Я ЗЕ NN ENN AA a рев К ДЕКАДЕ КАЗАХСКОГО ИСКУССТВА И ЛИТЕРАТУРЫ Россия! Песнь мся тебе, Тебе заветные слъва! Б моем труде, в моей судьбе Всегда мне видится Москва. Хоть я казах, но твой я сын Как мать, рёстила ты меня Среди родвых своих долин Твоею славой славен я. Когда ударил в Октябре Огонь рабочих и крестьян, Тогда-то в пламенной заре И мой родился Казахстан. hak усложнилось чувство патриотиз\а в душе гражданина любой советской республики! Каждый человек, если это не какое-нибудь космеполитическое чудовище, любит свою родину, но в сознании народов СССР любовь к стране, родившей тебя, сочетается с горячим чувством к государетву, заложившим в тебо основы духовной жизни. Если ирланден любит Ирландию, а ливанец Ливан, то украинец, наряду с глубочайшей преданностью Украине. чуветвует прорнти ПО” OP Nad, OTYBCTBYCT = ровную связь с0 всей великой советской Родиной, как чувствуют это же туркмен. азербайджанец. латыш. Это сложное, новое, неизвестное до Октября душевное’ переживание стало одним из основных нервов многонациональной советской литературы. В Казахстане эту сторону народной жизни прекрагно выражает поэт Аблильда Тажибаев. Пламенность его прекрасных строк не вызывает сомнения в их изкренноети. Но искренней может быть и декларация. Однако творчество Абдильды Тажибасва убеждает нас в том, что его егихи о России — становая жила его поззии: она как бы держит тон его лирики. Учителями Тажибаева в искусстве слова были Абай, Абыл, Вурмангазы, Hapтай, Джамбул. Этим народных певцам поэт посвятил немало теплых, прочуветвованных строк. Им он обязан музыкальностью своего стиха: и характером образов его. Но не меньшее значение имели для поэта и великие русские писатели Максим Горький и Владимир Маяковекий. «Гы мой наставник мудрый», — говорит он Горькому: Благослови меня, благослови! Пусть будет кровь твоя — в моей крови гордо выполню тзон заветы, Клянусь в том силою своей любви. Перевел Н ТИТОВ ‹овским» — Гажибаев поэта своим литераВ «Беседе с Маяковеким» признает русского поэта св турным вождем: : <> Илья СЕЛЬВИНСКИИ <> меня ты — бывало и так — обругаешь и тут же полдержишь: «Работай, не трусь!» Перевел Я. СМЕЛЯКОВ Вак видите, эти и подобные им стихи Тажибаева не носят на себе узкоместной окраски: это голос советекого поэта, который мог бы жить в Киеве или в Тбилиси, или в Таллине. И тем не менее это голос казахского поэта: украинец, грузин *или эстонец нашли бы другие образы и звуки, для них был бы характерен другой поэтический строй. Однако, учась у Горького и Маяковского, Тажибаев упустил из виду важное качество их стиля; весомость каждого слова этих художников. Политические стихи Тажибаева насыщены поллинным пафосом советекого гражданина. в них есть размах, но они почти лишены красок. № сожалению, эти недостатки свойственны не одному Тажибаеву: добрая половина етихэв на общественные темы грешит общими слэвами, которым нельзя отказать в искренности, но которым совершенно чужда поэтическая откровенность. Угроза стандартя нависла. таким образом, не только над письменным етолом Тажибаева. Здесь не место анализировать этот вопрос, но задуматьея над ним необходимо, тем более, что вина тут лежит не только на поэтах, но и па peдакторах, которые полагают, будто на социальные темы надо писать только таким языком и в таких образах, какие давно приняты и могут считаться «апробированными». Возвращаясь к поэзии Тажибаева, нужно сказать: этот недостаток его почерка тем обиднее, что по природе своей Тажибаев очень красочен. Это именHO живописец, а не график, какими являются в Казахстане Абу Сареенбаев или Таир Жароков. В любовных стихах эта сторона его таланта проявляется с особенной силой. Взгляните на стихотворение «Нанизываем жемчуг»: Мы соберем для ожерелья Огней вечерних жемчуга. Я помню: ты глядела кротко... Но, не чужда моих затей, ПТагнула вдруг — и наша лодка Плывет меж белых лебедей. Но вот заря в тумане тает, И, величавости