ШЕСТАЯ СЕССИЯ ГЕНЕРАЛЬНОЙ АССАМБЛЕИ ООН Американский план так называемых „коллективных ,,, мероприятий план подготовки войны Речь А. Я. Вышинского в Политическом комитете 7 января 1952 года   стоит дело с уважением Устава става и его принципов, о чем говорили здесь некото­рые делегаты, чтобы показать, что в дей­ствительности принципы Устава и нормы Устава, безусловно, нарушены комитетом так называемых «коллективных мероприя­тий» и авторами находящегося на нашем рассмотрении проекта резолюции 11-ти. Мы должны сказать, что некоторые из де­легатов здесь проявили особое рвение в защите доклада комитета мероприятий». Хотя я должен сказать, что способ защиты, который избрали некото­рые из этих делегатов, может вызвать только удивление своей, я бы сказал, при­митивностью и весьма поверхностным от­ношением к такому серьезному делу. Обращусь, например, к выступлению представителя Франции, который заявил, что погодняя резолюция «Единство в пользу мира» исправила, как он выразил­ся, недостатки и пробелы, имеющиеся якобы в Уставе. Исправлением этих пробе­лов и недостатков, о которых говорил пред­ставитель Франции и которые якобы име­ются в Уставе, он, повидимому, считает такие совершенно незаконные с точки зре­ния Устава действия, как присвоение Ге­неральной Ассамблеей не принадлежащих ей по Уставу прав и полномочий, как ликвидация по существу военно-штабного комитета с передачей принадлежащих ему по Устав/ полномочий и прав какому-то вновь затеваемому органу под названием «исполнигельный военный орган». Причем здесь нельзя упускать из виду того об­стоятельства, что таким исполнительным военным органом по этим «коллективным мероприятиям» может быть даже одно ка­кое-нибудь государство, и что США уси­ленно добиваются, чтобы они и явились таким государством. Значит, вместо воен­но-штабного комитета, где представлено 5 постоянных членов Совета Безопасности, предлагается учредить какой-то исполни­в составе, может быть, только одного государства, предла­гается по сути дела единоличная дик­татура этого государства. Создавая такой исполнительный воен­ный орган вместо военно-штабного коми­тета, однако утверждают, как это сделал французский представитель, что это соот­ветствует Уставу. Но говорить это зна­чит либо проявлять невежество, либо до­пускать такое циничное и откровенное из­вращение фактов, которое рассчитано на невежественность людей, не способных разобраться в том, что иногда говорят те или другие ораторы. тета, однако утверждают, как это сделал французский представитель, что это соот­ветствует Уставу. Но говорить это зна­чит либо проявлять невежество, либо до­пускать такое циничное и откровенное из­вращение фактов, которое рассчитано на невежественность людей, не способных разобраться в том, что иногда говорят те или другне ораторы. А между тем по этому пути пошел пред­ставитель Франции. Он, видите ли, счи­тает «исправлением пробелов и недостат­ков» Устава ликвидацию по существу во­енно-штабного комитета, как и ликвида­цию по существу Совета Безопасности, полномочия которых присваиваются дру­А между тем по этому пути пошел пред­ставитель Франции. Он, видите ли, счи­тает «исправлением пробелов и недостат­ков» Устава ликвидацию по существу во­енно-штабного комитета, как и ликвида­цию по существу Совета Безопасности, полномочия которых присваиваются дру­гим органам. В таком случае тщетно бы­гим органам. В таком случае тщетно бы­ло бы надеяться на то, что эти органы, лишенные своих полномочий, могут жить и действовать, как здесь говорили, как было бы также нелепо утверждать, что такое положение соответствует. якобы Уставу, где чеоным по белому написано, кему принадлежат такие-то полномочия, а, следовательно, кому они не принадлежат. ло бы надеяться на то, что эти органы, лишенные своих полномочий, могут жить и действовать, как здесь говорили, как было бы также нелепо утверждать, что такое положение соответствует. якобы Уставу, где черным по белому написано, кему принадлежат такие-то полномочия, а, следовательно, кому они не принадлежат. Вот позиция, которую занимали в этом вопросе некоторые делегации, например, французская, прибегая к ссылкам на Устав, хотя именно Уставу полностью противоре­чат и с Уставом несовместимы мероприя­«кмитетом в Вот позиция, которую занимали в этом вопросе некоторые делегации, например, французская, прибегая к ссылкам на Устав, хотя именно Уставу полностью противоре­чат и с Уставом несовместимы мероприя­тия, предлагаемые комитетом в своем до­своем до­кладе и авторами в своем проекте резолю­ции 11-ти. кладе и авторами в своем проекте резолю­ции 11-ти. И при этом, несмотря на всю очевид­ность нарушения Устава, позволяют себе заявлять, что у Совета Безопасности и у военно-штабного комитета якобы остались неизмененными принадлежащие им права и полномочия и возложенные на эти ор­ганы обязанности. И при этом, несмотря на всю очевид­Представитель Франции, однако, пытал­ся изобразить дело так, что, в сущности говоря, с точки зрения Устава, все обсто­ит благополучно, так как Совет Безопас­ности не распущен, военно-штабной коми­тет не распущен, от них никто не отнял никаких функций, ибо нигде не сказано, ни в каких документах англо-американ­ского блока, что