И ЛЕГКАЯ
	Леонид УТЕСОВ

a
	НИЙ В МУЗЫКе; Потому что форма и ритмы
в музыке никогда не изменяются без то­го, чтобы не произвести изменения в <а­мых важных политических формах и пу­ТЯХ».
	Много еще глупостей нагородил Хэн­сер, вплоть до выражения мне соболезно­вания в том, что я якобы за свои джазо­вые убеждения большую часть жизни
провожу в концлагере. Все это, конечно,
очень забавно, но дискуссии с уклоном в
сторону отрицания всего западного в 0б­ласти легкой музыки ‘привели в свое вре­Mi R TOMY, YN она перестала звучать на
нашей эстраде.
	Однако я считаю, что и советской песне
за время ее существования — ни ей, ни
ев исполнителям. — не было посвящено
достаточно внимания и заботы, хотя с
этой песней советекие люди жили, строи­ли, воевали и побеждали, она была под­держкой в беде и горе, спутницей в
счастье и радости. Но ведь нельзя же счи­тать проявлением серьезной заботы 0 pas­витии леткого жанра заклинание «толь­KO-TOABKO наше», которое повторялось,
когда речь заходила 06 эстрадной, ‘танце­вальной музыке, Несоблюдение пропорций
вызвало обратные явления, и сейчас моло­дые, способные исполнители песен, высту­пая на эстраде, поют только-только «за­граничные» песни, забывая, что, если они
хотят быть полезны своим трудом нашему
делу. надо больше думать о своей Родине
и воспевать труд, дела и победы советских
людей. А когда следует, то нужно и обру­ши\ься едкой сатирой на’ ‘недостатки и
ошибки, все еще встречающиеся ‘на на­шем трудном, великом пути. У Глеба Ро­манова, например, видно желание во что
бы то ни стало быть похожим на Ива
Монтана. Но ведь одно из основных до­стоинств Монтана заключается в том, что
он певец Франции. Парижа, оно них и
поет. Я отнюдь не утверждаю, что надо
отказаться от исполнения зарубежных пе­сен и музыки. Наоборот, я за хороший
джаз, за хорошую песню, пусть она бу­дет зарубежной. Но я против слепого по­дражания и копирования даже хороших
иностранных образцов. Мы за то, чтобы у
нас создавалась своя оригинальная музы­ка, отвечающая нашим национальным
традициям. Пусть у нас возникают
маленькие эстрадные оркестры, большие
оркестры, но пусть эти коллективы не
кренятея то налево, то направо, наноми­ная пароход «Туртенев».
	В свое время Радиокомитет с поистине
демьяновой настойчивостью кормил нас
только хорами, оркестрами народной музы­ки и в крайнем случае песнями «избран­ных» советских композиторов. Легкая тан­цевальная музыка. песни с ‘танцевальны­ми ритмами, могущими вызвать, боже упа­си, «джазовые эмоции», приводили руко­волителей Радиокомитета в трепет. Да
	й только ли Радиокомитет кричал с капи­танокого мостика: «Верите налево»? Были
	Рис. В ФОМИЧЕВА
		ь+45
	«ТУРГЕНЕВ»
	Нет одессита, которому за пятьдесят и
который не знал бы «Тургенева». Плавал
в начале века такой пароход «Тургенев».
Был он коротенький, толстенький; две
трубы. поставленные поперек, делали его
еще короче, как костюм с поперечными
полосами делает человека невысокого роста
еще ниже. Далекое плавание этого «ги­танта», рейс Одесса — Аккерман, совер­шалось ежедневно в оба конца. Шумно
было и на пристани, и на борту, котда
отваливал или прибывал он к родным
берегам. Бури и штормы не пугали «Тур­генева». Их не бывало на лимане, по ко­торому пролегал курс корабля. «Могучий
седой капитан», команда из нескольких
отчаянных одесских морских волков были
надежной гарантией безопасности  гран­диозного путешествия. тянувшегося... три­четыре часа. К
	Теперь 0 пассажирах: бессараоские
виноградари, привозившие виноград в
Олессу и вывозившие из 0лесеы рыбу,
	бакалейные и гастрономические товары;
мелкие торговцы, крестьяне — все они
переполняли «Тургенев» и делали
его  похоким Ha ‘плоскхю  жестя­ную банку, облепленную мухами. Мухи
жались к левому борту, жужжали, перего­вариваясь, переругиваяеь и пересмеиваясь
с мухами, стоявшими на пристани. Это бы­ло очень веселое и радостное прощание.
Наконец раздавался третий могучий гудок,
крики, возгласы, смех становились еще
громче, и, покрывая этот веселый гам,
старый капитан дребезжащим  тенорком
командовал: «Убрать сходни! Отдай носо­вой! Малый вперед!» Й «Тургенев» под
большим наклоном на левый борт отчали­Bal OT пристани. Врен возникал от пере­грузки левого борта пассажирами, про­щавшимися с берегом, махавшими руками
и оравшими напутствия и деловые поже­лания. Крен был так велик, что грозил
«Туртеневу» переворотом набок. И тут
чудо-капитан, неистово размахивая кула­ками и надрываясь, кричал: «По вы де­лаеёте? Вы же перекинете пароход, Бежить
на правый борт!» И вся масса в страхе и
смятении бросалась к правому борту. «Тур­генев» резко переваливалел направо. «Шоб
вы усе полохли  — орал капитан. — Бе­жить налево!» Все бросались налево, и
«Тургенев» делал, что ему полагается, —
он кренилея налево. И так до самого Ак­кермана: в штилевую погоду по гладкой
поверхности лимана шел «Тургенев»,
переваливаясь слева направо, как океан­ский корабль в десятибалльный шторм...
	Не так ли и ты, наш корабль «Иегкая
музыка», плывешь, переваливаясь с борта
на борт, под крики «бегите налево», «0е­гите направо», — от борта советской пес­ни и музыки к борту разухабистого амери­ванского джаза?
	° Самодеятельные конъюнктурные капи­таны из различных музыкальных орга­низаций, взобравшиеь на мостик, выЕкри­кивают команды, якобы подсказанные им
искренностью чувств и убеждений, —и
шарахается справа налево и обратно наш
корабль «Легкая музыка».
	Не пора ли воспитать в себе нормаль­ное, серьезное и искреннее отношение как
К своим, таки к зарубежным явлениям в
искусстве? Не пора ли ценить свое по
достоинству и, не приходя в телячий
восторг, по достоинству ценить чужое?
Не пора ли отбирать все заслуживаю­Tee нашего внимания и отбрасывать
все ненужное и вредное?

