ЖИВОЕ НАСЛЕЛИЕ
		Тр. А
натолий Васильевич Луначарский
принадлежит к замечательной
	{`` \ принадлежит к замечательной
плеяде марксистов первой трети
ХХ века, учеников и соратников Ленина.
Сегодня, оглядываясь на его творческое
наследие, поражаешься тому, как много
успел он сделать буквально во всех об­ластях эстетики и литературоведения и
как мало оценен и изучен у нас этот гро­мадный труд.

Эстетические взгляды Луначарского
сложились в результате напряженной ра­боты, принципиальной  самокритики и
творческой учебы у Ленина. И хотя да­же в зрелых его статьях есть слабости
и противоречия, тридцатилетие, отделяю­щее «Основы позитивной эстетики» от
последних работ о социалистическом реа­лизме, было временем усвоения их авто­ром марксистского мировоззрения и дк­тивного участия в борьбе за строитель­ство новой культуры. В этом процессе
неоценимую роль сыграли помощь, под­держка. руководство деятельностью Jy­начарского со стороны В. И. Ленина.
	Ленин всегда относился к Луначарско­МУ с 060бой любовью, заботой и внима­нием. По свидетельству Горького. Ленин
считал Луначарского «на редкость богато
одаренной натурой». Даже когда Луна­чарский занимал махистские и 6Goro­строительские позиции (которые  впо­следствии он сам осудил). Ленин писал
Горькому о желательности отделить dy­начарского от Богданова «на эстетике».
По предложению Ленина Луначарский
был назначен народным комиссаром про­свещения, То ‘есть ему было поручено
возглавить «орган, осуществляющий
пролетарскую диктатуру в области куль­туры». как характеризовалея  Нарком­прое в письме ЦЕ о пролеткультах. Ha
этой работе Луначарский допустил ошиб­ки. заключавшиеся в чересчур либераль­ном отношении к «левым». футуристи­ческим течениям в искусстве и к
пролеткульту. За эти ошибки его крити­ковал Ленин. Помня об этой стороне де­ла, нельзя забывать и о могучем влиянии
ленинских руководящих  илей. которое
сказалось на деятельности Луначар­ского. В труде «Ленин и алитературо­ведение» Луначарский писал, что, рабо­тая несколько лет в области культуры
под непосредственным руководством Ле­нина, он, «...разумеется, имел несколько
широких и тлубоких бесед с великим
вождем по вопросам культуры в целом,
по вопросам народного образования, в ча­CTHOCTH, а также искусства и художест­венной литературы».
	Вот почему, присматриваясь к прак­тической и теоретической деятельности
Луначарского, мы начинаем глубже по­нимать богатство ленинеких идей в 0б­ласти культуры и искусства, ярче пред­ставлять воздействие Ленина на процес­сы становления  социалистического ис­вусства. Луначарский в своих лучших
работах горячо отстаивал все ботатство
ленинских руководящих идей в области
эстетики. Его теоретическое наследие
свидетельствует 0 развитии марксиет­ской. эстетической мыслн. в частности, 0
	TOM CABHTe B ней на рубеже 30-х годов,
который обеспечил глубокую разработку
теории социалистического реализма. Лу­начарский сыграл серьезную роль в пре­одолении взглядов вульгарных социоло­тов и первый заострил внимание на ле­нинском этапе в развитии литературове­дения. П в наследии самого Луначарско­кое обоснование важнейшего ›. лозунга
партии, обращенного к писателям: «Пи­шите правду». Луначарский  подчерки­вал, что беспощадная правдивость и глу­бина изображения действительности обу­словливают активную, преобразующую
роль литературы в советских условиях.
	Понимание высокой роли писателя B
жизни советского общества было в 00-
знании Луначарского тесно связано ©
борьбой против индивидуалистических
шатаний той части художественной ик­теллигенции, которая требовала незави­CHMOCTH от партийного руководства, про­тивопоставляла свободу творчества пар­тниности. Тем, кто недавно защищал эту
точку зрения, не мешало бы вспомнить
гневные, саркастические слова Луначар­ского: «Существуют, конечно, такие
представители старых и отживших свое
время групи (в том числе часть мещан­ской интеллигенции), которым кажется
узостью, что мы все искусство целиком
рассматриваем как громадной значитель­ности отряд нашей армии социалистиче­ской борьбы и социалистического строи­тельства... Такие суждения показывают
величайшее историческое  недомыслие,
потому что вопрос на деле стоит не так:
«А не должен ли я слишком замкнуться,
не должен ли я слишком сжаться для
того, чтобы войти в те рамки, которые
от меня требует руководящий класс на­шего времени — пролетариат», —а так:
«Не слишком ли я болен индивидуализ­мом, не такой ли я еще маленький в этом
индивидуализме, что не в состоянии рас­шириться до рамок пролетарской револю­ции, не. в состоянии настолько полнять­ся до выдвинутых ею задач, чтобы не
просто выполнить их по приказу, а це­ликом проникнуться ими, чтобы моя ис­конная, моя собственная песня оказалась
песней во славу и на пользу именно
этих залач».
	Многое из того, что писал Луначар­ский, может служить опорой при реше­нии сложных вопросов сегодняшнего ли­_ тературного развития. Он рассматривал,
	Например, односторонне <«ЕРИТИЧеСвое»
направление как отступление от социа­листического реализма. И, называя его
представителей «реалистами буржуазно­го типа», писал о них: «Они будут созда­вать художественные протоколы, худо­жественные фотографий заднего двора
нашей революции, будут товорить, как
свинья В КрЫловской басне, что они
«весь задний двор изрыли» и ничего хо­рошего там не нашли». Для того, чтобы
определить, где грань, отделяющая эти
произведения от социалистического реа­лизма, Луначарский с необычайной глу­биной и диалектической ясностью рас­крывает смыел формулы «исторически­конкретное изображение действительности
в её революционном развитии»: «Пред­ставьте себе, что строится дом, и когда
он будет выстроен, это будет великолеп­ный дворец. Но он еще нелостроен, и вы
нарисуете его в этом вис и скажете:
«Вот ваш социализм — а крыши-то и
ner». Вы будете, конечно, реалиетом —
вы скажете правду: ‘но сразу бросается
В глаза, что эта правла в самом деле—не­правда. Социалистическую правду может
сказать только тот, кто понимает, какой
строится дом, как строится, и кто пони­мает, что у него будет крыша. Человек,
который не понимает развития, никогда
правды не увидит, потому что правда —
она не похожа на себя самое, она не си­дит на месте, правла летит, правда есть
развитие, правда есть конфликт, правда
есть борьба, правда — это  завтратиний
день, и Нужно ее видеть именно так, а
кто не видит ее так, тот реалист буржу­азный и поэтому пессимист, нытик и за­частую мошенник и фальсификатор и,
во всяком случае, вольный или неволъ­ный контрреволюционер и вредитель. Он
может этого сам не сознавать, и иногда
в ответ по требованию коммуниста: «го­ворите правду», — говорит: «да вель это
и есть правда»: в нем может не быть
контопеволюционной ненависти, он, мо­жет быть, будет делать полезное дело,
высказывая печальную правду, но в Ней
нет анализа действительности в ее раз­витии, и поэтому никакого отношения к
сопиалистическому реализму такая
«правда» не имеет. С точки зрения со­циалистического реализма это не прав­да — это ирреальность, ложь, подмена
жизни мертвечиной».
	В прошедшей недавно дискуссии по
вопросам литературы в Витае правые и
ревизионистскигР элементы пытались
ВЗЯТЬ ЛОЗУНГ «Писать правду» на CHNE