полна, Средь белых птиц плывет, взмывает, Как лебедь белая, луна. Но та, что в лодке колыхалась, Луны и лебедя светлей! Она во мраке улыбалась Улыбкой ясною своей, И от зрачков ее блестящих Ко мне тянулись огоньки. Я их нанизывал, как счастье, На нить былой своей тоски. Б этих стихах нет эмоции в eC, так сказать, общепризнанном виде: тут каждая строфа нашла свой образ, каждая строчка свою краску. Здесь полное равновесие между человеческим и эететическим, между планом и решением. ДочиTAB эти стансы, мы еще долго видим перед глазами волшебное смешение блеска, бликов, пересыпающихся искр... Совсем по-другому, без присущего Тажибаеву размаха, но совершенно филигранно написано стихотворение «Жамал»: Черноглазую казашку я в степи видал. Тонким шелком вышивала юная Жамал. Мысли девушки летели к другу в дальний полк, И нечаянные слезы капали на шелк. Два цветка она на белом вышила платке. _ Соловен сидел, тоскуя, на одном цветке, Будто он подслушал песни маленькой Жамал И, услышав эту песню, сам затосковал... Пэревел С. Маршак РРР РГР ЕРЕЕ РЕ ИРР ЕР ИИЕРИ Е И РЕ ИЕЕ Е ЕРЕРЕ РРР РИ РР РЕ ЕР РЕИ Е ЕР ЕРЕЕ ЕЕ И ЕР ЕРРЕР ЕЕЕЯУРРЕР УЕ РИГИ ИИ ИЕН ЯНА Денъ русской поэзии ВОСКРЕСЕНЬЕ, 30 ноября, в 32 книжных магазинах столицы вышли к прилавкам двести поэтов. Начался День русской поэзии. РЕ РИО ИРО ОВ ИЕНИ РИ РУ РИ РУ РГИ ЕР И ИИУИ И И И Н РИ РЕЕИ Е НИИ ИЕ TERROR EEE ГРИГ ИЕН НИ ность и теплота пронизываются огоньком юмора, когда Поэт пишет о жавотных: козленок ли, верблюжонок-малютка или жеребенок, для которого он, как пстый казах, нашел сравнение с куницей, — все они под его кистью трепещут жизнью... Вы Бидите их воочию, вам хоЧетея погладить их по шерсти. Сравнивая такого рода стихи со етихаMH на политические темы, начинает порой казаться, будто написаны они двумя разными поэтами. Невольно думаешь — какие шедевры могли бы получиться у Тажибаева, если бы к своему ораторекому огню он мог добавить немного своей же душевной теплоты. ` Совершенно о0вобый Тажибаев вырастает перед нами, когла он принимаетея за эпос. В эпосе самое трудное — сочетание повествовательной интонации с лирическим тембром голоса. Это не веякому лается. Мы часто встречаемся либо 6 так называемей «лирической поэмой», в которой, как правило, нет ни сюжета. ни характеров, а есть только длинноты, выдающие себя за жанр большой формы, либо, напротив, находим рассказ с завязкой, развязкой, персонажами, конфликтом, подробностями, но рассказ этот веплошь и рядом лишен лиризма, а следовательно, и основного признака поэзии. В своем эпическом творчесетв» Аблильда Тажибаев, надо сказать прямо, впадает в 00е крайности. Если растянутое стихотворение «Сын и мать», которое вполне можно было бы свести к небольпой балладе, входит в разрял «лириче‚ СВИА ПОЭМ», ТО КО второму ТИЦУ отнвеится рассказ «Кузнец». Однако есть у Тажибаева работа, сочетающая лизику и повествование. Это поэма «Толатай». Взяв в качестве сюжета казахскую легенду о герое, принесшем Казахстану воду, подобно Прометею, давшему человечеству огонь, Тажиблев выдержал вею вещь на большом дыхании как в крупных картинах, Tak и в мелких. казалось бы, деталях. Богатырь Толагай решил принести в свою засуштивую страну белую гору Тарбагатай, которая вечно была объята дождевыми тучами: Взваливши гору на плечо, Пошел он, крякнув горячо, К своей стране, к своей земле. Кричали птицы на ветвях, Рычали звери на путях, А пик мерцал в дождливой мгле. И, увидавши гору ту, Шагающую высоту, Где рев зверей и птичий грай, Вокричал измученный народ: «Гора спасенье нам несет! О Толагай! О Толагай!» Написанная в манере лермонтовекого «Мцыри», поэма иногда вплотную подходит к своему великому ойразцу, но от этого не становится копией, еще раз подтверждая закон искусства, по которому никакое заимствзвание не является пороком. если автору есть что сказать свое. Остается добавить нескольк” слов 0 драматической поэзии Тажибаева п прежде всего о