ИРИРРАХИГРРЕГРЕРЕЕ РГ. ИГРЕ ГГ! 1919111011911 EF TE TTT РР ЕЕ У Ь Е РРР ЕР Е ЧИТАЯ ГИГИЕРИРИРАРИРЕРРРИРЕРЕГУРРРИ ТУТ были едиными, дополняли одна другую, предложение стало считаться коллективным. А далыше уже идет точная, фактическая история, Программа [ фестиваля с его культурными и спортивными выступлениями, с конференциями, с выставкой об условиях жизни молодежи в 70 странах была подготовлена на заседании ‘исполкома Всемирной федерации демократической молодежи в Москве. Великой заслугой советского композитора Анатолия Новикова было то, что он вплел в венок фестиваля песню-душу. При открытин фестиваля эту песню пели на огромном поле стадиона все иностранные гости, трудно сказать, на скольких языках. А теперь это гимн демократической молодежи всего мира. Великая честь быть в рядах многотысячного ансамбля, который будет петь этот гимн на стадионе в Лужниках! Тысячи молодых людей в Чехословакии много сделали для того, чтобы заслужить эту честь. Во всех организациях Чехословацкого союза молодежи идет соревнование в честь VI фестиваля. Всюду молодежь организовала ударные бригады имени УГ фестиваля. Во многих чехословацких деревнях возникли сады имени УГ фестиваля—высаживают их пионеры. По их инициативе Прага получила новый парк, который сейчас уже весело зеленеет. Заканчивается молодежный конкурс, в котором приняли участие 150 тысяч человек—в коллективах и ансамблях—и 60 тысяч молодых поэтов, певцов. музыкантов, чтецов, художников. Лучшие из лучших увидят Москву! Прага — тысячелетний город, где родилась молодая традиция праздника юных, — обнимает Москву и передает ей огонь эстафеты, которую десять лет назад молодежь принесла в Прагу из Орадура, Лидице и Сталинграда. Ныне Москва станет очагом, откуда пламя этого священного огня молодежь унесет в своих сердцах во все уголки нашей планеты. Животворное дерево дружбы, посаженное в Праге, выпестованное в .Будапеште, в Берлине, в Бухаресте и Варшаве, дерево, корни которого еще больше разрастутся в Москве, на советской земле, под советским солнцем, раскинет свою могучую крону над всеми на2°2“ . Иржи ПЛАХЕТКА, чехословацкий журналист ПРАГА На снимке: плакат, выпущенный Чехословацким союзом молоденжи к У! Всемирному фестивалю молодежи и студентов в Моснве, ‘стоны. Секретариат — К 4-04-62, информации — К 4-08-69. писем — Е дые люди. Рубашки их были расстегнуты, рукава засучены, на плечах они несли мотыги и лопаты. Они садились на грузовики и с песнями разъезжались в разные стороны. Англичане, поляки и австрийцы строили дома в селе Новые Лидице; французы, финны, венгры убирали на полях урожай, рано созревший в том году; алжирцы помогали чинить поле аэродрома, разбитое во время войны. Представители десяти национальностей обновляли самый западный чешский город Хеб, итальянцы и австрийцы строили дома для горняков на чешском севере. Сегодня, когда из Страшниц — это район Праги — выезжает первый утренний трамвай, среди его пассажиров есть и рабочие, живущие в домах, фундаменты которых заложила тогда молодежь фестиваля. Не было, верно, делегата, который не положил бы тут хотя бы пару кирпичей. В строительстве принимала участие и советская молодежь, особенно члены ансамбля молодых челябинских рабочих. Их Прага принимала особенно горячо — ведь это в Челябинске был построен танк, сегодня утопающий в цветах, навсегда установленный на гранитном постаменте под Петршином, первый из танков Советской Армии, спешивших к Праге в дни мая 1945 года. На первых стройках социализма, на стенах из кирпича и бетона молодежь писала лозунг: «Молодость и силу— делу мира!» С этим лозунгом на знаменах собирается молодежь на нынешний УТ фестиваль в Москве. Идея международной встречи прогрессивной молодежи была, по всей вероятности, при самом своем рождении настолько простой и всем понятной, что стала анонимной. Я рылся в старых архивах, в брошюрах и KHHPaX, ища, кому, собственно говоря, первому пришла в голову эта идея, но ничего