вооружение, чтобы использовать его про­тив социализма. В свете этой недавней
борьбы е 0с0бой свежестью и актуально­стью звучит страстная защита Луначар­CRAM правды  социалистического  ред­1HIMa.
	Отибочным было бы суждение, что
Луначарский касается проблем социали­стического реализма’ только в специаль­ных работах, посвященных этой теме. Все
богатейшее, разбросанное по десяткам га
SCT и журналов собрание критических
статей и заметок Луначарского, ожидаю­щее еще внимательного исследования, —
живая история становления и утвержде“
ния литературы социалистического реа“
лизма, где глубокие, содержательные вы“
воды непосрелетвенно вырастают из кон“
кретного анализа художественных произ­ведений. Деятельность Луначарского мо“
жет ‘служить блестящим образцом того,
как критик, внимательно следя за всем
новым, рождающимеся в ходе литератур“
ного процесса, четко намечает перспек=
тивы развития литературы. Луначар=
ский замечательно чувствовал специфи+
RY каждото таланта. И при этом эстети=
ческие критерии, которые он прилагал
в художественному произведению, — этб
почти всегда критерии социалистическо=
To реализма. Трулно переоценить то пло“
дотворное влияние, котопое оказала крич
тическая деятельность Луначарского wa
поколение писателей (и не только писа=
телей, но и живописцев, и актеров, и
режиссеров) 20-х годов. В становлении
и развитии теории. социалистического
реализма, в живой практике советской
литературы деятельность страстного бор“
ца за революционное искусство А. В. Лу+
начарского сыграла выдающуюся роль,
		ИТОГИ ПОДВЕДЕНЫ
	24, ДЕКАБРЯ под председательством
А. Суркова состоялось расширен­ое засодание секретариата правления
Союза писателей СССР, на котором бы­ли подведены итоги литературной части
декады казахского искусства и литерату­ры в Москве.

