ДРУЖБА НА ВЕЧНЫЕ ВРЕМЕНА У наб в гостях. Ганс Хиппе, секретарь Союза свободной немецкой молодежи высшей школы в Мерзебурте. > неловко за незнание русского языка, тем более, что многие из нас переписываются с жителями вашей страны. Например, Лизбет Крюгер из Берлина переписывается с Героем Социалистического Труда Галяной Ильченко из Новочеркасска, которая, кстати, приглашена на конгресс девушек в ГДР и, вероятно, скоро приедет к нам в гости. У нас в Германии члены немецкого Союза молодежи внимательно следят за деятельностью комсомола и во многом перенимают его опыт. Недавно мы по примеру еоветских комсомольцев провели на предприятиях кампанию за’ экономию — электроэнергии и изыскание внутрипроизводственных резервов. Кроме того, У нас есть Сашльш преерасньй = пужественяьй спорт У нас в гостях Лариса Латынина, абсолютная чемпионка мира по гимнастике Вто из спортсменов не мечтает о звании сильнейшего в мире? Конечно, и я хотела стать чемпионкой и счастлива, что моя мечта сбылась... Труднее ли нам было на чемпионате мира по сравнению с олнмпийскими нграми? И да, и нет. Труднее, потому что намного вырос за полтора года класс лучших гимнасток многих стран, легче, потому что вокруг были не холодные и равнодушные трибуны далекого Мельбурна, а знакомый до последней трещинки в полу зал Дворца спорта, А главное, все советские гимнасты постоянно чувствовали дружескую поддержку тысяч москвичей, горячо переживавших за нас. Я плохо выполннла первый прыжок обязательной программы. Когда я cHo9 ^ оу разоега, меня поразила тишина. Невольно подняла голову и взглянула на трибуны. Отовсюду на меня смотрели встревоженные глаза москвн. Сразу было написано: «Держись, Лариса!» рой попытке мне удалось показать хорочей, на лицах которых, казалось, был стало легче, волнение исчезло, и во вто птий результат. вашей стране, нас всегда окружали заботой и вниманием. Особенно тронуло нас дружеское расположение москвичей, когда вчера мы по: дошли к Мавзолею, чтобы взглянуть на великого Ленина. Несмотря - на. то, - что 38 очереди стоялн тысячи людей, а в составе нашей делегации было более 400 человек, нам любезно -предоста+ вили возможность посетить усыпальницу гения революции без задержки. Радушие и гостеприимство мы встречали повсюду: и в книжном магазине, где’ нам охотно помогали в подборе книг, ин на улице, где каждый москвич готов’ был стать нашим гидом. Приятно ormeтить. что многие советские люди знают немецкий язык. И когда, покупая мороженое, мы в ответ услышали родную речь, нам стало как-то Общество германо-советской дружбы, которое много делает для укрепления связей между нашими братскими странами. Это общество yer раивает встречи и вечера, на которых выступают гости из Советского Союза. im Мы встретили в. Советском Союзе так много нового в интересного, что обязательно приедем в СССР снова. дружба между нашими erpaнами! ТРЕЕ. FELIPE PAIL IOLA РООГРЕЕРЕ УЕ ЯВ, Кто из зарубежных гимнасток понравился мне больше всего? Конечно, замечательная чешская спортсменка Ева Босакова, Мон планы на будущее? У меня имеется большой долг. Накануне открытия первенства мира я поздравила студентов моего курса с окончанием Киевекого института физкультуры. А мне и моему однокурснику Юрию Титову все силы будут Юрию Титову подготовки к первенству мира. Теперь же направлены на подготовку к экзаменам. е никак не удается выяграть звание представляет для историкоа наибольшую ценность! Необходимо было подгето“ вить оригинал к яздавию. Но сделать это оказалось ве такз то просто. Со времени «выхез да в свет» рукописи прошло более трех тысяч лет. За такое длительное время паг пирус, конечно, стал ветхим, при веосторожнеом движении обламывался, крошился под руками. На помощь мне пришел главный реставратор музея Михаил Алексавлрович Александровский. Несколько пней подряд «священнодействовал» он над этим папирусом: сначала смачивал его дистиллированной водой, потом накладывал