не мог найти. Поскольку это не ясно из какой-либо бумаги, — а мне думается, что бумаги не должны были вмешиваться в такое дело,— остается только легенда, и она много милей нам, чем сухие факты. А легенда говорит, что эту идею однажды высказал на одном из заседаний Всемирной федерации демократической молодежи китайский делегат. Но ему не дали закончить мысль, он еше только намекнул на то, о чем думал, а уже все согласились и, перебивая друг друга, стали рассказывать, как им представляется фестиваль. А поскольку мысли eee LL ИОАННА B ЧЕШСКОМ НАРОДЕ живет легенда о праматери Праги — княгине Либуше, которая утопила во Влтаве золотую колыбель своего первенца. Она, гласит легенда, CKAOHHлась над водой и сказала: «Глубоко на дне покойся, колыбель моего сына, пока время не позовет тебя снова». . Пражане вспоминали эту легенду десять лет назад, когда Прага стала колыбелью всемирных фестивалей молодежи. Прага открыла тогда настежь ворота своих средневековых укреплений и башен, гостеприимно протянула молодежи свои улицы, распростерла площади, отдала ей набережные и зеленые сады над ними. Сюда съехалось семнаднать тысяч молодых людей из 71 страны да сто тысяч молодых чехословаков. Фестиваль гремел, пел, танцевал в сердце страны 30 дней и ночей. Участникам того славного праздника юности ныне прибавилось по десятку лет. Зденек Прашил, тогда семнадцатилетний юнец, собирал на пражских улицах автографы у гостей. За эти десять лет он стал ученым. Он поедет на фестиваль в Москву как делегат от Чехословацкого института ядерной фи° зики, будет выступать на семинаре молодых ученых, говорить о мирном использовании атомной энергии. Он надеется побывать в институте в Дубнах н записать свое имя в его памятную книгу. Мы говорили с ним и с его учителем — человеком, уже немолодым, сдержанно выражаюьше мевластным ‚ парков, а тысячи Гужниках, девушек ‚большой обираетуже начи сту. С того чых. Что ce! ‚азвернусмотрах 2 десяти ч тысяч мастерМосковч пляски ‚м пляски стр учаучилища, ный opт ношей и сегодня нные из щим свои чувства, но и у него при воспоминании о фестивале загорелись глаза, как и у его ученика. И так с каждым, кто помнит дни фестиваля в Праге. Разговор этот проникает куда-то в самый затаенный уголок сердца, где до. сих пор горит веселый огонек, зажженный в дни фестиваля. Все, в том числе и люди с сединой на висках, вспоминают фестиваль с нежным чувством, как дни своей молодости. Всех волнуют воспоминания о минутах пережитого подъема, электризующей атмосферы братания, о смеющихся людях < пяти континентов, воспоминания о тысячах примеров дружбы, которой молодежь скрепляла клятву никогда не допустить только что ушедших в прошлое несчастий и бед. Недавно я вернулся из долгого путешествия по странам Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока. В Индонезии я встречался с теми, кто десять nen о а Rn wn learn ба валя словом _ «‹мердека» — свобода. Они описали мне красоту Праги в образах таких непосредственных и живых, тропически-цветистых, как это не сделал до сих пор ни один из молодых наших поэтов. Для них город I фестиваля стал предмётом горячей любви, важным рубежом ‘жизни. Они гордо называют себя младшими братьями Фучика. Мы вспоминали, что как раз в дни фестиваля 1947 года в Прагу пришло сообщение, что отряды голландской колониальной армии выступили с оружием против индонезийского народа, против его права на свободу и независимость. На улицах Праги молодежь мира бурно протестовала против этого. У лагерного огня перед спортивным залом на Виноградах, где выступали ансамбли разных делегаций, каждый вечер индонезийский студент до хрипоты пел песни своего наро‘да, а светловолосый голландец аккомпанировал ему на гитаре. Часы, когда решаются судьбы народа, обладают огромной силой. Тихого индонезийского студента они превратили в пламенного агитатора. Нежную песню о белом цветке джупун, которым девушки с острова Бали украшают свои волосы, они превратили в