ХРОНИКА
	ЛЮСТРАЦИЙ К СЕССИИ НАТО

 

етным оружием. Опасное пристрастие
‚ысмеяла западногерманская газета «Дн
д названием «Современный вальс Штра­р». «Танец смерти» — так будет правиль­нее назвать этот вальс.

На нижнем снимке, взятом из газеты
«Нью-Йорк таймс», запечатлен момент
установки американской баллистической
ракгты «Тор» на базе Фелтуэлл в Англии.
Английские трудящиеся энергично про­тестуют против превращения Британ­ских островов в стартовую площадку для
американских ракет.

Народам нужен мир, а не американские
военные базы!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПИРИ ИРИ ЛИРА ИИД AEA ASAEAES ADDO SETA AT AMMAN EAE EES EBEAMMS EMDR BE SESAME OE OORT ARR ANAEMIA MEADE

РРР РЕГГИ РТ!
	 
	не
	i) стихотворений
Мао Цзэ-дуна,
опубликованных почти
два года назад в ки­тайском журнале
«Шикань» («Поэзия»)
и переведенных затем
на русский язык, вы­звали большой инте­рес среди литератур­ной общественности
MHOrKX стран. Акаде­МАО ЦЗЭ-ДУНА
	мия искусств ГДР выпустила эти стихи отдельным сборником,
Мао Цзэ-дун, говорится в предисловии к сборнику, не только
выдающийся политический деятель, но и замечательный поэт.
Его восемнадцать стихотворений — это достижение литературы
нашей эпохи. Несколько стихотворений Мао Цзэ-дуна и статью о
его творчестве поместил также берлинский журнал «Ауфбау».

Сборник стихов Мао Цзэ-дуна издан и в Чехословакии.

Восемнадцать стихотворений Мао Цзэ-дуна вышли недавно в
переводе на бенгальский язык, Этот сборник предваряется пись­мом Мао Цзэ-дуна редактору журнала «Шикань».
			Юбилей
	АПРЕЛЯ будущего года

3 исполняется 110 лет со

дня смерти, а 4 сентяб­ря — 150 лет со дня рождения
крупнейшего польского поэта
Юлиуша Словацкого. В Поль­ше этот год объявлен годом
Словацкого.

Польская журналистка Да­нута Ломачевская посетила по
просьбе «Литературной газе­ты» секретаря комиссии по
проведению торжеств, связан­ных с годом Словацкого, Ада­ма Мауэребергера, директора
Музея Мицкевича в Варшаве.
	— Пачалой празднования
года Словацкого, — сказал
Адам Мауэребергер, — будет
	торжественная сессия польской
Академии наук. Большим с0-
бытием в театральной жизни
станет фестиваль пьес Словац­кого. Б нем примут участие
>

«Капля
[АНДИЙСКОЕ издательство
	[J HARMCKOE издательство
«Китаб Махал» в городе

Аллахабад выпустило на языке
хинди новый роман писателя
	Амритлала Нагара «Капля в
море». Этот роман, пишет га­зета «Нью-Эйдж», воссоздает
	широкую картину отмирающе­го феодального общества в
Индии. После Прем Чанда, за­мечает автор рецензии, мы
впервые встречаемся с таким
обилием героев, где каждый
наделен своими индивидуаль­ными, неповторимыми  черта­ми.

В ‘центре романа — образ
крестьянки Таи. Брошенная му­жем, испытавшая много горя и
	 
	 
	ПАРИЖЕ продолжает заседать сессия Совета НАТО. Это

не сулит ничего доброго европейским народам. Где раз­местить американские ракетные базы, как побыстрее ос­настить войска НАТО и бундесвер атомным оружием, — тако­вы заботы вдохновителей атлантического блона.

Рисунок художника Энклса из английской газеты «Дейли
уорнер» называется «Основное блюдо». Вот чем усиленно пот­чует Западную Германию ее американский партнер по НАТО,
Может быть, Аденауэру и его окружению это блюдо н по внусу,
но простых немцев оно лишает аппетита.