сырую промокательную бумагу... И вот, наконец, Михаил Александрович отогаул края рукописи. Нод сгибом мы ебнаружили знаки, которых раньше никто не видел... Теперь надо переснять текст. Это процесс очень сложный; Дело в том, что на коричневом папирусе египтяне писали червыми и красз выми чернилами. А pa cane тии фотокопии красяые червила получаются плохо. Кроме того, векоторые места тенста поблекли, стерлись. Сейчас все трудности уже позади. Скоро этот цевный документ, рассказывающий e событиях одивнадцатого века до нашей эры, выходит из печати. В настоящее ‘врёмя я работаю над переводом панируз са, известного под вомером 127. Ов состоит из пятя больших страниц текста и представляет собой литерзтурное произведение в форме письма-поучения. Этот папирус никогда не был ни опубликован, ни переведен, ви комментирован. Поэтому изучение его представляет больз пой интерес. Есть у меня и спортивный долг. Мне никак чемпионки СССР. (ОТЧЕТ О ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОМ ДНЕ ПЕРВЕНСТВА МИРА см. НА 4 стра. _ Папирус № 167. Музее изобразительных искусств имени Пушкина древние рукописные памятники, я наткнулся на неболышие отрывни папируса с неровными, зигзагообразными краями. В музее было известно, что его передал сюда русский ученый египтолог Владимир Семеноsau Голенищев. Ho что представляет собой эта рукопись, о чем рассказывают маленькие клочки папируса, не имеющие ни начала, ни конца? И вот я засел 3a работу. Писец обладал ясным каллиграфическим почерком. Уже скоро можно было обнаружить рял значков, вачертания которых присущи только восемнадцатой династии фараонов. В то же время в рукописи встречались знаки, типичные для начала девятнадцатой династии. Вывод напрашивался сам. собой: папирус был написан на рубеже восемнадцатой и девятнадцатой династий, то есть 3400 лет тому назад, в четырнадцатом веке до нашей эры. Упоминания о богине Мерте, о боге Атуме... . Видимо, Это чаеть какого-то большого литературного произведения. Но что можно понять из обрывистых, не связанных друг с другом кусков? С тех пор прошло около года. В библиотеку музея поступила книга английского ученого Каминоса. Автор опубликовал спереводдревнейшего египетскогб произ: ведения, повествующего о ссоре членов Пантеона, о том, как верховные боги пытались рассудить и помирить их. К сожалению, в‘нескольких местах текст прерывался. . Перелистывая далыше книгу, я обнаружил Фотокопию подлинника рукописи. Сомнеseer seceene. Вы были ные р острое славн‹ богать «BOO. дядьк‹ зовал? телеф‹ снаря; толькс Мох зать, мор, + экипа» имели ke, C иметь долаза Пре: щим шлось ся это: увлека Свою начал лазом Химка призва ли во) флот. и нау’ под вс различ Пом лась с рия — моталс троса. pa RAN Вы помните, конечно, как были организованы ‘подводные работы на знаменитом острове Буяне во времена славного царя Салтана? 33 богатыря во главе со своим «водолазным старшиной», дядькой Черномором, не пользовались ни скафандром, ни телефоном для связи. Все их снаряжение ограничивалось только латами и шлемом. Можно с уверенностью сказать, что ни дядька Черномор, ни любой «член его экипажа» даже понятия не имели о той сложной технике, с которой приходится иметь дело современным водолазам. Прежде чем стать настоящим водолазом, мне пришлось долго и упорно учить: ся этой необычной, трудной и увлекательной профессии. Свою подводную «карьеру» я начал восемь лет назад водолазом спасательной службы в Химках. В 1952 году меня призвали в армию и зачислили водолазом на Северный флот. Вот здесь, на флоте, я и научился чувствовать себя под водой уверенно, работать различными —инетрументами. Помню, как-то раз случнлась се нашим кораблем авария — на гребной винт намотался кусок стального троса. Ликвидировать неисправность было приказано о мне. Опустился я под воду, осмотрел повреждение и внижу: так переплелись, перекрутились вокруг винта стальПОТОМКИ ДЯД нет 3+ ний быть не могло — тот же прекрасный четкий почерк, тот же наклон, то же начертание знаков, что и в моих загадочных отрывках. Имен: но их и не хватало в книге Каминоса! Слово—профессору М. А. Коростовцеву Что же произошло? Оказывается, в начале двадцатого века значительная часть папирусов была отправлена для реставрации из Москвы в Германию. Вскоре началась первая мировая война, и о.