ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У ТРУБЧЕВСКА? «Я не люблю мечтателей, — сказала мяе знакомая хевушка.— Это странные субъекты. Они часто только мешают леловым люхим, а пользы от них ва ва гром...» Девушка была молода я самоувереана. Я ве стал с ней спорить, но разговор о мечтателях напомнал мне недавние впечатления oT оной поезткй. Я приехал в торол Трубчевск по задапию газеты. Что есть. такой город, Трубчерек, наверно, че все читатели и помнят. Стоит он па высокам берегу Десны, межу Брянском и Повгорозом-Северским. Далекое прошлое Трубчоевека овеяно славой. Это один из древнейших городов Брянщины. События многих веков и особенно последние сорок лет истории наптего госуларства изменили судьбы. людей и судьбы многих городов. Но маленький уездный Трубчевек оказалея точно в. стороне от большой жизни. Железные дороги связалн ‚ гороха, автомобальные магистрали врезались в леса. и только Трубчевек. как и мчого лет назад, остался соединенным с остальным миром проселком, где пожаливой осень парствует непролазная грязь, & зимой лорогу переметают высокие сугробы. Два раза наш грузовик попалал в вязкую грязь, прихолалось вытаскивать его «нА плечах». Измотавитиевь в этой многочасовой муте, мы переехали, паконец, мост через Лесну и попали в небольшой городок. В сгустившихся сумерках мы двигались по улице C деревянными домами, между которыми кое-где попадались и 5зменные, «купеческие», особнячки. Утром я пошел смотреть город. Я пойнмал, что Трубчевск всего лишь районный центр, — а районному центру вроде много и Be полагается: — но ведь злеев есть и промышленность: завол по сушке овощей, пенъкозавол. хлебозавол и еще несколько прехприятий, —можно бы городу обресть несколько более пизилизаванный вил. Захолил я в лесотехнический техникум, где студентов и преполавателей насчитывается около тысячи. Мне рассказали, что HeнАЛежное электрическое освещение, гаснущее в самые неожиланные мгновевия, дают MOVED пазрознениые электрогенераторы, мелкие PagPOQHEHH DIG aBlCn bent Palipes, действующие как попало... Городские власти обращались в Брянск с просьбой дать горолу турбину, но безуспешно. Охноколейная железнолорожная ветка, по которой один раз в сутки идет поезл, закапчивается у станции Бородёнки, в 5 километрах or Трубчевека. Бородёнка отгорожена от торода излучиной Десны, и преодолеть это расстояние во время разливов и сололедицы весьма затруднительно. ВАЛСЯ „ЧАПАЕ нейптую. работу. Фур-ь манов готовился к своей J книге, как к решительному сражению. Иногда ночами, среди работы, сомнения одолевапи его: „ «Как буду строить «Чапаева»? кра 1. Если возьму Чапая, личность истори: чески существовавшую, начдива 25, если возъму даты, возьму горо-” да, селения — все это по-действительному, „в хронологической после: довательности, ‘имеет ли смысл тогда когонибудь окрещивать, к примеру, — Фрунзе, окрещивать псевдонимом? Кто не узнает? Да и всех других, может быть... Так ли? Но это уже будет не столько художественная вешь, повесть, сколько историческое (может быть и живое) повествование. 2. Ное-какие даты... взять, но. не вя-. зать себя этим в деталях. Даже и Чапая окрестить как-то по-иному, не Haдо действительно существовавших имен, — это развяжет руки, даст возможность разыграться фантазии», Исходя из конкретного материала, проверенного и проанализированного много раз, Фурманов все время идет к обобщению. Об этом процессе обобще-. ния он сам несколько раз пишет и в дневниках. и в специальных заметках: «Чапаев — лицо собирательное (почему и дано название очерку) и для onpeneneHHoro периода очень ’ характерное... И omar’ Эту же мысль подчеркивает Фурманов в специальной заметке «Mov объяснения». «Обрисованы исторические Ффигуры — Фрунзе, Чапаев. Совершенно неважно, что опущены здесь мысли и слова, действительно ими высказанные. И с другой стороны приведены слова и мысли, никогда ими неё высказывавшиеся в той форме, как это сделано здесь. Главное — чобы характерная личность, ‘основная = Bepность исторической личности была соблюдена, а детали значения