Боннский министр обороны Штраус — ярый стороннык осна­РГР РЕ ЕЕ ЕЕ РРР РРР О РРР РОУ БЕГ.
		газеты мира:
		Над двумя полюсами
	ЕГОДНЯ имя членов экипажа Виктора Перова повторяют все газе
советские летчики, спасшие белегийских исследователей Антарктиды,
	ют всеобщее восхищение. Сейчас уместно хотя бы коротко сказать о складе жизни
		ц условиях работы, подготовляющих людей к подвигу мужества и благородства.
	две записи о Перове, сделанные в журналистском блокноте в разное время.
	ГОД 1948. Только что пройден Се­верный полюс. Мы здесь впервые. В
пилотской рубке и позади, где столпи­лись пассажиры, становится тихо. Мо­кет быть, все смущены обыденноетью
момента — все-таки Северный полюс!
Смуглое лицо Перова, еще несколько
минут назад почти меланхоличное, пре­образилось. :
— Перелетаю немножечко, чтобы с
гарантией, — негромко произносит он,
	тлядя вниз и слегка подвигаясь Ha
кресле вперед. — И-и-и... на-ча-ли!..

Под эти слова солнце, висевшее сбъ­ку, двинулось по горизонту в сторону,
а самолет плавно, хочется сказать — с
чувством, ложится в традиционный ви­раж, позволяя каждому члену экипажа
глянуть на некую точку, в самый. что
называется, торец воображаемой земной
оси.

— Десятиминутное путешествие во­круг земного шара, — объявляет Пе­ров. — Мир капиталистический...
	Я не сразу догадываюсь, о чем он,
не вдруг оцениваю точность этой фра­зы. Но, действительно, если посмотреть
отсюда «вниз», на гигантский глобус­материк, то где-то очень далеко, у са­мой кромки Ледовитого океана, проплы­вают сейчас безлюдные берега Север­ной Америки, Атлантика, туманные
Британские острова, фиорды Норвегии...

— И мир социалистический...
	Вираж выполняется неторопливо,
мастерски, он приобретает значение
торжественного приветствия. Потом
каждый принимает по наперстку конья­ку. Штурман Швецов говорит летчику,
размахивая апельсинной коркой:
	— Л будто фронтом командовал,
сражение выиграл, — вот как у меня
на душе. Виктор Михайлович!

— Я под восьмидесятой параллелью
часто бываю, — отвечает Перов.
— Так что вроде бы пристрелялся к
полюсу, притерся. Но приятно, конечно.
	— ‘Ito вы —  воодушевляется
Швецов. — Дойти дс полюса, опреде­литься по свегилу, Дать обратный
	курс... Это ж мечта моя!
	ротка эта стартовая площадка. И в ши­рину она не больше тридцати метров.

Самолет Перова появился откуда-то
сбоку, на небольшой высоте. В его
стремительном сближении с крохотным
аэродромом — суровая непреклон­ность: летчик знает, что надолбы, ро­паки, снег не простят ему и малейшей
оплошности; но в его сноровистых,
точных действиях — не дерзость и не
вызов, а хозяйское привычное торже­ство человека над здешним отполиро­ванным небом, над раскинувшейся без­молвной пустывкей.

Самолет скользнул над ропаками.
Несколько мгновений между отвиеши­ми пятками лыж и снегом держится
тонкий просвет; он неуловимо исчезает,
и, наверно, раньше, чем это смогли
определить сидящие в машине пасса­жиры, все обитатели лагеря видят, как
лыжи неслышно коснулись льда...

Надо думать, именно так при­землялся и на этот раз летчик-комму­нист Виктор Перов, когда он в районе
Кристальных гор отыскивал и спасал
бельгийских исследователей.
	Артем АНФИНОГЕНОВ
	Словацкого
		все профессиональные театры,
а также любительские коллек­тивы. Театральный фестиваль
продлится целый 200.

— Предполагаются лиц из­дания произведений поэта?