папирусах забыли. Позже они’ попали в руки английского ученого Гардинера и теперь, через много лет, были переведены и опубликованы его учеником Каминосом. А в Москве случайно остались куски этого папируса. Видимо, они не нуждались в реставрации. Таким образом, все стало на свои места. А. вот другой случай. :..Ногда-то в полутора кКилометрах севернее Бейрута был расположен небольшой город Библ. Именно сюда верховный жрец, живший в Фивах, и послал Унамуна, поручив ему’ закупить в Библе ливанский кедр для культовых нужд храма. О том, какие злоключения перенесе Унамун в пути, о финикийцах и жителях восточного побережья Средиземного моря и рассказывает найденвый Голенищшевым в Египте папирус, известный под w#Haзванием «Путешествие Yuaмуна в Библ». Эта рукопись была переведена на европейские языки, но ни разу не издавалась в оригинале. А ведь именно оригинал и БАЙ SEPH Рассказывает водолаз Алексей Игнатов п a п ные жилы троса, что распутать их невозможно. Приилось перепиливать трос специальной пилой. А вы знаете. что значит пилить под водои? Только приноровишься — глядь, пила сорвалась или сам ты от троса в сторону уплыл. Но все-таки после долгих усилий я трос перепилил, и корабль смог двинуться вперед. Этот случай научил меня многому: я понял, что под водой нельзя суетиться, спешить, всегда надо быть внимательным, точно рассчитывать каждое свое лвижение. После демобилизации я не захотел расстаться со своей подводной профессией и с Ошибка Герберта Уэллса У вас в гостях Владимир Тимофеевия ФИЛИППОВ, бывший : секретарь комитета комсомола шахты А 19-20 строительства. первой очереди метро, ныне секретарь парткома Министерства речного флота. РСФСР. Говорят, воспоминания — это удел стариков. Ну, нет, ве чувствую я себя старым! А вспомнить есть что. 1933 год... Меня тогда послали ва строительство первой очереди метро секретарем комсомольской организапаи шахты № 19-20. нашей шахте пятьсот комсомольцев. Отчаянный был народ и разный: студенты, рабочие, золотоискатели, крестьяне, охотники, даже актеры. Почти три года в холод и в жару, по колено в На днях в Москве закончилось совещание по приключенческой и научнофантастической литературе. Сегодня у нас в гостях участник совещания— писатель и ученый-палеонтолог Иван Антонович Ефремов, автор научнофантастических повестей «На краю Ойкумены», «овездные корабли», «Белый рог». «Алмазная труба» и других. Предоставляем ему слово. веденные в действие, продолжают работать и вновь, и вновь по заданному курсу несут смерть туда, где и так уже все мертво. Автоматизированная смерть — вот что, по мнению западных фантастов, несет человечеству техника. Окруженная poem покорных металлических рабов, со страниц буржуазных научно-фантастических романов встает зловещая фигура «му: танта», индивидуалиста, в 14 лет выносящего смертный приговор своим родителям и попирающего человеческое общество, как кучу мусора. Но оставим «мутантов» наедине с. их «исключительностью». Им тесно в этом мире, а нам просторно: Наше будущее... Нет, это не царство робота, это царство Человека. У него два миллиарда пар рук, глаз, ног, Освобожленный друзьями-машинами от тяжелого физнческого и рутинного умственного труда, огромный, сильный, веселый, он стоит на земле, и его руки, не мозолигтые, но могучие, бороздят безбрежный простор Вселенной. Накое огромное и какое беспокойное у него хозяйство! Как улучшить его, прониннуть в тайны мира, каким «золотым ключиком» отомкнуть двери его клаловых? А ведь порой ключик этот лежит совсем рядом около нае, а мы не замечаем его. Вот