Вот уже сколько лет приходится
вести борьбу за право существования
эстрадного оркестра. Одно слово «джаз»
вызывало у некоторых ханжей и пере­страховщиков испуг. Слова «саксофон»,
«аккордеон» ассоциировались чуть ли
не со словом «капитализм». Исполне­ние зарубежной легкой музыки счита­лось ошибкой, достойной порицания.
Студенты, молодые рабочие, желавигие
ортанизовать оркестр с наличием «по­рочных» инструментов. всячески про:
рабатывались.

В своих нападках на легкую запад­ную музыку ее противники ссылаютел
на высказывания М. Горького о «му­зыке толстых». Да, есть такая музы
ка. И мы вовсе не намерены ее пропа­тандировать. Но вся ли легкая эстрад­ная музыка, возникшая на Западе, —
«музыка толстых»? В дни Веемирно­го фестиваля молодежи и студентов у
нас будет звучать много легкой зару­бежной музыки, и антагониоты этого
жанра смогут убедиться, что исполняют
И слушают ее далеко не «толетые» люди.

 
	Нападки вульгаризаторов на «легкую
музыку» наши недруги за рубежом пы­тались представить чуть ли не как офи­циальное запрещение у нас джаза. Так,
например, в американском  журна­ле «Сэтердей ревью» появилась статья
некоего Ричарла Хэнсера. где он в под­крепление своих доказательств «гонении»
на джаз в СССР привлех высказывания...
Платона. Да, да, философа Платона, жив­шего почти 2400 лет тому назад. Пла­тон. видите ли, сказал: «Наши старейши­ны должны сохранить в силе один закон,
никогда его не упускать из виду и веегда
хранить его с большей тщательностью,
чем другие. Мы лолжны уберечь наше 06-
	щество от опасности в виде новых тече­опублинует несколько недавно найден­ных произведений поэта.
	Продолжим знакомить читателей с но­выми произведениями народных поэтов,
Впервые будет опубликована народная
поэма «Ёзи и Зебо».