пламенную манифестанию борьбы за свободу. Этот парень был тогда единственным индонезийцем в Праге. Он стал трубадуром своего народа. Остальная часть делегации выехала из Индонезии перед началсм боев и в дни фестиваля через засеки препятствий пробивалась к Праге. А таких препятствий, которыми хотели преградить путь К взаимопониманию, было бесчисленное множество. Под знаменем крестового похода против фестиваля объединились все силы реакции. Железный занавес, опущенный на Западе, преодолевали тысячи делегатов. КТО ДЛЯ США ЯВЛЯЕТСЯ НЕЖЕЛАТЕЛЬНЫМ ГОСТЕМ СТЕЙНБЕК О ЖЕЛЕЗНОМ ЗАНАВЕСЕ ГОСДЕПАРТАМЕНТ/ Политика Государственного департамента, закрывающего доступ в США передовым деятелям культуры других стран, вызывает тревогу и возмущение среди американской интеллигенции. С горькой иронией говорит об этой тупой политике писатель Джон Стейнбек на страницах журнала «Сатердей ревю» в статее под заголовком «Игра в гостеприижство». Джон Стейнбек пишет: «Осенью я собираюсь поехать в Токио н конгресс писателей, организуемый между народным Пенклубом. Я не имею никаког понятия о конгрессах и никогда не был. Японии, и вся затея немного пугает, Но и разговоров с некоторыми старыми члена ми Пенклуба я узнал, что конгресс подоб ного рода впервые проводится на Дальнел Востоке. Я спросил, давно ли такой кон гресс проводился в США. «Что вы! — ответили мне. — Этого никогда He бы ло, да и не могло быть». «Почему?» — спросил я.—«Потому, что мы не смогли бь добиться разрешения на въезд в США дл; ИГТ ГИГ ГГТУ ЕСТИГИИТГГИЕГ Г ПИ ИЕР ИИ ГРИГОР ЕРЕРИ И ЕРЕЕЕЕРИРЕИРГГЕ РР Г РРР РРР РИВЕР многих первоклассных писателей». Это очень странно, но это факт. Для того, чтобы приехать в нашу стра ну в качестве гостя, требуется виза, Перед выдачей визы задаются неко. торые вопросы. Для получения отказа не надо быть виновным в преступлении или злодеяним — достаточно быть просто человеком, о котором много говорят. В связи с этим весьма странным фактом я подумал о тех исторических» личностях, которые не смогли бы посетить Соединенные Штаты при наших нынешних порядках. Они не смогли бы получить визу, чтобы посетить эту страну свободы. Я начал составлять список, Читателю сразу придут в голову и другие имена. Я перечислил имена и обвинения, которые были бы выдвинуты против них, чтобы отказать им в разрешении посетить Соединенные Штаты, ° Свой юмористический перечень Стейнбек начинает с... Адама, виновного в «аморальном поведении». В списке более пятидесяти имен. Среди них— библейские цари Давид и Соломон, поэты Гомер и Сафо, философы Сократ и Платон, даже святой апостол Петр. За ними следуют Леонардо да Винчи, Боккаччо, Петрарка, — и они не отвечают требовзниям госдепартамента. Микельанджело, Данте, Джордано Бруно, Вольтер — все были бы, по словам Стейнбека, обвинены в «подрывной деятельности», а Жанна д’Арк и Мартин Лютер — в «подстрекательстве к мятежу». Стейнбек называет и ряд американцев, которые не были бы допущены в США, если бы родились в другой стране. Это Джордж Вашингтон, Джефферсон и все, кто подписал Декларацию независимости США, ибо они, говорит Стейнбек, несомненно, повинны в организации восстания и проповеди насильственной революции. «Это не шутка, — продолжает Стейнбек. — Эти люди не смогли бы попасть в Соединенные Штаты при существующих у нас законах. Пожалуй, лицом, имеющим наименьший шанс получить визу, — наименьший среди всех, — оказался бы Иисус Христос. Обвинениями против ‚него были бы: подстрекательство к мятежу, провоцирование волнений среди населения, нарушение порядка, побег из тюрьмы при содействии толпы... Занимательная и пугающая игра! При наших теперешних законах огромному большинству выдающихся людей всех столетий было бы отказано в гостеприимстве или разрешении на въезд в нашу страну. Я приглашаю моих читателей составить такие же списки. И есть еще одна игра, в котору® также можно сыграть: кому обеспечен радушный прием в нашей стране? Мне не хочется углубляться в этот вопрос. Я не знаю, входит ли в наше намерение оказывать гостеприимство в нашей стране только второсортным людям, но, несомненно, именно к этому приводят наши законы. В результате Соединенные Штаты являются одной из немногих стран в мире, где великие, просвещенные, достойные уважения и деятельные люди — нежелательные гости», ЕГОР Е РЯ Из воспоминаний о Бернарде Шоу БЩОИ ЖИЗНИ. 