Воскресенье, 43 октября 1957 г. № 244 [12551]

 
	ИЗВЕСТИЯ СОВЕТОВ ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ СССР
	НА ФОТОКОНКУРС «ИЗВЕСТИЙ.
	домов в свободное от работы время.
	Навстречу 40-летию Великого Октября
	повая судьба народа
	ные сады, посаженные за последнее
время, новые многоэтажные дома, по­строенные в советские, особенно в
послевоенные голы, украсили город.
Асфальт и камень покрыли город­ские улицы; тысячи электрических
ламп сияют по вечерам; автобусы,
автомашины стали обычным транс­портом. А ведь до революции горох
состоял из низеньких деревянных
домиков, в грязи улиц тонули ло­шади.

Заводы киноаппаратуры, торгового
машиностроения, сельскохозяйствен­ных машин, кондитерская фабрика,
мясокомбинат — всего около полу­сотни предприятий расположено в
Йошкар-Ола. Генеральный план ре­конетрукции города предусматривает
строительство новых крупных про­мышленных предприятий.

В Йошкар-Ола имеются несколько
вузов, техникумы и другие спе­циальные средние учебные заведе­ния. Работают театры, кино, библио­теки, книжные магазины. Строится
широкоэкранный кинотеатр, преду­смотрено строительство  монумен­тального здания марийского театра.

Навсетда покончено с неграмотно­отью, повсеместно введено обязатель­ное семилетнее образование, наме­чается всеобщее среднее образование.

Марийский ученый! Такого поня­тия до Окгября не мотло и суще­ствовать. Готда лишь единицы
сверхудачников попадали в среднее
учебное заведение. Университет
окончил единственный мариец —
	В. М. Васильев, который стал одним
из создателей марийской письменно­сти. Большинство своих трудов он
смог опубликовать лишь носле pe­волюции. Теперь y нас десятки
людей с учеными степенями. Среди
них немало женщин.

Появились десятки газет, не­сколько журналов. Марийское изда­тельство каждый год выпускает ты­сячными тиражами различную лите­ратуру на родном языке. На марий­ский язык переведены труды В. Мар­кса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина, про­изведения классиков мировой и рус­ской литературы.

Под солнцем Октября расцвело ли­тературное творчество народа мари.

В дни революции возник первый
марийский профессиональный театр.
Теперь на, сцене Марийского государ­ственного театра имени М. Шкетана
идут пьесы классического репертуа­ра и местных драматургов.

Создан Марийский ансамбль эпес­ни и пляски. Он часто выезжает за
пределы рестублики и с большим
успехом выступает в крупных горо­дах Российской Федерации ‘и Ук­ражны,

Изменился быт мари. В респуб­лике около 150 государственных и
колхозных электростанций. Еже­лневно ведет передачи на родном
языке марийское радио. Изменились
облик, и характер марийца. На
жизнь он смотрит, как на твор­чество. Теперь по вечерам над
марийскими лесами несутся на
крыльях радости новые песни, рож­денные Октябрем, советской эпохой.
Марийский народ создает новый пе­сенный эпос — эпос о партии, © со­веткой власти. Самые лучшие пес­ни он посвящает Ленину.

В огнях новостроек, в гуле экс­каваторов и тракторов марийский
народ вместе с другими братекими
народами Советской страны создает
свое коммунистическое будущее.
	Ким ВАСИН,
марийский писатель,
	животворной силой, о которой ранее
народ мог только складывать леген­ды и сказки. Марийцы — равно­правные сыны и дочери в братской
семье народов СССР. Очень верно,
задушевно выразил это талантли­вый марийский поэт Миклай Ка­заков:
Я иду по столице,
я снова и снова
Весь охвачен сияньем
‘московского дня, —*
Москвичи понимают меня
г с полуслова,
Москвичи принимают,
как брата, меня.
Мне рассказывал прадед,
как, полон заботы,
Он бродил по Москве,
поднимаясь чуть свет,
И когда его кто-нибудь
спрашивал: — Ато ты?
— Черемие, инородец! —
он молвил в ответ.
«Инородец»!-— я слова
-. страшнее не знаю,
В нем растоптаны были
людские права...
Как мне дышится вольно,
столица родная,
Как легко мне с тобою
сегодня, Москва!
fl my по Москве,
москвичи мне навстречу,
Наши думы едины,
и путь наш един.
— Вто ты? — спросят меня,
и тогда я отвечу:
— Я мариец, Советской
страны гражданин!