В связи с предстоящей в 1958 году
пценадой узбекского искусства и питера­туры в Моснве н нам поступают новые
романы, повести, поэмы, пьесы, Наме­рены нанечатать романы Ш. Рашидова
«Белое золото» и Саида Hasapa «Зеле: -
Hoe богатство»; повести А, Каххара — 9
покорителях Голодной степи и Дж. Ша­рифи — о хлопноробах; драму КН. Яшена
«Путезодная звезда», «Поэму о пюбви»
Хамида Гуляма, киносценарий Уйгуна,
М. Шевердина и С, Мухамедова — 06
организации первого университета в
Средней Азии.
	Со своими новыми произведениями
выступят Миртемир, Зульфия, М. Бабаев,
Х. Назир, А. Мухтар, Р. Бабаджан, К, Му­хаммади, Р. Файзи и другие. Будем пе­чатать переводы произведений писателей
братских советских республин и стран
народной демократии, а также прогрес­сивных писателей всего мира.
	В отделе критики опубликуем статьи
С. Азимова, И, Султанова и ряда моло­дых литературоведов, посвященные в0-
просам социалистичесного реализма,
	МИРМУХСИН
ТАТИКЕНТ
	МУЗЫКА.
	тельное движение, ее борьбу за новую
Жизнь, 38 нового человека. Но значит ли,
Что, создав этот жанр, мы должны были
отказаться от всех других жанров в лег»
кой музыке? Конечно, нет. Утверждение
единой формы в искусстве влечет 3a CO­бой нежелательные последствия: скуку и
равнодушие публики.

Если проследить путь развития совет­ской песни, то можно заметить, что на
этом пути было достаточно радостей я
огорчений. Было много хороших песен, но
и немало плохих. Слишком много песен
пишется в миноре, и даже часто песни с
жизнерадостным, веселым настроением В
тексте получают минорное музыкальное.
оформление. Еще чувствуется у`нас влия­ние старого псевдоцыганекого романса п
мещанской лирики, и это надо отнести в
числу недостатков. Но и радостей было нё­мало. В примеру: в свое время Шостако­вич подарил нам две песни, которые по­лучили широкую популярность, и обе они
написаны в мажоре. «Песня о встреч­ном», полная солнечной яркости и радости
жизни. Песня «Фонарики». Ведь, каза­лось бы, о чем поетея во ней: о войне,
0 затемнении, — значит, о временах тяже­пых. грустных, & сколько в ней оптимиз­ма и веры в светлое будущее!

Дунаевский — чудесный, радостный,
веселый наш певец. Разве песни «Марш
веселых ребят», «Песня о Родине» и мно­тие другие его произведения, ставшие `на-`
родными, написаны в миноре? Да и у дру­гих композиторов было немало веселых,
жизнерадостных песен. Мажор, мажор, то­варищи композиторы! Уравновесьте ко­рабль, не давайте ему клониться на один
борт. Пишите и мажорные, и минорные
песни. Иногда хочется взгрустнуть, иногда
посмеяться. Но я бы сказал. что смеяться
хочетея больше.
	Надо бросить упрек и нашим  поэтам­песенникам. Уж больно у них тексты ни
с чем. Песни бывают разные: песня —
рассказ в музыке, песня — музыкальная
новелла, песня — музыкальная речь про­пагандиста, песня любовная, песня-анзк­дот. Надо пользоваться ЭТИМ огромным

разнообразием.
	У нас часто любят определять качество
песни по ее «массовости» — запел ее
народ или нет. Мне кажется, это не всегда
правильно. Во-первых, важно, по каким
каналам песня идет в массы. Хорошая
песня может не попасть в кинофильм, на.
пластинку, на радио и обречена на гибель.
Наконец, не всякая песня, подхваченная
слушателями, хороша. Очень часто плохие
песни получают широкую популярность. Да
и. вообще, почему надо писать песни обя­зательно с расчетом на то, что их будут
всюду распевать? Приятно, конечно, авто­PY, когда он. идя по улице, слышит,. как
ero сограждане вепоминают плод его твор­ческого вдохновения. Нужны, и очевь
нужны такие песни, но только ли Такие?
	Нам необходимо создавать свою веселую
танцевальную музыку. Это единственный
нуть борьбы с проникновением к нам
скверной джазовой музыки. Свои фокстро­ты, @вои танго. Да, да, фокстроты, тан­го и другую танцевальную музыку.

