ABUTRA ЕАЕТ
	RB TEMUP-TAY...
	Во это все в прошлом, а
вперели — новое. трудное и
неизвестное.
	А вот у лвух Николаев из
Шатуры. Клобинева и Фили­монова. такого прошлого нет.
В этом году они только окен­чили лесятилетку и сейчас
тревожно ждут” что скажут
им? Вель елут сооружать ме­таллургический гигант в 0с­HOBHOM ‘строители. люли со
	спениальностью. А они? Эх!
	— Что трудно будет —
знаем. Моэтому и елем. Раз­норабочими сначала поработа­ем. И наши руки там будут
НУЖНЫ...

Да. стажа у ребят нет, со­лилной биографии — тоже.
Что же поделаешь? Она наз­нется у лвух Николаев там, в
Темир-Тау — городе будуще­го. Честное слово. ведь это
очень злорове — расти вместе
с городом, который ты будешь
строить сам. Недаром же у
Леши Зубкова так сияло крас­ное. разгоряченное лицо, когда
к концу лня он. запыхавший­ся, заглянул в комнату и вы­крикнул:

— Я тоже еду! Добился!

Послелним. шестьдесят вто­рым получил он билет. И ни­как не мог дождаться отъезда:
хотя бы быстрее!

Пройлут годы. поднимутся
от земли могучие корпуса,
вырвутсея в Небо дымящие
трубы гиганта, и Леша Зубков
будет знать, что во всем этом
есть и его кирпичи. Это ему
и его товарищам-москвичам
скажет «спасибо» народ, кв­гла побежит, рассыпая 3Bea~
лы-искры, первая ослепитель­ная струя расплавленной ста­ЛИ.
	Может быть, ребята, кото­рые сейчас уже на Пути в
Темир-Тау. останутся жить
там навсегла — ведь стано­витея родным то. в чем есть
частица твоего трула и твоей
души.  Когда-нибуль, через
много лет, они булут расека­зывать о своем трудном H TOD­дом счастье.

А пока — счастливого пу­ти вам. друзья!
Е ШЛЕМИНА.
	Лешка растерянно хлопает
мохнатыми ресницами и про­должает стоять У стола. А
справа подходят и подходят
веё новые ребята.
	— Вот билет... Деньги...
Значит. не опаздывайте. В
одиннадцать, на_Казанском...

Человек за столом опять по­ворачивается к Лешке и мягко
поясняет:

— Ну понимаешь, нельзя
	тебе: мал еще. Работа там
трудная будет, а тебе еще
семнадцати нет...

— Знаю. что  трулная. 9
	ведь давне репгил, не могу 4
не ехать. — пытается дока­зать свое Зубков и с отчая­нием и завистью смотрит на
товарищей. Ну как же так?
	Вместе, восьмерем. < раньше
срока окончили  Перовскую
строительную школу. чтобы
	ехать Ha новостройку в Ге­мир-Тау, вместе получили
комсомольские — путевки. и
	влотт... Нет. невозможно!
	епка с друзьями выби­раетея из комнаты, тверло ре­шив куда-то бежать, лейст­вовать. добиваться,

Пареньки и девчата, кото­рые пришли с красными кни­жечками путевок за билетами
в отдел комсомольских opra­низаций МК ВЛКСМ, сочувст­венно смотрят ему вслед: не
повезло же человеку!
	Краснощекий паренек, на
глазах у которого произопгла
«трагедия» Леши Зубкова, . по­хойля к столу. прежле всего
важно говорит:

— А мне уже семналцать с
гаком...

И чувствуется, что сейчас
он очень горлится этим своим
преимуществом.