пьесе «Красная косынka». Лраматург назвал ее лирической комедией. Действительно: любовь табунщи-.. цы Гюльбайры к джигиту Антгарбаю Haписана с той поэтической прелестью. которая свойственна Тажибаеву, когда он р&ботает над лирическим стихотворением: любовь же к девушке предеедателя колхоза тотстяка лурки и горе-поэта Баячша создает комические ситуации. Серьезный недостаток этой комедии — небрежно разработанный сюжет. Он делает цьееу несценичной, но как «лейзедрама» комедия превозходна. Аблильле Тажибаеву сейчае около пятидесяти. Но он вее еще весь в исканиях. Слабые стороны его творчеетва — риторичность политического жанра в лирике и недостаточная культура фабулы в эпосе и драме — вещи преодолимые. Что же касается сильпых его сторон, то высокая идейность. яркий теуперамент, широкий поэтический диапазон, владение всеми жанрами стихл делают Айдильду Тажибаева не только одним из крупнейпих мастеров слова Казахстана, но и вводят сго в ряд лучших поэтов Советского Союза. „.Чевольно вспоминается осень 1955 года, когда День поэзии проводился впервые, С тех пор заметно окрепла, обогатилась новыми голосами наша поэзия. длчычею повеотовился к первом всарече с читателями и поэтами самый большой и самый «молодой» в столице книжный магазин № 100. Здесь устроена специальная выставка книг тех авторов, что выступают перед читателями. «..От всех сердец родной земли бескрайной. Из самых дальних и недальних мест Привет тебе, народный Чрезвычайный, На счастье мира полномочный съезд!» Этими строчками открыл День поэзии в магазине № 100 Л. Ошанин. Читают свои стихи С. Баруздин, Г. Санников, Г. Mnopos, кулов. Е. Храмов молодой киргизский поэт Р. РысРазговоры о литературе завязывались тут же у книжных прилавков. Наши читатели знают и любят стихи, следят за следят за поэтических въеми повинками. оолее г жд экземпляров поэтических книг было продано в магазине № 100 за этот день. Москниготорг, конечно, готовился к Дню поэзии, и все же большинству поэтов не позезло. Они продавали сборники года», сборники и прозу, «День русской поэзии», и «Стихи а «своих» книг им не хватило. Поэтам, выступавшим в магазине № 120 на улице Кирова, можно было только позавидовать. Заведующая отделом художественной литературы Руфина Короткова и продавец отдела поэзии Дина Кашина позаботились о них. Двести «своих» книг продал в этот день И. Кобзев; сто — Павел Радимов; пятьдесят — Марк Лисянский, два десятка — нанайский поэт А. Пассар. Всего за день здесь было продано поэтических книг более чем на шесть тысяч рублей. 4 В книжном магазине № 59 на Арбате граждали горячими аплодисментами Е. Иодковского, И. Шаферана и рабочего-поэта, ровщика автозавода имени Лихачева Р. Сарцевича. Группа. поэтов вс главе с А. Софроновым побывала в гостях у жителей Крас“ной Пресни. А у заставы Ильича за книжным прилавком стояли поэты — участники заводских литературных объединений. Б салоне «Советская музыка» вместе с поэтами-песенниками С. Островым, А. Фатьянозым, В. Харитоновым, Л. Кондыревым, М. Рудерманом выступали композиторы А. Островский, С. Кац, О. Фельцман. Вечером любители поэзии собрались на площади Маяковского. При свете прожекторов свои новые стихи, посвяценные Родине, партии, советским людям, читали А. Софронов, Е. Евтушенко, И. Бауков, С. Васильев, В. Харитонов, Л. Ошанин, С. Сомова и другие. Много поэтов, хороших и разных, москвичей и представителей других городов РСФСР, встретилось в этот день с сотнями читателей. ИМ, пожалуй, одной из самых радостных примет Дня поэзии было участие в этих встречах свежих сил поэтической молодежи. Это был настоящий праздник русской поэзии, смотр ее творческих сил в преддверии Первого съезда писателей Российской Федерации, И БАЗАРОВА ЗИГЕР ПЕРРИ ТЕРРИ ЕЕК покупатели на‚абы Oe Cae Долматовского, -поэта фрезеВечером на площади Маяновского. Свои стихи читает Игорь НКобзев. Фото А. ЛЯПИНА РРР РЕГИГГЕТИРР РЕ AEL EE EEE IEEE EI EE ESE EER ERE EELS EEE