Вальс тоже не родился у нас, но есть

me русский вальс, русская полька и

другие танцы. Ночему не быть pyceno­му, украинскому,  армянскому, азер­байджанскому и так далее  фокстроту,
танго, построенным Ha национальных
музыкальных мотивах? Я думаю, всем
ACHO, что веселая танцевальная музы­ка нисколько не противоречит принци­пам искусства социалистического реё­лизма. Пусть наша молодежь танцует
современные танцы, а не музейные па­де-катры или па-де-патинеры.

—_
	. Наш народ — народ-певец. Нам
нужна разная музыка, разные песни.
Нам нужны разные оркестры, от 0р­кестра народных инструментов до джаз­оркестра. Нам нужны песни о жизни, о
судьбах людей — наших,  советеких
людей и людей другого мира, наконец,
песни о любви. радости жизни, о пре­красном мире, где должен царить мир.

Больше музыки всякой, о жизнерадо­стной, веселой, больше песен хороших
и разных! Ведь «нам песня строить и
жить помогает...»

Сейчас, когда мы готовимся к Вее­мирному фестивалю молодежи и студен­тов, очень нужно подумать о нашем музы­вальном хозяйстве. Приедут молодые друзья
из разных стран, привезут свои песни,
свою музыку, ансамбли. оркестры, Зазву­Чат их танцевальная музыка, их песни,
зазвучат наши песни, наша музыка. На­ши, друзья увезут в себе на родину TO,
что услышат у нас, мы же сохраним то,
что они нам оставят как память о зару­бежной молодежи.

.

 
	И пусть наш корабль «Легкая музы­ка» идет, не кренясь на одну сторону —
сторону однообразия, скуки. Пусть звучит
все, что не противоречит нашему восприя­тию жизни, помогает укреплению нашей
идеологии — идеологии людей, строящих
	КОММУНИЗМ.
	на заветный этаж
‘забираюсь я
и стучу в эту дверь доверчиво.
	ДИСКУССИЯ
О РЕАЛИЗМЕ
	С 5 по 11 марта 1957 года в Москве
состоится организуемая Институтом миро­вой литературы имени А. М. Горького дис­куссия о реализме.

Основная цель готовящейся дискуссии,
как сообщили нашему корреспонденту в
Институте мировой литературы, найти
наиболее правильные, плодотворные пути
научного изучения теории и истории реа­лизма и социалистического реализма.
	Своим. острием дискуссия направляется
против недооценки и нигилистического от­ношения со стороны ряда представителей
буржуазного литературоведения и кри­тики к величайшей ценности классическо­го реалистического наследия и новаторской
роли социалистического реализма, Дискус­сия должна быть в особенности сосредото­чена на проблемах становления  социали­стического реализма как закономерного
этапа художественного развития человече­ства,
	За последние месяцы в Институте миро­вой литературы состоялись совещания, свя­занные с подготовкой дискуссии и обсужде­нием представленных материалов.
	Признано необходимым, чтобы ‘на  дДис­куссии были рассмотрены, в частности,
следующие вопросы: о закономерностях и
противоречиях поступательного развития
реализма; о национальном своеобразии реа­лизма в различных литературах; о реак­ционных теориях, направленных против реа­лизма, и в особенности против социалисти­ческого реализма; о реализме эпохи Про­свещения, чья роль в мировом художествен­ном развитии и классическом наследии вы­зывает споры; о соотношении реализма и
романтизма в западноевропейской литера­туре первой половины ХТХ века; о характе­ре западноевропейского реализма второй
половины и конца ХХ века; о соотношении
и борьбе реализма и модернизма; о совре­менной антиреалистической литературе; о
восприятии реализмом традиций нереали­стических литературных направлений; о по­нятиях «творческий метод» и «литературное
направление об особенностях формирова­ния реализма в литературах Востока ит. д.
	В дискуссии примут участие многие ли­тературоведы и критики Москвы, Ленингра­да, Киева, Минска, Тбилиси и‘ других горо­дов, а также искусствоведы, лингвисты, фи­лософы, востоковеды. Было бы весьма по­лезным, если бы в дискуссии, которая мо­жет приобрести существенное значение для
углубленного освещения актуальных про­блем социалистического реализма, для со­временной художественной практики, актив­но участвовали и писатели.