Совсем спокойна Валя Ови­стунова. Глядя на нее. то­ненькую. в голубом легком
платье, и не полумаешь, что
девушка эта — строитель,
и хороший. опытный  строи­тель. Вместе со своей брига­дой Валя штукатурила и дачи
в Перхушкове, и четырех­этажные лома JIA рабочих
	Тушинской чулочно-трикотаж­ной фабрики. Им, лучшим, по­ручили работы и на собствен­ном доме СМУ-2 треста Крас­ROropercTpon.
	Hoste knw
	С МИРЧЕВ. ГВАРДИЯ ЮНЫХ БОЛГАР. Изд-во «Моло­Яя гвард

ия

»

з
	1958 г., 94 стр., цена Гр. 80 к. Нервая 6ро­организации зарубежных
	стран». Автор брошюры — болгарский журналист Стамен
	и борьбе молодого
	Мирчев рассказывает о жизни, труде
	поколения Болгарии, о его коммунистической организации
— Димитровском союзе народной молодежи.
	ДЕВУШКА ИЗ КАШИНА. Дневник и письма юной пар­тизанки Инны Константиновой. Изд-во «Молодая твардия»,
	1958 г..,
	216 стр., цена 4 р. 25 к. Это сборник волнующих
	документов, воссоздающих образ отважной партизанки —
разведчицы Инны Константиновой, погибшей в годы Вели­кой Отечественной войны. В светлом облике скромной и
чистой девушки читатель увидит лучшие черты советской
молодежи, воспитанной Коммунистической партией в духе
беззаветной преданности Родине, народу.
	Героя Со­ПОКА СТУЧИТ СЕРДЦЕ. Дневники и письма
	ветского Союза Евгении Рудневой. Изд-во «Молодая гвар­дия», 1958 г.. второе издание, 128 стр., цена 3 р. 45 к. B
	но насыщенная событиями
	книге раскрывается внедолгая,
	героическая жизнь штурмана гвардейского женского авиа­ционного полка гвардии старшего лейтенанта Евгении РУД­невой. совершившей в годы Великой Отечественной войны
	\Аеня сотни раз
	на самолетах «У-2» 645 боевых вылетов.
	KORO DIX мя ВЯ осо
ставых привычках
	 
	 

 

 

 

 

 
	= 8

ИЕ.
	я подумал, что ведь виновата
в этом не только она...

В нашей столице тысячи,
десятки тысяч молодых людей
работают продавцами,  гор­нтичными, пюферами  танеи,
официантами, мастерами в
парикмахерских, новейних
ателье, различных  мастер­ецвих_
	Многие из них приходят
	Продолжаем разговор
	0 Культуре
молодого человека
	РЕГЕЕЕГЕРЕГЕРУЕГЕЛЕРЕЕЕГЕЕЕЕЕРЕ А
	что для борьбы с «чаевыми»
необходимо обратить внима­ние и на другую сторону —
на «дающих». Безусловно,
это верно. Представьте себе,
что такого щедрото человека
несколько раз публично при­стыдят и высмеют те, кому
он предложит «на чай». Ду­мается, что он быстро отвык­нет от своей дурно пахнущей
щедрости...

Может быть, обо всем этом
не стоило бы и говорить, если
бы такие случаи были лишь
неприятным исключением. К
сожалению, это не так. По­добных фактоз, говорящих
06 отсутствии у некоторых
представителей нашей моло­лени культуры в широком
	смысле этого слова, еще, kK
	несчастью, много. И об этом

нельзя молчать.
Ю. ИДАШКИН,
аспирант Академии
	педагогизесквих наук
РСФСР.
		НОВЫИ ПЕРЕВАЛ
	Мы, группа московских ту­ристов, в Честь 40-летия
ВЛКСМ участвовали в марие
руте по Южному Уралу.

22 июля ударная группа
выступила из поселка Тир­лянского и проложила через
пять труднопроходимых хреб­тов по бездорожью новый
маршрут на высочайшую вер­птину Южного Урала — гору
Яман-Тау (1639 метров).

На одном из’ хребтов был
открыт новый перевал, кото­рый мы назвали именем‘ га­зеты .«Московский комсомо­лец».