блеснули, заискрились в камен:- ном угле какие-то. еветлые. жилки. Бы нроныти мимо, а ведь это — германий, а значит телевизоры;“приемники, точнейшие и сложнейшие *приборы, построенные на полупроводниках. Расцветилась вода в бухте, играют в ‚ней, кружась и танцуя; ‘радужные струйки. Что такое? Оказывается, на дне бух‘TH! лежит «дерево %кизни», ‘окрашива: ющее воду в различные цвета и прида-_ ющее ей целебные свойства. А может быть, это всего лишь красивая средневековая легенда? Может, и так. Но разве вам не захотелось своими глазами взглянуть на эту полуфантастическую бухту? Разве вам не хочется встретиться на краю земли с динозавром, пожить в городе, что раскинулся на дне окгана? Если не боитесь, если хотите, тогда именно к вам обращена наша научная фантастика, к мечтателям, у которых ежиком торчат отовсюду вопросы. Литература молодых, о молодых и для Много 6сть на земле стран и много наций. Есть малайцы — желтые, как вечернее солнце, с глазами-щелками. Или загорелые летом и зимой негры с губами, похожими на разрезанный гранат. А есть белокурые финны с глазами синими и спокойными, как воды залива. Есть страны, истекающие солнцем, зеленью, влагой, и. есть — закованные в голубую ледяную корону. Но все это жизнь. Она течет, искрится, пламенеет, голубеет. И нет ее только в. одной стране — страшной фантастической стране роботов — человекообразных — кибернетических машин. Родилась эта страна в больном воображении цисателей-фантаетов буржуазного Запада, _видящих в любом изобретении только одни несчастья для человечества. a В стране роботов но. утрам не щебечут птицы, не распускаются цветы и нодле матери не_третея теплый комочек родHoro тела. Там естнтолько ‘холодный блеск металла и выверенное по секундам, автоматическое, безамоциональное существование метаяличееких людей. Они работают на фабриках, заводах, в учреждениях, читают нниги, делают сложные зычисления,` переводы. Они совершенствуют сами себя, даже размножаются. На в них нет ни капли творчества, действуют роботы «от» и «до», в рамнах, заланных им людьми, которых они истребили. В одном из евэнх.нрбизведений америнанский писатель Уильямсон рисует, до какой страшной бессмыслицы могут дойти машины, созданные. людьми, но существующие без людей. _ ...Везжизненное бетонное поле аэродрома. Здесь нет людей, здесь царство злы машин. Молчат стальные чудовища-бомбардировщики. Хищно прижав короткиа крылья, они требуют одного — наполнить их опустевшую утробу смертоносным грузом. Автоматически они нагружаются, поднимаются в воздух, бомбят и сноводе, врубаясь в упрямый известняк, борясь е грунтовыми водами, с обвалами и плывунами,. с бою брали мы каждый погонный метр тоннеля. Помню, как-то звонит Алеша Павлов, бригадир проход— Филиппов, собирай всех: Вода затопляет ствол шахты! Все, кто был в эту минуту в комитете комсомола, бегут вниз, Еще издали слышен плеск воды. Гдето прорыв! Вода рветея под своды, увлекает за собой землю, камни, инструменты... А человек тридцать комсомольцев из бригады Павлова таскают шланги. бревна, камни, усвсе чем можно остановить страшвый вапор воды и спасти шахту. Вряде ли тогда они помнили о себе! Измученные, грязные, ребята почти двое суток боролись с водой. Саша Ильин, отысва несколько. ’ метров Наконец один из комсомольцев, кал конец водостона, спустился вниз, залез по шею в снеговую воду и огромной пробкой затннул етверстие, вола... через воторое рвалась, в шахту Так из комсомольцев Так в беде познавались люди. вырастали коммунисты. Удивительный варод были. наши комсомольцёкси комсомолнй! Сначала велущей фигурой на строительстве метро был проходчик — все хотели быть ‘проходчинами. Потом центром стали бетонные работы — комсомольцы ринулись туда. Сначала у нас была тысяча комсомольцев, потом их стало десять тысяч. Диву ’ давались старые проходчики и заражались юнопееским :задором, великой страстью созидания, замечательные дни. eh Часто к нам приезжали иностранцы, и