«Известия Академии наук СССР» вы­пустят специальный номер, посвященный
дискуссии о реализме,
	ЗКУРНАЛО

YW
	В новом, 1957 году
планируем впервые
эпубликовать знаме­нитую поэму нласси­ка узбенской питера­гуры Лутфи «Гуль
и Навруз», пронинк­нутую любовью н че­ловену, гуманисти­ческими идеалами.
Думаем танже дать
читателям лучшие
образцы лирики трех
поэтесс начала XIX
вена—Назиры, Увай­сы. и Махзуны.

В 1958 году будет
широко отмечено сто­Виктор ВИНОГРАДОВ
Е
			Я сижу и друзьям я завидую

ВНОВЬ:
люди смотрят на жизнь уверенно,
ибо эта семвя,
	ибо эта любовь.
‚всем, чем можно, уже проверена,
	Вдаль летящею думкою
у пехотных дорог,
санитарною сумкою,
оттянувшею бок.
	Ножевыми осколками
на искрошенном льду,
госпитальными койками,
где — недели в бреду...
	Грязью липкою, мартовской
на кочевьях глухих,
продовольственной карточкой,
что одна на двоих,
	торопливою ласкою

асстающихся рук...
вагонною тряскою

всех служебных разлук.
	Есть в Москве у меня дорогая
семья.
	Иногда,
промотавшись до вечера,
	+ +444++454$4454$+544094404440944444$$$44$%
	Aoporaa cemba
	Юсть в Москве у меня
дорогая семья.
тт
	Иногда,
	$+3+Ф93%$3$+$‹ 9%54:+954954543$++$49$9455$955$5099949449979$997%9%
	промотавшись до вечера,
ца заветный этаж

забираюсь я
ч стучу в эту дверь доверчиво.
	Лой старинный товарищ —
и красив и высок.
	— Как дела?

— Просто некуда деться...

— Заходи, заходи...

— Заверну на часок $

гозле вашего счастья погреться...
	5) хозяйки хватает хлопот и возни:

держат пальчики винт мясорубки.
Как и прежде. -
	не знают. покоя они,
	эти славные белые руки.

— Будешь ужинать с нами?

Отказаться нельзя:

здесь я пользуюсь шумным
успехом:
	СЫН ИН ДОЧЬ —
	мон маленькие друзья —
на колени мне лезут со смехом.
	$+$44-444444+5445%+%4+. 4$4+454544544554454444404
	TO ОЧЕНЬ — интересная
	—~ KHEPA——Ha редкость ин­тересная! Норберт — Кастере,

wo!
	Французский ученый, расска­[i¢
зывает о своей удивительной,

HH с чем ‘не. сравнимой дея­тельности — исследователя пещер.

Что это такое — исследование пещер?
Каких пещер? Зачем их исследовать? Тут
все для нас ново.

На границе Испании и Франции, в Пи­ренейских горах, существуют пещеры с
так называемыми открытыми входами.

Проникнув в такой вход, можно про­двигаться все дальше и дальше, вее боль­ше в глубь земли, встречая по пути залы,
коридоры, пропасти. Можно спускаться и
в пропасти, которые бывают иногда тита­нической глубины... Конечно, эти «можно»
превращаются в реальные достижения
только при наличии у дерзнувшего неза­Уурядных качеств — смелости, силы и лов­кости,

В пещерах — и это надо сразу отмз­тить! — мрак, абсолютный мрак. Иеследо­ватель берет с собой свечи, ацетиленовую
лампу... Но если перед ним вал таких
масштабов, что в нем, как опрелеляет
	‘автор, легко может поместиться собор Па­рижской богоматери, то много ли окажет
пользы свет, простирающийся всего на
несколько шагов? Там, ва колеблющимся
пятном света, все мрак и мрак, все про­странство и пространство, неизвестно куда
ведущее и неизвестно чем способное окон­ЧИТЬСЯ.

Чаню всего оно оканчивается щелью.
Именно так: потолок зала опускается все
ниже, исследователь идет уже согнувшись,
уже ползет, и вот в том месте, где потолок
почти смыкается с полом, он видит едва
заметную щель — низкую-визкую арку
высотой в свечу. Исследователь, однако,
не останавливается перед щелью е чув­ством, как это могло бы быть, удовлет­ворения: ну что ж, мол, на этот .раз уже
все исследовано... Нет, ему важнее всего
на евете уэнать, что там, за щелью. И он
лезет в щель.