EREEESR ESE SS КОРРЕСПОНДЕНТОМ — Примерно около 220— 250 произведений живописи, в БЕСЕДЕ C ПАШИМ «СОВЕТСКИЙ ПОРТРЕТ,» моста через гаосвву-реву, к рабочим автозавода имени «Советскии портрет». — моста так будет’ называться больая выставка, которую готовят к открытию ХХ! съезда партии лучшие мастера советской живописи, скульптуры, графики. Творца нового, нашего современника-труженика покажут в своих работах учаЛихачева, знакомились с производством и стройкой, беседовали с героями наших работ. Участниками «Советский портрет» будут только академики, членыкорреспонденты и почетные выставки скульптуры, графики. Посетители будущей выставки, которая разместится в залах Академии хулдожеств, увидят и пейзажи крупных. строек, природу, преображенную руками советского человека. Весь колстники этой ‘выставки, — сказал в беседе с корреспонлектив академии готовится к ‘нашей выставке-отчету. академики. На днях на завоЛ де «Электросила» в ЛенинК дентом «Литературной газеты» вице-президент Академии художеств, ‘народный художник СССР В. А. Сеграде академики провели очередную встречу с бригадой коммунистического труда. На выставке, посвящен.Когда меня просят назвать имена участников, — говорит в заключение В. А. Серов, — я готов зачитать список всех наших академиков, членов-корреспондентов и почетных академиков, В. А. Серов особо отметил, что в лни, предшествующие съезду партии, участникн выставки покажут свои новые работы, в которых запечатлен светлый образ великого Ленина. ной съезду партии, как ни мал остающийся срок, будут обязательно показаны этн юноши и девушки, смело шагнувшие вперед, утвержлающие передовые идеи пашего времени. — Сколько всего работ будет представлено на выров. — Впервые B нашен практике мы организуем выставку, посвященную лишь одной теме — человеку труда. Специальная сессия Академии художеств, обсуждавшая подготовку этой выставки, проходила необычно. В дни сесени мы отправились к строителям нового ставке? ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ Товарищ Маяковский, вам жить бы и жить! Вы знали, как звонкую песню сложить, Как надо за общее дело бороться, С врагом враждовать и с друзьями дружить. 2 oUF Владимир Владимирович, сойдите с икон, За вами пойдем строем верным и дружным, В нашей стране На расцвете таком Хочется быть настоящим и нужным! Перевел М. ЛУКОНИН ВЫШЛИ СВЕТ Бакалдин В. Утро раннее. Стихи. Краснодарское книжное издательство. 112 стр. 3 000 экз. 3 руб. Балашов В. Рождение солдата. Повесть. Воениздат. 295 стр. 6 руб. 25 коп. Богданов Н. Первая девушка. Повесть и рассказы. «Молодая гвардия». 414 стр. 90 000 экз. ? Pye: 65 коп. Василенок Е. Седьмое окно. Рассказы. Перевод с белорусского. Минск. Государственное издательство Белорусской ССР. 362 стр. 25 000 экз. 7 руб. 05 коп. Грибачев Н. Памфлеты и фельетоны. Издательство «Известия». 164 стр. ‘90 000 экз. 2 руб. 70. коп. Кашпуров И. Над седыми курганами. Стихи. Ставропольское книжное издательство. 115 стр. 3000 экз. 1 руб. 40 коп. Кольцов . Сочинения. В 2-х томах. Подготовка текста, вступительная статья и примечания В. Тонкова. Т. 1. Стихотворения. Издательство «Советская Россия». 286 стр. 40 000 экз. 5 руб. 25 коп. Котляров Б. Подвиг. Стихи и поэмы. Киев. Гослитиздат Украинской ССР. 235 стр. 6 000 экз, 4 руб. 95 коп. Криванчиков Н. Небо и море. Книга стихотворений. Воениздат, 247 стр. 4 руб. 25 кон. Кузнецов С. Пути-дорогя. Рассказы. Саранск. Мордовское книжное издательство. 64 стр. 2000 экз. 95 коп. Луговской И. Незабываемое. Стихи. тинское книжное —изплательство. 