Д С Галиной Левиной, полеводом по профессии, мы поэнакомились позавчера в Колонном зале Дома союзов на совещании ‘передови. ков сельского хозяйства Московской области. Когда мы попросили Галину рассказать о себе она улыбнулась и скромно ответила: — Да мне, собственно, в нага зртратье-то не о чем. Работаю, как все. Ну, конечно, стараюсь впереди быть. Но так ведь делают и другие колхозники нашей артели. Так что мы все вместе стремимся к одному — сделать свой колхоз богатым... В этом скромном ответе простой девушки из колхоза имени Сталина, Шатурского района, — великая преданность и любовь к порученному делу. Она знает, что ее труд, как и труд других членов артели, подчинен одной великой цели — с честью выполнить задачи, поставленные партней перед тружениками сельского хозяйства. Когда кончилось совещание, мы вновь встретились с Галиной и засняли ее у киоска, где продавались различные сувениры. Девушка выбрала коробочку с духами и, прощаясь, заметила: — Духи — это тоже неплохо. На память о Москве. решила взять... ди возводят для своих любимых новые дома и плотины, водят сверхекоростные воздушные . лайнеры и океанские корабли! Вот почему я обеими руками голосую за племя влюбленных, за романтиков, способных отшагать полстолицы в поисках единственной пары полюбившихся им глаз; готовых простоять полночи под окнами своей любимой, слатая стихи (хотя, кроме извечной рифмы «любовь» и «кровь», ничего у них не выходит), а завтра поутру сесть за парты и встать у станков. Возможно, не все поэты бывают влюблены, когда пишут стихи, но все влюбленные — поэты. Поэты не только на бумаге, но, что важнее всего, в жизни. Еще Маяковский от“ метил, что «в Советском Союзе пониманье стихов выше довоенной нормы...». Нет, лишь равнодушные и циничные люди. могут говорить, что стихи — чепуха, влюбленность — предрассудок, цветы—мещанство. Нет, токарь-скоростник может после работы пролить слезу у телевизора над трагедией Ромео и Джульетты, командир. «ТУ-104» по возвращении. из своего десятичасового рейса Москва— Пекин купает в ванночке годовалую дочку, а создатель спутника выращивает новый сорт сирени, Все начинается с влюбленности, нет жизни без любви. Если ребенок, вырастая, не научился любить своих родителей, братьев и сестер, свою школу, свою Родину, если в его характере воспитаны начала грубого эгоизма, очень трудно рассчитывать, что он способен глубоко полюбить избранную им. Эти слова большого человеколюба А. И. Макаренко должен делать своим девизом каждый молодой человек, .. Живи, товарищ, влюбленным! Учись любить, верь в любовь, и она поднимет тебя, придаст тебе крылья пля полета. Любить — значит жить полной жизнью, дышать всей грудью, идти по жизни с поднятой головой! Константин ЛАПИН, деревне =— Выживет. Видите посадки? Вдоль села и за околицей стояли стройные деревца, совсем молоденькие. — Тоже засыхали. А мы на день по два раза поливали их — и выжили. А то какое же это село без зелени? Деревья землю украшают. А еще мне хочется цветы кругом посадить... Девчата, из тех, что на сторону ушли, товорят мне: чудная. Что, мол, ты хорошего нашла в колхозе и в этих деревьях? Манили за собой. А я, понимаете, сердцем приросла к своей деревне, вот к этим деревьям, которые своими руками посадили. И вообще мне хочетея так украсить колхоз, чтоб у людей никогда плохого настроения нё было, Хочется все делать так, чтобы, всегда люди радовались. Шла по деревне девушка, крестьянская дочь. А мне казалось: действительно, проходит. селом сказочно щедрая королева, раздавая людям свои богатства — богатство души, свет ясных глаз, согревающее тепло улыбки, от которой солнечное становятся лица встречных. И. ЗУЙНОВ. А сеичас эти руки — сердечные, мудрые руки — тянутея к Николаю Кузьмичу, чтобы поправить ворот его праздничной HOCOBOPOTHH, словно он еще совсем молосдой и этот немножко подогнувшийся ворот мешает ей любоваться, какой же он ладный, слесарь ее! Тихо в просторной комнате, тикают ходики, сльиино, как сладко мурлыкает о кот. Но нет, в тишине этой во всю свою ©илу бьется звонкая фадость. И вокруг ‘ничего затхлого, ничего