ЧЛЕНЬ! ГРУППЬГ: Б. Гро­‘ГО случилось совсем не­давно.

Небольшое помещение па­рикмахерской было перепол­нено. С трудом дождавшись
своей очереди, я, наконец,
уселся ‘в кресло и, пока ма­стер неторопливо занимался
моей прической, принялея
смотреть в огромное во всю
стену ‘зеркало, отражавшееё
	все. что происходило в зале.
	Мне хоропю былое видчо
соседнее кресло, за которым
работала совсем еще моло­денькая миловилная девушка.
Работала она замечательно:
быстро, ловко, с каким-то осо­бым щегольством,  отличаю­щим подлинных виртуозов, и
в то же время успевала пере­говариваться и с клиентом, ия
с двумя подругами — масте­рицами.
	Темой разговора была пред­стоящая на следующий . день
энскурсия на ВСХВ. Услышан­ные мною реплики не остав­ляют сомнения в том, что
«ударница», как я мысленно
окрестил девушку, безуслов­но, инициатор и главный вдох­новитель всех тан назызае­мых +вультурно-массовых
мероприятий».

«Вет это. — да! — раз­мышлял я. — Первая в rpy­де, активная общественница,
и`улыбка такая лучезарная:
порежет — и то не страшно!»
	Мне стало даже немнонко
обидно, что моя прическа по­пала не в ее ироворные ин
умелые фуки, а в неторопли­вые руки старичка, обстоя­тельно щшелнавянего ножница­ми у моего уха вот ‘уже боль­ше лесяти минут.
	‚И вдруг... Свежёвыбритый,
постриженный и налушенный
клиент «ударнипы» встал с
	кресла, оросил довольный

взгляд в зеркало и, прежде
чем отпразиться к кассе,
	привычным, как видно, дви­жением опустил в карман
халата мастерицы смятую
кредитку.

«Ну, — оскорбленный до
глубины души, злорадно по­думал я, — сейчас она ему
покажет...»

— Мерси, — спокойно об­ронила девушка и ослепи­тельно ульбнулась навстречу
очередному посетителю..

‚Коначно, я не впервые по­знакомился в тот вечер с ет­вратительным обычаем да­вать-<на чай». Мне и раньше
приходилось видеть и этот
небрежно --сниеходительный
	жест дающего, и неприятна­угодливую или деланно-без­различную ульбку принимаю­его «чаевые». Что a, не
только этот обычай достался
нам.в наследство от прошло­га.

И то, что годами вбивалн
в голову бывшим «Mansi.
кам» из <Яра» или <Колони­альной торговли братьев Ха­ритоновых и сына», нет-нет
да и прорвется у теперешних
продавцов и официантов, но­торым давно пошел шестой
	десяток... Но эта молодая,
жизнерадостная, воспитанная
в наши дни девушка, и...
‹чаевьте» ?
	Сначала мне захотелось по­дойти к ней, узнать ’`фами:
лию, при всех пристыдить
или даже, выругать. Но потом
	Гавр — и перт, и город —
оказалея куда больше, чем
мы предполагали. Co своего
наблюдательного пуннта — с
палуб «Грузии» мы смотре­ли, дивясь на однообразные
аккуратные нварталы, кото­рые скрывались вдали за
кисеей мелкого дождичана.
Вот, собственно, и. все, что я
магу рассказать о Гавре. Мы
пробыли в нем ровно столь­ко времени, сколько понадо­билось ‘для того, чтобы семь­сот туристов пересели с теп­лохода на парижский поезд.

Но на перроне произошла
примечательная встреча. Из
доков, складов и других по­мещений порта собрались до­керы — те самые француз­ские рабочие, которые еще
несколько лет назад первыми
отказались разпружать аме­риканоние суда co смерто­носным грузом, бойцы вели­кой армии мира, своей герон­ческой борьбой вошедшие в
историю.