многие из них me. ` Герберт понимали самые трудные главного — почему молодежь рзется ‚ участки. Приезжал к нам и - Te тех пор вот уже два года вместе с товарищами ¢06x0- жу дозором» дно рек и водоемов нашей страны. За это время я пробыл под водой более 700 часов — около месяца. За «подводный ме* сяц» много пришлось nepeделать всяких работ; прокладывать по дну реки нефтеи газопроводы, монтировать многотонные подводные со“ оружения. И в подъеме затонувшего судна довелось мне участвовать. Правда, было это не в океане, а на канале имени Москвы, около Хлебникова, и поднимали мы ве тысячетонный океанский гигант, а всего лишь скромный катерок «Малога», затонувптий от слишком сильной вол: ны. Алек. НА СНИМКЕ: водолаз сей Игнатов. Фото В. ИВАНОВА. Уэлле, посмотрел и не поверил своим глазам. Он писал и что метро мы ве тогда что мы, мол, сумасшедиие построим. Но метро построено! Известный мастер фантастики на сей раз оказался плохим пророком. rf NM NE ‹ МОЛОДЫХ — ROT что. такое научная ва» возвращаются. H‘снова: берут груз, и фантастика. снова уходят в BOSRYX, — H ый до бесНаука —. это не только техника, маконечности. + ae нужна школа — долтая подготовительная работа, ‘° «кух: Школа -— это не только курс консервалории. Школа— это каждолневный упорный труд, новторение упраля>- ний, разучивание новых napтии. В этом труде нам помогают музыкальные руководители оперных певцов — ди...девчонкеои A смотрела фильм «Сто мужчин и одна девушка». Помню, меня удивило, что Стоковский в этом фильме играет самого себя. Седоголовый маэстро, с молодым лицом, умными и добрыии глазами, — таким запомнился мне знаменитый американский дирижер. И вот он сидит передо ‹ коне мной. Приподняв бровь, испы— тующе смотрит: пойму ли я Стон то, что он требует от исполTh A вокруг, уже все мертво; и ‘бом. бить ‘нечего.’ Но’машины, однажды. приПД СТОКОВСКИЯ a2 А АРХЫИПОВА. его ня> певца. опередить фрадослетых возгласов Фраскиты и Мерседес. У певца каждая секунда его пребыважия на сцене учтена. Каждая фраза Кармен доля на в точности совпадать с музыкой оркестра, с хором ‘и пением других солислев — иначе опера превратится в неразбериху звуков, аче опера превратится в разбериху звуков; Но дело не только в рит. Голос Кармен должен Th слеппен во всех пяти ме. Голос Нармен должен быть слышен во всех пяти ярусах Большого театра. Это даже в полной тишине не просто, а между тем Кармен отделена от зрителей звуковой стеной оркестра. И, наконец, надо не‘только петь, но и создавать образ Кармен, котором и любовь, и бесстрашие, и презрение к смерДля того’ чтобы голос певлился свободно, перелдаHa лился свободно, передавел все оттенки чувств, тематика, биология. Это и человек, общество, его законы, законы человеческих отношений. И в этой науке, как и во всякой другой, могут быть гипотезы, может быть фантастика. Скажем, разве не интересно показать влюбленных будущего? Помню, как десятикопеечная книжонка о. древних ископаемых ввела меня в мир ‘безмолвных великанов ушедших эпох, ‘сделала палеонтологом. А потом все эти великаны сердито и настойчиво заскрипели своими’ древними костями, н я понял их — они хотели, чтобы о них ‘рассказали людям. Вспоминается такой эпизод. На нашей шахте’ /® 19-20 крепко работала «легкая кавалерия» — тридцать лучших. комсомольцев. Не было на шахте такого уголна,: : куда бы мы нос не совали. Надоело это нашему начальнику пахты, написал он заявление в Московский . комитет партии, да Так повернул дело, будто мы не даем двимечаем коллектигаться вперед, зажимаем инициативу, ву работать. В МК вазначили комиссию, во главе с Никитой Серне забуду тот день, когда осмотрел асю marty. го ггевичем Хрущевым. Никогда приехал Никита Сергеевич. Он осмотрел. всю шахту, ворил с рабочими, комкомольцами. Весь день была комиссия и вынесла неожиданное длЯ начальника шахты решевнне: большую помощь очереди метро. комсомольская ортанизация, оказывает в ускорении строительства