47 3000 экз 65 Hon. НЕСЧАСТНЫЕ КОНИ Все встало на свое место. Кони отделались легким испугом. Потекли годы, история эта понемногу стала забывать: ся. Но вот, к своему удивлению, в газете «Советская торговля» от 7 ноября сего года я увидел вновь стихотворение «Историческая арка»: Над ней летит коней шестерка грозная. В тумане — Зимний, площади разлив... и Т. д. ЕСКОЛЬЕКО лет назад с ленинCl градским поэтом Нетром Вобраковым произошло чрезвычайное происшествие. Видимо, понадеявшись на память или же плохо подсчитав коней на арке бывшего Главного штаба в Ленинграде, Кобраков в стихотворении «Историческая арка» отметил только четырех из них: Над неи летит Коней четверка грозная, А дальше — Зимний, Площади разлив... и Т. Д. И эти стихи не декларация. Они вышли из глубины души, они выражают страстную потребность поэта идти великим путем руеекой коммунистической литературы. Особенно характерно в этом цикле Тажибаева cro «Обращение к «Правде»: Мой стих, избавляясь от мелких забот, ликующей родине славу поет: люблю, как и ты, благодатную землю и синий весь в звезлах ее небосвод. А если я — было и так — ошибусь иль просто о камень дорожный споткнусь, ПАМЯТМ А. ШИРВАНЗАДЕ А столицы республики отмечает столетие со дня рождения народного писателя Армении и Азербайджана Аленсандра Ширванзаде. Состоялся общегородской вечер, организованный местным Союзом писателёй. Вечер открыл Мехти Гусейн. Критик Мамед apne донтор филологических наун Г. и сделали доклады о жизни и творчестве А. Ширванзаде. Об огромном значении творчества замечательного писателя-реалиста говорили Мирза Ибрагимов, М. Давтян, Свое стихотворение, посвященное славной дате, прочитал Сулейман Рустам, На юбилейном вечере присутствовала дочь писателя Маргарита Александровна. БАКУ. (Наш! корр.) Что это’: Неужели НПобраков перепечатал старое стихотворение от первой до последней строки? Но нет, под стихами подпись не Нобракова... Бедные кони! Всех шестерых стащил у Кобракова и загнал в «Советскую торговлю» некий Ал. Заурих! Любопытно, что первый вариант с четырьмя конями Зауриху не подошел. Воровать, так всех! Тут уж нужен не «Врокодил». Ведь этот самый Заурих, сорвав (небось!) аплодисменты у родных и знакомых, приготовил карман, чтобы получить гонорар за чужие стихи. уже оплаченные государством. Милиция здесь нужна! Тут если не конокрадство, то литературное воровство ‘наверняка... Сергеи ДАВЫЛОБ Стихотворение было напечатано B «Ленинградской правде». Наш зоркий и бдительный «Крокодил» немедленно встал на защиту двух невоспетых лошадок и в № 35 (1325) за 1952 год номестил письмо тов. Н. Г. Зудова, начинающееся так: «Дорогой Крокодил! Представь себе, у нас в Ленинграде появились конокрады ..» Петр Кобраков учел строгий. Ho справедливый упрек и немедленно исправил строку. В его сборнике «Родной край» (Лениздат, 1954) можно прочи:- тать’ $ Над ней летит Коней шестерка грозная... и Т. д. Терешенков Е. 3Щеня Журавина. Повесть. Владивосток. Приморское книжное издательство. 228 стр. 30 000 экз. 5 руб. 30 коп. Терпигорев С. (С. Атава). Оскудение. В 2-х томах. Вступительная статья и примечания Н. Соколова. Гослитиздат. 75 000 эт. Т, № 428: 09. Тр. 55 kon; T. 2. 330 стр: 5 руб. 85 коп. Эльгер С. На заре. Роман. Перевод.с чувашского В. Рзай. Чебоксары. . Государственное издательство Чувашской АССР. 243 стр. 5 000 экз. 4 руб. 75 коп. В этой чудесной миниатюре, которая как бы сама вышита шелком. все слова так ладно сидят в своих гнездах, что совершенно невозможно их переставить. Здесь уже новый Тажибаев. какого мы до этого не знали: трогательный, нежный, чуть-чуть сентиментальный. Эта нежРТИ ЕЕ LADLE VEL LEST EELS ECLMELEPELLLLLSIL LLL LDL TE LLL LLL LED LED ИГР РРР РНССССССССССССЕССЕРЕЕ шечной правдой борьбы за тихую семейную заводь. И в этот момент духовного ‹ отступления, бессознательно предавая, в сущности, все благородные идеалы своей жизни, Варя терпит роковое поражение. ЕВОЗМОЖНО — согласитьея с мнением, что А. Коптяева якобы стремится наделить образ Ивана Ивановича противоречивыми чертами, приземлить его, как это, например, недавно утверждал мимоходом один критик. Вряд ли стоило бы подробно останавливаться на этой точке зрения, если бы она не представляла особого принципиального интереса. Дело в том, что «снижение» и наделение героев противоречивыми чертами