Докеры с пристрастием
расспрашивали нае о том,
ках идут дёла на стройках
Сибири, и откуда взяло. Совет­ское государство столько
средств на ненсии по старо­сти, и какие новые станции
метро появились в Моснве.
Словом, мы почувствовали,
что эти славные люди — на­ши братья по духу.

...Состав набирает скорость.
Повторяютоя `«киноошуще­ния» в поезде Александрия—
Каир. Только теперь ‘«съем­ка» убыстрена. Надры, мель­кающие в окнах, напоминают
старые фильмы, где смешно
дергаются человечки, где
хчеттамия  порелметолз слизва­ются,
друга.
	наталкиваясь друг на
	туда совсем юными — C9
пткольной снамьи, из ремес­ленного училища, е нурсов.

Естеетвенне, что они BHH­мательне приглядьваются к
работе и поведению старших.
И вот дат вих-то вместе с прэ­фессиональным мастерством
молодежь порой перенимает
отвратительные обычаи, ухо­дянтие корнями во времена
	темного царства».

Нельзя сказать, что KOMC?-
мольские и профсоюзные ор­ганизации уделяют молодежи
мало внимания; молодых ра­ботников ‘учат, заботятся 06
их профессиональном и куль­турном ‘росте, ‘требуют веж­ливости, расторопности при
обслуживании клиентов, но
BOT 0 «старинных обычаях»
забывают.
	В подавляющем болышинст­ве предприятий бытового об­служивания, тавсомотофных
парков, гостиниц, ресторанов,
магазинов есть комсомоль­ские организации. Многие из
них работают совсем неплохо.
Но тщетно было бы искать в
повестках комсомольских соб­раний вопрос о зчаевых» или
о некоторых других подобных
«традициях». Об этом как-то
не принято говорить. И адми­нистрация, и комсомольские
организации не замечают или
делают вид, что не замечают
всего этого.

Но об этом говорить надо,
Надо хотя бы потому, что
многие юноши и девушки про­сто не задумываются над тем,
что означают «чаевые». „Нак
попал этот возмутительный,
унижающий человеческое до­стеинство обычай в ‘нашу
действительность?
	Есть еще люди, помнящие
нравы и обычаи ¢TOCTHHD­дворсной» Москвы. Они. мог­ли бы раесказать о том, как
человеку из магазина или
ресторана и имя, и фамилию
	заменяли презрительными
словечками «любезный» и
«полупочтенный». Hak сжи­малиеь OT лютого гнева ву­лаки, когда’ лощеный ‘хлыш
бросал, как собаке, монету в
награду за только что  нане­сенное оскорбление. „Как,
снрипя зубами, помня о го­лодных ребятишках, .тернели
все это до поры...
Бесспорно, что если за это
дело всерьез возьмутся   _06-
щественные и, в первую‘ оче­редь, комсомольские органи­зации, молодежь навсегда за­будет о пбзорном обычае. ”*
Конечно, могут возразить,
	Многие ученики 16-й средней школы г. Орехово-Зуева увлекаются туриз­мом. Вместе с учителем физики Владимиром Яковлевичем Фелькером ребята уже

 
	совершили несколько походов по своему району, участвовали в 6-м традицнион­ном слете туристов Московской области.
	многодневный поход по Под­Сейчас юные туристы решили совершить
	московью, побывать в местах, связанных с боями в период Великой Отечествен­ной войны.
fl
	НА СНИМКЕ: юные туристы у Ленинградского вокзала.
					YTO TAROE
ПОЛИМЕРЬ?
	Сколь богат мир полимеров, столь же
разнообразен и поистине роскошен мир
изделий из полимерных материалов. Что­бы убедиться в этом, достаточно нозна­комиться хотя бы с химическим павильо­ном Всесоюзной промышленной выстав­ки. Любуясь тканями из синтетических
волокон, прекрасными вещами из пласти­ческих масс и многим другим, порой да­же самому богатому воображению труд­но представить то исходное сырье, из ко­торого берут свое начало отдельные из­Один из крупнейших химиков страны
лауреат Нобелевской премин академик
Н. Н. Семенов заметил, что если девят­надцатый век часто называют веком пара
и электричества, то двадцатый век делает­ся веком атомной энергии и полимерных
материалов.
	мов, В. Дыгин, В. Козули­цын (рукозодитель), Т. Но­зулицына, С, Куприянов,
Л. Островский, В. Остров­ская, Л. Смирнова, Н. Та­расов.