4 Шоу был невысокого мнения . об английском парламенте. Он называл его «говорильней». Когда кончилась война и было из`‘брано лейбористское правительство, я редактировал «Форуорд». Лейборист— член парламента от Южного Эйршайра (где я проживал) внезапно умер, и местные шахтеры попросили меня выдвинуть мою кандидатуру. Я написал 0б этом Шоу, рассчитывая, что он пришлет мне рекомендацию. Но в ответ пришла одна из обычных его открыток: «Худшие новости на этой неделе. Еще один первоклассный журналист будет завлечен в говорильню и утерян для печати. Молюсь каждодневно о вашем поражении». Я послал ему позднее текст своей предвыборной речи, и он смягчился. Он прислал мне обширную рекомендацию, которая заканчивалась так: «Вам будет о чем поразмыслить, когда вы смените ваше редакционное кресло на Лондон, на тот Лондон, где люди, имеющие квалификацию, трудятся ежедневно на своих хозяев до полчетвертого с тем, чтобы получить грош из чудовищных доходов хозяина, и где они настолько политически наивны, что голосуют за паразитов, которые живут на доходы от «собственности» вместо того, чтобы работать, и против нас, которые передали бы лондонские дома в собственность государства и’ заменили бы нынешние чудовишно вэдутые квартирные цены нормальной платой за жилье.» Я отправился к Шоу через несколько месяцев после моего избрания в парламент. После того как у него умерла жена, жить в Лондоне ему не хотелось, и он удалился в свой загородный дом в Айот Сент Лоуренс в Хертфордшайре. Он не порвал ни в какой степени связей с внешним миром, продолжал . относиться с большим интересом к политике и к международным событиям, встречался с людьми, которые проделали трудный путь, чтобы добраться до его деревушки. У него за обедом обычно можно было увидеть театрального постановщика ‘или кинорежиссера, интересовавшихся его пьесами, широко известную кинозвезду, журналиста, зарубежного гостя. Он был очень предупредителен по отношению к своим гостям и посылал каждому, кого он ожидал, подробные путевые указания, отпечатанные на листках зеленой бумаги. Дом его не был обширен. Он предназначался, собственно, для жилья священника; великий драматург переименовал его в «уголок Шоу». Я нашел, что он выглядит хрупким и похудевшим, менее энергичным, чем раньше; у него было просветленное лицо, говорил он с тем же мягким, мелодичным ирландским акцентом. Ему было за девяносто. Когда я задал ему вопрос о здоровье, он ответил; «Ну, что ж, служу любопытным зрелищем». Я сказал ему, что прочитал статью Ганди, где тот говорит, что собирается прожить до 130 лет. Шоу, как бы не соглашаясь, сделал жест рукой: «Ну, ая буду управляться, пока тут все в порядке», — ион с улыбкой показал на свою голову. Он много говорил о текущих событиях; память его была превосходна. Лишь когда мы выходили из дому, чтобы посидеть на. лужайке, я заметил, 5 т УРРУ РУ Pavers ree ПО ГОРОДАМ ФЕСТИВАЛЯ РОЖАЕН ‹[ всего лишь около четырех недель, меньше ме› сяца, осталось до того дня, когда полновластным хозяином гостеприимных улиц, площадей, парков, бульзаров Москвы станет молодежь, когда тысячи голубей, взметнувшихея над стадионом в Лужниках, сзнаменуют начало праздника юношей и девушен пяти континентов. Четыре недели — небольшой срок. Во многих городах мира молодежь собирается в далекий путь, а некоторые делегации уже направились в советскую стелицу. ; Первый Всемирный фестиваль молодежи м сту‘дентов состоялся в Праге десять лет назад. С того времени ведется летопись праздника юных. Что ‹ покажет чехословацкая молодежь в Москве! Сейчас