такие-то и такие-то функ­ции отнимаются от этих органов. Но это и не нужно было делать, потому что они создали рядом с Советом Безопасности и военно-штабным комитетом незаконный орган, неизвестно, то ли в качестве вспо­в могательного органа, то ли в качестве главного органа, вопреки ст. 7 Устава, которая перечисляет, какие органы явля­ются главными органами, и вопреки дру­гим статьям Устава, которые говорят о том, как и что представляют собой и мо­гут представлять собой так называемые вспомогательные органы. Вдруг появляет­ся исполнительный военный орган с функ­циями военно­штабного комитета и Совета Безопасности. И нам говорят: все соот­ветствует Уставу, ничего не изменилось. Но так рассуждать можно только там, где нельзя опасаться, что из дружбы или из деликатности вас не схватят за руку, не поймают вас на этом нарушении Уста­ва, не ткнут вас носом в Устав и не ска­жут: посмотрите, что в Уставе написано, прежде чем нести всякую околесицу! Это не очень приятная задача хва­тать за руку и тыкать носом в Устав, но, извините, это приходится делать для того, чтобы все-таки заставить, по крайней ме­ре, уважать Комитет и Организацию Объ­единенных Наций. Но отсюда возникает один важный во­прос, посящий принципиальный характер, и я не могу обойти этот вопрос. Вопрос заключается в том,-как же могут Совет Безопасности и военно-штабной комитет сохранять свои полномочия, если эти пол­номочия передаются другим органам, как тот же, например, исполнительный воен­ный орган? Не ясно ли, что, создавая та­кой орган и наделяя его полномочиями, принадлежащими Совету Безопасности, Совет Безопасности попросту сдают в ар­хив, лишают его возможности действо­вать и выполнять возложенные на него Уставом обязанности? В течение этих последних дней мы вы­слушали целый ряд делегаций, которые считали необходимым выступить по вопро­су о так называемых «коллективных ме­роприятиях». В сущности говоря, здесь больше все­го, по крайней мере это верно в отноше­нии некоторых делегаций, говорили о критике, которой эти «коллективные меро­приятия» подверглись со стороны делега­ций Советского Союза и ряда других стран. Обсуждение вопроса о «коллективных мероприятиях» показало, что ряд делега­ций отрицательно отнесся к проекту резо­люции 11 делегаций и, в частности, к ее резолютивной части, которая, как всегда, является ядром, сердцем и, если хотите, не только сердцем, но и мозгом всех предло­жений. Как результат прений следует от­метить отрицательное отношение ряда де­легаций к проекту, представленному нам 11 делегациями во главе с Соединенными Штатами Америки. Я говорю сейчас имен­но о Соединенных Штатах Америки, пото­му что они играют руководящую роль в Ат­лантическом блоке. Как это ни неприятно, может быть, г-ну Ллойду или г-ну Шове­лю, но я должен все-таки сказать, что их страны находятся на положении лишь при­стяжных в той тройке, в кореннике кото­рой идут Соединенные Штаты Америки. Нельзя не отметить, что некоторые де­-Ə) легации, как, например, Колумбии, Мек­ния этих понравок и, таким образом, спа­сти положение. Но как бы ни маневриро­вали представители США, Англии, Фран­ции и других стран авторов этой резо­люции, уже ясно, что эту резолюцию по­стиг полный провал, что американский план так называемых «коллективных ме­гоприятий», который пытались здесь на­вязать Генеральной Ассамблее, полностью провалился. Представитель США требовал, чтобы другие делегации приняли американский проект резолюции и согласились принять на себя обязательства, изложенные в этом проекте. Но что же получилось? Уже сей­час можно сказать, что все основное и наиболее важное, что содержалось в пер­воначальном проекте, исчезло из этого пе­ресмотренного проекта. Если этот доклад лишь принимается к сведению, если боль­шинство делегаций и сами авторы проек­та, принявшие эту поправку, отказыва­ются от того, чтобы утвердить здесь эти предложения, одобрить их, то мы имеем полное право сказать, что весь вопрос о так называемых «коллективных мероприя­тиях», как он изложен в американском плане, полностью провалился. Это озна­чает, что попытка США, при участии Ан­глии, Франции и некоторых других деле­гаций, навязать Генеральной Ассамблее свой план так называемых «коллективных мероприятий» не удалась, ибо авторы это­го плана встретились с сопротивлением, и довольно дружным сопротивлением не только со стороны арабских и азиатских стран, но и со стороны некоторых других присоединившихся к ним стран из числа латино-американских стран, которые все­гда были усердными помощниками, после­дователями Соединенных Штатов Аме­рики. Все это свидетельствует о том, что аме­риканская затея с «коллективными меро­приятиями» сорвалась. И я думаю, что прав был представитель Перу, когда он, изменяя своему правилу безоговорочно за­щищать от начала до конца любые пред­ложения Соединенных Штатов Америки и англо-американского блока, вынужден был на этот раз заявить, что доклад комитета так называемых «коллективных меро­приятий» не требует, как он сказал, какого-либо «огульного одобрения» и что «общее одобрение этого доклада, по его выражению, имеет свои опасности». сики, Чили, Аргентины, обычно неизменно и безоговорочно поддерживающие меро­приятия Атлантического