совершенно не имеют. Одни слова’ были. сказаны, другие — могли быть вказаны. Не все ли равно? Только не должно быть ничего искажающего верность и Вод: линяость событий ий лиц»: Эта запись в известной мере является ключом к раскрытию замысла Фурманора, его творческого метода. Писатель-реалист, идущий. в изображении своих персонажей от жизни, от конкретного, в то же время умеет полняться до высокого обобщения, умеет произвести отбор, не находясь в плену y фактов и деталей, умеет показать Чапаевскую дивизию на фоне o6- цей жизни страны, на фоне общей борьбы — ‘показать ее место в этой борьбе. Несомненно, органически связано с прекрасной реалистической книгой Фурманова и не вошедшее в книгу эпическое посвяшение автора: «Мужикам Самарской губернии, уральским рабочим, красным ткачам Иваново`Вознесенска, киргизам и латышам, мадьярам и австрийцам — всем, кто составлял непобедимые полки Чапаевской дивизии, кто в сировые годы гражданской войны часто без хлеба, без сапог, без. рубах, без патронов, без снарядов, е одним штыком сумел пройти по Уральским степям д0 Каспийского моря, по самарским лугам на Колчака, на западе против польских панов, кто мужественно бился против белоказацкой орды, против полков офицерских, кто кровь свою пролил за великое дело, кто отдал жизнь свою’на алтарь борьбы, — всем вам, герои гражданской. войны, чапаевцы, я посвяшаю эту книгу». На снимке: В. И. Чапаев и Д. А. Фурма: нов в июне 1$19 года, райплан, райфо — начали поетупать предложения к перслективному плану развития Трубчевского района на 6-ю и 1-ю пятилетки. Среди К СОЗЛА ’К СЕМИДЕСЯТИЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ В.И ЧАПАЕВА Александюу ИСБАХ Книгу о Чапаеве Дмитрий Фурманов задумал еще в тоды гражданской войны, будучи на фронте. Именно здесь мечта о будущей большой книге начинала. принимать все более конкретный — характер. Об этом он поведал. потом в своем дневнике: = «Ехали из деревни. ‘Дорога лесом, дан пойду вперед; оставил свойх и-по-- шагал. Эх, хорошо как думать! ‘° Думал, думал о разном, и вдруг стала проясняться. у меня повёсть, о которой думал неоднократно и прежде, — мой «Чапаев». Намечались глава за. главой, сформировывались типы, вырисовывались картины и положения, труппировался материал. Одна глава располагалась за другою легко, с необходимостью. Я стал думать усиленно и, когда приехал в Москву, кинулся к собранному ранее материалу, в первую очередь к дневникам. Да, черт возьми! Это же богатейший материал! Только надо суметь его скомпановать, только... Это первая большая повесть». , Гражданская война окончилась. Номиссар дивизни Дмитрий Фурманов, боевой соратник Чапаева, вернулся к мирной жизни, Он перелистал страницы своих дневников, Ожили картины боевых дней, вспомнились друзья, боевые товарищи. Чапаев Мчался на своем коне впереди бойцов, и знаменитая бурка его развевалась по ветру... Нредставилось, как обнимал он комиссара при последнем прощании и” долго смотрел, как кружилась по дороге пыль вслед за машиной, увозящей Дмитрия. Весь путь Чапаева, вся жизнь этого человека ярко встали Heред Фурмановым. А рядом с образом Чапаева возникал образ Петьки Исаева, беззаветно преданного рядового бойца, прикрывающего ‘до последней минуты грудью своей раненого командира. Десятки Исаевых вставали со страниц дневника. Onn боролись за свою страну, за жизнь, за счастье, Об этом нельзя было не написать. Он уже видел в своем воображении будущую книгу о Чапаеве. И все-таки она нелегко давалась вму;эта книга. Долгими ночами сидел Дмитрий Фурманов над своими запи: сами.’ Будущая книга захватывает сками. Будущая книга захватывает. его. Он думает только о ней: _ «Ее надо сделать прекрасной. пусть год, пустьодва, но ее. надо». сделать прекрасной. ( Материала много, (На: ee i ie СТОЛЬКО “МНОГО. ЧТО жалко Лаже \ вбивать его в одну повесть. Вирочем, она обешает быть довольно объёмистой. предложения находят горячую поддержку у жителей Трубчевека еще и потому, что в них собраны ий мудрые соображения старожилов, и умы местных работников, 3аботящихся о раенвете евоего города. Сейчас в Трубчевске, каки веюду в нашей стране, готовятся к выборам B Meьтные Созеты. В маленьком городе всего четыре избирательных участка, п в горсовёт выбирают всего тралцать пять депуTaros. Но многое в осуществлении смелых нынешних планов города дбулет зависеть от воли, энертии и... мечтательности (aa простит мЕе это напоминание моя знакомая собеседнипа) людей, выдвинутых в местный Совет. У нас много таких маленьких городов, вак Трубчевек. У каждого из них свои радости, свои горести и своя широкая дорога, светлые перспективы. И побольше бы таких инициативных людей каждому торолу, какие есть в Трубчевеке! Не строить воздушные замки, во и не глядеть лишь себе пол нее. не бояться шагвуть тальше TOTO, чем живет горолов сегодня, } Внимательно относиться К ТОМУ. Чт09 прелдлагает нарол. всегла любящий слой краН и желающий ему расцвета. авторов таких предложений оказался и пенсионер Владимир Иванович Богханов. Влалимир Иванович — уроженец Трубчевска, коммунист, участник революции 1917 гола, один из организаторов первого Трубчевского Совета рабочих и солдатских депутатов. Сейчас он живат в Москве, во интересы его по-прежнему обращены к Трубчевску. . Мне удалось прочесть большую часть перениски Влалимира Ивановича © трубчевскими учреждениями: составленный им перспективный план развития района, объяснительную записку к плану и просто письма к разным лицам. Я читал pee oto лва вечера подрял. Это было на редкость увлекательное чтение. Предо мною все шире открывалось будущее Трубчевека. Городу He хватает электроэнергия. Богданов предлагает организовать торфоразработки на так называемом «Rowena болоте» недалеко от города. Затем хобиться обещанного Брянским облисполкомом турбогенератора и пустить его на торфе. Torла в Трубчерске булет электростанция. которая впелне обеспечит не только местную промытиленность, но и даст энергию многим Колхозам окрути;, Можно это осуществить? Конечно. Трубчевекая текстильная фабрика р&- потаэт на хлопке пз Узбекистана — почему же не создать пока на фабрике пеньковый и. льняной цехи, а потом и вовсе перевести ‘ее на местное сырье? Ведь ХХ съезд партий и хекабрьский Пленум ЦЕ ВКИСС выдвинули олно из коренных экономических требований — приближать промвниленность в источникам сырья. В районе уливительное разнообразие глин, мергелей, песков, п так их много, что хватило бы пля массового производства строительных Материалов — вирнича, це} мента, керамики, майолаки, облицовочных плиток, стекла и пр. Использование местных ресурсов, по мнению Богданова, целесообразно еще и потому, что в райене живет много умельщев строительного дела. Богданов предлагает строить кирпичный завод у леревни Цоповки. Вирпич, етроительные блоки, дорожный кланкер — все это крайве необходимо для нуждающегося в камне Трубчевека. Богданов считает целесообразным организовать также (y села Острая Лука) производство черепицы, интересен разработанный им проект художественного керамичесвого завода (возле села Тородцы). где он предусматривает курсы по полготовее мастеров. А предложенная им мебельная фабрика — здесь, вблизи брянских лесов. — разве это не нело? Олин вид производства вызывает в жизни другой. Доетаток строительных материалов даст возмажвость строить вовые предприятия. Текстильная фабрика окажет влияние на сельское хозяйство. Электростанция вольет энергию в промышленность района. И тогда, — RTO знает, — может быть, Министерство путей сообщения CCCP решится включить в свой план проведение железной дороги ло города Трубчевека... Нет сомнения. что если тавой план будет принят. население Трубчевека так же, кав при создании водопровола в городе, которое уже предпринято, сделает часть земляных работ в общественном ‘порядке. Предложения Богданова рождаются из знаний местной природы, народных традиций, из страстного гражданского отношения к жизни родного города, страны. Эти Телерь сижу и много, жадно работаю, Фигуры выплывают, композиция дается по частям: то картинка. выплывает в памяти, то отдельное удачное выра‚жение, то