EDMSISSSEESSIL TALENT ASMST SIO EELETIAAMN AL TELLL ESAS SNSSET SLL EPT UV OPEL LT EELLLETDOLSVEVUNEDCOCETIITINNSTTETTETTSSEL, SEITE TEED ATEEL PA EPT PERLMAN AL EAE AEL DASA MEAMA METAL AA AAD TSAI IAT EAD ИРАНЕ ЕЕ РРР, ЖУРНАЛЫ... РЕВОЛЮЦИЕЙ МОБИЛИЗОВАННЫЙ И ПРИЗВАННЫЙ Вчера в выставочном зале Мосновснкого союза советских художныиков отнрылась выставка произведений Дмитрия Стахневича Моора, приуроченная н 75-Й годовщине со дня рождения этого нрупнейшего мастера политического плаката, талантливого карикатурисга и граофына. АНОРОИ — брошена мужем, трое маленьких детей, нищета, травля, одиночество), —Севастьянов вместе с Колей Игумновым увлекаются на том же кладбище расшифровкой на некоторых надгробиях необычных мужеких имен и отчеств: Маргарит Феодорович и Феодор Маргаритович, и Григорий, Венедикт и Варфоломей Маргаритовичи, и Маргарит Григорьевич. Тут же автором для своевременного разваечения читателя приводится и забавный по неуклюжести стишок на одной из плит. И от трагического события большого социально-политического смысла, и от неясной, тревожной перспективы жизни тероического селькора Марии Петриченко автор отвлевает внимание читателя забавными мелочами. Так, мол, идет жизнь: крупное чередуется с мелким, и кто знает, что важней. С А по возвращении домой Севастьянов узнает, что его красивая Зоя убежала с заядлым мерзавцем, и тут его личные переживания достигают подлинного трагизма, уже ничем не перемежаемото. ‘Bean врупное измельчено, то мелкое— УЕруннено. РИ ТАВОМ творческом методе автору трудно разбираться в людях, Довольно много внимания в «Сентиментальном романе» уделяется братьям Городницким — Семену и Илье. Сема Городницкий — 0браз:- ясный ий очень знакомый в советской литературе. Немощный телом и сильный духом, романтик-энтузиаст, порывающий с буржуазной средой, где родился, — этот высокоидейный комсомолец неоднократно уже изображался. Зато совсем неясен образ Ильи Городницкого. Его явный карьеризм, предусмотрительная забота 0 старике-отце, бывшем спекулянте иностранной валютой (пусть будет служащим товароведом и не портит биотрафии преусневающему сыну), его нотации уладшему брату Семену (с иезуитской логикой): «Значит, ты тут жил аскетом и наживал чахотку. А что случилось бы с революцией, вели бы ты позволил этому старому буржую ‘подкармливать тебя? Для тебя была ty польза, для старого буржуя удовольетвие, а революции наплевать, она. мой дорогой, не этим занята». Весь облик Ильи Городницкого, включая его семейный быт и хитроумный х6д с 30ей, вытесняющей ето жену Марианну, — весьма и весьма непривлекателен и нуждается в четкой политической характеристике. А ее-то и нет, как нет и необходимой иронии при обрисовке различных «маневров» Ильи. И непримиримый, высокоилейный Семен в своем письме к брату, объясняя свой уход от нето, так п не поднимается до правильного понимания сущности таких людей, как Илья Городницкий. Зачем же здесь автором применены такие нежные, акварельные, расплывчатые тона? Почему даже ирония получилась расплывчатой? Зачем так последовательно проводится принцил смешения на палитре художника ярких и определенных красок утверждения и отрицания, — такого смешения, ‘когда рисунок становится и неясным, и неопределенным, и непонятно пестрым? Ведь в художественной литературе это приводит к неясности мыслей и оценок, к измельчанию характеров, к невозможности построить образы цельные и четкие. И оправдано ли в конце романа счастливое соединение Шуры 0евастьянова и Зойки маленькой, послешное, буквально под занавес, без всяких мотивировоЕ? «Сентиментальный роман», изобилуя талантливо и наблюдательно подмеченными мелочами, лишен большой объединяющей идеи. Повествование, начатое с размахом, от крупного плана отошло и разменялось на различные частные истории, причем несоразмерные пропорции приобрел претенциозный образ Зои болешой. Последовательное снижение тероичесвого. пафоса — вот что получилось в новом романе В. Пановой. ны —в шинели и буденовке со звезлой. У него простреленная грудь, плохое здоровье и`неиссякаемая энергия. Он старше Севастьянова и его друзей-комсомольnes. «Яо за советскую власть воевал, понимаешь, когда ты еще пешком под стол ходил!», — товорит он. Кушля