Как же можно пролезть сквозь щель вы­сотой в свзчу? Оказывается, можно. Для
этого выработан ©10е0б, названный «пре­смыканием». Если попадаются щели, раз­меры которых настолько невелики, что и
в самом деле в таком пространетве нельзя
ползти обыкновенным ©1п0с0бом, то есть
при помощи рук, то следует научиться пе­редвигать тело посредством одних мускуль­ных движений, как это делает червь.
лучше всего, замечает автор, быть голым,
как червь. Одежда при передвижении в
щели имеет обыкновение собираться в
складки на груди, под шеей, и это может
привести к застреванию.  

Итак, исследователь ползет голым, сди­рая кожу, калеча тело о встречающиеся
острые камни (еще он ухитряется держать
yp nrre свечу или лампу!)  при­в руке свечу или  лампу:/), Hype
чем ползет, He зная, что по ту
сторону щели, — может быть, пропасть,
тожет быль. подземный поток, который
	рот-вот появится и в самой щели, зацепит
его и утопит. Ну что ж, скажет читатель,
почувствовав опасность, он может повер­нуть обратно... Опомнитесь, в щели повер­нуть нельзя! Можно только поползти но­тами назад, поползти, не поворачиваясь.
Рот в этом, как свидетельствует автор, и
заключается главная тружность, — в Уме­нии переключить мускулы на те сокраще­ния, которые необходимы для того, чтобы
тело передвигалось теперь уж ‘не вперел,
& назад. 0е0б0 важно не поддаться испу­ту... Вели это произойдет, человек теряет
власть над мускулами, секрет, так ска­зать. обратных сокращений oT Hero
ускользает, и он остается в щели навсег­да. Можем ли мы себе представить состоя­ние человека, ожидающего смерти вдвину­тым в щель, которая обступает его с плот­ностью футляра. во мраке (ведь  догорят
же и свеча и лампа!) и, что самое страш­ное, с сознанием того, что над тобой и под
тобой ` тысячелетние массивы — сама
плоть планеты?!

Но ничто не может остановить исследо­вателя! Он ползет до конца щели, и вот
он вознагражден: перед ним вал весь В
сказочном (как в пещере Али-Бабы из
«Тысячи и одной ночи») сиянии сталак­титов. Вот здесь земная лампа победонос­на! Она заставляет эти удивительные ока­менелости воды, впервые 38 все их неска­занно долгое, неведомое человеку сущест­вование под землей и во мраке, предстать
перед человеком именно В том виде, в Ко­тором они ему подчинены: в виле явления
	красоты,
Геть от чего почуветвовать себя возна­гражденным!
В ‘основном, разумеется, исследование

пещер (связь которых © наземной жизнью
гораздо более сильная, чем это можно пред­положить) ведется BO ИМЯ науки (оно само
уже составляет целую науку — спелео­corn), BO имя изучения природы и ce
покорения. Данные, получаемые там, B
недрах зомли, где текут подземные реки,
гле существуют озера и ледники, где 06-
наруживаются следы жизни первобытного
человека, являются драгоценными для мно­THX Hay: геологии, гидрологии, географии,
химии. археологии. Да и тот же Кастере
(ии исследовано 500 пещер!), хоть и
	р”
H. Kacrepe. «Десять лет под землей»,

Географгиз. 1956. 198 стр.
		ДЕСЯТЬ ЛЕТ
ПОЛ ЗЕМЛЕЙ
	утверждает он, что его деятельность была
одухотворёна, в основном, поэтическим
интересом, оказал немалую помощь науке.
Многие, например, неясные явления в про­текании Гаронны, мощной реки Франции,
были разгаданы благодаря его подземным
наблюдениям... Uro ж, тем замечательней
этот человек, объединивший в себе спортс­мена, поэта и ученого!

Мы не оптибемея, если скажем, что на­ши просто читательские знания о мире пе­щер, знания не специалистов, весьма
ограничены.

Й вот равеказ об этом мире! Да еще рас­сказ человека, который провел в нем в 0б­щей сложности десять лет, — можно ©ка­зать, почти жителя этого мира... Что же это
за мир? Если верить Вастере, он прекра­сен...