по всей Чехословакии широко развернулась подготовка к фестивалю. В районных смотрах творческих коллективов участвовало бопее десяти тысяч ансамблей и около ста пятидесяти тысяч солистов. Лучшие ансамбли показали свое мастерство на. итоговом смотре в Остраве. На Москов‹ ский фестиваль поедут: Ансамбль песни и пляски ‹ «Лучкица», Государственный ансамбль песни и пляски ] Чехословацкой Республики, духовой оркестр уча‹ щихся Остравского металяургического училища, ? кукольный театр «Радость» из Брно, эстрадный opкесть поп чпрлореныем В НМНлоиа ы ФОСбанынанинияа > мыслях м чувствах чехословацких юношем и девушек рассказывают публикуемые нами сегодня статьи С. Неймана и И. Плахетки, полученные из ‹ Праги. ТРАДИЦ tite ПГ: FFAS I FE PIECES FPS Когда мне случается идти рано утром по дороге от Градчан, где я живу, через Малую Страну к Влтаве, я снова и снова бываю околдован красотой, которая в любое время года смотрит из всех уголков и закоулков моего города. В красоте пражского утра за эти десять лет ничего не изменилось. Тогда, в дни фестиваля, в первых лучах яркого солнца по улицам и паркам шли моло3 В молодо. e сти Шоу много писал для социалистических листков. Когда он стал богат и знаменит, он продолжал писать для социалистических еженедельников и ежемесячников, хотя они и не могпи. платить большие гонорары. Даже редакторы. малоизвестных американских и европейских журналов, когда они обращались к нему с просьбой чтонибудь прислать, получали обычно одну из характерных для него открыток с несколькими остроумными замечаниями. На протяжении многих лет я издавал шотландский еженедельник «Форуорд», выходивший в Глазго. Когда бы я ни обратился к Шоу с просьбой откликнуться на какой-либо животрепещущий вопрос, он неизменно отвечал мне: иногда это был собственноручный ответ, иногда — если он торопился — это была стенограмма, которую нам приходилось расшифровывать, иногда машинописный текст с тщательно внесенными в него поправками. Шоу всегда писал ясно и разборчиво, аккуратным, изящным почерком. Рука у него в старости слегка дрожала, но даже незадолго до смерти (в 94 года) почерк его был вполне разборчив. Печатники любили его набирать, и не только потому, что перед, ними лежала рукопись столь знаменитого автора, но и потому, что Шоу заботился, чтобы начертание слов не вызывало никаких сомнений; знаки препинания были расставлены так тщательно, что и самый неопытный наборщик не мог ошибиться. Я вспоминаю, как зашел навестить его в 1940 году. Его дом на Уайтхолл корт, 4, стоял в конце квартала жилых домов, расположившихся вблизи Уайтхолла и набережной Темзы. Ему было Torna, 84 года, а жене его Шарлотте Оба были так подвижны и исполнены такой жизненной силы, что совсем не казались глубокими стариками. ..Как-то Шоу встретился с Круп: ской. Она не очень стремилась его увидеть, так как слышала, что он груб и язвителен. Однако она нашла, что Шоу отнюдь не высокомерный себялюбец, каким его представляют. Энгельс отозвался однажды о Шоу, как о хорошем человеке, попавшем в компанию фабианцев, и Шоу любил повторять это, посмеиваясь. Никогда я не видел человека, который бы так наслаждался разговором, как Шоу. За завтраком он говорил почти без перерыва. Он наверняка уделял разговору больше внимания, чем еде. Ему как раз вставили несколько новых зубов. Он прихлебывал из большой чашки овощной суп. Миссис Шоу ела мясо, пила вино ис явным удовольствием слушала мужа. Она сама была недюжинным и независимым человеком. Она в чем-то не согласилась с НИМ и настояла на своем. Шоу вспомнил сказанные им однажды слова о том, что он не сторонник того, чтобы женщинам предоставляли право голоса, ибо они используют его так же плохо, как мужчины. Я спросил, согласна ли она с этим. «Ерунда, и столько раз я это от него слышала». Сверкающие голубые глаза Шоу на мгновение поголубели еще больше, а затем он рассмеялся. Еще до моего ухода она его заботливо уложила на диван и укрыла пледом, но