блока, руководя­щую роль в котором, как известно, играют реакционные круги, главным образом, Сое­диненных Штатов Америки, — не могли скрыть своей неудовлетворенности как докладом комитета о так называемых «коллективных мероприятиях», так и про­ектом резолюции, представленным 11 де­легациями. Об этом свидетельствуют не только выступления ряда этих делегатов по данному вопросу, но и поправки, сенные ими к проекту резолюции 11 деле­гаций. Нельзя не отметить и той поспеш­ности, с которой авторы этого американ­ского проекта резолюции приняли эти по­правки, чтобы не допустить до голосова­ния этих понравок и, таким образом, спа­сти положение. Но как бы ни маневриро­вали представители США, Англии, Фран­ции и других стран-авторов этой резо­люции, уже ясно, что эту резолюцию по­стиг полный провал, что американский план так называемых «коллективных ме­гоприятий», который пытались здесь на­вязать Генеральной Ассамблее, полностью провалился. Представитель США требовал, чтобы другие делегации приняли американский проект резолюции и согласились принять на себя обязательства, изложенные в этом проекте. Но что же получилось? Уже сей­час можно сказать, что все основное и наиболее важное, что содержалось в пер­воначальном проекте, исчезло из этого пе­ресмотренного проекта. Если этот доклад лишь принимается к сведению, если боль­шинство делегаций и сами авторы проек­та, принявшие эту поправку, отказыва­ются от того, чтобы утвердить здесь эти предложения, одобрить их, то мы имеем полное право сказать, что весь вопрос о так называемых «коллективных мероприя­тиях», как он изложен в американском плане, полностью провалился. Это озна­чает, что попытка США, при участии Ан­гаций, навязать Генеральной Ассамблее свой план так называемых мероприятий» не удалась, ибо авторы это­го плана встретились с сопротивлением, и довольно дружным сопротивлением не Если дело доходит до того, что предло­жения, которые вносятся в Первый коми­тет, признаются такими, одобрение кото­рых связано даже с опасностью, то одно это уже очень плохо характеризует эти предложения. Представитель Перу преду­предил, что он себя не считает уполномо­ченным голосовать за одобрение этого до­клада до тех пор, пока он не получит полномочий от своего правительства, доба­вив, что таких полномочий он еще не по­лучил. Можно было бы назвать ряд других де­легаций, которые подвергли эти «коллек­тивные мероприятия» суровой и справед­ливой критике. Поэтому можно считать бесспорным, что большинство делегаций критиковало «коллективные мероприятия», за исключением, пожалуй, самих авторов этой резолюции 11-ти, да и то присоеди­нившихся к своим критикам, к оппози­ции. Можно считать бесспорным, что, за исключением, пожалуй, авторов резолюции 11-ти во главе с США, мало нашлось та­ких делегатов, которые не сделали по пово­ду этого доклада тех или иных оговорок, хотя некоторые и старались изобразить эти мероприятия, как и прошлогоднюю ре­золюцию «Единство в пользу мира», на которой эти мероприятия основываются, как действия, нисколько не противореча­щие якобы Уставу, даже якобы соответст­вующие его принципам, целям и задачам. Мы уже указывали на несостоятельность такой позиции, таких попыток. Мы все же вкратце должны остановить­ся на этих попытках и теперь, чтобы еще раз показать, как в действительности об­Л118008. Но нам говорят, что эти меры вызваны необходимостью и что они будут приме­няться лишь в том случае, когда Совет Безопасности не сможет принять необходи­мое решелие, что Организация Объединен­ных Наций не может оставаться в бездей­ствии в условиях, когда будто бы надви­гается опасность агрессии, а Совет Безопасности не в состоянии принять соот­ветствующих мер. Что же делать? Не под­ставлять же свою голову под удар агрессо­ра?—спрашивают наши критики. Значит, говорят, нужен такой орган, который даст якобы выход из положения; в этих целях и создается исполнительный военный орган, как экстраординарное мероприятие на тот случай, когда Совет Безопасности не будет в состоянии принять требуемого решения. Но все это рассужщение не выдерживает критики; оно является пустой отговоркой, пустым предлогом, которыми прот оправдать нарушение Устава и которые по существу лишены всякой логики и смысла. В самом деле, что означает утверждение о том, что будут приниматься необходимые меры исполнительным военным органом или Генеральной Ассамблеей тогда, когда окажется, что Совет Безопасности сам не в состоянии принять такие меры, нужное решение? Что значит это «нужное реше­ние»? Кто должен определить, раньше все­го, нужно ли принимать такое решение или не нужно? И какое именно решение нуж­но принять в каждои конкретном случае? По Уставу все это должен определить и решить Совет Безопасности. «Мы уже видели,—писал Даллес в этой книге,—что США настаивали на переда­че японских подмандатных островов под «стратегическую» опеку так, что мы име­ли возможность посредством права вето в Совете Безопасности помешать любому рас­поряжению островами, которое, по наше­му мнению, было бы против безопасности США. Согласились ли бы мы, например, поставить себя в такое положение, когда большинство в Совете Безопасности могло бы потребовать от нас передать эти остро­ва под