старого, все, что ни есть тут, молодо своим собственным временем, утверждением жизни, счастьем, сознанием того, что ни в чем она не осталась бесплодной. И скбро в этом доме будет сыграна золотая свадьба. Как это верно: золотая — именно тут! Тут во всем золотые россыпи чуткой любви и большого труда, золотом, ярче золота — солнцем горят их живые плоды, Не капиталы, ве вещи унаследовали младшие от матери и отца. И не одна лишь рабочая кровь родителей дала им право на благородство и гордость. Служить человеку, народу — вот тот золотой ключик к несравненным богатствам, что ‘передали из рук в руки детям мать и отец. Скоро они все здесь сядут за стол, все равные честью, призванием своим, хотя есть среди них рабочий и инженер, учитель и техник. Были когда-то две юные жизни, а теперь уже их девятнадцать. Дочки, сыны, невестки, зятья, внуки и внучки — коммунисты и комсомольцы, пионеры и OKTHGpATa — вот она, большая семья! Об этом, о людях таких мечтал Алексей Максимович Горький: — Я знаю — будет время, когда люди станут любоваться друг другом, когда каждый будет, как звезда, перед другим. И вот они тут, двое из них, отдавшие вместе труду целый век, давшие жизни другим, растившие их, воспитавшие их; две звездные жизни, цельные, как хорошая песня, и такие же сложные, как те две эпохи, в которых проходили они. Шла по деревне девушка. Все здесь звали ее королева. А была она всего лишь крестьянская дочь, колхозная доярка Катя Королева из подмосковного села. Подумалось: какой-то меетный шутник окрестил ее так. Предположение не оправдалось: королевой прозвали КаGeb YMKA... (Окончание. Начало на 1-4 стр.) ATO BEEBE эту наднись, выступающий не знал, но делегаты съезда дружно аплодировали, услышав этот рассказ. Представитель ‚ Татарии призвал литераторов больше писать о нашей чулесной молодежи, о ее труде и любви. Признаюсь, рассказанный эпизод взволновал меня вдвойне. Пусть простят читатели за небольшое личное отступление, но в моей ^последней повести «Проетая история», опубликованной ‘летом прошлого года журналом «Знамя», была примерно такая же ситуация. Герой повести молодой техник-строитель Кирилл Малышев влюблен в красивую девушку Леру (как видите, даже имя совпадает). Не решаясь объясниться ей в любви прямо, он выложил свое первое признание из камней. Помнится, peлактор вычеркнул это место, как «нетипичное». В жизни. дескать, такого не может быть... На другой же день после окончания работы съезда я побывал на строительстве новых домов в районе платформы Электрозаводская, нашел здание с налписью и ефотографировал егэ. Девушка-прорао, которую я расепросил 0 происхождении надписи, объяснила: ee выложил Ммололой каменшик. влюбленный B CcTYдентку, проезжавшую мимо строики каждое утро на электричке. Его не раз «отчитывали» за это и начальство. и приезжие обследователи — ведь надпись всем’ бросалась в глаза. Сейчас каменщик ушел на учебу, фамилии его она, к сожалению, не знает, А мне подумалось: какой же весенний. порыв чувств должен был обуять молодого человека, чтобы, оставшись’ после конца смены == МИЛОЕ ЕЕ УЕ ИЕ ЕЕ Е Е Е ИЕ КИЕВЕ ЕКА ERASE’. MOTODG Крутой был... Учил меня валять из шерсти сапоги #8 петь татарские песни... Мы говорили вполголоса. Максим вспоминал. Вепоми» нал пятьдесят’ четвертый год, казахскую степь, алтайского «кореша», который жил е ним в одном вагончике. Вспомнил день, когда после демобилизацни с одним чемоданчиком сошел с поезла в Барнауле, известно, ‘что он выкладывал стену с надписью в нерабочее время! - навечно врезать в камень стены свое признание! Тот, кто будет сейчас проезжать мимо дома, уже не увидит надписи, ее закрыл пристроенный корпусе. Но где-то в толще стены, под слоем штукатурки, не остыли горячие слова любви.. Рассказывая 06 этом случае, я вовсе не призываю молодых строителей объясняться в любви посредством подобной «стенописи». Честное слово, это хлопотное дело! И все же — «не может людей не растрогать мальчишки влюбленного пыл», как писал Ярослав Смёляков в своем известном стихотворении «Хорошая девочка Лида». Помните, что сделал влюбленный лирический герой? этого