Сообщение сделали от Союза писате­лей Казахстана председатель правления
Г. Мусрепов, от Союза писателей СССРЫ—
П. Скосырев.

Все выступавшие отмечали большой

успех казахской декады. В обсуждениях
книг казахских писателей участвовали 110

литераторов — москвичи,  ленинград­цы, представители братских республик.
На заседании секретариата были вы­сказаны интересные мысли, касающиеся,
в основном, дальнейшего укрепления
творческих и деловых связей между пи­сателями братских республик. Об этом
говорили С, Муканов, П. Лукницкий, М.
Ибрагимов, С. Мартьянов, И. Гринберг.
М. Ауэзов, к примеру, предложил искать

новые формы проведения декад. По воп­росам художественного перевода и по­пуляризации казахской литературы выска­зались А, Садовский, В. Сытин, К. Тогу­заков, Н. Панов, 3. Кедрина.
	В заключение выступил А. Сурков.
	* $
	23 декабря в Большом театре Союза
ССР состоялся заключительный концерт
декады. Яркое, самобытное искусство го­стей было по достоинству высоко оцене­но собравшимися. Они горячо, от всего
сердца рукоплескали замечательным му­зыкантам, певцам, танцовщикам талантли­вого казахского народа,
	=>
ТАМ, ГДЕ ЖИЛ И РАБОТАЛ
	В. И. НЕМИРОВИЧ-ДАНЧЕНКО
	ЕБАТРАЛЬНАЯ общественность Моск­вы торжественно отмечает столетие
со дня рождения В. И. Немировича­Данченко. Многочисленные ученики и дру­зья Владимира Ивановича, ветераны сцены
и театральная молодежь, студенты теат­ральных вузов пришли вчера к дому, где
провел последние голы жизни В. И. Неми­рович-Данченко. Дорогая всему советскому
искусству дата была отмечена здесь ‘откры­тием мемориальной доски.
«В этом доме с 1938 по 1943 год жил

и работал выдающийся деятель рус­ского театрального искусства, Народ­ный артист СССР Владимир Иванович

Немирович-Данченко».

„Такая надпись на памятной доске от­крылась взору собравшихся у дома № 5/7
на улице, носящей имя одного из основате­лей МХАТа, великого режиссера и педаго­га. Торжественное собрание, посвященное
этому событию, открыл начальник управле­ния культуры Моссовета К. Ушаков. С теп­лыми воспоминаниями о большом худож­нике-реалисте, советском патриоте, взыска­тельном учителе и новаторе: выступили на­родные артисты СССР Р. Симонов, М. Ца­рев, главный режиссер Московского театра
имени К. С. Станиславского и Вл. И. Не­мировича-Данченко Л. Баратов, народный
артист республики М. Прудкин.

— Пусть остановится прохожий у этой
	доски и благодарно вспомнит всякий раз
	нашего современника, влюбленного в свой
народ, в родную страну, — сказал в своем
выступлении представитель Министерства
культуры СССР Е. Сзверин.
		РНИИ КИГИ РЕКИ ОИ ИРОНИИ РР ИРИНЕ
		Как уже сообща­лось в «Литературной
газете», 26 декабря в