— Конечно. Недавно вышло
из печати новое издание моно­графии о Словацком, принад­лежащей перу умершего  не­сколько лет назад академика
Юлиана Клейнера, замечатель­ного знатока жизни и творчест­ва поэта. В будущем году из­дательство «Оссолинеум» за­кончит издание полного собра­ния сочинений поэта. «Оссоли­неум» и Государственный из­дательский институт готовят
	также массовые издания сти­хов, писем и пьес поэта.
В конце торжеств в Варшаве
	цейт» в нарика
уса с ракетой «
	те
	ИРИНЕ РИВЕР ОНИ ИИА ИЕР ИИ
	На днях в культурной жизни швейцарской столицы произо­шло интересное событие: на сцене бернского городского театра
	зазвучала музыка Н. А. Римского-Норсакова. одесь впервые
поставлена опера «Сказка о царе Салтане». Постановка этой,
как пишет еженедельник «Швейцер иллюстрирте цейтунг», «ис­крящейся звуками, легко понятной оперы» прошла с большим
успехом. ЗКурнал называет этот спектакль «блестящим».

НА СНИМКЕ: сцена из’ «Сказки о царе Салтане», поставлен­ной в Берне. В центре — бас Готфрид Фер в заглавной роли, сле:
ва — артистка Изабелла Штраус (Милитриса) и «злые сестры» —
певицы Вальтрауд Деммер и Герты Виснер.
		СЪЕЗД ПОЛЬСКИХ
	Выставка в Багдаде
	OWS художников Ирака

организовал в Багдаде вы­ставку картин современных
ираксних художнинов, входящих
в объединение «ар-Руввад»
(«Ищущие»). Большинство пред­ставленных на выставке поло­тен создано в традициях реали­стичесного искусства и посвяще­но жизни народа. Бейрутский
журнал «аль-Адиб» особо отме­чает картину художнина Махму
да Сабри «Побоище в Алжире».
Эта нартина ярко выражает чув­ства многих арабов — их гнев
и боль за трагическую судьбу

алжирских патриотов.
	будет открыт памятник велико­ПИСАТЕЛЕЙ
му поэту.
16 декабря во Вроцлаве

° закрылся девятый — съезд
Союза польских писателей.
В море» В работе съезда приняло

. участие более 70 делегатов,
лишении, она очерствела ду­преплтор парит Pre ATTANA.-
	представлявших все отделе­ния Союза писателей страны.

В связи со съездом во
Вроцлаве и других городах
состоялся ряд авторских ве­черов н ветреч писателей с
читателями.
	шой. Писатель убедительно по­казывает, как постепенно от­таивает ее сёрдце, как про­буждаются в нем человеческие
чувства, Таи в конце повество­вания становится иной: твердо
веря в жизнь, в человека, в
его благородство, она бес­страшно смотрит в будущее,
Роман Нагара, отмечает кри­тика, дает живые картины рос­та политической активности ин­дийского народа. С особой
симпатией рисует писатель об*
разы индийских женщин. Он
говорит об их страданиях и
невзгодах, горячо выступает в
защиту их человеческих прав.
	~~ _ CC — у ТР

мне говорили: «Макдональд,
у тебя в глазах новый
огонь!» «Этот огонь, — отве­чал я, — зажгли люди, ко­торые чтут поэтов, артистов
н музыкантов... Безразличие
в Нанаде к моему искусству
в течение более чем пятиде­сяти ‘лет почти что полностью
потушило его».

Всеобщее стремление жить
в мире и дружбе со всеми

фильмов.

C neu:
ДРВ нес
ет, что п
ство про
всей душ
ского ки

«
	EE ИЕ.
народами земного шара, тяга ‘“ HOW на страницах
к знаниям. к искусству — «Берлинер цейтунг» статье
вот чта пларазилл Anvauire ere «Книги — опасные для ко­вот что поразило больше все­го поэта в Советском Союзе.
В конце своей книги Мак­дональд пишет: «Я подру­жился здесь со теми, кого я
никогда не забуду, и москов­ское пламя любви будет мно­гие и многие годы гореть в
глубине моего сердца».
	го?» немецкий писатель Ганс
Маасен рассказывает о том.
что скрывается под широко
рекламируемым в Западной
Германии лозунгом о <свобо­де печати».
	Сегодня в ФРГ, говорится
в статье, запрещен целый
ряд книг, изданных в ГДР.
	Въетнамский журнал о советском киноискусстве
	«Вьетнамские зрители требуют разоблачать ревизионистов» —
так называется статья, опубликованная в журнале «Дьен Ань»
(«Кинематография»). В ней приведены многочисленные высказы­вания вьетнамских зрителей, осуждающих порочные взгляды ре­визионистов от искусства, которые долгое время клеветали на
советские кинофильмы. «Объектив советских фильмов, — 20во­рится в статье, — это глаз, смотрящий прямо в жизнь и передя­ющий все ее черты и движение». Журнал публикует также от­зывы зрителей, деятелей искусства, статьи критиков и искусство­зедов, в которых содержится подробный анализ ряда советских
	С неизменным успехом, напоминает журнал, проходили в
ДРВ недели советского фильма, и это лишний раз подтвержда­ет, что попытки ревизионистов принизить советское киноискус­ство провалились с позором. «Вьетнамский зритель уже давно
всей душой полюбил советские фильмы, их героев. Образы совет­ского кино давно волнуют его...»
			Среди них — произведения
Шолохова и других совет:
ских писателей, литераторов
Германской Демократической
Республики — Вейскопфа,
	Вейнерта, Штриттматтера и
Маасена. :

