. . п eee ee ОЙ   pnyo­В агрессивной и развязной речи на закрытом заседании Комиссии пб ин
зным делам сената США верховный командующий вооруженными cHaMy
генерал по высказал
оюз.

ро-атлантического блока (НАТО) американский
a tne eee an а нана   ов EA Советский
	Рисинок Бор. Ефимова
	 

Oe

за то. чтобы «напасть со всех четырех CTOPOH? HB
		Cmuxu Cm. H. Неймана  
	28 июня исполняется десять лет CG
дня смерти выдающегося чешского
поэта Станислава Костки Неймана,
основоположника социалистической
поэзии Чехословакии. Его многосто­роннее творчество —одна из значи­тельнейших страниц в истории новой
чехословацкой литературы. В этом §
году Государственное издательство
художественной литературы выпуска:
ет «Избранное» Ст. К. Неймана,
куда войдет его поэтическое и про­заическое наследие. Мы печатаем се­годня лирическое стихотворение поэта
из этого сборника.
	ИМПРОВИЗАЦИЯ
	Пахнут руки полынью. Под тенью
ракит
	я лежу. Где-то птица поет наро
мной.
Это птица поет или сердце звенит

мне с зарей}
Пробудилась земля, сон согнала,
как тень,
	обещала мне чудный день.
	Пахнут руки мои земляникоя
	лесной,

ее кровь у меня на руках, на
губах.

Я по вырубке шел, и дышал
	летний зной
	М ФРАНЦУЗОМ»
	дость, зачем и почему, в чьих интересах
и в какими перспективами? Разве не
ясно, что наши союзники-американцы,
видя, как мы барахтаемся в крови и нд­влекаем на себя позор, точь -в-точь как
в Индо-Китае, надеются, как и там, стать
нашими преемниками? Черт возьми! В са­мом деле, с меня довольно политики, вы­нуждающей моего племянника, отца ко­торого расстрелял Шпейдель, служить под
командованием того же Шпейделя! Мо­жете ли вы мне сказать, почему и в ЧЬих
интересах это делается? И какие имеются
в виду перспективы? Такзя антинацио­нальная политика не может долго про­должаться.

— Однако ‚ вернемся к вопросу 06
«Евратоме» и «общем европейском рын­ке», ваше мнение о которых поручила
мне выяснить «Литературная газета»...

— Я еще раз повторяю вам, что ниче­го в этом не понимаю. Впрочем, г-н Мол­ле слетел потому, что он вел политику,
предусматривавшую «Евратом», войну В
Алжире, блокирование заработной платы,
подготовку атомной войны и наше пол­чинение нью-йоркским банкирам и бонн­ским военным преступникам. Й я, и моя
жена, и мои соседи, и мой сослуживцы—
мы хотим другой политики! Вот и все,
	*

Дорогие друзья, вот все, что я мог вы­тянуть из господина «среднего францу­за». Я прелпочел бы сообщить вам, что
он, так же как вы и я, сознает опас­ность военной угрозы, ‘усилившейся из-за
«Евратома», и что он понимает, что «0б­щий рынок» — эта коалиция капитали­сетов против трудящихся клаесов в той
части Европы, которую они именуют всей
Европой, —— разорит ваше сельское хо­зяйство и принудит наше население сз­мым мучительным образом переселяться
с места на место. Но ведь вы не ждете
от меня казенного оптимизма, не прав­да ли’ Впрочем, когда француз рассуж­дает так, это уже не слишком плохо, по­верьте мне. Поклонитееь от меня всем
вашим друзьям, которые, как вы знаете,
	являются и нацгими друзьями.
ПАРИ июнь
	РАЗГОВОР СО «СРЕДИ
	Андрэ ВЮРМСЕР,
	французсний писатель
<
	Но когда во имя нашего будущего друзья
англосзксы разрушают ваше здоровье,
то их политика напоминает поведение
Грибуя 2, который в дождь бросается в
воду, чтобы не промокнуть.