он успел до этого задать вопрос. о финансовых делах <Форуорда», который я редактировал, и предложил мне помощь, если она требуется. Миссис Шоу никогда не читала воспоминаний Крупской о Ленине, и через несколько дней я послал ей эту книгу. «Заходите к Окончание. Начало в «Литературной газете» от 29 июня. Цветной бульвар, 30 (для 4-03-48, отделы: литератур Типография «Литературной газеты», СТРАНИЦЫ БОЛ Эмрис ХЬЮЗ < (для телеграмм Москва, _Литгазета нтератур народов СССР — B5 8-59-17. Прежде веего несколько фактов из: UR жизни нашей молодежи. . Семнадцатилетняя В ( Е девушка, председа= тель школьного комитета Чехословацкого союза молодежи Яна Прохазкова, вернувшись с занятий, нашла дома уже второе анонимное письMo: «Ты коммунистка, будем бросать тебе камни под ноги до тех пор, пока не перестанеть...х Не перестала. На севере, почти у самой границы, на шахте имени Сталинграда двадцатилетний горняк Тонда Швейгерт три месяца воевал за то, чтобы был применен метод советских новаторов. Применили. Октябрь. Дождливый вечер. Люди теснятся у радиоприемников: Венгрия... Ночью дежурят в учреждениях. Я вспоминаю в эти часы своих друзей, с которыми встречался летом в Риме, — парни и девушки из Франции и Финляндии, Греции и Японии, Западной Германии, Судана. Мы вместе ходили по шумным вечерним улицам. Хотелось петь, и мы запели о Москве. Я верю: они с нами и теперь, эти парни и девушки. Несмотря ни на что... А утром, под надоедливым мелким дождем, тысячи пражских студентов поехали в деревню на уборку сахарной свеклы. «Это наш ответ контрреволюЦИН», — говорили они. На городской конференции Чехословацкого союза молодежи в Праге зачитывается проект письма московским комсомольцам. «В сердцах и мыслях нашего народа. Москва — это штаб революции. Мы никогда не забудем, что значит для нас братская помощь советского народа. Мы будем беречь нашу дружбу как зеницу ока». Еще с минуту стоит тишина. Потом раздается громовой взрыв аплодисментов. И каждый из сидящих в зале вкладывает в них что-то свое, личное: память о первом советском воине на родной улице, желание увидеть Москву или обязательство к фестивалю. В декабре прошлого года Центральный комитет Чехословацкого союза молодежи принял решение о подготовке к УТ Всемирному фестивалю: пусть она явится выражением нерушимого единства нашей молодежи, смотром сил нашего союза! Пусть в подготовке к фестивалю возрастут стремления молодежи учиться на опыте ВЛКСМ, творчески претворять его в повседневной работе! Пусть наша молодежь хорошей подготовкой`к фестивалю поможет выполнить задачи второй чехословацкой пятилетки и тем самым укрепить мир! В рождественские праздники в одном из литейных цехов завода имени В. И. Ленина в Пльзене собрались молодежные бригады: необходимо именно сейчас, сегодня отлить детали, чрезвычайно нужные заводу, — иначе план не будет выполнен. Заработанные деньги передали в фонд фестиваля. Пионеры города Баньска Быстрица пишут Центральному комитету Союза молодежи’ «На нашем сборе мы говорили о том, как помочь молодежи колониальных стран. Многие делегаты едут через Чехословакию. Предлагаем объявить сбор.средств на пионерский поезд. Мы будем высаживать деревья, помогать на строительстве, собирать старую бумагу и железный лом, а деньги передадим в фонд фестиваля. Пионерский поезд станет нашей радостью ий гордостью — ведь нас, пионеров, очень много в республике». Организация молодежи Военно-политической академии решила обеспечить проезд на фестиваль делегатам из Нигерии. У ворот установили доску, на ней вычертили путь делегатов. Каждый день молодежь смотрит, сколько собрано денег, как продвинулись Вперед маленькие серебристые самолетики. Один уже в Москве, второй — это значит другой. делегат — летит над Средиземным морем. В Художественно-ремесленном училище молодые ювелиры делают по вечерам серебряный глобус, украшенный чешскими драгоценными камнями. Это подарок фестивалю. Недавно я побывал в одной школе