вообще не отвечают эстетическим принципам А. Коптяевой. Едва ли че основная особенность ее творческой манеры — ясность и четкость моральнополитического облика персонажей. В книгах А. Коптяевой нет героев, про которых можно было бы сказать: «ни в городе Богдан, ни в селе Селифан». Писательница судит их по главному в жизни — по их преданности народу и общёму делу, по отношению к труду, по их мировоззрению и моральным качествам. Мир для А. Коптяевой, также в отличие от некоторых авторов, заселен добрыми, благородными людьми. Честных тружеников на страницах ее романов бесконечно больше, чем скрытых под той или иной личиной злодеев и подлецов. Положительные герои А. Поптяе: вой — люди безупречные в своей внутренней целостности, в основных и ре шающих чертах характера, хотя бы им и были присущи мелкие недостатки. И наоборот, такие люди, как Скоробогатов, Пава Романовна, Раечка Злобина, отвратительны по самой своей сути, несмотря на отдельные достоинства. Здесь следует сказать, что в нашей критической литературе по вопросу целостности характера положительного героя до сих пор еще нет необходимой ясности. Думается, не следует смешивать две вещи — подлинную многогранность характера при наличии в нем отдельных частных недостатков, не затрагивающих сущности, и, с другой стороны, наделение героя противоречивыми и геясными чертами. Последнее не соответствует жизненной правде, свидетельствует о нечеткости идейно-общественной платформы автора. Конечно, в деиствительности есть немало по-настоящему путаных и противоречивых людей, но вряд ли комулибо придет в голову утверждать, что именно такие люди воплощают в себе типические черты наших современников и что поэтому они представляют для художника особый интерес. В то же время не менее вредная и примитивная схоластика — представление о положительном герое как о человеке. всегда и непременно лишенном малейших человеческих слабостей. Герои советской литературы не застрахованы от различных промахов и ошибок, но это герои растущие, переделывающие себя и окружающую действительность. Они могут находиться на различном уровне идейно-политического развития. Одни шагнули дальше, другие только вышли на правильную дорогу. Иначе и быть не может: ведь каждая новая талантливая книга дает нам одновременно и новый вариант положительного героя, совсем не похожего на предыдущих. у «Молодые люди, — недавно говорил тов. Н, С. Хрущев на торжественном пленуме ЦК ВЛКСМ, — часто задумываются над тем, каким должен быть человек коммунистического общества. Ответить на это можно кратко: настоящим ленинцем. Это значит — всегда и во всем, на любом посту, в любом деле быть борцом и революционером. Это значит — ясно сознавать, что родился ты не просто для того, чтобы прожить положенные тебе годы. Ты родился в социалистическом обществе и живешь не только для себя, но, прежде всего, для общества, идущего к велиной цели. И поэтому все твои дела, помыслы и поступки должны быть подчинены этой благородной цели». В этих словах. фактически дано Hc черпывающее определение - коренных. основополагающих черт героя нашей литературы, Дальнейшая их конкретизация и углубление целиком принадлежат писателям. Жизнь требует от человека умения правильно разбираться и делать верные выводы в каждом отдельном случае. Вот здесь-то и открывается BO3MOHность промахов, которые подчас допускают даже дальновидные и стойкие люди. Но, совершая эти промахи, они находят в себе мужество увидеть их и понять, для того чтобы нозже навсегда от них освободиться. встать на ноги, обрести самостоятельность, добиться осуществления своих заветных целей; И вот, когда Варя окончила медицинский институт и начала работать, выяснилось, что та, давно желанная духовная близость, которая должна была к этому времени окончательно соединить ее с Иваном Ивановичем, так‘и не наступила. Глубокая духовная драма Ивана Ивановича в том, что и на этот раз не находит он себе настоящего