Центральном выста­вочном зале столицы
состоится открытие

международной вы­ставки произведений
художников  социали­стических стран. Ссо­ветские люди, зару­бежные посетители
увидят здесь 845 про­изведений живописи,
527 снульптур, 1498
трафических листов,
отобранных для этой
выставки в двенадца­ги странах. Некоторые
художники покажут
также мозаики, вит­ражи, гобелены, худо­жественные вышивки
по шелку, медали.
	Впервые наши зри­телн и художествен­ная общественность
смогут широко позна­комиться с работами
художнинов Албании
и Вьетнама, ранее не
выставлявшимися У
нас в таком большом
масштабе. Вновь no­радует москвичей ис­кусство Китая, хоро­шо известное и люби­мое в нашей стране.
Представители ста­рейшего из видов ни­тайской живописи —
«гохуа», используя бо­гатейшиеа многовено­вые традиции, созда­ют теперь работы, по­священные темам со­временности.
	На снимке: предста­вители Всекитайского
Союза художников Лн
Цюнь и Кан Фын-ган
с реставраторами Л.
Ватник и В. Баранце­вичем у скульптуры
«Раздвигаем горы и
\+ создаем моря».

  
	ФОТО А. ЛЯПИНА
	К 20-ЛЕГИЮ СО,ДНЯ СМЕРТИ
А. В. ЛУНАЧАРСКОГО
		го наибольшим совершенством, богатством
мысли и пафосом отличаются последние
работы 1933 года — работы о социали­стическом реализме.

Ревизионисты,  претендовавшие на
знакомство с историей социалистического
реализма, даже не улосужились вепом­нить о работах Луначарского. А между
тем значительна его роль и в борьбе за
становление социалистического  искус­ства, и в разработке теории социалисти­ческого реализма.
	Уже в первые годы Советской власти
Луначарский активно вмешиваетея в
споры о будущем нового, социалистиче­ского искусства. Эти споры были вызва­ны, главным образом, засильем модернист­ских групи в искусстве. Многие моло­дые художники приходили к ошибочной
мысли, что реализм уже не может ска­зать нового слова в искусстве, что выра­жение динамичной и стремительной в
своих изменениях действительности, вы­ражение мироощущения — социальных
слоев, поднимающихсея к общеетвен­ной жизни. связано He с поиска­ми новых, высших форм реализма, а ес
отходом от него. В результате этого в
сознании ряда художников, прежде всего
из рядов футуристов, формализм, пред­ставляющий не что иное, как продукт
распада буржуазного искусетва, высту­пал как некая революция формы, будто
бы соответствующая той революции в со­держании искусства, которую принес Ок­THODD.
	Луначарский, преодолевая свои ошиб­ки, на которые указывал Ленин, дал
острую критику формализма, вскрыл его
гносеологические и социальные корни,
доказал, что формалистическое творчество
ведет к отказу от познавательной и вос­питательной функции искусства. Форма­лизм, показал он, убивает искусство. Лу­начарскому было органически чуждо свой­ственНое мелкобуржуазным  попутчикам
марксизма пренебрежение к эстетическим
вкусам народа. не принимавшего новей­ШИХ «иЗмМовВ». Отстаивая принцип народ­ности искусства, заложенный революци­онными демократами, Луначарский утвер­ждал, что модернисты не способны обес­печить подлинный прогрессе искусства,
что они не в состоянии решить задачи,
которые ставит пролетариат перед искус­CTBOM. Искусство пролетариата лолжно
наследовать великие традипии реализма:
«Я GAY от влияния революции на искус­ство, — отмечал он, — очень многого,
попросту говоря, — спасения искусства
из худшего вида декадентства, из чисто­го формализма; революция должна воз­вратить искусство к его настоящему на­значению, мощному и заразительному вы=
ражению великих мыслей и великих пе­реживаний»,
	заслугой Луначарского является то,
что он исследовал и обобщил закономер­ности становления  социалистического
искусства как реалистического, указал
на первостепенную важность усвоения и
развития классических традиций совет­ской литературой. Ленинскую теорию от­ражения Луначарский применил в иселе­довании проблем художественного твор­чества, Й это позволило ему дать глубо­АЗАЛОСЬ бы, ну = ва кончилась, пришла

что особенного в А. ФЕСЕНКО юность, горячая,  дея­этой — истории? o тельная, рвущаяся впе­Два школьных  прия­ред.