управление России или отказаться от Панамского канала в качестве меры, которая была бы в интересах мира?» И дальше: «До тех пор, пока Совет Без­опасности является законом для самого себя, способным предпринимать произволь­ное действие, то ни одна великая держава не согласится быть заранее связанной по отношению к какому-либо действию, кото­рое может быть предпринято против нее, Я уверен, что США не согласились бы по­ставить себя в такое положение». Но как же не признать это откровен­ной, ясной и точной защитой «вето»? Те, кто поднимает крик насчет того, что мы якобы 50 раз применили «вето», как раз являются теми, которые готовы применить вето столько же или еще больше раз, если бы это им было нужно. Но как обстоит дело с «вето» торого в различ­говорится, ных блоках, что «комитет как, например, минист­ров, в так который назы­образован ваемом Европейском из представите­совете, лей Северо-атлан­всех этих стран, тическом принимает союзе, при европейском еди­ногласии объединении поданных угля голосов и стали решения («план о Шумана»), ре­комендациях европей­правительствам, ском объединении об отчетах под названием консультативной «евро­пейская ассамблее, армия» о («план поправках Плевена»)? к статуту Во Европейского всех этих организациях совета». 10 действует членов этого Вот доказательства. блока признали справедливым Статут Европейского ре­шать совета такие подписан вопросы только Англией, при Францией, единогла­Италией, сии. А здесь, Бельгией, что И, они Голландией, делают с Уставом Люксембургом, ООН, — представители Швецией, Нор­этих вегией, же 13 Данией, госу­Ирландией; дарств? Когда потом это присо­касается единились Устава к ООН, ним они Турция, вносят Греция в него и Запад­поправки, ная в Германия, силу ко­т. торых е. статут одни органы подписан лишаются 13 государствами, принадлежа­щих в том им числе по Уставу 10-ю, прав присут­и полномочий, ствующими другие здесь и органы являющимися наделяются членами такими Организации полно­мочиями, Объединенных на которые Наций. они Они не утвердили имеют права свой претендовать, статут так называемого и это делают «Европейского только для то­совета», го, чтобы в статье развязать 20-й ко­себе торого руки, говорится, чтобы избегнуть что «комитет опасности минист­провала ров, ик который незакон­образован ных мероприятий, из представите­против которых лей всех может этих быть стран, использовано принимает при право еди­«вето». ногласии На сессиях поданных совета голосов Северо-атлантическо­решения о ре­комендациях союза были правительствам, приняты только об те отчетах реше­консультативной ния, за которые ассамблее, высказывались о поправках все члены к совета. статуту Те Европейского решения, которые совета». не 45 собирали членов голосов этого блока всех признали участников, справедливым откладывались ре­шать и не такие принимались. вопросы Так только было, при в единогла­частности, сии. на сессии А здесь, совета что они в Риме, делают в ноябре с Уставом 1951 ООН, вода, — представители где решение о этих северо-атлантическом же 13 дарств? Когда военно-морском это касается командовании Устава ООН, было они вносят отло­жено в него из-за поправки, возражения в силу Англии, ко­торых а реше­одни ние органы по вопросу липаются европейской принадлежа­аомии щих было им по отложено Уставу прав из-за и возражений полномочий, стран другие Бени­органы люкса, наделяются хотя большинство такими полно­членов мочиями, совета на поддерживало которые они американское не имеют права предложение. претендовать, Это ли и это не принцип делают только единогласия, для то­прин­го, чтобы цип совпадения развязать голосов себе руки, всех чтобы участников, избегнуть без опасности чего нет провала и решения? их незакон­При этом ных договор мероприятий, предусматривает против которых необ­ходимость может быть единогласного использовано решения право «вето». совета по целому ряду вопросов: по установлению режима квот в отнолении угля и стали; по установлению первоочередности использо­вания и распределения ресурсов угля и стали; по о экспорта в третьи страны и отмены таких ограничений; по установлению максимальных и минималь­ных цен, таможенных пошлин и т. д. Еще один пример. Как сообщает печать, министр иностранных дел Франции Р. Шу­ман, выступая в комиссии по иностран­ным делам Национального собрания 4 ян­варя с. г., т. е. всего три дня тому назад, в отношении совета министров, преду­сматриваемого европейским объединением так называемой обороны, сказал, что «пра­вило единогласия в совете министров пре­дусмотрено для всех важных вопросов». В статье 10-й Северо-атлантического пакта говорится, что для приглашения но­вых членов нужно единогласное решение договаривающихся государств. В статье 10-й Северо-атлантического пакта говорится, что для приглашения но­вых членов нужно единогласнов решение договаривающихся государств. На сессиях совета Северо-атлантическо­го союза были приняты только те реше­ния, за которые высказывались все члены совета. Те решения, которые не собирали голосов всех участников, откладывались и не принимались. Так было, в частности, на сессии совета в Риме, в ноябре 1951 │года, где решение о северо-атлантическом В ст. 28-й договора