соратника. Рушатся его надежды на подлинную духовную близость с Варей, а без нее нет для него ни любви. ни семейного счастья. Волнуясь и переживая за Ивана Ивановича, Варя жалела его по-своему той бабьей жалостью, которая так обезоруживает и приземляет человека. Она хотела спутать его по рукам и по ногам этой жалостью, заставить свернуть с избранной им дороги, пойтя на компромисс с собственной совестью. Прошло время, и Варя сумела понять, что была жестоко несправедлива к любимому человеку. Но поздно... Центральный конфликт <Дерзания» как бы повторяет и усугубляет KOHфликт первой части трилогии. И это не случайно. Писательница страстно воз ражает против беспринцииного прими: ренчества и безыдейной терпимости в любви якобы во имя благополучия супругов и их потомства. Основа семейного счастья —в духовной близости, в творческом общении. Любовь бой: цов, соратников, единомышленников — только такой может быть любовь людей коммунистической эпохи. Так же, как и в <Иване Ивановиче», А. Ноптяева сталкивает умных, честных, по-настоящему призлекательных людей. Ведь Варя и отдаленно не напоминает фальшивых женщин-куколок с отвратительной обывательской психологией. Все в Варе, так же как и в Иване Ивановиче, обаятельно и пре: красно. Как и Иван Иванович, она — любимая героиня А. Коптяевой. Писательница рисует стремительный рост этой черненькой девочки из глухого якутского наслега, ее настойчивость, упорство, способность к горячей любви, тяготение к знаниям, к науке. HUTS по правде — вот чего всегда хочет Варя. Но большая правда чувств и мыс лей, которой она жила многие годы, на какой-то момент сменилась у нее страхом потерять любимого человека, кроОглядываясь на свою жизнь, Иван Иванович Аржанов не мог бы сказать, что он прошел -ее без ошибок. И все же как удивительно прекрасен этот человек. как он целен и монолитеч! Среди положительных героев трилогии А. Коптяевой мы находим и других, на время заблуждающихся людей. Это и Ольга, и Варя, и Лариса Фирсова. Писательница не лакирует жизнь. Ее герои способны и любить, и радоваться, и мучиться подозрениями, и совершать нелепые поступки. «Находятся умники, — думает Платон Логунов, — изображающие нас, советских, особенно. партийных людей, сухарями. которые глушат в своей душе живое чувство. Или они представляют нашу жизнь как сплошной подвиг самоотречения, как жертву, принесенную ради будущего. А мы живем, правда напряженной, но полной, интересной жизнью, любим и радуемся со всей силою человеческих чувств, не стесненных никакими условностями, кроме блага ближнего»... ОТЯ в этой статье и говорится об ошибочности уравнения Точки зрения персонажей со взглядами на тот или иной вопрос самого автора. в данном случае нельзя не увидеть в словах Логунова выражения эстетической: программы А. Коптяевой. И хотя представление о семейном благополучии неразрывно связано у ее героев с активной творческой и общественной деятельностью, эта деятельность сама по себе еще не может уберечь их от сердечных мук и переживаний. Нет, никто еще не знает. как лечить душевные раны, Всем содержанием своей трилогии А. Коптяева утверждает. что в личной жизни и быту наших людей могут возникать сложные и мучительные проблемы, которые нельзя обходить и замалчивать. Много лет прошло с тех пор, как Иван Иванович, вернувшись из Учахана в Каменушку, увидел сквозь зелень тополей голые окна своей квартиры. Весь дом, стоявший на взгорье, открылся тогда перед ним. Но он видел только эти темные окна пустой квартиры, в которой он жил с Ольгой. Да, много. много прошло их, этих наполненных большим содержанием лет.. но профессор Аржанов не забыл свою первую любовь, свою самую добрую, самую милую Ольгу, что так неожиданно. так жестоко и все-таки во многом справедливо его разлюбила. Образ новой, строящейся, многоликой Москвы органически входит в повествование, составляя его бытовой фон, в отрыве от которого жизнь персонажей была бы