хочет стать настоящим советским журналистом. У’ него, как у Севастьянова, нет нужного образования, однако есть сильная жажда дела, неутомимость, вера в свои возможности. Но характер Ryman не лишен контрастов. Он додго не находит решения, как ему быть с Ксаней и Лизой, двумя женщинами, любящими его. Одна из них — самоотверженно преданная ему, неразлучная с ним с 1920 года, спасшая от сыпняка, — выглядит так; «В немытой гимнастерке, с блеклыми прядями немытых волос вдоль тусклого угрюмого лица, с шелухой от семечек на губах, она вызывала желание держаться подальше; а тяжелый взгляд исподлобъя пугал, наводил на мысль, что она ненормальная». Другая — глупая толетуха Лиза. «Они появлялись, то одна, то другая, и быстрым шепотом спрашивали у Севастьянова: «Асанька приходила?», «Лизка приходила?» — а если им случалось сталкиваться, они ‘устраивали 6езобразные сцены. Севастьянов чувствовал брезгливость к их нечистой суете, к этим полным ненависти шепотам, притворным рыданьям, выслеживанью, внезапным взвизгам: «Поллец!» Севастьянов чувствовал брезтливость. А Вушля? Кушля был уверен, что обе они хорошие бабы, но жениться не хотелось. И в то же время он утверждал, что подлинная любовь его обошла и ему не суждена. Другое дело — обе Зои, но они — не для него. Вотда Лиза родила маленького Андрея Андреевича Кушлю, отец был в восторге, Но с0 веех сторон обступил его мещанский быт; непрохолимая глупость и тупость _ толстухи Лизы сопровождали благородные отцовские чувства Андрея Вушли. Таки не мог он выпутаться из неразрешимых противоречий своей жизни. Тяжелой и подлинно «роковой» оказалась любовь Шуры Севастьянова к 306 большой. Они были очень разными людьми. И его больтное чувство привело к трагедии. Бессердечная красавица сбежала от него с грязным типом, бывигим белотвардейцем и вором. Зоя большая, все время дружившая с комеомольцами и, казалось бы, поддававшаяся влиянию так сильно любившего ее Шуры, неожиданно сформировалась как авантюристка, роковая красавица — соблазнительница многих И МНОГИХ Мужчин. Это увлечение контрастами проявляется у В. Пановой в постоянном смещении большого и малого, крупного и мелкого. В сознании персонажей романа часто перемешиваются столь различные переживания, мысли и чувства, что получаются весьма пестрые картины, где социальнополитический смысл нарисованного заслоняетея пестрыми мелочами. Когда в редакцию пришло известие о трагической гибели Вушли, — Севастьянова и Игумнова отправляют для раселедования на место гибели. Но в толове у Севастьянова прежде веого — прощанье с Зоей, цветы, мысли о разлуке, а Игумнов даже находит возможным в присутствии друга пошловато ухаживать за 30ей. Так мелкотравчатость переживаний двух героев, аттестованных автором полокительно, неприятно снижает, смазывает трагедийность события, Ведь Кушля погиб в борьбе с кулаками. Только-только похоронив друга и убедившись в тяжелом положении на хуторе Погорелом и Мартгаритовке, где кулаки и подкулачники угрожают жизни активного селькора, беднячки Марии Петпиченко (ее доля показана очень мрачной Пламенное, острое, патетическое иснусство художника, с первых шагов связавшего себя с революцией, поставило его в первый ряд мастеров советской графики, снискало ему широкую, поистине всенародную популярность. Моор, обладавший кипучим темпераментом гражданина н борца, всегда стремился найти свое место в гуще событий. Тема революции, тема борьбы за переустройство мира стала главной в творчестве Моора. Один из создателей жанра советсного политического плаката, Моор до последних дней своей жизни отравал все свои силы этому боевому иснусству. И плакаты Моора, собранные на выставке, воспринимаются сегодня как нестареющий памятник эпохи борьбы за построение нового мира, как образец публицистичности, горячей злободневности, высокого графичесного мастерства. Богато наследство, оставленное Моором. Его иснусство, до нонца отданное делу революции, всегда будет близко и дорого ЗИГЕР ГЕНИИ НИНУ УИ ЕН ЕЕРИ И ИИИ ГУ Из серии «История Фрица», 1943 г. Юбилей старейшего писателя горного Алтая —B 1926 году в горах Алтая появился трантор. Впечатление от невиданной машины в нашем глухом goTone краю было. огромно. Меня больше всего