Полимеры — гигантские молекулы.
Если, например, молекула воды состоит
из трех атомов — двух атомов водорода
и одного — кислорода, то некоторые из
полимеров, образованных в результате
последовательного химического присоедн­нения друг к другу простых молекул,
соетоят из сотен тысяч атомов.

к

маикив ная зиссскив ино ми чиининия.

 

НАШ БЮЛЛЕТЕНЬ

На днях комсомольской
организацией Центрального
конструкторского бюро Уп­Изделия из нитрона

..Экскурсовод показывает элегантный
дамский жакет из нитрона. Его трудно
	 

PISISSSERP AS ESSER RESRPSERSECESSESRESEEESSSSVRSESE

 
 
	равления механизации спе­циальных н монтажных  рз­бот Министерства строитель­ства РСФСР был выпущен
первый номер «Бюллетеня
информации». В нем напеча­таны статьи о новинках оте­чественно07й и зарубежной
техники строительства.
Бюллетень привлек внима­вие не только молодых HH­женеров и техников-конструк­торов. Его с удовольствнем
читают и старшие товари­пи.
	К. НИКУЛЬШИН,
работник ЦКБ.
	HA JIOHKAX TIO PERE
	Вомсомольцы Караваевской
бумажной фабрики недавно
участвовали в двухдневном
походе на лодках по реке
Шерне. Они проплыли по
маршруту: Караваево — озе­ро Боровое — Карабаново —
Глуховский дом отдыха и 0б­ратно. Л. КАЛУЦКИХ,
	профгрупорг.
	отличить от шерстяного. Но жакет из та­кого синтетического волокна имеет мно­то преимуществ перед шерстяным. По­пробуйте шерстяную вещь постирать
100 раз. Вряд ли удастся. Она разойдет­ся. А изделие из нитрона не теряет сво­ей первоначальной прочности и после ста
стирок. Имея внешний вид натуральной
Утерсти, нитрон превосходит шерсть 19
	своим теплоизоляционным свойствам. Что
	важно — вещь из нитрона или в есмесн
с шерётью достаточно один раз хорошо
выгладить и потом к. ней можно уже
больше не прикасаться утюгом — склад­ки сохранятся почти навсегда. И еще, по­калуй, важнее дешевизна тканей из
нитрона по сравнению с шерстяными.
	Универсальные чулки
	Мужские носки нанта трикотажная про­мышленность выпускает восьми pa3Me­ров (номеров), женские чулки — пяти но­меров. Но в нынешнем году одна из мос­‘вовских фабрик, отбросив все сущесгвую­WyHe стандарты, нак носки, так и чулки
начала выпускать одним номером. И ни:
кто на это не жалуется — ни магазины,
	ни покупатели. Наооорот, все в один го­лос. твердят: побольше бы таких три­котажных изделий, как эти. В чем же
дело?

Дело в том, что эти изделия по разме­ру универсальны. Скажем, одни и те же
носки — они одинаково пригодны как
для подростка, так и мужчины, носящего
сорок пятый номер обуви.