куда меньше понятна и ощутима. Нет, не зря пролетели над страной годы. Похорошела она и возмужала, а с нею возмужали и люди. Еще искуснее и проворнее стали за эти годы руки Ивана Ивановича — умные руки хирурга. Обогатился его опыт, выросли знания. Ныне он — профессор, доктор медицинских наук, человек, по праву заслуживший любовь больных и общественное уважение. Вечная неудовлетворенность собой, стремление работать на самом трудном участке, постоянное совершенствование — Taковы основные черты характера профессора Аржанова. В течение ряда лет в нашей критике раздавались споры, как изображать человека в труде: стоит ли детально описывать трудовые процессы. или речь должна идти только о его чувствах и переживаниях. Трилогия А. Коптяевой дает благодатный материал для продолжения этой дискуссии. Во всяком случае, сторонники изображения тру: довых процессов в литературе могут смело на нее опереться. Труд Ивана Ивановича воссоздан в нниге с такой ощутимой конкретностью и при этом так интересно, что вряд ли найдутся читатели, которые пропустят эти стра” НИЦЫ. Творческие успехи Ивана Ивановича были бы, вероятно, еще значительнее, ссли бы удачнее складывалась его лит ная жизнь. Уже во второй раз он пе реживает тяжелое разочарование B близком человеке, во второй раз рушится его семья. Немало лет прожил Аржанов со своей новой женой — Варей, с давних пор. нежно и преданно любившей его. Но не было на этот раз В любви Ивана Ивановича той силы привязанности и страсти, которую. он испытывал когда-то к Ольге. Спокойно текла его жизнь, Но вот не стало и В этой жизни ни согласия, ни лада. Иван Иванович и Варя перестали понимать друг друга. И это было особенно’ обидно и странно для Ивана Ивановича, потому что Варя влюбилась в него еще девочкойподростком. Он, в сущиссти, вынянчил и вырастил ез. Помня печальный конец супружества с Ольгой. Иван Иванович уделял много времени духовному с0- вершенствованию Вари. Он помог ен Л вот их последняя встреча. Московский новогодний вечер. Идет снег. Щедрый снег русской зимы. Веселый, праздничный снег. Но и он не веселит одинокого Ивана Ивановича, мучительно переживающего свои неудачи. На книжном прилавке просторного вестибюля телеграфа Иван Мванович обращает внимание на книгу, еще пахнущую. типографской краской. «Ольга Строганова. «По родным просторам» — очерки. Вот где встретились, невольно подумалось Ивану Ивановичу. Да, идет, шагает Ольга Строганова по родным просторам. Работает. Растит детей. Надолго, навсегда сохранит о ней память Аржанов. Счастливого пути тебе, Ольга! Больших успехов! Большого счастья! Нет, не удалась личная жизнь Ивану Ивановичу. Не удалась. Ну и что ж из того. Зато сколько людей он воскресил, поднял из мертвых, скольким вселил надежду и энергию. Вот и Наташа Норобова. славная сталинградская дружинница, лежавшая при смерти, снова обрела угаснувшее было сознание, снова получила возможность говорить, думать, играть на скрипке. Иван Иванович слушает ее игру и думает, что ради этого одного ему стоит жить. Ведь тоненько звенящая в его душе песня Наташи — песня его мастерству и мужеству, песня его благородному труду хирурга. И в этом тоже мозкно найти счастье. Не вышла у Ивана Ивановича большая любовь, к которой он так стремилея всю свою жизнь. Не вышла она иу Вари. Но не умерла у них вера в будущее, не умерла надежда. Ннига ‘А. Коптяевой проникнута глубоким пониманием страданий ее героев, сочувствием к их мучительным поискам ечастья. Человек должен быть счасгливым! Ведь это во имя счастья идет на нашей земле такая огромная созидательная работа. Ведь это во имя человеческого счастья партия стремится заглянуть в будущее, развертывая перед народом величественную панораму движения к КОММУНИЗМУ. В утверждении эгих глубоко спра: ‹ливых мыслей — пафос трилогии ГУРНАЯ ГАЗЕТА 2 декабря 1958 г. 3 ведливых мыслей — пафос Антонины Коптяевой, ее г: ская красота и сила. ЛИТЕРАТУРНАЯ № 143 2 декабря 19