взволновало, что трактором управлял такой же, кан и я, алтаец-—тракторист Коголушев, Я не мог удержать своих чувств и выразил их в стихах. — Тан рассказывает о начале своей литературной деятельности старейший писатель горного Алтая Чалчик Анчинович Чуниженов, ноторому недавно исполнилось шестьдесят лет. С 1926 года, с той поры, Hak в областной газете было впервые опубликовано стихотворение Чунижекова «Коголуш», Чалчин Анчинович уже не расстается с пером. В 1928 году публикуются обработанныа Чуниженовым алтайские сказки. Позднее он печатает большую эпическую поэму, пишет стихи, рассназы, озерки, посвященные Великому Онтябрю, жизни алтайского народа, алтайсним нкомсомольцам, Советской Армин, алтайским партизанам, сражавшимся с белыми в гражданскую войну. С 1938 года Чалчик Анчиновыч целиком посвящает себя литературной деятельности, переходит в газету «Алтайлын чолмоны» («Звезда Алтая»), в которой работает и. сейчас. Как писателю Чунижекову присущи отличное знание жизни, нравов, обычаев, быта горного Алтая, любовь и тонное понимание его богатейшей природье Чалчик ЧУНИЖЕВОВ Как мы ждали твоего прихода: У кого ты в сердце не была! Ты пришла, и горная природа Ожила, запела, зацвела. От’дыханья твоего растаял Звонкий лед Катуни голубой. По долинам горного Алтая За прибоем пенится прибой. Ты идешь, повсюду оставляя Бурной жизни яркие следы, Ты идешь, и травы оживают, Пламенеют нежные пветы, Можжевельник трепетные лапь: Протянул в синеющую тьму. До чего же ароматный запах ринесла ты, щедрая, ему! Вьют синицы гнезда. распевают Целый день скворцы. Кричат грачи. Тихой стаей ласточки летают. На заре играют косачи. Даль такою свежестью искрится, Так нарядны всполохи зари, Что не могут на поле трудиться Без любимой песни плугари. Перевод И. ФРОЛОВА ИРИ ГГ LE TELE SP PAI 2 2 лении поэтов, а нод перо попадает пона с поверхности, прикрашенная и позолоченная разными красивостями. Хотелось бы кратко коснуться двух вопросов воспитания молодых. 0 своеобразии, К сожалению, немало молодых поэтов так похожи один на другого, стилистика их стихов так однообразна, что авторов легко спутать. Очевилно, BHHOваты здесь не только молодые авторы. Каждый поэт и даже новичок имеют право на экспериментирование. Мы же, по-моему, лишили молодых поэтов этого права, приставив к ним множество нянек, которые иногда заботятся, главным образом, о том, чтобы все было тах, как у всех. Произведения молодых поэтов они подтесывают и подчищают так, чтобы сделать их гладенькими, как бильярдные пары. С такими редакторами и старшим. поэтам не легко отстоять что-то свое, & что же тотла говорить о молодых! О языке. Он нередко бледен и невыразителен, чаще всего это книжная речь. Мы знаем, как отличается, скажем, живая речь Житомирщины или Полтавщины от живой речи Тьвовщины. Но. взяв книжку львовских поэтов Г. Печеневского или В. Колодия, отмечаем, что язык этих ЕНИГ НИЧем He отличается от языка одесского поэта В. Гетмана. вивницкото поэта В. Юхимовича или черниговекого поэта В. Журбы. Вы не найдете в них своеобразного колорита. И это даже у тех. поэтов, которые живут в туще народа. Они как бы пренебрегают той речью, которую слышат вокруг себя. Это — общая наша беда. И общая проблема нашей поэзии. жж * Эти короткие заметки 0б украинской поэзии — только пунктирная линия, что лишь слегка касается ее богатой, красочной и волнующей творческой жизни. Как боец — наша поэзия всегда в походе, как труженик — в труде. Вак вечный странник припадаег жаждущими тубами к источнику, — так и она жадно припадает в источникам духовнотворческой жизни народа, к красе 101- ной земли, к мудрым заветам партии. КИЕВ ТУРНАЯ ГАЗЕТА 25 ноября 1958 г. 3 ЛИТЕРАТУРНАЯ № 140 25 ноября 19: ‚ Грязные проповеди СПОСТОЛа «чистой поэзии» чуждения» искусства от общества, взятая на’ вооружение так называемой школой новой критики в американском литературоведении, В статье «Музыкальность поэзии» Элиот даже утверждает, что поэзия создается «на границах сознания, где слова теряют свою действительность», а популярность того или иного поэта в народе он считает... «подозрительной». Но как только Элиот приступает к анализу творчества отдельных поэтов, сразу же, как отмечает А. Елистратова, «из-под