в Праге. В переполненном классе девочка дрожащим от волнения голосом читала стихи китайского поэта, а потом студент из ННР, еще не совсем правильно говорящий по-чешски, рассказывал ребятам о китайской поэзии. Школьный ансамбль песни и танца, созданный в порядке подготовки к фестивалю, еще совсем молод, но он уже десятки раз выступал во время недавних выборов в местные Советы. Для тысяч парней и девушек уже многие годы самая высокая мечта — это Москва. Студент школы механизации сельского хозяйства Аргинис Влахопулос написал письмо председателю ЦК Союза молодежи тов. Вецкеру: «Мой отец погиб за свободу Греции в борьбе с фашизмом. 13-летним мальчиком меня, сына коммуниста, бросили в концентрационный лагерь. Мне удалось бежать. Мне и многим другим греческим детям Компартия Чехословакии дала возможность жить и учиться. Я бы очень хотел встретиться с молодыми людьми из капиталистических стран, чтобы рассказать им, как отечески заботятся о нас в Чехословакии, как здесь вместе учатся чехи, греки, корейцы, венгры и люди многих других национальностей, как они понимают друг друга и сколько средств тратит государство на наше воспитание. И хотел бы увидеть великие дела совет. ских людей». Конечно, не всем выпадет счастье, и все же фестиваль — это дело каждого из нас, дело сотен тысяч, которые останутся дома. И для тех пражских парней, которые высаживают сад на Кавчих горах; и для студента, который в честь фестиваля заканчивает научную работу о проблемах механизации проходки шахт: Е для ансамбля, который готовится к оржественному выступлению на городском фестивале в Праге; и для ударной бригады на заводе «Сталинград», которая в честь фестиваля досрочно заканчивает монтаж турбокомпрессора для ПольПТИ. Я знаю одну счастливицу, которая поедет в Москву. Это Ганка Спилкова, заведующая детским садом. Когда ей сказали, что она включена в чехословацкую делегацию, Ганка растерялась и смущенно повторяла: «Я увижу Москву! Я буду на фестивале! Я увижу это своими глазами!» А мы ходим за такими счастливцами и говорим: — Передай делегатам привет, расспроси их обо всем. Расскажи, как мы живем. Расскажи, что мы, в Чехословакии, знаем свои обязанности и выполним их. И, конечно, немного завидуем, Станислав НЕЙМАН, чехословацкий писатель ПРАГА . что у него при ходьбе плохо гнутся колени. Дымчатый кот выбежал навстречу и терся все время о его ноги, пока Шоу ласкал эго ин говорил ему что-то. У ва-. го стояло на. участке несколько ульев, . и он любил наблюдать за пчелами. В саду была маленькая хижина, где он работал; ее можно было поворачивать вслед за солнцем. Единственное неудобство, сказал он, заключается в том, что повернуть хижину MOFYT двое, один не справляется, Он много говорил о юридических трудностях оформления завещания. Когда завещание его было опубликовано, то выяснилось, что он оставил значительные суммы на финансирование исследований по реформе английсной орфографии. Этот пункт завещания оспаривался в лондонском суде. Судья отнесся-к завещанию иронически и ссматривал его как одну из причуд оу. Но Шоу специально занимался фонетиной (видевшие «Пигмалион» знают это). ?Желание его иметь лучший английский алфавит было вполне серьезным. Англичане не уважают свой язык, писал он в предисловии к <Пигмалиону», и не хотят облегчить CBO им детям изучение его. Произношение настолько ужасно, что никто не может самостоятельно постигнуть его. Англи: чанин не может раскрыть рот без то. го, чтобы не вызвать презрительной усмешки у представителей другого слоя английского населения, Нёмец. кий и испанский доступны иностран: цам, Английский язык недоступен да: же англичанам. Для того, чтобы привлечь внимание к этому, он сделал героя «Пигмалио: нах профессором фонетики. y тех людей, которые пренебрежительно смотрят на Шоу, как на оригинала и чудака. Это был ис ключительно здравомыслящий человек, Он только был всегда немного впереди своего времени. Последнее мое воспоминание о Шоу — это прощание с ним в Айот Сент Лоуренс. Его машина повезла меня на станцию. Он вышел на середину узкой дороги, чтобы убедить: ся, что впереди нет вс HbI W Tlomayvyar«w — мазь стречной маши: ЖА oY щанье, Поворачивая за угол, я увидел последний взмах руки. Больше я его не видел. Мы продолжали вести лучай, он отпразднонам снова, когда будете в Лондоне», — написала она в ответном письме. «Имейте в виду, что когда мы приглашаем, то делаем это всерьез, а не из вежливости». Когда она три года спустя умерла в квартире на Уайтхолл корт, Шоу прислал мне к рождеству ее фотокарточку. Думаю, что смерть ее сильно на него повлияла. Он стал совсем одиноким. Она смотрела за ним, заботилась о нем, оберегала его; ему очень не хватало ее. Во время войны было очень приятно иметь Шоу в качестве союзника по газете; официальные вожди лейбористской партии с трудом выносили самое существование левого социалистического листка и критику с его стороны. В самом начале второй мировой войны он писал мне: «Факт первостепенного значения — иметь всё время перед глазами во время настоящего кризиса международную сторону вопроса, ибо Старые Школьные Друзья (излюбленное выражение Шоу для обозначения традиционных капиталистических политиков, получивших образование в Оксфорде и Кембридже) находятся у власти. Они не могут додуматься ни до чего лучшего, как раздавить Германию одной рукой, а Россию — другой. _ Чего тут больше — безумия или Невежества? ...Россию мы вообще не можем завоевать, даже если бы оказались настолько глупы, чтобы это попробовать. Худшие наши враги в настоящую минуту — это идиоты, которые пытаются навязать нам войну с Россией. Статьи ваши помогают тому, чтобы этого не случилось. Продолжайте в том же духе, желаю вам полного успеха». Для меня, конечно. много значило получить поддержку такого авторитетного лица. На протяжении войны я не раз посылал ему вопросы на актуальные темы, он неизменно присылал ответы, которые мы широко использовали. Временами я получал личные записки не для печати. Однажды, когда он вступил в полемику с ирландским президентом де Валера, он был не вполне, повидимому, удовлетворен тем, что написал, и сделал приписку: «Вряд ли это достойно опубликования, но это всё, что я смог из себя выжать. Швырните статью в корзинку и сами напишите на ту же тему». Это показывает, какое малое значение имело для Шоу личное самолюбие. По какому-то поводу он написал об Уинстоне Черчилле: «Я протестую против того, что м-ра Черчилля его лейбористские оппоненты обзывают `обманщиком. Лицемерие и лживость политических уководителей — это не недостатки. Напротив, это необходимые качества для министров, которым приходится управлять глупцами в соответствии с их глупостью. Нет, м-ра Черчилля делает опасным совсем другое — то, что он искренне и честно верит в то, что говорит, и не сознает, что он говорит ерунду». Ногда Россия вступила в войну с нацистской Германией, британские га. зеты быстро изменили свой тон. Когда Иден в 1942 году вернулся из Москвы, Шоу прислал мне записку: «Я собирался написать для вас статью по поводу доклада Идена о его поездке в Россию, но к своему крайнему изумлению обнаружил, что в передовой «Таймса» предвосхищены мои MBICли. Дальше идти некуда. Или, быть может, моя вторая молодость уже переходит в политическое младенчество?» Москва И-51, Цветной бульвар, Литгазета). Телефоны: — секрета mm whe са: Главный редактор В. КОЧЕТОВ. Редакционная коллегия: М. АЛЕКСЕЕВ, Б. ГАЛИН, Г. ГУЛИА, (зам. главного редактора), П. КАРЕЛ пелакторпа)_ Е ПЕОНТЕБРЬ > `РЕЛИН, В. _ КОСОЛАПОВ (3 редактора), Б. В. ФРОЛОВ. _ 4 17-9, разделы; писем — Б 1-15-23. у 1-11-69, внутренней атор — К 5-00-00. интературы и искусства — Б 1-11-69, издательство — K 4-11-68, Коммутатор — - Адрес редакции и издательства: Москва И-51,. Цветной бульв жизни — К 4-06-05, международной жизни — К 4-03-48 отделы: «Литературная газета» выходит три раза в неделю: во вторник, четверг и субботу.