Наш протест нарастал, как снежный
ком. Читали ли вы то, что говорили ора­торы — сторонники мира в прошлое вос­вресенье? Они сказали примерно то, что
я высказал сейчас. Ёстати, вы помните
другую лавину, ноябрьекую, после вен­герских событий? “Теперь у меня такое
впечатление, что нам не совсем точно их
представили. ‘Тотда возникал вопрос:
устоят ли перед натиском бури организа­ции, в которых участвуют коммунисты?
А какие вопли издавали каждые девять
из десяти газет, какие потрясения пере­живали Национальный комитет писате­лей и движение в защиту мира! И вот
ныне Национальный комитет писателей,
в руководство которого входят г.г. Сартр,
Руа, Гови, Мерль и прочие лица, отнюдь
не являющиеся коммунистами, внезапно
избрал на пост председателя г-на Арагона,
члена ПК Французской компартии. А
борцы за мир, как никогда более спаян­ные, заявляют хором: «Долой бомбы и
атомные испытания!» Разве это не уте­шительно?

—- Разумеется. Но вернемся к ратифи­кации соглашений о «Евратоме»...

— Да, ведь речь идет о «Евр», да еще
сверх того и об «общем рынке»... Дорогой
мой, я, как и девять французов из десяти,
не знаю, что собой представляют «общий
рынок» и «Евратом», но я хочу прекра­щения этой политики.

— Какой политики?

— Политики, которая именуется ев­ропейской для того, чтобы не слишком
бросался в глаза ее антифранцузский ха­рактер, политики, в результате которой
ведется война в Алжире, скажите на ми­2 Грибуй — персонаж французского фольк­лора, напоминающий Иванушку-дурачка. —
Прым. ред.
				Дорогие друзья!

Про мои статьи я могу сказать так, как
говорил о кораблях в своем стихотворе­нии «Приглашение к путешествию» Бод­лер: «Ради малейшей твоей прихоти они
приплывают с края земли...»

Вак только я получил вашу телеграм­му: «ДТитературная газета» просит напи­сать статью о возможной ратификации со­глашений о «Евратоме» и «общем рын­ке», а также о том, что думают по этому
поводу французы», — я бросился на ули­цу, горя нетерпеливым желанием рас­спросить моих соотечественников.

Я тотчас же встретил господина «сред­него француза», обладающего следующи­ми общеизвестными приметами: светлый
цвет кожи, овальное лицо, не очень вы­сокий лоб, небольшой рот и общий прият­ный облик. Я поклонился ему. Он покло­нился мне. Я спросил его от имени «Ли­тературной газеты», YO он думает о
«Евратоме» и «общем рынке». Он сделал
гримасу:

— Яв этом не очень разбираюсь. Ва­ши советские друзья ошибаются, если ду­мают, что моя жена, мои соседи, мои со­служивцы и я сам чрезмерно интересуем­ся этим европейским рынком и этой об­щей бомбой.

— Как, вы готовы допустить, чтобы
«Евратом», который для нашей страны...

— Погодите, <«Евратом», по-моему,
происходит от «Евр», что является Co­хращением слова «Европа», и этого мне
кажется вполне достаточно.

— То есть, как достаточно?

— Ну, конечно! Вогда эти люди гово­рят о Европе, они имеют в виду толь­ко маленькую ее частицу. «Евр» для их
Европы-— это больше, чем нужно. Что же
касается второй половины слова —
«атом», то это, несомненно, означает
атомный.

— В самом деле, точнее говоря,
«Евратом» это...

— Я не знаю толком, что это такое, ноу
меня есть два основания не хотеть этого!
«Атом» — это атомная война, а «Евр» —
Европа. Вы ожидаете, конечно, более об­стоятельного ‘ответа, но, извините, я
CIUDIROM мало осведомлен и не настолько
любопытен, чтобы рассуждать 06 этом
компетентно. Олнако суть дела не в том.
	Вот, например, «атом». Несколько ме­сяцев тому назад, когда шли разговоры о
ядерных испытаниях, я говорил своей
жене: «Все это пропаганда! Может быть,
русские боятся, может быть, американцы
не правы, не будем в это вмешиваться...
Я не занимаюсь политикой». И вдруг в
несколько недель все изменилось. Сна­чала эти немецкие ‘ученые, затем совет­ские предложения, потом американские
ученые...
	Раньше газета, которую я читаю, ни­когла не писала об атомных испытаниях,
но теперь она не может не касаться этой
темы. Раньше большинство газет молча­10 на сей счет, а теперь почти все они
шумят, задают вопросы, вздыхают... С
этой точки зрения неважно, что у нас
сейчас нет правительства. Когда оно У
нас было, все шло так, как будто его и
нет. Васалось ли дело ядерных испыта­ний или торговли с Китаем, все выска­зывались, и только французское прави­тельство хранило молчание. И, наконец,
нас охватило беспокойство — мою жену,
моих соседей, моих сослуживцев и меня
самого. Можно сколько’ утодно не зани­маться политикой, но всему есть предел,
даже глупости. Всюду, на службе, в ка­фе, на лестничной площадке, мы говорим:
«Нужно, чтобы это кончилось».