Исследователь встречается то с величе­ственным, то с поражающим красотой, то
с удивительным. Циклопические нагромож­дения каменных глыб, ярусы гигантских
воронок, бурно низвергающиеся водопады,
тё же сталактитовые залы... Вдруг перед
исследователем целое поле травы, самой
настоящей травы, только белого цвета —
травы-альбиносеа, каковой она стала, ра­стя без солнца; вдруг стена с россыпью
так называемого пещерного жемчуга, не
менев красивого, чем жемчуг подводный;
вдруг раздается голос флейты... Это фено­мен подземного эхо, превращающего в пре­лестную музыку простой звук падающей
на лед капли! Вдруг коридор, в котором
порывом ветра срывает шляпу (подумать
только. под землей ветер такой силы!);
вдруг человеческая речь. Да-да, кто-то го­ворит! Вто? Нет, это тоже чудеса 9X0, это
звук ручья... Тут исследователь думает:
так вот откуда вера римлян в предсказа­тельниц-сивилл! Ведь такой ручей мог
протекать и вблизи входа в пещеру...

Racrepe онисывает свои странствия про­ето с влюбленносетью в подземный мир.
Даже когда тот почти готов его уничто­жить (кстати, приключения, описанные
в книге, бесчисленны), и TO он He
проклинает его! Опасность позади, и
энтузиаст идет дальше... Опять кори­AODBI, Углы, повороты, опять рука с
	лампой просовывается в мрак. И вдруг...
	Что ato? O, aro oro? Что за линии
на стене? Исследователь останавливается
с бьъющимся сердцем. Они слишком осмыс­ленны, эти линии... 9т0... 0, неужели! Ис­следователь задыхается от восторга... Эти
линии начерчены’ человеком! Он вгляды­вается: да, да, это изображение льва! Лев,
пещерный лев! Ревущий пещерный лев!
	Исследователь впился взглядом в стену,
лампа продолжает равнодушно светить,
он схватывает ве, чтобы приблизить к
стене, и, схватывая, успевает осветить еще
некоторое пространство вбок от себя. Там
стоит изваяние! Ну. ясно же. что это не
	мертвый камень, он оживлен — он ста­туя... Увесистый круп, волна спины... Это
пещерный медведь, изваянный человеком!

Исследователю не с кем поделитьея на­хлынувшими мыслями, он один, и OH раз­говаривает с историей, с веками. Вы шу­мите теперь там, над землей, говорит он
этим необычайным своим собеседникам, но
начались вы здесь. среди жизни первобыт­ного человека — бедной, ужасной жизни,
но уже умевшей бороться и творить!

Именно Норберту КЖастере принадлежит
честь открытия в 1923 голу в пещере
Монтеспан, в области Верхней Гаронны,
лотоле неизвестных доисторических ри­сунков, гравировок и статуй -— открытия,
добавившего свету в изучении доистории
человечества...
	Ценность книги -— в познавательном
материале поистине небывалого интере­са... И, кроме того, книга доказывает нам,
что человеческой смелости, ловкости и на­стойчивости в достижении поставленной
цели нет предела.

Горячо рекомендуем прочесть ее, в
особенности молодым читателям. Она чем­TO похожа на так понравившееся молоде­жи «Путешествие на «Кон-Тики» — та же
красота и сила природы, та же красота и
сила человека.

Книге предпослано, среди других (пере­водных), также и предисловие доктора гео­графических наук Н. А. Гвоздецкого, в ко­тором приводятся сведения 0б изучении
«карстовых» явлений у нас (пещеры, гро­ТЫ, а Также связанные с их существова­нием некоторые необычные виды земной
поверхности называются карстовыми яв­дениями — по имени известнякового пла­то Карст в Югославии). В нашей стране
изучение карста, при наличия значитель­ных успехов в этой области, не ‹опровож­дается; однако, по словам Н. А. Гвоздец­Кого, исследованием непосредственно‘ пе­щер и пропастей... В связи с этим в пре­дисловии дается правильная. каь нам ка­жетея, оценка книги также и в том отно­шении. 9то книга эта может возбудить
интересе к исследованию пещер у наших
спортеменов — туристов и альпиниетов,
которые таким образом в дальнейшем. ока­RYT помошь ученым-специалистам.
	Ю. ОЛЕША
		 