первой Так я ‘стал писателем, И вот сейчас задумываю исторический роман, где собираюсь немного поколебать авторитет Афанасия Никитина как первого европейского и русского путешественника в Индию. Мой роман — это история русского юноши ХПГ века, проникшего в Центральную Азию, Индию, Индонезию и даже на Цейлон. Эта история основы вается на некоторых моих догадках как археолога: в древних курганах Центральной Азии были обнаружены черена совсем не монгольского типа и, кроме тога... Но об остальном умолчу. Дело в том, что я, писатель, немного побаиваюсь себя же, палеонтолога. Очень строгий дяня, этот ученый муж. Он вечно упрекаэт меня в избытке фантазии. Вот напишу роман и поставлю «учевого мужа» перед свершившимся фажктом. Комсомольцы 30-х годов выполнили задание партии. И сегодня, пгагая по’ мраморным вестибюлям метрополитена, вспомните, друзья, о тех, кто его строил. — ‘У вас есть основа школы, переучивать азы не придегся. Но что же такое школа для певицы? ‚Темная ночь. По гофной тропе, боязливо оглядываясь, медленно и бесптумно проходят контрабандисты. Тяжелые тюки оттягивают плечи. Позади опасный спуск, и можно на несколько часов еде: лать привал, отдохнуть перед следующим переходом. Мужчины закуривают длинные трубки, оематривают свои ружья. Иные засыпают, улегшись на земле. А в CTOроне три женщины — они галают о своей судьбе. «Богатство!» — ликует одна. «Любовь!» — говорит вторая. Третья, красавица-цыганка Кармен, глухо произносит: «Опять ‘мне смерть... Вы поглощены‘ происходящей драмой, а Кармен... Нармен, раскладывая карты и ‘всматриваясь в них, следит и за палочкой дирижера. Ее взгляд должен ‘выразить ‘отчаяние примерно ‘за один такт до того, как надлежит спеть «Мне — смерть», но эта реплика ни в коем случаеве. должна Только что отзвучала в концертном зале музыка к балету Де Фалья «Любовь и колдовство», и Леопольд Стоковский приглашает солистку Болышого театра Ирину Атфхипову на сцену. Музына — прекрасное, всем понятное, всех волнующее искусство — сбдизила маститого американского диринера и молодую фусскую певицу. Сегодня Ирина’ Константиновна Архипова — нана гостья: — Я и не помышляла стать певицей, — рассказывает она. —= Училась в архитектурном институте, и мне очень нравилась моя будучая профессия. Правда, хотелось, как это водится, разучить несколько песенок и выступать на институтских вечерах. Но так случилось, что пришлось по-настоящему учиться петь. Занималась я сначала в самодеятельном кружке у педагога Надежды Матвеевны Малышевой, и потом, когда я была принята в коноерваторию, мой профессор Л. Ф. Савранский -сказал: унражн>- шения, трад вых парродного исп. ам помолают ее тр ууковолинительницы. себя. стром. нительницы роли цыганкиколдуньи, погубившей своего неверного возлюбленного? Музыка балета Де Фалья овеяна мистикой. Ее чисто испанский характер, украшения, традиционные для народного испанежого пения, делают ее трудной для испол‚.Окончив петь, я с трепетом. ждала, что скажет Стоковский. А он оценил мое ковский. А он пение так: хорд тише, во снова сказал: «Пианиссимо». Он повторял это слово до тех пор, пока аккорд не прозвучал действительно пианиссимо. Перед концертом я очень волновалась. Стоковский хотел передать мистический характер музыки балета, ин пение должно было доноситься, словно из потустороннего мира. Поэтому я стояла за сценой, а МоЙ голос через микрофон транслировался в зал. Очевидно, понимая мое волнение, Стоковсний сказал мне: — Не волнуйтесь, пойте так же хороню, как вчера, Работа со Стоковоким много дала мне для партии Кармен. Ведь Кармен — тоже испанская цыганка и вемножО WHA. — Браво. Данке. Э-го приходите на репетицию с oprKeБольию воего меня поразяла в этом замечательном музыканте его предельная ланитый амеконичность, \ ер. Однажды на репетиции ит передо ‹ концертмейстер взял аккорд. бровь, испы— Пианиссимо, — сказал пойму ли я Стоковский. «Московский_-комсомолец» 12. июля 1958 г.