Неузнаваемо ‘изменилась, раесцве­ла жизнь. За годы советской власти,
пол руководством Коммунистической
партии, с братской помощью велиз
кото русекого народа марийский
край превратился в экономически
развитую, цветущую социалиетиче­скую республику.

1929 год, начало наиболее ак­тивного движения в колхозы, ма­рийский край встретил с дедовеки­ми сохами и боронами, причем тре­тья Часть крестьянства была безло­шалной. А в настоящее время в
республике 29 МТС, свыше двух ты­еяч тракторов и около тысячи ком­байнов. Из года в год повышаются
урожаи колхозных полей.

Огромную помощь оказало Совет­ское правительство марийскому ва­роду в индустриализации. Словно
струны сказочных чудо-гуслей, вос­певаемых в песнях и легендах маря,
протянулись из Казани в Йошкар­Ола рельсы железной дороги, п­строенной еще в 20-х годах по епе­циальному решению правительства.
Железная дорога способствовала раз­витию лесной промышленности, и те­перь в лесах республики работают
десятки предприятий. Шпалы, рудо­стойки, готовые лома дает марийская
лесная промыигленность.

Еще недавно на берегу Волги, в
лесу стоял одинокий домик лесниче­го, а теперь здесь вырос крупный
индустриальный город Волжек, в ко­тором находятся Марийский целлю­лозно-бумажный комбинат и древ­комбинат. Бумажный комбинат по
праву считается одним из крупней­ших предприятий страны; все в нем
— от подачи баланса до упаковки—
механизировано. Если бы всю бума­гу, выпущенную комбинатом за по­следние двадцать лет, сложить в од­ну ленту, то она протянулась бы на
расстояние влвое большее, чем рас­стояние от Земли до Луны.

Стал совершенно новым городом
Йошкар-Ола, который до революции
назывался Паревококшайском. Зеле­Среди дремучих приволжеких ле­сов, у тихого ручейка стояла ма­ленькая деревушка. Злесь в курных,
прокопченных дымом избушках жи­ли марийцы, народ честной души,
трудолюбивый, но бедный до невоз­можности. Почти все лето в поте ли­ца работали они на узкой полоске
поля возле самой деревни, пытаясь
вырастить урожай на скудной боло­THCTOH почве.

А в долгие зимние вечера марий­цы, сидя дома, при свете березовой
лучины занимались нехитрым ре­меслом: плели лапти, корзины, гото­вили лыко и мочало, женщины пря­ли и вышивали. В избе чад, полу­мрак, глаза женщин слезятся от
усталости, от напряжения. Беспро­светная жизнь, страшная нищета...

Кое-кто из жителей этой деревуш­ки, не вынеся гнета богатеев и чи­новников, в поисках лучшей доли
тайком бежал на восток, к отрогам
Уральских гор. В оставшимся подо­игла страшная болезнь, «мор», как
товорили тогда, и вымерла вся де­февня, опустела...

Долгие годы люди боялись даже
подойти к этим местам, и все вокруг
одичало. Обветшали и стнили по­стройки, заросли дикой травой и
кустарником. От деревни остались
OTH ямы, и над ними мрачно шу­мел бор.

Такова судьба одной исчезнувшей
деревни, следы. которой и поныне
видны недалеко от столицы Марий­ской республики Йошкар-Ола. По­добные рассказы можно услышать
здесь во многих местах, и остатки
бывших поселений до сих пор напо­минают о страшных для марийского
народа временах...

Отсутствие какой - либо промыш­ленности, примитивное земледелие
отличали тогда марийский край.
Толод, безысходная нужда, социаль­ные болезни — трахома, туберку­лез, 306 — и различные эпидемии
без конца терзали марийца.