теля вместе. с неуклюжей, смешной Так рассказ о путешествии двух
собачонкой Чернышом совершают на ‚ школьных дружков превратился в серь­чодке поездку по реке, а затем 0- озный разговор о трудовом воспитании
падают. в далекий степной поселок Cy­молодежи. Мы знаем книги, в кКото­О Е в 1. ЗЫ Го: с АЕ ЕЕ. 1 Га а
	рых было показано, как благотворно дей­ствует на школьника. работа в колхозе.
В повести 0. Бабаевского видна не
только эта полезность. но и необходи­мость труда для полноценного воспита­ния молодежи.
	Трудно выделить в повести особые
улачи, наиболее яркие сцены и эпизоды
— их немало. Писатель превосходно
знает мир своих героев, рисует их с
большой симпатией, часто с юмором, с
доброй усмешкой друга.
	В повести «Сухая Буйвола» писатель
продолжает пристально вглядываться в
рождение чистой, светлой юношеской
любви, преображающей и. Леньку, и, в
особенности, Марфутку. Пожалуй, стоит
здесь привести раздумья Дарьи Ильннич­ны о своей дочери: «Радовало и пугало
еще и то, что она смело, He спросясь и
не стыдясь матери, из двух косичек
сплела одну и этим как бы сказала: вот
и все, теперь я не такая, какая была.
«И во всем этом парнишка повинен, для
него это ‘она так переменилась. к нему
захотела подойти в новом платье. —
Дарья Ильинична тяжело вздохнула. —
Для отца и матери старенькое платье, а
для него новое... Вчера еще была обыч­ная. а сегодня расцвела...»
	Кроме подростков, столь разных по
характеру. выписанных ярко и колорит­но, есть в повести С. Бабаевского еще
один 0браз, о котором нельзя умолчать.
Это сама степь. Степь с ее пахучими тра­вами и чуткой тишиной. манящими мира­жами и звездной россытью на небе. Она
живет. действует перед юными героями
то жарким полднем. то в закатный час,
то ночью. Но это не дикая, не безлюд­ная степь. Мы вее время чувствуем в
ней человека — ее хозяина и преобра­зователя. Он-то и является в повести
непременной фигурой степного пейзажа.
«Овцы, чуя запах костра, подошли и
паслись близко. Олег хороше слышал
сочное похрустывание травы. видел, как
овечьи глаза, попадая на свет костра, по­блескивали лиловыми жаркими огонька­ми. Собаки уселись вокруг огня и чего-то
ждали. Олег разворошил золу, вынул
картофелины-—торячие, пожухлые, с об­горелой кожурой. Ели, макая в СОЛЬ.
Кожуру бросали собакам».

И такую яркую живопись читатель
	найдет на многих страницах повести.
Есть ли в ней недостатки? Ла. есть.
	Вритики могут отметить, что писателю
менее удались образы взрослых — дяди
Грипи. Ильи Васильевича. матери Олега.
Все они выступают только в роли на­ставников молодежи, автор не показал
их. так сказать, «изнутри». Не каждый
поставлен в «фокус». когда вдруг рас­крывается характер, как он раскрылся,
скажем. у Дарьи Ильиничны, впервые
посмотревшей на дочь глазами не мате­ри. 3 женщины.
	Во второй части книги, после первого
знакомства с отарой и чабанами, Олег
как бы отступает на задний план, и мы
больше слышим о нем, что он способный,
<башковитый», но не видим в действии,
з поступках.

Можно найти в повести, написанной в
целом ясным, образным языком, и 3а­штампованные фразы. Вряд ли, например,
точно выражают душевное смятение оби­женного паренька такие слова: <Андрей­ка стоял, сутуля плечи и уронив на
грудь голову». Или вот сравнение, кото­рое тоже нельзя признать свежим, удач­ным: «Половинчатая луна висела низко.
Косым глазом она засматривала в ку­рень... Луна своим желтым глазом все

так же спокойно обозревала спавшую
степь»:

Мы не станем утверждать, как это
принято в рецензиях, что подобные не­достатки не снижают  бесспорных до­стоинств талантливой повести. Безупреч­ное во всех отношениях произведение на­писать чрезвычайно трудно. Это хорошо
знают и критики, и сами писатели.
	Важно подчеркнуть другое. Пожалуй,
не найти сейчас в нашей стране семьи,
в которой бы не думали и не товорили о
перестройке школьного воспитания де­тей. Повесть С. Бабаевского «Сухая. Буй­вола» представляется нам удачной по­пыткой ответить языком художествен­ных образов на те вопросы, которые