«Kak OHH из тех, — пн­шет Маасен, — кто постра­дал от этой меры, я хочу на­писать несколько строк воз­ражения. Достаточно бросить
взгляд на список запрещен­ных; «опасных для государ­ства» книг, составленный со­ветником баварского мини­стерства внутренних дел фон
Лейкартом, чтобы убедиться:
речь идет сплошь о произве­дениях, отмеченных за свои
художественные достоинства
и актуальность государствен­ными премиями ГДР или
Академией искусств ГДР. На­ким образом они стали «опас­ными для государства»? —
спрашиваю я себя.
	Например, в моей подверг­шейся запрещению книге Фе­деративная Республика во­обще не упоминается, точно
так же как ни слова не го­ворится в ней и о Баварни...
	Из десяти запрещенных
книг восемь посвящены ми­нувшей мировой войне и
клеймят ее зачинщиков —
германский фашизм. Дейст­вие моей книги развертывает­ся также во время последней
войны, но оно происходит не
в Германии, а в Испании. На­ким же образом эта книга мо­жет представлять «omac­ность» для Федеративной
Республики Германии?».
	Я писал свою книгу не
для Лейкарта и его едино­мышленников, а для демокра­тических и миролюбивых лю­дей на востоке и западе на­шего общего отечества, пи­шет в заключение Ганс Маа­сен
		== ЛеОЮТ, ВЕДУЩИЙ к проигрышу

 
	ОСПОДИН Петишка, владелец
Г писчебумажного магазина в

ee 3 a
	писчебумажного магазина в

Младой Болеславе, прогорал. Он
не знал, как сбыть с рук 2000 портре­тов кровожадного старичка — Франца­Иосифа Габсбургского. Покупатели на
него и смотреть не желали. Петишка
повесил объявление: «Продажа по об­щедоступным ценам. Император Франц­Иосиф Г — за 15 крон!» Реклама не
сдвинула торговли с мертвой точки.
Между тем в чулане, где хранилась
кипа портрегов. черный кот без стес­нения пачкал изображения aBCTPO­венгерского монарха. Затем дело, нача­тое котом, докончили куры: Они вы­красили бороду. императора в зеленый
цвет. Петишка вывесил новую рекламу:
	«Продается старец-монарх со скидкой:
	вместо 15 за 2 кроны». Вся Млада Бо­леслава перебывала у магазина Петиш­ки. чтобы убедиться. как катастрофи­чески упали акции габебургской дина­стии, рассказывает Ярослав Гашек,
юмореску которого мы вкратце изло­или.
	Впрочем, более чем прохладное от­ношение чехов к Габсбургам разделяли
и венгры, и сами австрийцы. 3 апреля
1919 года австрийский парламент при­нял «Закон о габсбургско-лотарингской
династии». По этому закону претенден­там на престол из габебургской семей­ки категорически запрещалось совать
свой нос в Австрию.
	Но простые стулья по сравнению с
троном показались низложенным Габс­бургам не очень-то комфортабельной
мебелью. На стульях им как-то не си­делось. Карл Т, которого в 1918 году
попросили встать с венского трона, тре­мя годами позже сделал отчаянную по­пытку присесть на венгерский престол.
А другой Габсбург — Вильгельм про­возгласил себя ни более, ни менее, как
королем Украины Василем Вышива­ным. Вот до чего у Габебургов силен
позыв к трону! Обе попытки, естествен­но. закончились пшиком.
	Тогда за дело взялась энергичная Зи­та — вдова Карла, переселившаяся в
Канаду с многочисленными отпрыска­ми. Под ее влиянием детки возомнили,
что их ждет престол. Особенно уверо­вал в эту чушь старший сын — Отто.
главный герой нашего сегодняшнего по­вествования.
	Эрцгерцог Отто Габебургский, соро­кашестилетний мужчина без регуляр­ных доходов и определенного места
жительства, давно уже делает круги
над Австрией, высматривая, где бы
приземлиться. До сих пор обстоятель­ства не благоприятствовали посадке.
Во-первых, австрийский народ не для
того стряхнул наземь в 1918 году ав­густейших захребетников. чтобы через
40 лет принять ва свою шею какого-то
зитиного сына. Акции Габобургов ни­сколько не поднялись с тех времен,
когда господин Петишна мучительно
старался распродать портреты Франца­Иосифа.