о европейском объ­единении угля и стали («план Шумана») также предусматривается принцип едино­гласия при принятии решений советом это­го объединения. В этой статье сказано: «В том случае, когда настоящий договор требует единогласного решения, это реше­ние считается принятым, если за него вы­скажутся все члены совета». Сошлюсь также на статью 10 этого до­говора, где говорится, что каждое прави­тельство государства-члена объединения «располагает правом вето» при назначении членов верховного органа. Нет необходимости дальше умножать эти факты, и сказанного достаточно, что­бы было ясно, что поход против «вето» в Совете Безопасности не выдерживает ни­какой критики и продиктован исключи­тельно стремлением агрессивных сил в США, Англии, Франции и в некоторых других странах устранить или обойти каким-либо образом, хотя бы при помощи так называемых «коллективных мероприя­тий», принцип единогласия или вето и, таким образом, облегчить проведение по­литики диктата и нажима, приспособить ООН для своих целей, открыть путь для осуществления агрессивных планов, чему мешают Совет Безопасности и его прин­цип единогласия. (Продолжение следует)
Шестая сессия Генеральной Ассамблеи ООН Провал американской программы так называемых мероприятий» «коллективных
ПАРИЖ, 8 января. (Спец. корр. ТАСС). претензии Как уже сообщалось, на вчерашнем днев­ном заседании Политического комитета за­кончилась общая дискуссия по докладу комитета так наз. «коллективных меро­приятий» и сегодня утром Политический комитет приступил к рассмотрению пред­ставленных проектов резолюции и попра­вок к ним. Подводя итоги дискуссии, проанализи­по ровав позиции делегаций различных стран, глава делегации СССР А. Я. Вышинский в своем вчерашнем выступлении с полным основанием констатировал провал амери­канского плана так наз. «коллективных мероприятий», который США пытались на­цязать Генеральной Ассамблее. В ходе дис­куссии ряд делегаций внес в проекту резо­люции 11 стран, предусматривающему одобрение упомянутого доклада и введение в действие т. н. «коллективных мероприя­тий», такие поправки, которые по суще­ству свели на-нет этот проект резолюции и оставили от него рожки да ножки. Тот факт, что США и другие авторы проекта резолюции 11 стран были вы­нуждены согласиться с поправками, пред­лагающими принять к сведению, а не одобрить доклад комитета «коллективных мероприятий», предлагающими оговорить право всех членов ООН самим решать во­прос об участии или неучастии в этих «коллективных мероприятиях», являет­ся наилучшим показателем силы и разма­ха сопротивления, на которое наткнулся американский план вовлечения других го­сударств в осуществление империалисти­ческих планов США под флагом «коллек­тивных мероприятий ООН». Это сопротивление проявилось и на сегодняшнем заседании в выступлениях вето│делегатов по мотивам голосования по представленным проектам резолюции. Представители Венецуэлы, Колумбии, Доминиканской республики, Чили, Ислан­дии, Швеции и многих других стран по существу подвергли и пересмотренный проект резолюции 11 стран новой реви­зии с одной главной точки зрения: не осталось ли в нем и после внесения по­правок еще каких-либо лазеек, которые дали бы США возмокность предъявить странам — членам ООН хоть какие-либо
насчет их участия в т. н. «ксллективных мероприятиях». Учитывая, что их резолюция потерпела провал, представители США, Великобрита­нии и Франции сделали все, что только могли, чтобы хоть как-нибудь «спасти свое лицо». Они усиленно добивались от­клонения возможно большим числом голо­сов советского проекта резолюции, пред­усматривающего упразднение «комитета коллективных мероприятий», безотлага­тельный созыв Советом Безопасности пе­риодического заседания для рассмотрения мер, направленных к устранению сущест­и вующего международного напряжения, для обсуждения в первую очередь мер со­действия успешному завершению веду­щихся в Корее переговоров о прекраще­нии военных действий.
Боясь прямо отклонить эту резолюцию, делегация США прибегла к обходному ма­невру. Она совместно с делегациями Анг­лии, Франции и Бразилии внесла «по­правку», предлагающую заменить весь текст советского предложения неопреде­ленным, никого ни к чему не обязываю­щим указанием на возможность созыва периодического заседания Совета Безопас­ности, что и без того предусмотрено Уставом. Стремясь затемнить истинный смысл американской «поправки» и представить в превратном свете позицию Союза, чтобы таким путем добиться откло­нения советской резолюции, делегат Фран­ции в своем выступлении пустился в длин­ные антисоветские разглагольствования. Председатель комитета вынужден был пре­рвать его и напомнить, что общая дискус­сия закончена и что делегат Франции дол­жен говорить только по мотивам своего голосования за ту или иную резолюцию. Несмотря на это предупреждение, фран­цузский делегат продолжал угощать коми­тет своими нелепыми, не относящимися к делу утверждениями, извращающими по­зицию СССР. В связи с этим глава делегации СССР Вышинский потребовал слова для ответа зарвавшемуся представителю Франции. Просьба советского делегата была удовлет­ворена и, в изъятие из общего правила, он получил слово для ответа на высту­пление делегата Франции.