маски эстетского бесстрастия... проступают откровенно даже болезнен-. но-раздраженно действительные симпатни и антипатии критика». Элиот в своих оценках поэтов проявляет прямую пристрастность, связанную с политическими взглядами. Так, он видит опасного противника в Мильтоне, создателе героического эпоса английской буржуазной революции, и откровенно призывает: «Мильтон — это такой учитель, которого нам следует избегать». Поистине грубую расправу учиняет Элиот над великим Байроном, обвиняя его даже в том, что последний якобы... не знал английского языка. Вместе с тем Элиот с чрезмерным усердием восхваляет Киплинга, хотя, как справедливо отмечает А. Елистратова, «Киплинг с его крикливо-демагогическими интонациями, с его простецкой и подчас нарочито вульгарной лексикой должен был бы шокировать эстетскую чувствительность «джентльмена» Элиота». Как легко переступает Элиот все соб ственные заповеди «невмешательства» в общественно-политическую жизнь, едва лишь дело доходит до изничтожения неугодных ему революционных позтов или, напротив, превозношения позтов реакции! — констатируется в журнале «Иностранная литература». — Но одну заповедь, как видно, он умеет соблюдать свято и нерушимо, подобно друTHM евоим собратьям из числа реакционных эстетствующих критиков-модернистов. И эта заповедь: «Не краснеть!» Хотелось бы на страницах «Иностранной литературы» зидеть побольше таких боевых статей, разоблачающих грязную сущность поборников «чистой ПОЭЗИИ». HECHTOM номере журнала «Иностранная литература» привлекает внимание статья А! Ели стратовой «Чистая поэзия» и нечистые приемы», в ноторой дан обстоятельный критический обзор сборника «О поэзии и поэтах» Т. С. Элиота, вышедшего в Лондоне. Сборник Элиота, содержащий в себе избранные статьи и речи духовного отца западного модернизма, не просто итог работы престарелого поэта и критика, но’и своеобразная программа англо-американского агрессивного буржуазного литературоведения. А. Елистратова убедительно разоблачает «социальную функцию» этого пророка модернизма, его лицемерие и фарисейство, его доведенные до нелепости антиобщественные тенденции. «Элиота больше всего тревожит, как бы поэты и‘критики не превысили своHX полномочий, —говорится в статье, — не вторглись в область им чуждую и — боже упаси! — не запятнали общением с народом первозданную чистоту своего творчества. С усердием евнуха, поставленного на страже гарема, Элиот резвHOCTHO блюдет «чистоту» поэзии, понимая под этим не просто ее невмешательство в жизнь, но, более того, даже нзрочитое её обессмысливание». Элиот рассматривает произведение искусства как спонтанный творческий акт, независимый ни от общества, ни от мировоззрения, ни от жизненного опыта пи: сателя. В статье «Границы критики» Элиот объявляет главной опасностью, угрожающей современной литературной критике, стремление к научному объяснению явлений искусства, Он выступает реигительно против каких бы то ни было закономерностей развития искусства и его связи с обществом. Элиот откровенно пишет: «Мы рискуем даже заняться критикой так, кан если бы она была наукой, а наукой она никогда че сможет быть». По его мнению, восприятие искусства подобно вспышке, искре контакта в разреженном воздухе «чистого» эстетического созерцания, не замутненного... социологическими или моральными примесями», Излагая взгляды апостола модернизма, А. Елистратова наглядно показывает, сколь вредна эта программа «отЛИТЕРАТОР АИТЕРАТУРНАЯ ХРОНИКА СССР, президиума правления Союза писателей Украины, издательств, редакций журналов и газет и других организаций. х Памяти В. Кина, В городе Bopucoглебске (Воронежская область) на доме, где жил писатель Виктор Кин (Виктор Павлович Суровикин), автор романа «По ту сторону», состоялось торжественное откоытие мемориальной доски. В городском музее создан стенд, посвященный Виктору Кину, + «Молодые литераторы Волыни». Готовясь к празднованию 20-летия воссоединения западных областей Украины в едином ме государстве, ВолынскИй областной Дом народного творчества совместно с литературным объединением начал выпускать сборники — «Молодые литераторы Волыни» и «Молодые композиторы Волыни». Вышел в свет первый сборник — стихи Александра Богачука «Незабываемое». № Памятник Пушкину в тайге, В отрогах Сихотэ-Алиня среди нетронутой, девственной тайги раскинулся поселок дальневосточных металлургов — Тетюхе, Недавно здесь состоялось открытие памятника А. С. Пушкину. Памятник изготовлен здесь же, в салом поселке: его спроектировали инженеры ко/лбината Сахали. Местный художник А. Курковский изваял фигуру поэтаа а самые опытные литейщики одного из цехов комбината отлили скульптуру из чугуна, № Чествование Д. Бедзика. Исполнилось 60 лет со дня рождения Дмитрия Ивановича Бедзика — украинского драматурга и прозаика. В республиканском Доме литераторов состоялся вечер, посвященный юбиляру. Д, Бедзика сердечно приветствовали товарищи по перу. Были зачитаны приветственные телеграммы от секретариата правления Союза писателей (IEIITAAS TEETER ПИЛИ END LLSMLSEESSISSSTALLIS AL ESL SSSI SLIT AAMT EL EES LESL ALANS ELSISSSASLIISLASSNSAN MSL DESSEASLADTEOTLSISMATELALDSISSATAATIDLIAN TSA L ADSI A STS AM TASES ANSEL LETS DELLE LE LES ISL GD ПИЛИ ЕЕ ЕЕ Паше по (Окончание, Начало на 1-м стр.) Детей, юношество нужно BOCHHTHIвать на лучших образцах классической и современной отечественной поззии, а не на так называемых специфически детских стишках, написанных по поводу осеннего дождика, зеленой травкимуравки или петушка-разбойника, То. что е детства запомнится, это на всю жизнь; значит, нужно передавать золотой детской намяти самое лучше», самое поэтичное, самое красивое, а не кормить ее просахариненной кофейной тущей. НАС после войны ‘опубликовано свыше двухсот поэм — число значительное, свидетельствующее о серьезном интересе поэтов к этому жанру. Bee эти произведения слишком разнятся своими особенностями и художественными качествами, чтобы их можно было поставить в один ряд, но безусловно одно; авторам многих поэм удалось отобразить героическое содержание действительности, Вместе с тем не может не волновать такая сторона дела. Если на одну удачную поэму приходится десяток бледных, анемичных произведений, которые умирают, едва явившись на свет. то поневоле залумаешься: не слишком ли велики наши «производственные потери», не. допускаем ли мы каких-либо ошиоок в наших исканиях путей к созданию советского лироэпоеа? Работ» над объемным поэтическим произведением требует высокого мастерства художника, и He только того мастерства, под которым кое-кто понимает техническое умение и способность к образному выражению мыслей. Речь ‚ илет об общественной и художественной зрелости поэта, которая состоит в г\)}- бине жизненного опыта, в широте его взглядов на действительность, в умении создавать конкретный инливидуальный образ путем изучения и осмысления тлубоких пластов народной жизни, наконец, в понимании сути народного характера, героизм которого есть источник его красоты. Нужны образы большой обобщаюшей хуложественной снаы, непреходятружеником-народом, чтобы она помогала утомленному и поднимала сердца на подвиг, заливалась вместе с соловьями и радовала человека в труде. извапие—сСлужить па щего, неисчерпаемого содержания. Именно такие образы присущи классическим произведениям поэтического эпоса. Наша действительность дает благодарный материал для создания масштабных поэтических образов. Поэмы В. Маяковского — вот эпос! «Красная зима» В. С0- сюры, «Жажда» и «Слово о родной матери» М. Рыльского, «Похороны друга» П. Тычины — вот эпос! Глубина обобщения, сконденеированность большой мысли обусловливают философский и героический характер жанра поэмы. Пренебрежение этой основной особенностью жанра, на мой взгляд, н есть причина неудач многих авторов поэм. Часто поэты изображают героев своих поэм серыми, слишком приземленными. Автор такой поэмы не только не способен ‘открыть спрятанные под внешней будничноетью прекрасные героические черты трудящегося человека, ‘а, наоборот, обедняет характер. Тогда пафос, без которого не обойтись в поэме, кажется искусственным, неестественным, фальшивым. Поэма — это жанр, который воепевает и возвеличивает. Значит, и изображать в ней мы должны героя, достойного воспевания и возвеличивания. Само собой разумеется, это не значит, что мы должны выискивать для поэмы какие-то необычные события и необычного героя, обходя «простого» человека, ‘«обыкновеннато» героя. Но