заметку вспомню газет‚ную. — TpHo6niato A ee: перебираю впамяти друзей и знакомых, облюбовываю и ставлю иных стержнями — типами; основной характер таким образом ясен, а ‘действие, работу, выявление я уже ему дал по обстановке и по, ходу повести. Думается, что в процессе творчества, многие положения родятся сами собою, без моего предварительного хотения и предвидения. Это при писании встречается очень часто. Работаю с увлечением... Увлечен, увлечен, как никогда!» Фурманов уже не раз перечел свой дневник. Ему кажутся недостаточными его записки участника и очевидца, он собирает решительно все’ материалы о дивизии. Он достает комплекты газет, архивные материалы, Он обращается с письмами к старым боевым соратникам. _ Один из старых соратников пишет ему: «Когда Чапаев приехал из Москвы, ‘он взял меня и Исаева, и мы поехали`в Александров Гай. А далыше ты ‘ведь все сам знаешь». Да, он все знает сам, но он’ве ловеряет себе, не доверяет свуим дневникам, он проверяет каждую деталь дополнительными, весьма обильными материалами. Его книга должна быть повестью не только о Чапаеве, но о гражданской войне, о том, как в же стоких боях с врагами крепла’ Советская республика. Поиски основного, стержневого, ключевого отличают Фурманова и на этом первом этапе ‘его творческой ` работы. Пожалуй, таким ключевым положением книги ‘явилась тема о роли пролетарского костяка в Чапаевской дивизии, о роли партии в воспитании, ди: визии и самого Чапаева. И здесь прежде всего помог Pypmanosy Владимир Ильич Ленин. ; «Воякий”, Таз; в течение двухлетнего существования Советской власти, — говорил\в 1919 году В. И. Ле HHH, — когда замечалась некоторая Heустойчивость срели крестьянской массы, которая не видела и че знает советской работы, ‘мы обращались” за помощью ‘к наиболее организованной части городского / пролетариаTa и получали от него поддержку самую героическую. Сегодня я видел товарищей аванововознесенских рабочих, которые сняли до половины всего числа ответственвых партийных работников для’ 01- правки на qppout, Mune рассказывал сегодня один из них, с. каким энтузиазмом 4X провожали AecATки тысяч беспартийных. ‘рабочих в как подошел к ним один старик, беспартийный, и сказал: «Не беспокойтесь, уезжайте, ваше место там, а мы здесь за вас справимся». Вот когда среди беспартийных рабочих возникает такое настроение, когда беспартийные массы, не разбирающиеся еще полностью’. в политических вопросах, видят, что мы лучших представителей пролетариата ‘и крестьянства отправ: ляем на фронт, где они берут на се: бя самые трудные, самые ответствен: ные и тяжелые обязанности, и гдё им придется в первых рядах понести больше всего жертв и тибнуть в от: чаянных боях, — число о наших сторонников среди неразвитых беспартий: ных рабочих и крестьян вырастает вдесятеро, и с войсками колебавшиямися, ослабевшими, усталыми ’происходят настоящие чудеса». Речь Ленина взволновала Фурманова. Впоследствии он рассказывал мне, что эта речь осветила ему всю даль‘мыслей с хлесткими статьями «Фигаро» или «Мессаджеро». Они хотят думать 06 общем, но их мысли неизменно возвоащаютея к разрозненным деталям. Беседуя с писателями Франции, Италии, других стран Запада, я чувствовал глубокую травму: их болезненно привлекали к себе та или иная ‘фальшивая книга. тот или иной дурной фильм десятилетней давности. Им и прежде не нравились этот роман или 9т0т фальм, но прежде неудачное художественное произведение их огорчало на час. и только. Теперь же они в свойх мыслях возвращаются к былым виечатлениям и, разлосалованные. пытаются сделать общие выводы. Вак все люди на свете, они неминуемо подвержены влиянию окружающего. Им трудно, отложив газстный лист, задуматься над ходом врёмени. Они забывают, что нужно отступить на несколько шагов от здания. чтдбы увидеть его пропорции. Они как бы неспособны, преодолев преходящие Haстроения, вдохнуть в себя воздух история. В 1956 году мы критиковали дурные RAHги или дурные фильны 1950 года: мы это делали для того, чтобы создать лучшие кноги и лучшие фильмы. Многие ивтеллигенты