«Хочешь мира, готовься к войне». ITO
очень мило, хотя и несколько старомодно.
	1 порреспонденция написана в дни не­давнего  правительственного кризиса. —
Прим. ред.
		На все четыре стороны, или Норстэд в поход собрался...
	  HA IKPAHE—BEHA
	 
	 

ГАГИ ГИГ Е АИИ, РАЛЛИ ГААРА ИНГЕ ИИА ГИГА И

 
	Монумент, сооруженный в честь со­ветских воинов, погибших при осво»
бождении Вены от гитлеровцев... tHu­тели столицы Австрии возлагают вен­ки. Скорбное раздумье мужчин. Сле­зы на глазах женщин...
	Это один из сильных, значительных
эпизодов нового документального филь­ма «На улицах Вены». Его сопровож­дают слова дикторского текста: «Не
могу без волнения смотреть на эти
кадры...» Они звучат просто, искрен­не, непосредственно. Не равнодушный
наблюдатель вел съемку и не безли­кий комментатор выступает за кадром,
а взволнованность создателей фильма
	передается. зрителю, пробуждает в
нем целый мир мыслей и чувств...
	Фильмы, рассказывающие о зару­бежной жизни, заняли немаловажное
место в послевоенной кинопублицисти­ке. Большой интерес зрителя вызыва­ют документальные ленты о строитель­стве новой жизни в странах на­родной демократии, а также кино­очерки, снятые нашими операторами
зв странах капиталистического лагеря.
Только за последнее время миллионы
советских людей, благодаря искусет­ву кино, совершили путешествие во­круг Европы, по дорогам Франции,
ознакомились с городами Италии, ос­мотрели Лондон, побывали в Южной
Америке.
	В сожалению, во многих докумен­тальных кинокартинах о зарубежной
жизни нет ни глубокого проникнове­ния в суть изображаемых социальных
явлений, ни больших публицистических
обобщений. ЗМизнь на экране выгля­дит неправдоподобно красиво и благо­получно, в духе рекламных открыток.
Забвение социальных противоречий,
присущих странам так называемого
«свободного мира», ведет к лакировке
действительности, к искаженному изо­бражению жизни в капиталистических
странах.
	Вот почему особенно отрадно появ­ление фильма «На улицах Вены», со­зданного кинодокументалистом Ана­толием Нолошиным в содружестве
с писателем Ираклием Андрониковым,

выступающим в качестве автора и ис­полнителя дикторского текста,
	Этот фильм интересен уже самим
выбором объектов съемки в широком,
сложном потоке жизни австрийской
столицы, Он далек от тех кинопроиз­ведений, в которых банальность рас­сматривается как неуязвимая добро­детель, где облик городов отражается
на кинопленке по немудреному ре­цепту: Лондон — это туман и Вест­минстер, Мадрид — это бой быков и
звук кастаньет, Париж — это Нотр­Дам, Монмартр и уличные кафе.
	Фильм «На улицах Вены» сделан
вразрез с этими появившимися в по­следнее время дурными «традициями».
Вена предстает и в будничный день и в
часы праздника, нарядной и нищей, в
ритме труда и безмолвии безработи­цы, беззаботной и отягощенной дума­ми о завтрашнем дне. Мы видим ста­ринные архитектурные ансамбли и
ультрасовременную рекламу, особняки
богатых «деловых людей» и рабочие
окраины, угрюмые пикеты забастов­щиков и мощный торжественный ми­тинг по ‚поводу подписания Государ­ственного договора, согласно которому
Австрия стала суверенной и нейтраль­ной державой. Но дело не только в
отборе зрительного материала. Еще
сильнее сказывается позиция авторов
в его оценке, в комментариях. Пока
мы осматриваем вместе с кинообъекти­«На лицах Вены» — донументальный
фильм. Сценарий н съемки А. Колошина.
Текст И. Андронинова. Производство Цент­ральной студии документальных фильмов.
	 