Конечно, кто-то должен ответить на эти вопросы, прежде чем принимать какие-то меры, опирающиеся на это решение. На эти вопросы отвечает Устав, устанавливая орган, который имеет право принимать та­кого рода решения, в соответствии с кон­кретной обстановкой. Устав ООН устанавливает компетенцию соответствующих органов и порядок при­нятия таких решений, в случаях, когда это будет признано необходимым. Какого?Совета Безопасности. В каком порядке? В порядке, установленном статьей 27-й Устава, соблюдением прин­ципа единогласия. Но против этого имен­но принципа и направляются все возраже­ния. Значит вот где, господа, зарыта собака! Поднимают крик: Совет Безопасности «в параличе», Совет Безопасности «бездей­ствует», Совет Безопасности не может принять необходимого решения, необходи­мо создать другой ортан, хотя нет другого органа по Уставу, который мог бы при­нять такие решения в законном порядке, объективно, справедливо; необходимо функ­ции Совета Безопасности передать Ассамб­лее! Но такие крики насчет паралича Со­вета Безопасности неправильны и нелепы: Совет Безопасности не в параличе, не без­действует, а его хотят привести в состоя­ние паралиҷа, не дать ему возможности действовать, и этому именно призваны служить так называемые «коллективные мероприятия». Совет Безопасности хотят привести в такое состояние, лишив Значит его вот возможности где, господа, действовать зарыта в собака! соответствии Поднимают с Уставом крик: Совет основным Безопасности законом Организа­«в параличе», нии Совет Безопасности «бездей­ствует», Совет Безопасности не может принять необходимого решения, необходи­мо создать другой орган, хотя нет другого органа по Уставу, который мог бы при­нять такие решения в законном порядке, объективно, справедливо; необходимо функ­ции Совета Безопасности передать Ассамб­лее! Но такие крики насчет паралича Со­вета Безопасности неправильны и нелепы: Совет Безопасности не в параличе, не без­действует, а его хотят привести в состоя­ние паралича, не дать ему возможности действовать, и этому именно призваны служить так называемые «коллективные мероприятия». Совет Безопасности хотят привести в такое состояние, лишив его возможности действовать в соответствии с Уставом основным законом Организа­пии Следовательно, самое признание какого­то решения необходимым входит в ком­петенцию установленного в Уставе органа. Какого?Совета Безопасности. В каком порядке? В порядке, установленном статьей 27-й Устава, соблюдением прин­ципа единогласия. Но против этого имен­но принципа и направляются все возраже­ния. Объединенных Наций. При эго Объединенных Наций. При этом сва­ливают ответственность на принцип едино­гласия, на так называемое «вето». Неко­торые делегаты говорили даже, что имен­но здесь надо искать «корень» всех раз­ногласий, всего напряжения в междуна­родных отношениях. Но так ли это? Действительно ли мож­но в международных делах обойтись без принципа единогласия по некоторым, ко­нечно, вопросам, не по всем, а по неко­торым, важным вопросам? Конечно, нель­зя. Я спрашиваю, действительно ли воз­можно, чтобы несколько каких-либо госу­дарств приняли в отношении другого или других государств решение, налагающее на это государство или государства какие­то обязательства, тем более, без согласия этих государств? Конечно, невозможно. В ст. 51-й Устава выражен основной прин­цип решения таких ливают важных ответственность вопросов, как вопросы, на принцип связанные едино­и гласия, с принятием на так принудительных называемое «вето». мер против Неко­того торые или делегаты ино­го говорили государства даже, или что группы имен­государств. но здесь надо Именно искать исключительной «корень» всех важностью раз­ногласий, этих мер всего и чрезвычайной напряжения в серьезностью междуна­родных послед­отношениях. ствий, которые может вызвать принятие таких мер, и объясняется такой квали­фицированный порядок принятия Советом Безопасности решений. Да и как может быть иначе, если такие решения затраги­вают наиболее жизненные интересы це­лых государств, а то и целых групп го­сударств? Советский Союз всегда стоял за этот важный, основной принцип всей си­стемы Организации Объединенных Наций. Но надо напомнить, что даже те, кто лицемерно порицает этот принцип, кто ополчается против так называемого «ве­то» и столь же лицемерно пускается в рассуждения о том, что именно в приме­нении этого принцила лежит корень всех разногласий и всего напряжения в меж­дународных отношениях, и те не могут не признать, важности и полезности этого принципа в решении международных дел, необходимости и неизбежности пользова­ния, применения в необходимых случаях «вето». Разве г. Даллес, один из наиболее яростных и беззастенчивых критиков «ве­то», на которого уже здесь ссылались, в своей книге «Война или мир», изданной 1950 воду, не подтвердил, что США безусловно применят вето, если дело кос­нется их интересов? Вот что писал в этой книге Даллес: «До сих пор происхо­дило так, что большинство в Совете Безо­пазности дружественно относилось к США, так что нам для защиты наших ин­тересов наше вето было не нужно. Но это может быть не всегда так, и если это будет не так, конечно, США захотели бы иметь право вето». Что означает это признание Даллеса? Оно означает, что право «вето» или прин­цип единогласия не содержит в себе ни­чего неприемлемого с точки зрения амери­канской внешней политики.