Из какого же материала сделаны та­кие носки и чулки? Из «эластиках —
разновидности всем знакомого капрона.
Известно, что капроновая нить прочнее
стали. Но у нее есть одно уязвимое ме­сто: стоит, скажем, в чулке распуститься
одной петле, и чулок уже практически
не годен. «Эластик» — танже капроновая
нить, но пунтист и очень легко растяги­вается. Поэтому изделия из него «He pac­пускаются», универсальны по размеру и
	очень теплы. Все это — при «стальной»
	„прочности. Выше только (в 10 раз) прозч­ность у энанта — тоже синтетического
	волокна, впервые
в нашей стране.
	в мире полученного
	Что означает слово
	CAGAGCOHY
	Общеизвестно, что лавсан — это новое
синтетическое волокно. Но немногие
знают, почему оно так названо. Может
	ObITb, это слово к нам перекочевало из
одного из иностранных языков? Нет. Его
пронсхожление отесное Короче слово
	«лавсан» составлено из начальных OVER
олного из научных учреждений страны —
	Лаборатории высокомолекулярных соедн­нений Академии наук... Отсюда, между
прочим, видно, кем создан этот материал.
	Лавсан, как и многие полимерные мяа­териалы, получают из продуктов перерча­*ботки каменного угля и нефти. По тепло­‚ проводности ‘он не уступает шерсти, прз­восходя ее по несминаемости. Экекурсо­вод, показывая лавсановый джемпер, ‹го­ворит: — Его надо единственный раз по­гладить и больше он в этом уже не бу­дет нуждаться. Складки и плиссе на из­делиях из лавсана сохраняются в перво­начальном виде даже после стирки.
Кроме дешевизны. по сравнению с
	лперстью ълавсан имеет и такие преиму­щества: он практически совсем не погло­щает влагу и не набухает при погруже­нии на длительное время в воду, исклю­чительно стоек к воздействию солнечно­го света, а также сопротивлениям к вы­тягиванию, устойчив деиствиям нислот.
И АРТЕМОВ.
		шюра из серин «Молодежные
		Из БЛОКНОТА ЖУРНАЛИСТА
			ad
	глядела в глаза смерти, отличалась исключительным муже­ством и в то же время, как пишет о Рудневой ее ооевая
полруга И. Ракобольская, «была простой советской девуш­кой, каких много в нашей стране. Ее жизненный путь —
это путь миллионов юношей и девушек, воспитанных пар­тиея и комсомолом».
		лезного каркаса здания,
оранжевые и черные балки
которого напоминают тюрем­ную одежду колоссальных

размеров.
— Ну вот, наконец-то мы
встретили перзую HOBO­стройку, — говорю я.
Сильви Марион отводит
	взгляд и отвечает смущенно:
— Нет, это не жилой дом.
Это строят новое здание
для организации Атлантиче­ского союза...
Молодая журналистка жи:
во интересуется нашей стра­ной. Она мечтает когда-ни­будь побывать «на редине
Спутнина».

— Уверяю вас, — говорит
	девушка, =~ HK гораздо еилы­нее желаю попасть в Москву.
чем вы — в Париж.

Б БЕКНАЗАР-ЮЗБАПГЕВ.
		вая её глыба украшена. ба­рельефами и скульптурными
произведениями, прославляю­щими царствование Наполео­на, но приказу которого арка
была выстроена. Но лучшее
из произведений никакого от­ношения к Наполеону не
имеет. Это группа Рюда «Мар­сельеза>, или «Песня Похода
1792 года». В центре ее —
крылатая женщина со пта­гой, зовущая людей в бой.
	Да, это подлинная песня в
камне. И когда смотришь на
нее, думаешь 060 всех свя­щенных камнях Парижа.
Вспоминаешь сноза вынесен­ную за внешнюю ограду Пер
Лашез часть кладбищенекой
стены, в которой извая­ны мученические лица бой­цов Коммуны, следы от пуль
палачей и фигура Франции,
распростершей руки, защи­щая собой % лучших своих сы­новей. Возникают в памяти
обыкновенные булыжники од­ной из площадей, на которых
нанесены белой линией очер­тания когда-то стоявшей на
этом месте Бастилии.