		\
	BOM достопримечательности австрий­ской столицы, — средневековый город,
один из старейших университетов Ев­ропы, музеи и парки, театры, памят­ники гениальным согражданам вен­цев, — нас всюду сопровождает на­блюдательный, тонкий и умный рас­сказчик, собеседник, публицист, глу­боко проникающий в суть вещей, пре­восходно владеющий образным, мет­ким и точным словом. Ему свойствен­ны и подлинный пафос, и отточенная
ирония, и сочувственный юмор. Ето
не сковывают условности и штампы,
ставшие второй натурой ряда наших
документальных фильмов, и, в част­ности, рабская «привязанность» текста
к изображению, боязнь выйти за рам­ки кадра в рассказе. Наоборот, он
широко использует все средства,
чтобы раздвинуть эти рамки, напол­нить фильм проникновенным раздумь­ем, вывести его на простор широких
обобщений. Свободно ведет автор
повествование. Ногда на экране
все ясно без слов, он не суетится
перед зрителем, а прямо говорит: «Тут
объяснять нечего, надо смотреть», но,
если нужно, он не смущается повто­рами. Так через фильм проходит убе­дительный рефрен: «Вена — этс Ka­питалистический город».
	И всюду создателей фильма в пер­вую очередь интересуют люди, их
жизнь, традиции, быт, заботы, мечты
и надежды. Заходит речь о соборе
святого Стефана, и мы не только лю­буемся величественным сооружением,
но успеваем задуматься над тем, что,
призванный прежде внушать мысль о
ничтожестве всего земного и человеч­ного, в наши дни он вызывает вос­хищение гением человека-созидателя.
Живописны, конечно, остатки средне­векового города в центре Вены, но, по­падая на его узкие и глубокие, как ко­лодцы, улицы, мы не можем забыть,
что тут живут дети, которые никогда
не видят ни солнца, ни воздуха. На­циональной библиотеке отведено целое
крыло дворца, но — увы  — она вме­щает только сто читателей. Хороша
американская машина в витрине, но
	lg ея Зы до OO

стоимость ее. превышает. десятилетний { Г
заработок рабочего. Многие кадры и
	заработок рабочего. Многие кадры
фильма — руины, оставленные вой­ной, демонстрация инвалидов труда,
требующих сносных условий существо­вания, тяжелая жизнь безработных,
студентов — свидетельствуют о вни­мании и симпатии авторов к простым
людям Вены, их глубокой заинтересо­ванности в счастливом будущем авст­рийского народа.
	мне в лицо ароматом деревьев и
трав.
	Я упал на траву, поглотило меня
ликование дня.
	Пахнут руки сосной. Предо мной
	косогор.
Я бежал. Я хватался за те же

стволы,
что стояли и в прошлом году.
Прямо в бор
я за серной бегу, пью дыханье
смолы.
Как дикарь, опьяненный травой и
листвой,

прибежал я к деревне тропинкой
лесной.
	И еще на руках чудный запах
храню:

я под ябпоней встретил подругу
мою.
	Перевела М. ПАВЛОВА
	es eee
РИГИ АРАГИЕИЛ ЛАГИ ГЕРИГИИ ГИГИЕНЕ И, ГИГ, ИДЕЕ ТЕР АРИГЕЕРЕЕЕЕГЕРАЕЕЕЕРЕЕРРРЕ РЕГГИ ПАЛИХА ГАГИ ИЕ ИИГЕРИТИГУ Г,
	 

Что пока:

(Окончание. Начало

Будет хорошо представлена и 1
пит специально организованный  
камерный ансамбль в составе во‹
вал Алекс Мэррей, главный флей
ческого оркестра; ему было дово;
гих музыкантов, которые были бы
вы заплатить каждый по 25 фунт‹
щие в выступлениях вносят по 47

Мэррей подобрал группу первс
торые «проверяют» сейчас репер
программ на лондонских аудитор;
молодой музыкант, владеющий  
ми, в том числе русским. Он гов
не имеющий времени для полити!
для работы-в собственном проф.
помогать развитию добрых отнои

Мэррею приходилось встречать
ми Коганом и Ойстрахами (отцо)
стоящая из людей, уже много п!
ным странам, больше всего хоче

своими советскими коллегами.