Запада, размышляя над нашей критикой и вспоминая, что такой-то ро: ман или такой-то фильм им не нравились и прежде, пытаются найти объяснение; почему ‘у вав могли появлятьея 100+ маны о «лакированной» жизни и парадные фильмы. похожие на Феерию. В поисках. причин, часто сами того ве созча: вая. интеллигенты, преданные делу со: циализма, порой повторяют доводы своих врагов. врагов социализма. Все наши успехи, каво и все наши неудачи, объясняются тем, что мы строим новый дом, а не довольствуемся ремонтом старого, пишем, а не перенисываем. Переставить мебель или переменить обой пё так уж еложно. Легко идти по давно проложенному пути. История потребовала от нае другого: мы первые вступили на новый. путь. Века, тысячелетья государствами управляли касты, сословия, классы, представаявшие небольшую привилогированную часть общества. В 1917 году впервые в истории человечества трудящиеся взяли на себя ответственность за свои судьбы. Если при этом вепомнить, что сорок лет полрял против Советского. боюза почти непрерывно serach войны, то настоящие. то «холодные», что против него применялось любое оружие — блокада й эмбарго, клевета и провокация, то станет ясным, в Каких труднейших условиях приходилось нашему народу строить государство и создавать культуру. Beem известно, что с необкатанным мотором На смотр обшественности В прошлом номере «Литературной газе ты» сообщалось о предстоящем открытии в Москве в середине февраля выставки произведений изобразительного искусства, выдвинутых на сонскание ‘Ленинских преmui. Наш корреспондент попросил’ ученого секретаря Комитета ‘по Ленинским премням B области литературы и искусства при Совете Министров СССР В. Кухарското рассказать об этой выставке. — Как известно, около месяца назад — заявил, ой, — в «Известиях» был опубликован полный список произведений литературы и ‘искусства, представленных на ‘рассмотрение нашего’ жомитета различными творческими союзами, министерствами, общественными организациями, ‘издательствами, отдельными деятелями литературы и искусства. В этом списке названо Двалцать восемь ‘мастеров и творческих кол» лективов — кандидатов на соискание премий по живописи, графике и скульптуре. Работы этих мастеров изобразительного искусства и будут представлены на выставке, которая откроется в ближайшие дни в залах Академии куложеств СССР. В «Литературной газете» были перечислены лишь работы, принадлежашие Государствённой Третьяковской галерёе. Кроме них, на выставке будут представхены и произвеления искусств, хранящиеся в других музеях и галереях страны. Посетитали выставки ознаKOMATCH с фаботами живописцев С. Гера-. симова, В. Костепкого, ПН. Крымова, А. Пластова, М. Сарьяна, М. Труфанова и С. Чуйкова. Сериями иллюстралий к фазличным книгам участвуют в выставке гра‘фики О. Верейский, Н. Кузьмин, А. Лапtes, В. Лебедев, Е. Рачев, В. Фаворский и Д. Шмаринов. Скульптура будет представлена произвелениями А. Ковалева, С. Коненкова, С.: Лебедевой, В. Лишева и Н. Томского. Как известно, установлено восемь Ленин-’ ских преяий за’ наиболее. выдающиеся произведения художественной литературы, музыки, изобразительного и театрального искусства, кинематографии, получившие широкое общественное признание. В настоящее время секция комитета. внимательно изучают представленные работы, чтобы отобрать лучшие из них для участия в заключительном ` туре конкурса. Список работ, отобранных и рекоменлованных секпиями для, обсуждения пленумом комитета, также будет опубликован в «Известиях». Организуемаянами выставка даст во3- можность советской общественности: озназ комиться с произведениями изобразительного искусства, рассматриваемыми комитеётом, предварительно обсудить и оненить их по достоинству. Пожелания общественности, а также записи в книге отзывов выставки будут внимательно изучены комитетом и, безусловно, помогут ему в работе. женикам далеких стран, она укрепила повсюлу передовые круги общества. Витай стал великой социалистической державой. Наролы Азни и Африки — и прежде всего я думаю о замечательном индийском