в том-то и состоит настоящее мастерство, чтобы в жизни рядовото, трудящегося человека, за ее внешней обыленноетью найти героический смыел. Можно назвать несколько поэм, написанных в последнее время, авторы которых сумели осветить своих героев ярким светом романтического и героического вдохновения, указать на неувядаемую красоту их души и сердца (скажем, недавно опубликованная поэма М. Н\- гнибеды «Вагилек»). Нам НУЖНО глубже и внимательнее изучать глубинные процессы современной жизни, а прежде всего процесс воспитания и создания нового человека. Человек новой жизни должен быть в центре наших творческих исканий, в центре наших 09M. GAT NAD творцы проаого Bo Balsa OFA говорят 3 молодых писасовременники связали органичетелях. то часто имеют в виду vow oe и а i ne тех, у кого есть уже несколько но животворящим ист , книг кто моложе нас по возрасту. но уж нежным и грозным голосом, Украинская песня имеет свое глубоко национальное прекрасное звучание. она является исторической летописью нане так юн по опыту. Можно ли говорить, скажем, о Дм. Павлычко, как о молодом? Или одаренные поэты В. Юхимович из Винницы. В. Кочевекий из Харькова, рода, В. Омельченко из Станислава, М. ВлиПесня художественно специфична. мецко е Житомирщины, №. Журба из Не каждый стих поется, не каждая Чернигова Я. Шутько из Полтавы, стихотворная строка кладется на Myзыку. В наше время много пишетея куплетов, или, как их называют, «текстов» для музыки, но те, кто их пишет, не понимают, что и бессюжетные куплеты, и эти тексты без четкой композиции, без образного раскрытия явлений и конкретного содержания ничего общего с песней не имеют. Сколько таких мертворожденных текстов гремит по радио, заполняет нашу печать, а их не воспринимает и не поет народ. He буду перечислять лучшие наши песенные хостижения последних лет, Их знают и любят. Но что и сейчас портит нашу песню, так это поверхноетность и в общественных темах, и в интимной лирике. Мыели о партии. народе, государстве святы сердцу каждого человека. Но часто и они раскрыты в песне итаблонно, одними и теми же эпитетами и затертыми образами. Отсутствие сюжетного построения песни ведет к аморфной куплегности и серятине. Поэт, зарифмовав «знов — любов», «иде -— молоде», «гуде — веде», вепомнив знамена и барабаны, думает, что он создал что-то путное, а он ничего не создал. Глубокая идейность требует глубокого ° художественно-поэтического отображения. Хочется пожелать нашей песне, и написанной, и еще не созданной, но уже горящей в сердце. чтобы она была краенвой, скромной в словах и мудрой в простоте, чтобы она носила ту одежду, которую любит народ, и не хвастала украшениями, была негордой и приветливой к человеческой душе, пила из одного источника и делила один хлеб-соль с В. Гетман из Одессы, А. Мястковский, И. Хоменко и М. Гирник из Киева заявиЛИ 0 с6бе мужественными поэтическими толосами. Нет, -правильней, говоря о молодых, иметь в виду ту действительно творчески юную поэзию, авторы которой стали известными сравнительно недавно и, издав один-два сборника, лишь 0бещают в недалеком будущем создать значительные произведения. Совсем еще молоды и по литературному стажу и по годам М. Негода с Черкащины, Ю. Герасименко из Харькова, П: Ребро из Запорожья, В. Кузьменко с Херсонщины, 0. Лупий с Волыни, В. Вовчок из Закарпатья, Е. Летюк из Донбасса, В: Гринчак, Лина Костенко, Тамара Коломиец, М. Сом и Б. Олейник из Аиева. Наше новое поколение — это те молодые ростки поэтического дерева, которые нужно любовно растить. Особенно вдумчиво и принципиально нужно подходить к первым книжкам поэтов. Ноддерживать вее, что может еще из несмелой завязи дать цвет, и по-деловому критиковать то, что попало в печать случайно. потому что некоторые редакторы не понимают, какой вред приносят ани литературе и автору, издавая произвеления блелные. малохудожественные. Следует с горечью отметить, что Haша молодая поэзия за последние годы почему-то начинает отходить от животренещущих тем современности к цветочкам, взлохам и соловьям. Настоящие человеческие чувства, внутренний мир чоловека, нрекрасный и сложный, незаметный внешне для глаза, не раскрывается, не воплощается в хуложественном мыйт-