Жизнь британской молодежи и
дут показаны на фестивале в дву
ве» и «Прощание на ярмарке», Г
шлом году славу Джону Осборну
ды. Сейчас, в 27 лет, он самый по
драматург; уже 18 лет от роду ©
пьесой.

«Оглянись во гневе» — драма
лий; в некоторых отношениях о
ей далеко, конечно, до его поэти
показана группа молодых англич
людей из различных слоев населе
жающей социальной среде, они
рования в моральных ценностях.

PP aemis ntual
	ИИ ИИ
	Что покажут англичане на фестивале
	АУУ У К

Затрудняюсь предсказать, как воспри­мут эту пьесу московский зритель и мо­лодежь, которая прибудет на фестиваль
из других стран. В Англии многие пред­ставители старшего поколения находят
	SLASLLAT ILIA LASS ADE,

 

ИИ ИЛИ ИИ
		ее аморальной, драматически незрелой.
Она была, однако, восторженно приня­та молодежью.
	Можно сказать,
сти Осборна, ка
	что в самой лично­ив его произве­сти соорна, как ив ег? промзве­дениях, проявляется нынешняя разоча­рованность английской Молодежи. Раз­говорившись со мной, он заметил, что
не совсем понимает, почему англий­ской/ молодежи нравится «Оглянись во
гневе». ГПьесу эту, сказал он, можно
считать либо социальной пьесой, либо
	довелось довольно близко знать». Или,
наконец она может нравиться «из-за
	ee комического эффекта». Он не скло­нен смотреть на эту пьесу, как «на обви­она лишь «показывает, до чего доводит общество отдельных
людей»; несмотря на то, что действующие лица так опусто­шены и поведение их так аморально, молодые зрители выра­Как написала автору одна дезунка:
‚ а олна такая», Джон Осборн соби­жают ему благодарность. пак написала я
«Мне было приятно, что не я одна такая»,
рается в дни фестиваля в Москву.
	«Прощание на ярмарке» — это новая, еще ни разу не bide
	визшаяся пьеса. В ней показана группа молодых солдат, па
которых смотрят в армии как на психически неуравновешен­ных. В течение дня, проведенного на ярмарке, они пытаются
«приспособиться» к религиозным, социальным и политическим
воззрениям общества эпохи водородной бомбы.
	Он сын
	Автору пьесы, Юэну Макколлу, сорок два года.
	шотландского сталёлитейщика. Его резко очерченное, но при­ятное лицо обрамлено рыжеватой бородой. Он человек
больших и разнообразных дарований. Бернард Шоу сказал ©д­нажды: «Не считая меня, это единственный гениальный писа­тель пишущий для английского театра».
	В тридцатых годах Макколл был молодежным организато­ром среди безработных. С тех пор_ он посвятил себя культи­вированию народной музыки среди рабочих; этой музыкой
он любит уснащать свои скетчи и пьесы. Десятки записанных

им на пластинки образцов народной музыки сделали его
имя популярным во всех странах английского языка и за их
	пределами,
				В бедных промышленных районах, а также во время гас­тролей в Европе он ставил насыщенные социальным содер­жанием пьесы, в том` числе и свои собственные, сам в них
участвуя и работая за плотника, электрика и переводчика.

Его театр Уоркшоп в Стрэтфорде, одном из беднейших
лондонских кварталов, показывает рабочим-зрителям,
вдали от залитого неоновым светом Вест-Энда, буквально все—
	начиная от Шекспира, Мольера и Аристофана и кончая «Бра­вым солдатом Швейком». *
	Между утренней и дневной репетициями в дешевом рабочем
	кафе Макколл говорил мне, что фестиваль принесет огромную
пользу благодаря тому, что ознакомит участников с народной
музыкой различных стран, «Мы сможем за несколько дней
собрать столько материала по народной музыке разных стран,
сколько при иных обстоятельствах пришлось бы собирать ме?
сяцы или даже годы.

Жаль, что США будут скупо представлены‘ своими испол­нителями народных песен. А между тем молодые амери­канцы принадлежат к числу лучших исполнителей народной
музыки, и каждому следовало бы услышать их. Однако они
не могут получить выездных виз, поскольку Даллесу не нра­вятся их политические взгляды».