Каменной сонатой остается
	в сознании чудо готического
искусства — Святая часов­ня, которую начали строить
позже, чем Нотр-Дам, а окоч­чили раньше. Воздвигнутая в
1248 году, эта часовня пора­жает своей легкостью, ажур­ностью и устойчивостью.
Хрупкое на вид здание, в ко­тором тонкие «струны» из
камня, кажется, лишь натяги­вают «полотна» 1134 витра­кей, за семь веков не дало

ни олной трещины.
	Странно: весь мир знает,
что такбе Собор Парижской
богоматери, HU почти никто
ничего не знает о Святой ча­совне, которая стоит в двух
минутах ходьбы от Нотр-Дама
и является не менее ценным
памятником архитектуры. Это
непохоже на французов, кото­рые, как никто иной, умеют
«подать» свои сокровища.
	Камни Парижа, его дома,
площади, перенективы,  aH­самбли... Когда глядишь на
этот город с высоты, в ео­седотве с молчаливыми мра­морными уродцами на бал­коне Нотр-Дама, когда ви­динть Сену с ее приземисты­ми мостами, старинные и ве
очень старые здания, уютные
бульвары, — весь Париж
прёдставляется` песней Ива
Монтана или Жоржа Брассен­са, воплощенной в камне.

В планы фирмы «Транс:
тур», любезно предоставив­шей нам свои услуги во
Франции, не входило посеще­ние туристами ’ заводов и
фабрик. He предусматрива­лись наши встречи с париж­скими рабочими. В програм­му, помимо посещения Верса­ля, были включены лиить две
большие экскурсии: Париж
ясторический (сюда входят
самые старшие по возрасту
древности — Термы Юлиана,
Собор Парижской богоматери,
Лувр, Сорбонна ит. д.) и
Париж современный (сюда
входят... тоже древности чуть
	помоложе — площадь Согла­сия, Булонский лес, Эйфелева
башня, могила Наполеона в
Доме инвалидов...) Но octa­вим седые камни Парижа и,
не возмущая прах усопших
французов, обратимся в
французам живым.
	...«Вчера в двадцати гости:
ницах Парижа пепельницы
наполнились. странными белы­ми трубочками. Этот признак
не обманывает. Советские ту­ристы, прибывиие во Фран­цию, курят удивительные си­гареты: пять сантиметров бе:
лого. картона и три сантимет­ра светлого душистого таба­ка...» Так начиналась в 05-
щем доброжелалельная замет­ка, появившаяся в буржуаз­ной вечерней газете «Франс­суар» на второй день после
нашего приезда. Из «критиче­ских замечаний» в ней упо­миналось лишь о ‘более ши­роких, чем у парижан, брю­ках советских туристов и 60-
лее мускулистых, чем у па­рижанок, руках туристок.
Снабженная тремя фотогра­фиями туристов, сделанными
в Булонеком лесу, эта инфор­мация была подписана двумя
буквами: «С. М.». Кто же на­писал заметку?
	Сильви Марион появилась
в гостинице «Отель де Пари»
через пять минут после то­ге, как автобус привез нас с
вокзала. В течение часа она
успела побеседовать с пятью­шестью туристами и с пред­стави лем «Интуриста», от­щелкать целую фотопленку,
заполнить заметками почти
весь свой блокнот. Ничего не
ноделаешь, это — ее хлеб.
Но за профессиональным ин­тересом, за естественным в
ее положении слремлением
заработать угадывался и дру­гой — человеческий интерес
к советским людям.