События в Корее События в Корее СООБЩЕНИЕ ГЛАВНОГО КОМАНДОВАНИЯ НАРОДНОЙ АРМИИ СООБЩЕНИЕ ГЛАВНОГО КОМАНДОВАНИЯ НАРОДНОЙ АРМИИ ПХЕНЬЯН, 9 января. (ТАСС). Главное командование Народной армии Корейской Народно-Демократической Республики со­общило 9 января: ПХЕНЬЯН, 9 января. (ТАСС). Главное командование Народной армии Корейской Народно-Демократической Республики со­общило 9 января: Соединения корейской Народной армии в тесном взаимодействии с частями ки­тайских народных добровольцев на всех Соединения корейской Народной армии модействии с частями ки­тайских народных добровольцев на всех фронтах продолжают вести оборонитель­ные бои. фронтах продолжают вести оборонитель­ные бои. 8 января на западном фронте два ба­тальона лисынмановских войск при под­держке свыше 10 танков четыре раза предпринимали атаки на позиции Народ­ной армии. Однако противник был от­8 января на западном фронте два ба­тальона лисынмановских войск при под­держке свыше 10 танков четыре раза предпринимали атаки на позиции Народ­ной армии. Однако противник был от­брошен, понеся при этом большие поте­ри в живой силе и технике. брошен, понеся при этом большие поте­ри в живой силе и технике. На центральном фронте противник шесть раз предпринимал атаки на пози­ции Народной армии, но каждый раз ча­сти Народной армии успешно отбивали эти атаки. На восточном фронте части Народной армии вели бои местного значения, унич­тожив при этом две роты американской армии. 9 января зенитные части Народной ар­мии и стрелки охотники за вражескими самолетами сбили 5 самолетов противни­ка из числа самолетов. совершавших на­леты на районы восточного и западного побережья и подвергавших варварской бембардировке и обстрелу мирное населе­ние этих районов. На центральном фронте противник шесть раз предпринимал атаки на пози­ции Народной армии, но каждый раз ча­сти Народной армии успешно отбивали эти атаки. На восточном фронте части Народной армии вели бои местного значения, унич­тожив при этом две роты американской 9 января зенитные части Народной ар­мии и стрелки охотники за вражескими самолетами сбили 5 самолетов противни­ка из числа самолетов. совершавших на­леты на районы восточного и западного побережья и подвергавших варварской бембардировке и обстрелу мирное населе­ние этих районов.


Сообщение корреспондента агентства Синьхуа Сообщение корреспондента агентства Синьхуа Летчик Стейнер заявил, что за время своего пребывания в Корее он сделал в общей сложности 25 ночных вылетов с целью бомбардировки коммуникаций ко­рейской Народной армии и китайских на­родных добровольцев. Дневной вылет он совершил единственный раз и был сбит. Летчик заявил, что ему неизвестны ко­нечный пункт и задание полета, о кото­рых, по его словам, знал лишь штурман самолета, капитан американских военно­воздушных сил, убитый во время обстре­ла самолета. В заключение сообщения говорится, что полет американского бомбардировщика че­рез Северную Корею с картами Китай­ской Народной Республики совершенно яс­но свидетельствует о намерении амери­канских империалистов расширить агрес­сивную войну в Корее. Летчик Стейнер заявил, что за время своего пребывания в Корее он сделал в общей сложности 25 ночных вылетов с целью бомбардировки коммуникаций ко­рейской Народной армии и китайских на­родных добровольцев. Дневной вылет он совершил единственный раз и был сбит. Летчик заявил, что ему неизвестны ко­нечный пункт и задание полета, о кото­ПЕКИН, 9 января. (ТАСС). Газета «Женьминьжибао» публикует сегодня со­общение корреспондента агентства Синь­хуа, в котором говорится, что 8 декабря 1951 сода зенитная батарея китайских добровольческих частей сбила в энском пункте в Северной Корее американский бомбардировщик «Б-26». У взятого в плен летчика Гарольда А. Стейнера (вой­сковой знак № А 0758878), спрыгнув­шего с парашютом, было обнаружено 5 двусторонних карт: на двух из них на­несены — на одной стороне Пекин, на другой — Порт-Артур; на третьей кар­ПЕКИН, 9 января. (ТАСС). Газета «Женьминьжибао» публикует сегодня со­общение корреспондента агентства Синь­хуа, в котором говорится, что 8 декабря 1951 года зенитная батарея китайских добровольческих частей сбила в энском пункте в Северной Корее американский бомбардировщик «Б-26». У взятого в плен летчика Гарольда А. Стейнера (вой­│сковой знак № А 0758878), спрыгнув­те — на одной стороне — провинция Жэхэ, на другой Мукден; на четвертой карте — на одной сгороне — Владиво­сток, на другой — Кэсон; на пятой кар­на одной стороне Нагасаки, на дру­гой Кагосима.