«Оглянись во гневе» и собственная, впервые ставящаяся
пьеса Макколла, заметил он, едва ли настолько хороши, что­бы создать правильное представление о современной англий­ской сценической жизни, Не лучше обстоит дело и на Запа­де. Даже прогрессивные театральные деятели у нас «плохо
знают, чем живет» советский театр.
	На этом я заканчиваю свои краткие заметки об английских
участниках международного фестиваля, ведь впереди —
	От начала до конца фильм пронизан
идеей мирного сосуществования наро­дов. Авторы напоминают австрийскому
народу о бдительности, показывая тех,
кто, маршируя венскими улицами,
вновь мечтает о войне и реванше. И
вместе с тем каким спокойным предо­стережением этим «мечтателям» —
участникам новых военных организа­ций и союзов, звучит кадр сохранив­шейся на стенах Вены надписи: «Дом
	разминирован. Старший сержант Кар­пов».
	Фильм наполнен такими деталями,
интересными, острыми, поэтическими
и ироничными, они-то и придают осо­бую достоверность, жизненность, дей­ственность кинодокументу. В целом
же киноочерк — хороший пример то­го, как кинооператор должен вторгать­ся в жизнь — умело, ненавязчиво, при:
	мер плодотворного сотрудничества ли:
тературы и кино.
	С последними кадрами мы покидаем
Вену — начинается новый лень, и мы
	верим, что будущее, дальнейший путь
Австрии определят ее прогрессивные
	Л. БЕЛОКУРОВ
	пьесу, как «на обви­встречи в Москве.
общества в целом»; ЛОНЛПОН 98 июн;
	Объединение больших и малых рыб...
	< нение англииского оофщества в целом», ЛОНДОН, 26 июня, (По телеграфу) x
ЕАО И Е о Е Пр АИ
							Рисунок художника Цунь Суна
из китайского журнала «Шицзечжиши»
			своей жизни, обуреваемый все новыми
замыслами. Самые плодотворные, утрен:-
ние часы отдавались статье о Чехове,
писавшейся для «Нового мира». В ней
Томас Манн вновь подчеркнул свою ду­^овную связь С русскими реалистами
прошлого века.
	Ero прощальным даром читателям
явился роман «Признания авантюриста
Феликса Круля». Успех книги был бес­спорным, критика встретила ее востор­женно. Но Томаса Манна уже увлекали
новые планы: «Мне представляется что­то вроде небольшой галереи характеров
из эпохи Реформации...х

Образ Лютера занимал Томаса Манна
давно, и, как только были закончены
статьи о Клейсте и Чехове, писатель
возвращается к мысли написать истори­ческую драму «Свадьба Лютера». Жи­вой интерес Манна к деятелям столь
отдаленного прошлого объясняется —

как’это ни парадоксально звучит — его
	общественной активностью, пристальным
вниманием к событиям современности.
	«До конца жизни его занимала пробле­ма отношения писателя к актуальным
	событиям, к борьбе, — пишет Лион
Фейхтвангер в своем «Слове о Томасе
Манне». — Не раз он говорил мне о
	том, что собирается писать роман, ге­роем которого должен быть Эразм Рот­тердамский, этот величайший ученый
Реформации, который всю свою жизнь
избегал вступать в борьбу и сделать ре­шительныи выбор между папой и Люте­ром».
	В нашем представлении Томас Манн
остался писателем, преданным исключи­тельно эпическим жанрам. Между тем
	малоизвестный драматургический опыт
29-летнего Манна (пьеса «Фиоренца») не
прошел бесследно. Тяга к театру заста­вила 80-летнего мастера романа вернуть­1, revi бульвар, 30 (для телеграмм
Ка -03-48, отделы: литератур народов
	Оба писателя бы­ыыы Гри книги
о Томасе Манне
	Томас и Генрих Манн... Многие годы
в творчестве этих двух крупнейших пи­сателей искали лишь различия и проти:
воречия. Легенда о <междоусобице в до­ме Маннов» охотно поддерживалась
определенными кругами, далекими от
прогрессивных взглядов.
	Педавно немецкие литературоведы по­лучили ценный подарок: обнаружено 58
неизвестных прежде писем Томаса Ман­на, адресованных брату (1900—1927 гг.).
Вновь найденные документы позволили
Альфреду Канторовицу в книге «Генрих
и Томас Манн» опровергнуть давно сло­жившуюся оценку отношений между
обоими писателями. В литературной по­лемике между ними прав был старший
брат, и Томас Манн впоследствии это
признал. «Дни, оставшиеся позади, —
писал он в 1922 году, — были для нас
тяжелыми днями, но все прошло, и мы
пойдем дальше вместе...»
	Позже он высоко отзывался о крити­ческом гении Генриха Манна. С годами
он понял то, что его брат провозглашал
еще в молодости: отношения между
людьми проникнуты политикой, и ху­дожник не сможет правдиво показать
мир, исключив политику из своего твор­чества.
	Альфред Канторовиц. «Генрих и Томас
Манн». Ауфбау-ферлаг. Берлин. 1956.