народе — отвоевали национальную своболу и выходят на новые пути. Изменился облик Восточной Европы. Изменилось многое и в Западной Европе. Вели бы в 1918—1920 годах интервентам улалось залушить молодую Советскую республику. то не только ле было бы во Франции пли в Италии мощных рабочих партий, но и англяйские лейбористы или скандинавские еоциалдемократы не смогли бы осуществить даже скромные мероприятия, полымающие у190- вень жизни трулящихся. В голы второй мировой войны фашистская Германия завоевывала одну страну за другой. и если фа`шизм был разбит на Волге. то не потому, , что лома Сталинграда оказались непристуоней линии Маживо. а потому. что крепче оказались идеи; которые подлерживали COветеких бойцов. Притягательная сила социалистической идеологии пастолько очевилна. что рьяные защитники капитализма вынуждены .прибегать к камуфляжу: даже фашисты 60ощунственно повторяют слова о социализме, 0 роли трудящихся. Запалные деятели культуры в часы раздумий и сомнений должны взглянуть на мир в целом, на битву между прошлым и будущим. Их. как и советских деятелей культуры. прежде веего волнует в01р0с. о том духовном ботатетве. которое оставили нам прелшествующие века. которое мы стремимся пополвить вовыми ценностями й передать последующим поколениям. Для писателя. лля. ученого. ana хуложника судьба культуры ве зопрое его специальНости, а проблема. связанная с осознанием человеческой жизни как разумного и высокого пути. Именно поэтому я хочу сейЧас поговорить с моими запалными друзьями о значений советской культуры. о большом и действительно новом. что ею уже создано, и о том. что она должна еще еозлать,— о нашей ралости и о наших трудHOCTAS, Будучи писателем. я чаще всего булу затрагивать литературные явления. олнако это не статья о литературе. Еели бы я был физиком, скульптором, музыкантом. я, говоря о том же, приволил бы другие примеры: Запалные писатели указывают Teперь на желательность пиалога. В лружеской беседе каждый собеселник может затронуть любую тему. Как бы ни были остры актуальные политические вопраеы. мне кажется, что для их правильной. оценки может быть полезным и’ разговор на более широкую тему. Пол влиянием тех или иных событий некоторые западные писатели ‘теперь охвачены сомнением. Следует потгово+ «Есть ли у этого города, оудущее: * — думалось мне после первых часов знаБомства с Грубчевсвом. Приезжие обыкновенно видят БнНазан® только то. что «лежит сверху», поэтому я не отнесся с доверием к своим первым воечатлениям. Я пошел к местным людям — к дирекгору музея Василию Авлреевичу Падину, к преполавателю-лесоволу Василаю Григорьевичу Казанскому; к вразу Васвлию Васильевичу Горолецкому, в ответетвенному секретарю районной газеты Навлу Мазтыновичу Понякину. В узнал, 910, Бак в жизни всякого больного и малого города, у Трубчевска есть живое, полнокровное SyAy mee, пробивающее ПОСТЕИ — ИНОГаа сквозь прегралы бюрократизма... У моих собеседников сердце болело за горол, они рассказали мне о таких реальных планах, что я забыл свой. лосадные впечатления. Около года назал в различные учреждения Трубчевска — райисполком, горсовет, Г. ДРЮБИН ТРУБЧЕВСК МОСКВА - Необходимое объяснение далеко. Советекая культура не эфемерида, это исторически огромное явление. нельзя его отмести в приступе обиды ИЛИ досады. Памфлетом можно отвести душу, но памфлет, направленный против больной идеи, против творческого, порыва народа, неминуемо становится пасквилем. Можно отметить, что некоторые западные литераторы, ставящие теперь под сомнение Bee бесспорные успехи советской культуры, пять лез назад восхищались всем, что приходило из нашей стравы, включая слабые романы и дурные фильмы. Они напоминают подростков, разочаровавшихея в предмете своей’ любви. Советекая культура обогатила мир многими замечательными произведениями. Но, читая восторженную статью о лубочном романе, об огромпых полотнах посредетвенного художника или о фильме «Падение Берлина», я не раз нро себя удивлялся: KAR могуа люди, любящие и понимающие искусство, восхищаться подобными