Во-вторых, честолюбивым замыслам
Отто мешает пункт 2-й статьи 10-Й го­сударственного договора с Австрией,
подписанного в мае 1955 года. Озна­ченный пункт гласит: «Австрия также
обязуется сохранить в силе закон от
3 апреля 1919 года о габсбургско­лотарингской династии».
	И тем не менее Отто Габсбургский
лихорадочно упаковывает чемоданы,
готовясь к возвращению в Австрию.
Нашлись, представьте. добрые люди в
самой Австрии, которые расчищают
для него посадочную площадку и уже
печатают его’ портреты на радость
котам и курам на смех, Самое стран
ное, что в этой подготовке принимает
участие не только горстка монархистов
— замшелых старичков и старушек, но
и руководители правящих партий —
«социалистической» (СПА) и <«народ­ной» (АНП).
	`Депутат Пробст (СПА) заявил с пар­ламентской трибуны: «Отто Габебург­ский, если он подпишет официальное
отречение от трона, может без всяких
условий вернуться в Австрию». Ну, ко­нечно, Отто подпишет вее, что угодно,
лишь бы его впустили, а там... Еели
Париж стоит мессы, прикидывает он,

то Вена; наверняка. стоит клочка рас­ПИСКИ.
	На вопрос корреспондента газеты
«Нейер курир», как он намерен в слу­чае возвращения в Австрию odectie­чить себе средства существования, От­то ответил смиренно:
	— Л уже в течение многих лет жи:
ву литературным трудом и не намерен
оставить эту деятельность в будущем.
	Однако, делая вид, что он вполне
удовлетворится простым венским сту­лом, скромный «литератор» мечтает о
простом венском троне. Вожделения
Отто ни для кого не составляют тайны.
Английское агентство Рейтер запросто
титулует Отто «претендентом на трон
Австро-Венгерской империи». Сам эрц­герцог в своих статейках с подозри­тельным пафосом расписывает преле­сти конституционной монархии. Он yT­верждает даже, что эта ‘форма. прав­ления более. чем любая другая, «соот­ветствует условиям ХХ века и атомной
эпохе»!
	Ступив на политическую шахматную
	доску под видом маленькой королев­ской пешки, Отто Габебургский расечи­тывает с помощью многоходовой KOM­бинации проскочить в ферзи. Те. кому
положено, уже обдумали, как разыграть
этот дебют. Орган австрийских монар­хистов «Ди кроне» пишет: «У нас
перед Францией имеется «большое пре­имущество... Нам. не нужно искать де
	Ттолля, потому что... Австрия имеет
Отто фон Габсбурга». Вот вам и план
игры! А г-н Тончич, депутат парла­мента от АНП, произнес вдохновенную
речь, смысл которой сводился к сле­дующему: монархистское движение
действительно ставиг себе целью изме­нение государственного строя консти­туционным путем. И оно имеет на это
право... «Закон о габсбургско-лотаринг­ской династии», представляющий собой.
часть государственного договора, яв­ляется несправедливым.
	Таким образом, —и об этом следует
сказать вполне ясно и серьезно, — в
Австрии предпринимаются действия,
прямо противоречащие государственно­му договору, подписанному в числе
других держав и Советским Союзом.
	Дебют королевской пешки может
привести Австрию к весьма тяжелому
эндшпилю. Во время венгерских собы­тий Отто Габсбургский, надсаживаясь,
требовал, чтобы Запад оказал актив­ную, открытую поддержку фашистским
	путчистам. А в новогоднем послании,
появившемся на столбцах газеты
«Зальцбургер нахрихтен», он писал:
	«Нейтралитет Австрии не означает от­каза от союза с Западом. Тысячелетние
традиции, ’объединившие Будапешт,
Братиславу и Прагу с Веной, не унич­тожены». Hak ни ‘слаб «литератор»
Отто Габсбургский, его творческий по­черк достаточно характерен. Это по­черк врага мира и разнузданного ре­Баншиеста.
	Дело, следовательно, не только втом.
	что дряхлеющие монархисты, CTOCKO­вавшись по дворцовой мишуре, хо­тят оживить режим, выкинутый на
	свалку истории. Габсбурга вводят в
темную игру и иные, более влиятель­ные, чем монархисты, силы. Это силы.
которые стремятся ликвидировать ней­тралитет Австрии и привязать страну
к западному военному лагерю. Отто
Габсбургский с его бредовыми  мечта­HHAMH о реставрации Австро-Венгер­и