волнуют сейчас миллионы людей.
	Попытва весьма своевременная.
	хая Буйвола, где пасут овец. Сколько раз
читали мы о подобных путешествиях и
	к большой
на кажу­повесть
	пареньках, приобщающихея к
жизни! И все же, несмотря на
щуюся трафаретность” сюжета,
	С. Бабаевского «Сухая Буйвола» по-на­стоящему волнует.
	Писатель избрал своими героями маль­шек того возраста. Koria беспечное
	детство отошло, а деятельная юность еще
не наступила. Это — пора неясных меч­таний и устремлений: хочешь большого
дела. но не знаешь. где оно: стремишься
	ОТЛИЧИТЬСЯ. Но Не
	придумаешь — Rak.
	Двух четырнадцатилетних дружков, Оле­га Гребенкова и Лешку Завьялова, род­нит общее желание «что-то свершить»,
	А в осталь­вии и
	найти свое место в жизни. A
HOM они — разные мальчишки,
	чувствуем это уже при первом знаком­стве с ними: если Олег отличается жаж­лой деятельности, бесстрашием. —он мо­жет в грозу, не задумываясь, подставить
труль дождю. — то главное в характере
	ешки — честность, .рассудительность.
Олегу уже ясно: поступит в техникум,
	станет. как товорит его мать. «ученым
	по овцам»; цешка же еще не знает, чем
будет заниматься, — стихи ли писать,
учиться. работать...
	Школа дала им первые знания, от­крыла окно, в которое они увидели ма­нящие дали. Но как найти свою дорогу
в жизни, как стать в один рят со стар­шими? Над этими вопросами думают 4
юные герои повести, и взрослые, и ав­тор. Сама жизнь подсказывает  един­ственно правильное решение: «Надо к
	труду Приучаться».
	Сборник очерков о знатных людях
	ВРАСНОДАР. (Наш. корр.) Краевое
отделение Союза писателей и opr­бюро Союза журналистов решили
создать сборник очерков о знатных
людях Нубани. В книге будут пред­ставлены очерки о нефтяниках и ма­шиностроителях, рыбаках и механиза­торах, ученых, партийных, советских
и комсомольских работниках. Сборник
выйдет к ХХГ съезду КПСС.

Его объем — 15 листов.
	ПУР ЕРИЕИИИ РРР РИИЕРИГИ О КЕИИСИИРКИКИГ ЕГОР ОРЕРИИ РРР РРР ГРЕЕТ ТЕГЕЕГГРЕРЕЕГУЕЕЕЕ Е! ИГРУ ЕР РРГРЕР
	 

Аоммунистическая идейность—
Душа советской литературы
	<>
Заметки с ГУ съезда
писателей Эстонии
		ЛОВА, которые мы решили выне­сти в заголовок, не есть просто
лозунг, они точно передают основ­ной пафос [У съезда эстонских писателей.
И это — правильно, это — плодотворно,
это выражает существенные черты
нашего времени.

— Писатели Советской Эстонии, —
начал Ю. Смуул доклад об итогах четы­рехлетнего развития эстонской литерату­ры и ее задачах, — собрались в дни, ко­гда наша великая Родина готовится к
внеочередному ХХГ съезду партии. На
этом съезде будут обсуждаться вопросы,
которые касаются всех нас без исключе­ния, которые связаны с завтрашним
днем каждого из нас.

Повысить боевую роль литературы в
строительстве коммунизма — вот основ­ная забота, которая волнует сейчас эстон­ских писателей, как и всех других совет­ских писателей. Эта забота определила
хол съезла и его несомненный успех.
	1. Художник и жизнь
	сделали в области овладения современ­ной темой, но любопытно: кажется, что
0 современности написано меньше, чвм
написано на самом деле. Не потому ли,
что для современности мало хронологиче­ских рамок, что нужны острые сегодняш­ние проблемы, решаемые в произведе­НИИ?

Это очень верно: стоит задумать­ся о проблеме современности, как начи­наешь думать о современности проблем,
о глубине отражения жизни в произведе­нии, о позиции писателя, о новом совре­менном герое. Каким должен быть этот
новый герой? В памяти живы крайности
героя «идеального» и героя с обязатель­ной «червоточинкой». Г. Окульский по­ставил вопрос именно так, как он обсуж­дался несколько лет назад («каким дол­жен быть положительный герой?»), но
стал решать его с другого, пожалуй, ме­нее «теоретичного», но более верного кон­ца. Он расеказал съезду 06 инженерах­химиках, которых встречал на производ­стве. Эти люди мечтают о неслыханных
открытиях, о самолетах из пластмасс, они
живут лействительностью будущего.