Эрика Манн. «Последний год. Рассназ о
лсем отце». С. Фишер-ферлаг. Франкфурт­на-Майне. 1956.
Монина Манн. «Прошедшее и настоящее».
овала ва ааа Кинплер-ферлаг., Мюнхен,
		ся на склоне лет к мысли о драме. войны. Томас Манн хотел составить на­зелефоны: — секретариат — К 4-04-62,
информации — К 4-08-69. писем — Е
	Эрика Манн свидетельствует: «Он любил
театр всю жизнь и постоянно надеялся,
что однажды совладает с его требова­ниями... Среди своих кумиров Шоу он
считал особенно дорогим». Поглощен­ный замыслом пьесы, Томас Манн взял
в последнюю поездку по Германии и
Голландии несколько томов Шоу.
	От работы над «Свадьбой Лютера»
Томаса Манна смогло временно отвлечь
лишь приближение шиллеровских тор­жеств. «Слово о Шиллере» стало «ле­бединой песнью» ‘Томаса Манна. В
Штутгарте и Веймаре ее дважды услы­шала разделенная Германия, и те неза­бываемые майские дни явились не толь­ко литературным, но и политическим
событием в немецкой истории. С какой
искренностью радовался писатель, что
смог связать воедино обе части своей
родины именем Шиллера!

Позже, находясь в Ролландии, Томас
	`Манн закончил работу над предисловием
к составленной им антологии мировой

литературы «Лучшие рассказы мира».
Этому предисловию суждено было стать
его последней законченной публикацией,
	хотя до конца дней, пока рука держала\т
	перо, Томас Манн заполнял страницы
заметками к «Свадьбе Лютера».
	Особое место Эрика Манн отводит
рассказу о последнем неосуществленном
замысле писателя. Судьбы мира волно­вали его, и вот в раздумьях над пробле­мами` сосуществования народов у писа­теля созревает план написать манифест

в защиту мира и будущего человечест­ва.

По мысли Томаса Манна, группа из­вестных писателей, историков, филосо­фов разных стран должна была обра­титься с призывом к правительствам и
народам положить конец угрозе атомной
	Москва, „1итгазета). [елефоны:
СССР — Б 8-59-17. информация
	бросок, краткий и ясный, «с целью не
только предостеречь от катастрофиче­ской опасности каждого отдельного че­ловека и миллионы людей... но и побу­дить их высказать свою точку зрения,
побудить к действию...»
	Давая высокую оценку этому замыс­лу Томаса Манна, газета «Нейес Дейч­ланд» в свое время отмечала: «...совер­шенно очевидно, что величайший немец­кий писатель современности до конца

дней своих чувствовал высокую ответ­ственность» перед человечеством.
	Характерно, что политическая актив­ность писателя пришлась не по душе
некоторым зарубежным кругам. Так, в
журнале, издаваемом германистами Ви­сконсинского университета (США), по­явилась статья, в которой сделана по­пытка извратить и принизить смысл
публицистических выступлений Томаса
Манна в последние годы. В ней говорит­ся буквально следующее: «Его полити­ческий путь в последний период отмечен
подписями, заявлениями и опроверже­ниями, которые, так же как и встреча с
Иоганнесом Бехером, поставили его зна­антельнво ниже уровня его литературно­TO творчества».
	Реакционным кругам не нравилась и
патриотическая позиция писателя в гер­манском вопросе. Чувствуя‘ себя при­званным быть связующим звеном, То­мас Манн стремился способствовать
сближению Западной Германии и Гер­манской Демократической Республики.
	Главный редактор В. КОЧЕТОВ.
	Редакционная коллегия: М. АЛЕКСЕЕВ
	(зам. главного редактора),
	редактора), Б. ЛЕОНТЬЕВ,
В. ФРОЛОВ.
	Один из путей этого сближения он ви:
дел в создании произведений искусства
общими силами художников всей Гер:
мании. Незадолго до своей смерти он
писал во французском еженедельнике
«Экспресс», что в своей массе немцы из
ФРГ «не могут желать войны», но «на
первый план снова выдвинулись те лю­ди и объединения, которые были спра:
ведливо «<ликвипцированы» при ENV:
	вии гитлеровского режима».