ской империи нужен как знамя внутрен:  
	ннеи:)} реак­реваншистам.
	ней (да только ли внутренней?)
ции, авантюристам и реван!
поджигателям войны.
	Но стоит ли разыгрывать дебют, за­ведомо ведущий к поражению?
	М. ВИЛЕНСКИЙ
	Канадский поэт о Москве
	ID надский поэт YHAbCOH

Макдональд написал

книгу о своей поездке в Со­ветский Союз в 1957 году.
	Макдональд ведет рассказ
в виде дневниковых записей,
и читатель вместе с автором
постепенно знакомится с со­ветскими людьми.
	Автор пишет только о том.
что он видел и пережил сам.
	Как видно, именно поэтому
он назвало свою книгу «В
Москве на свой страх и
риск».
	Макдональда больше всего
поразил уровень культуры
советских людей и их искрен­нее гостеприимство. Образо­вание для советского чело­века — «не просто приобре­тение знаний. Оно — в про­буждении жажды и стремле­ния к новому. которые ви­дишь в глазах студента».
<НКуда бы я ни пошел в этом
великом городе, — пишет
автор, — я всюду чувствовал
благоговение перед искусст­вом».
	Имеющий многочисленных
почитателей во многих стра­нах мира, поэт не нашел
официального признания в
Канаде. Причиной тому —
его резкая критика буржуаз­ной идеологии, его борьба
за мир, против войны. «Когда
	я вернулся в Ванаду, — пн­шет Макдональд, — многие

>
Лилинью МИКАЯЯ
	(МОЗАМБИК;
		«Опасные»
		—- И давно мечтал?

— Давно... Да разве сюда попа:
дешь? Событие-то... се днем. рождения
совсем немного не совпало. Зато теперь
уж я его отмечу!

— У меня таже не совпало.

— Ногда же?

— Десятого... Только в ноябре —
десятого. В самое время, между прочим,
подгадал: десятого ноября семнадцато­го года родился. Тоже не забудешь.
Старого мира ни одного дня не видел.
А новому — всю жизнь ровесник.
	— Могу сказать. — вклинивается
в разговор командир экспедиционного
отряда, — теперь я покрыл расстоя­ние в полземли. Однажды мы летали к
экватору. чтобы перехватить корабли
мятежников. Я ведь в Испании воевал...
	В лице Перова снова перемена, как
перед виражом, с которого он огляды­вал планету. Уже сколько лет минуло,
а след, оставленный испанскими собы­THAMH, глубок и значителен. В ту тре­вожную пору комсомолец Перов стал
нурсантом авиационного училища. Как
тесно сплелись тогда события. Сердце
Перова тревожно билось, когдз прихо­дили новые сведения о защитниках
республиканского Мадрида и когда в те
же самые дни появилась на земном
шаре первая дрейфующая станция.
	— Теперь бы в Антарктику, — про­износит вдруг Перов, глядя на нас лу­каво. с вызовом. — На Южный бы по­HOC!