— Изобразить их идеальными? Они
засмеются. Изобразить с червоточинкой?
Обидятся. И в самом деле: чем больше ка­честв мы будем выдвигать заранее, тем
больше мы будем толкать писателя в
схеме, а герои не влезут в схемы. Они
едины своей преданностью делу KOMMY­низма, а в остальном — своеобразны. На­до познать душу героя. Но этого не cae­лаешь, не познав героя в деле, не поняв
поэзии его профессии. Способ писать рож­дается из способа жить.

А как жить? Что делать писателю, что­бы ближе узнать героев? В чем она —
связь писателя с жизнью?

— Писать о рабочих — значит жить
с рабочими, знать ту технику, которая в
их руках, — заявляет Р. Сирге. — В век
спутников нельзя писать, не зная техни­кн. А участвуя в экскурсиях по заводам,
все равно останешься‘ туристом.

Главное — жить интересами народа,
вникая умом и сердцем во все cro дела.
Развивая мысль об этом, Р. Сирге подроб­но говорит о тражданской смелости писа­теля, об умении видеть и правильно оце­нивать жизненные противоречия.

— Без конфликта не отразишь жизнь
глубоко, как бы подробно ты ее ни
знал... Я знал, например, рабочего, кото­рый перевыполнял план, хоротпо зараба­тывал. но жизненный илеал которого не
	шел дальше ЛИЧНОЙ автомашины, своего

дома, шубы для жены. Вот конфликт

между идеалом класса и идеалом какого­(Окончание на 4-й стр.)
	Й вот путешествие окончено, дорож­ные происшествия позади, Олег и Лешка
у пели. Сухая Буйвола с ее приземисты­ми хатенками.,
	земляными иИзЗгородями
	оказалась не такой, как в мечтах. Что ж,
ну и пусть! Зато тут, в степи, юные ге­рои познали то, чего не знали прежде, —
поллинную романтику невиданного и не­йзвеланного.
	Собственно, с Олегом и Лешкой ниче­особенного не происходит в Сухой
	Буйволе. Все, что случается с ними, на
первый взгляд, обычно, буднично: степ­ная дорога, первое знакомство с отарой,
разтовор у костра, стрижка овец, ловля
волчицы. Но рассказывая об этом, писа­тель все время помнит о новизне ощу­щений, которая свойственна юной душе.
Потому-то в повести столь поэтичны и
	убедительны эпизоды, повествуют
том, как ее герои познают труд
нов. Веришь. например, удивлению
	га, впервые узнающего о том, что’ ота­ру можно «видеть спиной», почти физя­чески ощущаепь ту выдержку, которую
он проявляет, лаская волкодавов...
	Но не только трудовые навыви полу­чают юные герои повести в степи. Они
	себя хозяевами
	начинают чувствовать
	мира и наслелниками всех его богатств.
	Всего лва месяца провели Олег и
	Тешка в степи среди чабанов, HO как
они повзрослели! Пора  мальчишеет­pe наоавьний
	Семен Бабаевский. «Сухая Буйвола». Дет­гиз 1955.
		тельность», сухая статистичность. Вели,
скажем, Ю. Смуул останавливается на
прекрасном образе Маре из романа «Бе­рег ветров» А. Хинта и на удачной кни­ге для детей «Расправив крылья» В.
Гросса, — он связывает конкретный ана­лиз с проблемой положительного героя.
Докладчик анализирует, например,
сложные психологические противоречия
у героев великолепного романа «Земля и
народ» Р. Сирге, удачной очерковой по­вести А. Саара, хорошего рассказа 0. Тоо­минга «Пастор Хийемяги», известных
пьес 9. Раннета «Совесть» и «Блудный
сын», — и опять разговор поднимается
до «общего», до обобщений, звучащих
убедительно именно в силу своей кон­нретности.

Итак, мы не будем говорить специаль­но о докладе Ю. Смуула, а хотим вначале
процитировать Л. Реммельгаса — автора
содоклада о критике.