	и помощники, и боцманы в различных ор­танизациях, ведающих курсом нашего му­зыкального корабля. Однообразие родило
скуку. А это причиняло серьезный вред
искусству легкой песни и музыки. }

_Я вепоминаю начало пути советской
песни. Первые песни эпохи гражданской
войны. Расцвет советской пеени, рожден­ный содружеством Дунаевского и Лебедева­Кумача, песнями Соловъева-Седого,  Блан­тера, Богословского, и, наконец, период,
когда Новиков, Туликов, Жарковекий, Та­бачников. Мокроусов. Фрадкин и другие
внесли, каждый по мере своих дарований,
вклад в развитие советской песни.
Ведь советская песня — новый жанр. Это
не’ романе, не городская песня дореволю­ционного периода. Это форма,. рожденная
революцией, отображающая ee поступа­SF
	$+444444445444$444$#44444444$4444$+44444409940544409944909949$+999494+494++5$44$+$44$4554$+$%0$%+53
	Наш журнал но­вый: свое существо­вание он начинает в
1957 году. Первый
номер ‘его выйдет в
феврале. «Подъем»
возник на почве,
подготовленной, 20-
летней работой аль­манаха «Литератур­ный Воронеж».

Зто и . хорошо и
плохо. Хорошо пото­му, что журнал стро­ится не на пустом
месте, а при нали­чии более или менее
‘нодготсвленных AK
	лавина, Ф. Волохова, Н. Горбунова, Н. НО­ноплина, О. Кретовой, Ф. Певнева, Н. Ро­дина, М; Сергеенко, А. Шубина и других.
Будут публиковаться танже переводы
произведений писателей Китая, Чехослэ­вакии, Германской Демократической Рес­публики. Обещали принять участие в
журнале Ф. Панферов, А. Твардовский,
Г. Марков, В. Овечкин, П. Сажин.
Значительное место в журнале зай­мут статьи, материалы, документы, по­священные 40-летию Советской власти.
Журнал будет публиковать интересные
материалы 0б историчесном прошлом
городов и сел наших областей. В портфе­ле penakun имеются новые материалы ©
Г. Плеханове, И. Тургеневе, Л. Толстом,
Г. Державине, И, Бунине, И, Вольнове и

пругих,
	В отделе критики и библиографии мы
напечатаем статьн А. Абрамова, Б, Удо­дова, 3. Анчиполовского, Г, Ностина по
вопросам типичности в. художественном
очерне, о произведениях молодых поэтов,
о партийности и народности  литера­туры, монографии о творчестве советских
писателей.
	В журнале будут отделы: «За рубежом»,
«Публицистика», «Науна и жизнь», «Ис­кусство», «Народное творчество» «Юмор
и сатира», «Письма читателей». «Хрони­ка: культурной жизни», «Шахматы».

В своей деятельности мы надеемся на
широкую поддержку читателей, писате­лей, общественных и политических деяте­лей не только Центральной черноземной
	‘области, но н всей Российской Федера­ции.
М. ПОДОБЕДОВ.
ВОРОНЕЖ
	 

“ тературных кадров я
запаса неопубликованных произведений,
унаследованных от альманаха. Плохо
то, что есть опасность унаследовать и
некоторые плохие традиции альманаха:
составление номеров из произведений,
поступающих самотеком, замннутость в
рамках своей области.

Редколлегия видит эти опасности и
недостатки и постарается миновать их.
К участию в журнале привлекаются ли­теёраторы, работники науки, иснусства и
общественных организаций все Цент­ральной черноземной полосы.

В текущем году мы предполагаем на­печатать в журнале сатиричесную по­весть Г. Троепольсного «Кандидат наук»,
роман молодого писателя Г. Ланкина «В
большюм доме», повесть В. Петрова «Пла­хинские дворики», роман Е. Горбова
«fom под ТОПОЛЯМИ», НОВУЮ номедию
К. Локоткова, рассказы и очерки м. Бу­летие со дня рождцще­ния нлассика узбекской литературы поз­та-демократа Фурната, Искренний певец
прубы народов, он впервые воспел про­грессивное значение присоединения
	Туркестана к России. Его поэма о Суво­рове, стихотворения о русской нульту­ре широко известны в народе. Редакция
	+4+4++44444+4444546+444$54444444+454$4440444009040%494 $4444944444444444444$44456094%094%99%-