...24 октября 1958 года, выполняя
полет в глубь Антарктиды, Перов пер­вым из советских летчиков пересек
Южный полюсе.
	ГОД 1954. Экспедиция Главсевмор­пути в заполюсном районе Арктики.
	Ученые ‘черпали там наблюдения и
факты большой ценности. но все,
что возбуждало их интерес, —
	мощные торошения льда, неожиданные
выходы теплых течений, господствую­щее направление ветров ураганной си­лы, — все оборачивалось против лет­чиков; каждая посадка на обманчивый
лед не исследованного еще района озна­чала для экипажа серьезный риск.
	И случалось. что в тишине кабины,
когда машина уже мчится по льду; за
спиной легчика неожиданно раздава­лось’ «Ах, черт возьми!». П» сдержан­ной ярости эгого выкрика почтенного
ученого Перов понимал, что, подними
он сейчас самолет, наука понесет круп­ную, быть может, невосполнимую по­терю. И тогда на ‘предельной скорости
он пускал машину по льду вперед. По­том, не замедляя хода, круто брал в
сторону. в случайный просвет между
торосами, и, проскользнув на соседнее
	ноле, чутьем угадав его Прочность,
останавливал машину.
— Кар он гам сел? — озабоченно
	спрашивали ученого о Церове.

— Да как-то примостилея. Я спро­сил, ‘как ему было... Говорит: «При­вычно».

..По плотному снегу, прямо из-под
ног, уходят вперед прямые, как стре­лы, следы; взрыхленные колесами H
накатанные самолетными лыжами, они
упираются в высокий надолб. возник­ший изо льда, его светлые зубцы хо­лодны и остры. Флажки и дымовые
шашки, жидким пунктиром пробегаю­щие вдоль посадочной полосы, почти
не сближаются в перспективе — так ко­«Литературная газета» выходит три раза
в неделю: во вторник, четверг и субботу.
	ИСТОРИЯ АЛБЬАНСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
	НСГИТУТ историн и языкознания при Тиранском госу­И дарственном университете подготовил к печати трех­томную «Историю албанской литературы». Обширный
труд открывается главой, посвященной поэтическому богат­ству албанского народа, былинам и историческим песням,
сказкам, пословицам. На основе новых материалов широко ос­вещается древняя и средневековая албанская литература, а
также албанская литература периода национального возрож­дения. В четвертой части «Истории литературы» подробно
рассказывается о творчестве таких выдающихся писателей
Албании, как Фан Ноли, Мидьени, Ф. Постоли, Х. Стермил­лы, Последняя глава посвящена современной литературе.

«История албанской литературы» — результат почти
десятилетней работы ученых и писателей.
	писателей
ные. но­СВЕТ БУДУЩИХ ВРЕМЕН
	Молодой мозамбинснкий поэт Лилинью Микайя был делегатом Нонференции
San AShwn м Афины os Тиль О р а
	Бзываю к миру

И кричу о правде,

Об ужасе чужого гнета!

Любя свободно дышащую
землю,
	Я жажду для нее
освобожденья,

Я выращу на поле правды

Свободную красу

Лица людского!
	Пути, Пути слились,
Идущие по Африке Образовавши море...

восставшей, Путь Человечности,
По Азии, Путь Правды,
	Путь Свободы!
	Проснувшейся от сна, —
Пути людей...
И каждый путь несет
	тгорое мы сегодня публикуем.
	Глаза слепит
Свет будущих времен,
А руки раздвигают
	горизонты
Великой волей множества
людей,

Людей из узких улиц,

Из лачуг,

Из гаваней,

Из шахт,

С полей,

С заводов...

Родившись рядом с ними,

На земле,

ан:

В их сердца пером своим
нацелясь,
		Нам семена свободы,

Плоды деревьев манго,

Зерна риса...

Пути различные

Слились в Ташкенте,

За его столом
гостеприимным,

В ярком свете,

В слепящем свете будущих

времен!
	Перевела с португальского
Лидия НЕКРАСОВА
	Новый РОМАН ГРЭХЕМА ГРИНА
	и он становится
№ 59200/5.

`Став волей обстоятельств
агентом разведки, Уормолд ста­рается делать то, что, как ему

агентом

кажется, принесет наименьший
вред. Он придумывает мнимых
агентов, дает им случайные
имена,

 

йен 90.