— Ее следует забывать, — сказал 1.
Реммельгае, — что великие писатели
прошлого живут и будут жить благодаря
не только общечеловеческому, что заложе­но в их произведениях, но в первую 9че­редь благодаря тому, что это общечелове­ческое порождено современными им тен­денциями и идеалами, которые и состав­ляют в большей или меньшей степени
объективное содержание произведений
каждого крупного мастера.

Общечеловеческое — через злободнев­ное, бессмертное — через живое, живу­щее, современное. Заметим: проблема co­временности в литературе, которой каса­лись так или иначе почти все ораторы,
на съезде вообще не стояла в своей про­стейшей форме: да или нет? Да, совре­менность — главное, в этом ©ъвзд едино­душен. Это показатель существенных
сдвигов в эстонской литературной жизни.
В свое время не все эстонские литерато­ры были так единодушны в вопросе о
теме современности, и «дистанционные»
предрассудки еще держались в сознании,
Сетодня на съезде речь идет уже не о том,
надо ли, а о том, как овладеть темой со­временности, что порой мешает писателю
овладеть ею, какие трудности ветречают
здесь писатели и как их преодолевать.

— Легче писать старика, чем ребенка,
— размышляет Г. Леберехт. — Лицо ста­рика застыло в законченных формах, ли­цо. ребенка округло, подвижно и беско­нечно изменчиво. Чтобы, вилеть Новое,
	нечно изменчиво. что0ы. видеть Новое,  
надо иметь зоркий взглял.. Мы многое‘
	Эстонская литература — литература
немалой и богатой истории — живет
сейчас напряженной творческой жизнью.
В докладе было сказано, что за четыре
года издано свыше ста новых произведе­ний во всех жанрах, что хорошо порабо­тали за это время А. Хинт, Р. Сирге, И.
Семпер, Г. Леберехт, 9. Раннет, А. Саар,
Р. Парве, У. Лахт, В. Беекман, Л. Промет,
А. Лийвес, П. Куусберг, А. Синкель и
многие другие. Перечислить всех —
вещь,’ конечно, совершенно невозможная:
перечень работ эстонских литераторов ва
четыре года занял многие десятки стра­ниц убористого петита в справочнике,
выпущенном специально к съезду. Успе­хов всесоюзного значения добились
эстонские писатели в области эпического
социального романа: высокий тонус чув­ствуется в поэзии и критике. Мысль о
подъеме эстонской советской литературы,
06 активности писателей и читателей
звучит почти во всех выступлениях.
Ораторы анализируют книги, товорят о
необходимости издать новый журнал
эстонских писателей на русском языке.
	В ближайшее время в нашей газете
будет опубликована статья Ю. Смуу­ла, написанная ‘на основе его до­клада, поэтому 06 основном докла­ле специально мы говорить сейчас
не будем, отметим только, что до­кладчик не впал в абстрактное рассуж­дательство, ибо всегда опирался на те или
другие характерные книги, образы и т. п.,
а © другой стороны, докладу Ю. Смуула
	SR I RN EE OEE EOE EN числи= $

был вовсе чужл эмпиризм, «перечисли»
	Гастроли английского
театра в Москве
	24 декабря Шекспировский мемори­ЧР: а да ЗФ
	о

альный тватр, прибывший на гастроли
a a

ав, ower
		pO с АВА 1  , ов
Москву, показал в помещении филиа­а аа
	ла МХАТа свой первый спектакль ~~
	В главных ро­Дороти Тьютин
	«Ромео. и Джульетта».
лях выступили артисты
	и Ричард Джонсон. К О
такль режиссером Гленом а 2

Шоу. те   ры eeerm TAnTaAH
	у *
Перед началом представления гостей

чветствовал заслуженный деятель HC­ме я ча чт Manror. B ответном

 
	театра сэр Глен
		 

рабочие столич­енты, заполнив­werana MXATAa,
	eee г МЕРИ

игру актеров, достой­ны а
	богатые традиции
	CJOBE +: Py HODOAM с
Байэм ПТоу поблагодарил
	теплый прием.
	— Мы искренне
	зал он, — что наш приеэА * г
способствовать укреплению ya
между нашими странами.

т  а ам
	Деятели культурь, ве”
х тпелпоиятий, студенты,
	ных предприятий, ©’
тие в этот вечер зал
	горячо принимали =!
HO представляющих
	‚ ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА
{№ 153 25 декабря 1958 в, 3
		ха мото: Е Аа.
Великобритании В Советском Союзе

сэр Патрик Райли.