те
УЧАСТИЕ КИТАЙСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ В ПРОВЕДЕНИИ АГРАРНОЙ РЕФОРМЫ ПЕКИН, 9 января. (ТАСС). Деятели науки, искусства и литературы Китай­ской Народной Республики принимают ак­тивное участие в проведении аграрной реформы. Как передает китайское радио, около 100 тысяч работников культуры и просвещения, писателей, художников, журналистов и артистов Центрально-Юж­ного Китая в конце декабря выехали в сельские районы и сейчас помогают кре­стьянскому населению в осуществлении аграрной реформы. ОТСТАВКА БЕЛЬГИЙСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА

ПАРИЖ, 9 января. (ТАСС). По сооб­щению агентства Франс Пресс из Брюс-
подало отставку:
Редактор А. М. СУББОТИН.
Театры и кино «ДУМА ПРО КАЗАКА ГОЛОТУ» - Спартак. «АДРЕС НЕИЗВЕСТЕН» Аврора, Арс. «ПЕСТРОКЛЕТЧАТЫЕ» Ударник. «ДАЛЕКАЯ НЕВЕСТА» - Уран. «СПОРТИВНАЯ ЧЕСТЬ» — Баррикады. «ПОСЛЕДНИЙ ТАБОР», «ЩЕДРОЕ ЛЕТО» Кадр. «ГРИНАДЦАТЬ» Аврора. «ВОЗВРАЩЕНИЕ С ПОБЕДОЙ» Молот. «СЕКРЕТАРЬ РАЙКОМА», «КОМСОМОЛЬСК» Маяк: «ПАРЕНЬ ИЗ ТАЙГИ» Октябрь. «НОВОСТИ ДНЯ» No 60, «СОВЕТСКИЕ КИТО­БОИ» Новости дня, Наука и знание, Хроника, Кинозал короткометражного фильма. «ЮНЫЕ ПАРТИЗАНЫ» — Салют. «ПЯТЫЙ ОКЕАН», «ЗОЛОТОЙ КЛЮЧИК» — Экспресс. «ДЕТИ КАПИТАНА ГРАНТА» — Заря. «ГОЛУБЫЕ ДОРОГИ» Смена. «СОВЕТСКИЙ СПОРТ» № 12, «ПИОНЕРИЯ» No 12 Новости дня, Наука и знание, Кинозал короткометражного фильма, Хроника. «ХЛЕБ НАШ НАСУЩНЫЙ», «ОНИ НЕ СКРОЮТСЯ» Метрополь. «ИСТОРИЯ ОДНОЙ СЕМЬИ» — Родина. «КОРИЧНЕВАЯ ПАУТИНА» — Центральный. «ДЖУЛЬБАРС» Искра. ТЕАТР им. ЛЕНИНСКОГО КОМСОМОЛА. 10/I днем Женитьба, веч. Сирано де Берже­рак. 11/1 Живой труп. ДРАМ. ТЕАТР им. МОССОВЕТА (пл. Жу­равлева). 10/1 днем Недоросль, веч. Отелло. 12/1 Рассвет над Москвой. ФИЛИАЛ ТЕАТРА. (Пушкинская, 26). 10/I днем Студент третьего курса, веч. Модная лавка. 12/1 Товарищи москвичи. МОСК. ТЕАТР ДРАМЫ (ул. Герцена, 19). 10/1 днем и веч. Яблоневая ветка. 11/1 Леди и джентльмены. МОСК. ТЕАТР ДРАМЫ И КОМЕДИИ (ул. Чкалова, 76). 10/1 в 11 ч. и 3 ч. дня Семь волшебников, веч. Дворянское гнездо. 12/1 Темной осенней ночью. «ПОЕЗДА ИДУТ НЕРЕГУЛЯРНО» — Ударник, Метрополь, Центральный, Родина, Коли­зей, Призыв, Художественный, Салют, Москва, им. Моссовета, Форум, Динамо, «Эрмитаж», им. III Интернационала, Луч, Орион, ПКиО Ждановского района, Пе­рекоп, Таганский. «ТАРАС ШЕВЧЕНКО» — Метрополь, Юный зритель. «СРЕДИ ЗВЕРЕЙ», «ПОД ГОЛУБЫМ КУПО­лом», «В _ СТЕПИ», «КАРАНДАШ HA ЛЬДУ» Стереокино. «СОВЕТСКАЯ МОЛДАВИЯ» Новости дня. «БОЛЬШОЙ КОНЦЕРТ» Наука и знание. «цветной киносборник культфиль­МОВ» № 33 — Кинозал короткометраж­ного фильма. «дело мира победит» — Новости дня, Наука и знание, Кинозал короткомет­ражного фильма, Хроника. «ОПАСНЫЙ РЕЙС» Родина, Метрополь, Диск, Октябрь, Смена, Юный зритель, Искра. «ЖДИ МЕНЯ», «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА» Ки­нотеатр повторного фильма. «СКАЗАНИЕ О ЗЕМЛЕ СИБИРСКОЙ» Мир. «АНАИТ» Арс.
Ц И Р К Сегодня 10 января ЕЛКА В ЦИРКЕ «В гостях у дяди Дурова». Дневные представления в двух отделениях. Нач. в 12, 3, 6 час. Вечернее представление в трех отделениях. Нач. в 9 час. веч. В кассах цирка и районных театральных кассах производится продажа билетов на цирковые представления с 12 января. Кассы открыты с 10 час. утра.
Типография издательства «Московская правда», Потаповский переулок, д. 3.