сти. Но все неожиданно завер­шается «счастливым —нонцом».
Тупоголовые руководителн.  раз­ведки не поняли обмана...
Уормолд м его друг донтор
Хассельбахер, ставший` орудием
в рунах другой—западногерман­сной разведки, полны отвра­щения к войне, Уормолд гово­фонной книги, присваивает им
номера и передает по коду свои
«донесения» в Лондон,
	Но и это оказывается небез
опасным. Выдумка начинает пе­реплетаться с реальностью: на
след Уормолда и его «агентов»
нападают агенты других разве­док. Погибает убитый коннури­рующей разведкой ни в чем
не повинный летчик Рауль; ну­бинская полиция преследует нн­чего не подозревающего про­фессора, упомянутого в донесе­ниях Уормолда. Наконец, из
Лондона прибывают присланные
для помощи Уормолду подлин­рит о нелепостн и жестокости
правительств, испытывающих
водородную бомбу на: острове
Рождества, он презрительно от­зывается об атлантическом
блоне и СЕАТО. Хассельбахер в
беседе с Уормолдом с раздра­жением говорит: «Я ненавижу
войну» —и рассказывает, что не
закончил медицинского образо­вания во время ` первой мировой
войны, так как считал Gece
	НГЛИИСКИЙ писатель Грэ­А хем Грин, известный со­ветсному читателю по ро­ману «Тихий американец», напи­сал новую ннигу «Наш человен
в Гаванне» (Лондон, 1958 г.).
Наш человек в Гаванне —
англичанин Уормолд — типичен
для героев Грина. Он честен,
мягок, полон горечи, не при­способлен к жизни. Уормолд—
представитель британской фир­мы по продаже пылесосов на
Кубе; по вине легкомысленной,
расточительной дочери он все
гда в долгах, Однажды в нонто­ру Уормолда заходит неизвест­ный: он оказывается представи­телем британской — секретной
службы и требует, чтобы Уор­молд стал агентом английской
разведки, регулярно поставлял
в Лондон сведения разведыва­тельного характера не только о
самой Кубе, но и о деятельно­сти других западных держав в
Латинской Америка.
	Уормолд растерялся, к тому
же крупная сумма денег, пред­ложенная пришедшим, в пер­вую минуту соблазняет его.
	смысленным лечить людей для
того, чтобы их поскорее убили.
	Английская буржуазная пе­чать поместила ряд рецензий
на новую книгу Грэхема Грина.
	Некоторые рецензенты, отдавая
должное таланту автора, всяче­ски выпячивают «развлекатель­ный» характер романа н зату­цевывают ero политическую
направленность. Рецензент

«Таймс. литерари  сапплмент»
	выражает недовольство той гро­тескной манерой, в О да­ны образы руководителе брн­танской секретной службы. Еже­недельник «Нью стейтсмен» пн­шет, что «сцены в штабе ce
кретной службы в Лондоне
слишком похожи на фарс, что­бы быть убедительными»...
	ым—_—_ииыМы д  —_оА
Главный редактор В. КОЧЕТОВ. .
	Редакционная коллегия: М. АЛЕКСЕЕВ, Б. ГАЛИН, Г. ГУЛИА,
	ные агенты разведывательной
службы. Кольцо сужается...
Уормолда отзывают в британ­сную столицу, где его, назалось
бы, ждут большие неприятно­В. ДРУЗИН (зам. главного редактора), I, КАРЕЛИН,
В. КОСОЛАПОВ (зам. главного редактора), Б. ЛЕОНТЬЕВ,
Г. МАРКОВ, Е. РЯБЧИКОВ, В. CONOYXHH.
		b—06157
	секретариат — К 4-04-62, разделы:
	информации — К 4-08-69, писем —Б 1-15-33,
	ы: лнгературы и искусства — Б. 1-11-69, внутренней
издательство — К 4-11-68. Коммутатор — К.5-00-00.
	Адрес редакции и издательства: Москва И-51, Цветной бульвар, 30 (для телеграмм Москва. Литгазета). Телефоны:
жизни — К 4-06-05, международной жизни — К 4-03-48, отделы: литератур народов СССР — Б 38-59-17. информации
	Типография «Литературной газеты», Москва И-51, Цветной бульвар, 30.