стихотворения? «Hd Каменных плитах, где милый ботинок ступал, «Хорошая девочка Лида» — в отчаянье он написал. Не знаю, кем станет нынешний влюбленный каменщик. Инженером-строителем? Механизатором? Покорителем тайги? Быть может, «он вырастет, станет известным» как лирический герой стихов, может быть, «на всех перекрестках планеты ‘напишет он имя ее». Или: Он в небо залезет ночное, все пальцы себе обожжет, но вскоре над тихой Землею ‘созвездие Лиды взойдет... Не такие ли’ вчерашние «влюбленные мальчишки», понявшие, что любовь —— He только «прогулки при луне», сфотографировали 0братную половину этой самой Луны! Не такие ли влюбленные в свой труд, в свою землю лли грузчиком. Парень затосковал... — Максим, о чем сойчас думаешь? — О чем? А вот чудится Владимир Mas о Нин исполняет, скри* + ничную сонату Прокофьева. Сколько их, вот van же безудержно влюблен“ ных в беспредельный MHP музыки, живет в нашем гоз роде! Одни готовы выстоять часы за билетами на KOH церт в консерваторию, другие по многу лет. гоняются за редкостной пластинкой_с кон“ цертом Крейслера, третьи, как Володя, всего себя посвя+ щают музыке. 24 года. Это же совсем не» много. А за плечами уже фестивали В Москве и Вене, гром аплодисментов в концертных залах Брюсселя #8 Познани. Многочисленные призы, награды, взволнованные поздравления твоих педагогов и товарищей по консерватории: Но когда ты, справившиеь с непослувнной манишкой, выходишь на сцену, то меньше всего думаешь об аплодисментах и цветах. Сейчас во всем мире’ вас только двое— ты и твоя скрипка. А потом, когда, кончив играть, ты вы“ ходишь к рампе кланяться н непослушные, совсем мальческие волосы липнут K покрытому испариной лбу, ты каждый раз © восторгом ff радостью замечаешь, как много влюбленных в музыку людей вместе с тобой в зале. И ты своей. ‚игрой (еще совсем не ’2 такой” ‚ховошей, как бы тебе хотелоеь) доста вил всем им большое. и Has« стоящее сзастье. t Спутник MoH был чем-то похож на Мустафу из «Путевки в жизнь»: кипенной белизны зубы, желтоватые татарские глаза с лукавинкой, полные губы, которые, казалось, сами смеялись. Мы шли рядом по пустынной улице и украдкой рассматривали друг друга. Парень шагал легко, было ему, наверное, очень привычно и ловко в выгоревшей гимнаетерке со значками, в простых брюках из хлопчатки, и чемоданчик, который он дерзал в руке; словно бы ничего не весил. «несли свернет к горкому, значнт, из тех.» = подумал я. В: то утро собиралась ехать в районы группа ‘комсомольских шефов из Барнаула. Мы разговоризиеь позже, трясась в кузове, — Ау меня, между прочим, специальность есть, Хорошая. Шофер я. А грузчиком работаю так... Не удивляетесь? — затягиваяеь дымом, говорил он вполголоса: — Мнё сейчас, ве: рите ли, только одното хочется -—-“за баранку. Не могу я... Как с училища началоеь это, так хуже курева. В армии, бывало, уйду в свободный час, поставлю машину на колодки, пущу ва малые обороты, а сам’ лягу под нее и слушаю... Потом на полные обороты пушу и. опять елушаю, как будто, понимаете, музыка это, что ли... — Покосился на меня уголком глаза — не смеюсь ли — и продолжил: — Конезно, я и на комбайне, и на тракторе смогу. Я машины знаю... А сил у меня, ух! Хватит... но больше всего хочу за руль. — А права с собой? — Ну! — он даже задохHYJICH от изумления моему вопросу. — Все с собой! ПраBa, справки, ‘свидетельства, конспекты по механизации. Это же мое богатство!.. А что это вы все запиеываете? В лекцию о звездах меня хотите встазилть? Я медленно покраснел под его прищуром и убрал блокнот. Мы продолжили разговор вечером, на сеновале, когда уже уснули все, кто приехал с нами, а мои журналистекие дела были закончены. — Чего не спите? — прошептал Максим. — А ты? — спросил я, хотя знал, что он не ответит. Он помолчал, потом начал THXOHBKO: < — Родители ‘звали Meus Макснм... Мы жили под Каванью, отец был землекопом... КРИ т К nnn EE позвонил и узнал, что «кореш» служит действительную на другом коице страны. И все-таки Макеим остался. Первое время он ночевал на вокзале, а днем ходил по городу в понсках объявления on - поро - аул < ТА мне, будто мчится мой