На нескольких страницах книги Эри:
ки Манн запечатлен внутренний облик
писателя. Присущая ему скромность яр:
	во проявилась в день его восьмидесяти:
летия. Юбилейные статьи в‘газетах ма.
	ло интересовали его. ион лишь мельком
	«Хвала, — говорил
Удивительно оттал:
	просматривал их,
Томас Манн. — это
	ПГТ ЕТ ИТ тн друг другу бли:

же, чем казалось
иным — исследовате­лям. Это убедитель­aHH е но доказывают впер­вые публикуемые

письма. При последнем посещении Вей­мара в мае 1955 года Томас Манн, уви­дев свои книги рядом с книгами Генри­ха Манна, воскликнул: «Вот это прекрас­но, вот это правильно! Наконец-то при­знано? мы слиты вместе!»
	Если наши представления о важном
периоде духовного роста Томаса Ман­на дополняет и обогашает публикация
его писем к брату, то о последнем
годе жизни 80-летнего писателя расска­зывает небольшая по объему книжка,
выпущенная почти одновременно двумя
немецкими издательствами — на востоке
и западе Германии. Автор этих волную­щих воспоминаний — Эрика Манн, дочь
писателя, та самая немецкая журналист­ка, которая в 1933 году, вскоре после за­хвата власти гитлеровцами, тайно воз­вращается из Швейцарии, куда эмигри­ровал ее отец, с опасностью для себя
проникает в родительский дом и спасает
	часть рукописей великого писателя. Она
была сотрудницей и постоянной спутни­цей Томаса Манна в последний период
его жизни.
	Книга <Последнии год», не претендуя
на литературоведческое значение, яв­ляется репортажем добросовестного сви­детеля, исполненным такта и передаю­щим четкий ритм напряженных будней
Томаса Манна.
	Несомненно, самое интересное в такой
книге — это драгоценные подробности
и детали, позволяющие увидеть творче­скую лабораторию писателя. Томас Манн
	  вдохновенно работал в последний год
	Адрес редакции и издательства: Москва
	нинвающее блюдо; оно хоть и вкусно, но
мгновенно приедается» .
	В книге воспоминаний другой дочери
писателя — Моники  Mauay — eMrnine7
		ЕЕ РИА РНЕ

интимный характер, мы также находим
ряд ценных наблюдений. Моника Манн
	оговаривает, что она не ставила себё пе.
	ти показать тво
но ей удалось во
	го труда.
	рческий труд писателя,
ссоздать атмосферу эт0-
		«Никто из нас не знает, как, в каком
SBAHHH AWnenrrausan де:

 
	перед потомками
	— Говорил 10-
	ДУХОВНО МОлЛО
	и планов, он
	устоит перед временем», —
мас Манн. Уйдя из жизни
дым, полным творческих си
таким и останется в памят
	1. КАРЕЛИН, В. КОСОЛА
Г. МАРКОВ В. ОВЕЧК
	амяти читателей,
Е САШЕНКОВ
	Б. ГАЛИН, Г. ГУЛИА, В. ПРУЗИН
	КУЧОЛАПОВ (зам. главного
В. ОВЕЧКИН, С СМИРНОВ
	— 5 1-11-69, внутренней
	a OS
B 03095.

OMMyTaTOp — K 5-00-00, __   
	«Литературная газета» выходит три раза
в неделю: во вторник, четверг и суб .
	name RYE Oe SHTepaTyph H искусства
писем — Б 1-15-23, издательство — К 4-11-68. К
Е FI CT BO
	жизни — К 4-06-05, международной жизни -—— К 4-03-48, отделы:
	Типография «Литературной газеты». Москва И-51, Цветной бульвар, 30.