Мы познакомились с ней
поближе в автобусе, когда
ехали кружным путем, чтобы
	На одной из улиц французской столицы.
	больше увидеть, в Булонский
лес. Беседа двух  турнали­стов всегда бывает этаким
взаимным интервью. Кое-что
из рассказанного мной я про­читал потом во <«Франс-суар»,
‚а вот что рассказала она.
Оказывается, Сильви Ма­рион не так-то легко живется
на свете. Она еще не слиш­ком опытный репортер, и за­работки ее невелики. Девуш­ка не имеет своей нвартиры.
ЕЙ ‘приходится ‘за плохую
комнату (почти без всяких
	удобств) платить чуть ли не
половину жалованья.
— Это прямо-таки катаст­рофа — что у нас делается
с жильем! — говорила де­вушка и добавляла: — А
	строят как будто много...
	— Не%®, не много, мадемуа­зель Сильви Марион. Мы
едем уже около часа и не
встретили ни одного башен­ного крана. В Москве, напри­мер, такое невозможно.

Но тут, как бы опровергая
мои слова, появляются сразу
четыре башенных крана. Они
стоят возле громадного же­Будем знакомы, Париж!
	Чего уж тут окрывать, мы
с волнением ждали встречи с
Парижем — с лучшим горо­дом на совете после нашей
Москвы.-И как часто это бы­вает, когда чего-то возвышен­но ждешь, первые минуты в
Париже оказались обыден­ными и суетливыми,
	Мы сошли с поезда на не­казистом вокзале Сен Лазар,
гид повел нас не в ту сторо­ну, и мы минут десять стоя­ли перед запертой решет­кой каких-то ворот, глядя на
узкую, ничем не примеча­тельную улицу.
	Но вот туристы уже в авто­бусе. Мы выезжаем на один
из красивейниих в мире буль­вар Осман, потом на. Мадлен.
Это уже Болышие бульвары...

— Будем знакомы, Париж!

...Где центр Парижа? В ста­ром Лувре, у ног бесценной
мраморной Победы Самофра­кийской, что стоит безголо­вая, но вдохновенная, словно
живая, словно летящая на
своих сильных крыльях вет­ру времени наперекор? Или
в рабочем предместье Иври,
Рде бьется бессмертное серд­це коммунаров, где’ зреет. бу­дущее Франции? Под готиче­скими сводами древнего
Нотр-Дама, в котором кажет­ся лишним и неуместным
служалщий здесь мессу епис­коп Парижский со свитой, и
ты, вольно или о невольно,
вместо всех этих «случайных
людей» населяешь храм 3Ha­комыми образами Гюго? Или
на колеблемой ветрем верши­не железной пики Эйфеля,
вонзившейся в небо и став­шей символом Парижа? В
Пантеоне, над колоннами ко­торого наниеано: «Велнним
людям — благодарная роди­на» и в котором покоится
прах Вольтера, Руссо, Гюто
я других великих французов, ‚,
	или на кладбище Пер Лашез
возле стены Коммунаров?..
	Москве — Кремль, в Пе
кине — площадь Тяньань­мынь, в Лондоне — — Bect­минстер, в Праге — Градча­ны, в Нью-Йорке — район
небоскребов... А в Париже?
В Париже нет такой цент­ральной «точки». Зато есть
центральная «прямая». На­чинается она возле Лувра и
через площадь Карусель, Tro
ильрийский сад, площадь Со­гласия, Елисейские поля под­ходит к Триумфальной арке
на площади Звезды. Впро­чем, она идет и дальше, эта
строгая прямая длиной в 18
	’ километров — через улицу
	Великой армии к площади
Обороны. Но за Триумфаль­ной аркой она. оставаясь
осью Парижа, перестает иг­рать роль <центра».
		Остановимся на минутку
перед. Триумфальной аркой.
Построенная по -тишу рим­ских арок, она гораздо выше
их всех. Пятидесятиметро­<
	PEOCHOBC EK 44
		16 августа 1958 г. в стр.
	Продолжение. Начало в
№ 139. 140. 144 147. 153,
		Интересно взглянуть на Париж с высоты птичьего полета.