произведениями? Тенерь многие ‚из таких неуравновешенных энтузиастов вачёвают поговаривать о неполноценности советской литературы и советской Бультуры. . Социализм не религия, он основан Ha разуме и на вовести, на науке и на присущем. Человеку чувстве” ‘справедливости. Любовь к советекому обществу, к советской культуре He должна иметь начего общего ни с догматом непогрешамости пары, ни с букзой канона. Те деятели западной культуры, которые нами вчера восхищалиеь и которые сегодня, когда мы сказали, что исправляем pak прежних отнибок, усомнились в обоснованности свойх чувств, показали этим свою AVXOBную незрелость. Идея ве кокотливая девушка, которая удовлетворяется поклонниками на час, идел требует осознанной в ней приверженности. Мы ве собираемся отказаться от критики наших недостатков, наших ошибок 13-за того, что это может расстроить или даже’ перестроить некоторых западных писателей или ученых. Мы хотим любви He «слепой», a умной, той, которой заслуживают наш народ и наша культура. Между зарубежными деятелями: культуры, которые сейчас переживают из вестное смятение, имеются такие, в. стойвости и искренности которых я ни мивуты не сомневаюсь. Йх возмущаег антикоммунистическая кампания врагов прогресса и, что еще важнее, их смущает совпадение некоторых своих затаенных I Защитники буржуазного общест-* ра не впервые иснытывают парокеизм антисоветской и антикоммуниетической лихорадки. Я помню плакаты на стенах запалноевропейских городов TPHлцать лет назад: человек с вожом в зубах грозил культуре — так изображали УЧеников Павасва, читателей Горького, друзей Маяковского отцы и старшие братья наих сегодняшних обличителеи. Не впервые апологеты одряхлевшего 00- щества пытаются убедить если не APYPHS, ean к anaaep aM ето WY мечты cTaновятея реальностью. Нреувеличивая любые наши трудности, OHH твердят о «Ериисе коммунизма», даже о «крахе ROMNYИзма» ‚ вутствие исторической В их речах поражает полное OF neronuyeckoll перспективы. 05 огромных социальных сдвигах они рассуждают, как о привычных им министерских томбинаниях. Им невдомек, что коммунизм TopowAed не фантазией утопистов. не КОЗ нями конепираторов, а развитием индус. - рий, обострением классовых противоречий. прогрессом общества. Они не могут или ве хотят понять, что ва коммунизм неизбежво работают и змериканские монополии, и разбойные набеги держателей суэцких зкций, и любой владелец завода. Люди в старости страдают дальнозоркостью. Влас: сы, прахлея, становятся близорукими. Когда мы говорим об исправления допуменных в прошлом ошибок, наши западные нелоброжелатели начинают кричать “ee Oe ee Я о «банкротетве коммунизма». Казалось бы, влравый смысл должев Подочееесо во ое вестную осторожность. Они великоленно знают. что, несмотря ва отдельные ошибки. наша страна росла A крепла, крепла ве только мощь государства, HO и духовная сила каждого советского Человека. Они знают также, что лишь духовно СИЛЬНЫЙ м сплоченный народ может прямо говорить © допущенных ошибках, одни из которых он уже исправил, а другие исправляет. Иикогла руководители капиталистических тосударств не осмелятся рассказать вародам о своих ошибках, ведь эти ошибки неисправимы, ибо связаны с самой природой капиталистического строя. То, что вапитаизм еше существует, — вот в чем их суЩественнейшая отибка, й ве рано’ или поздно исправят, но не апологеты буржуазного распорядка. а народы. В очередном припадке антисоветской и антиконмунистической лихорадки УдивЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА р 9 февраля 1957 г, № 18 ехать трудно, тем наче He по гладкому miocce, a по свежепрорубленной просеке. Века, тысячелетия культура былё’ достоянием просвещенной верхушки народа. С первых лет революции перед ‘нами встала трудная и высокая задача: сделать культуру не только достоянием всего народа, но и творчеством всего народа. Если. мы поглядим теперь на Запад, ‘поглядим 6e3 разлражения и 03 впеви, мы увидим — все лучшее, что там существует, связано или с новыми силами, пытающимися вывести свои народы на иной путь, или с инерцией великого прошлого. Говоря о новых силах, я думаю о передовых кругах, которые видят вокруг себя луховный застой, лицемерие, тревогу. Говоря 00 инерции прошлого, я думаю 0 высокой технике, о мастерстве, о богатых культурных Фрадйциях: Открывать труднее, чем изобретать, а изобретать труднее. чем совершенствовать имеющиеся модели. Для человека сорок лет — большой срок. это почти вея жизнь. Для истории сорок пет — короткий отрезок времени. Вонечво, за сорок лет во Франции многое изменилось: автомобили заполнили улицы и дороги, выросли огромные заводы; двинулись вперед все отрасли науки. Но очень многое осталось прежним; Теперь. как и <орок лет назал, газеты обсуждают, за какую министерскую комбинацию булут голосовать радикал-социадиеты: падают или подымаютca акции Лионского кредита и Индовитайсвого банка; литераторы пишут романы о том, что опиум лучше будней, или о том, что слоны благородней людей. Конечно, во Франции и теперь работают многие превозхолные писатели, художники. но мало кто ИЗ НИХ смотрит вперед — нет ‚прорыва ‚В будущее. То. что я сказал о Франции, мож: но сказать йо других странах Запала. Про капиталистическое общество теперь никто не скажет — оно уже что-то сделало. говерят -—— оно еще держится. Когда защитники капитализма говорят о «крахе» социалистической идеологии, Это понятно: они хотят еще продержаться, мечтают 0б отерочке. Когла же сомвения охватывают людей, ‘которым капитализм ненавиетен, это’ свидетельствует об оном: «мыслящий тростник», если припомнить прекрасный образ Паскаля, слишком легко стибается пол ветрами. Можяо лать приезжему неверный ‘адрес. он зря потеряет день. можно разобрать пути и спустить nea откое поезл, погибнут сотви люлей, но нельзя повернуть назал историю. Календарь показывает, что за 1957. голом. наступит 1958-й, а не 1916-й. _ Сорок лет. переменили ‘облик не только нашей страны, но и всего мира. Жизненность Советского Союза придала силы труИлья ЭРЕНБУРГ ® <> ляет He запальчивость Политиков, He истеричность прессы, а растерянность иекоторых деятелей западной культуры, которых трудно причислить в поклонникам капитализма. Говоря это, я думаю не о тех западных интеллигевтах, которые в течение последних десяти лет пытались Занять нейтральвую позицию между капиталистическим обществом и социзлюстическим. Нейтралатет некоторых государств при расколе MHра на военные блоки может порой быть обоснованным. Но нет и никогда He 0520 нейтралитета умов, сердец, совести. Фразцузскнй поэт Weep Эммануэль чытался в свое время обосповать ПОЗИЦИЮ духовного нейтралитета. Теперь при очередной аятисоветской кампании ов выступает We TOAbко против Коммунизма, во и против нейтралитета, ов возмущается Французами, которым претит американский «образ жизни». В этом есть своя логика: Te 3aпадные интеллигенты, которые вчера выступали против коммунизма во имя духовного нейтралитета, сегодня выступают против духовного нейтралитета во имя уврепления калиталистического распорядка. Когла я говорю. что мена удивляет смяление некоторых кругов западной интеллигенций. я имею в вяду тех деятелей культуры, которые неоднократно заявляли, 9т0 они ae верят.в позицию. духовного нейтралитета и что «третья сила» — между миром капитализма и миром социализма—им кажется нереальной. Я менее всего еклонен упрекать деятелей культуры Запала, которые в состоянии аффекта го товы повернуться спиной не только к своим вчерантним друзьям, но и BRO BCeMY, чем они жили. Я хочу поговорить с ними 9 самом важном: о судьбе человека ио судьбе культуры. Истоки их душевной растерянности, по-моему, не в последних событиях, кав бы эти события вами по себе ни были серьезны. Еще прошлым летом, читая запалные журналы, беседуя с прёдставителями заналной интелаигенции, я чувствовал сомнения. растущее беспокойство. Виля. что мы осуждаем отдельные ошибки нашего прошлого, некоторые писа тели, ученые, художники начали ставить под сомнение все достижения советского общества и советской культуры. В наше сложное и нелегкое для понимания время нужно уметь глядеть широко и