Доктор медицины М. Кандарат­ский в своей книге «Признаки вы­мирания луговых черемие», издан­вой в конце прошлого века, писал:
«Печально настоящее этой народно­сти, печально прошедшее и еще пе­чальнее будущее. До настоящего
времени, & может быть, и до конца
существования этого племени, что
очень вероятно, — одна только He­проглядная темь беспробудной ночи,
и впереди не сияет спасительный
луч зари новой жизни...».

Й вымер бы народ мари, если бы
ne братская помощь великого рус­ского пролетариата и его ленинской
партии. Октябрь 1917 года стал
началом новой жизни народа мари,
‘положил конец вековому. рабству и
национальному угнетению.

В первые же годы советской вла­сли марийцы получили свею госу­дарственность. Всероссийский Цент­ральный Исполнительный Комитет и
Совнарком за подписями В. И.
Ленина и М. И. Калинина 4 ноября
1920 гола издали декрет о создании
	Марийской — автономной области,
впоследствии ставшей автономной
‘республикой.

Веками существовала легенда,
	что марийцев, томимых нуждою и
болезнями, может спасти только жи­вая вода, которую когда-то украли
у народа злые силы. Живая вода
сделает слепых зрячими, немощным
даст силу, а песням вольный `прос­тор, уверяли  сказители. H вот
советская действительность, поли­тика партии, идущей по ленинско­му пути, оказались той чудесной,
	«Мы, рабочие
Ижорского заво­‘ граду и поддерз

A НЯ живать более тес­ную связь с Цен»

тральным Homus

тетом партии. Здесь Владимир
Ильич пишет ряд статей для боль­шевистской печати, в которых ана­лизирует экономическую и полити­ческую обстановку в стране, фот­мулирует задачи рабочего класса
и его партии в текущих событиях.

26 и 27 сентября (9 и 10 октяб­ря) в газете «Рабочий путь» была
спубликована ленинская статья
«Задачи революции». В ней изла­гались программные положения
большевистской партии в надвига­ющейся социалистической револю­ции. Положения эти были выраже­ны с ленинской предельной четко­стью и остротой.

Вот они:

Соглашательство с капиталиста­ми гибельно. Оставить у власти
представителей буржуазии — это
значит открыть настежь двери го­лоду, хозяйственной катастрофе и
военной катастрофе.

Повсеместно должно быть осу­ществлено вооружение рабочих и
революционных войск.

Вся власть в государстве долж»
на перейти исключительно к Совеч
там.

Советское правительство OH
но немедленно предложить всем
воюющим народам заключить сей+
час же общий мир на демократиз
ческих условиях.

Советское правительство долж­но немедленно объявить отменен­ною частную собственность на по­мещичьи земли и передать их в за­ведование крестьянских комите­тов. «Всякое правительство, ното+
рое медлило бы с этими мерами,
должно быть признано противона­родным правительством, достойз
ным быть свергнутым и раздавлен­ным восстанием рабочих и кре­CTbAH>.

Советское правительство долж­но немедленно ввести рабочий
контроль в общегосударственном
масштабе над производством и по­треблением, гровести национали­зацию банков, страхового дела и
важнейших отраслей промышлен­ности.
	Беспощадная борьба с контрре­волюцией помещиков и капитали­CTOR.
	«Если Советы, — писал в заклю­чение Ленин, — возьмут теперь в
руки, всецело и исключительно,
государственную власть для про­ведения изложенной выше про­граммы, то Советам обеспечена
не только поддержка девяти деся­тых населения России, рабочего
класса и громаднейшего большин­ства крестьянства. Советам обес­печен и величайший революцион­ный энтузиазм армии и большин­ства народа, тот энтузиазм, без
которого победа над голодом н над
войной невозможна».
	Ингулец и Саксагань не смогут
обеспечить его водой. Поэтому pe­шено проложить канал Днепр —
Кривой Рог, протяжением в 55,5 кп­лометра.

Строительство канала поручено
орденоносному коллективу днепро­строевцев. В короткий срок ему пред­стоит выполнить большой объем ра­бот, в частности, вынуть около вось­ми миллионов кубометров грунта,
уложить 230 тысяч кубометров 62-
тона и железобетона, смонтировать
около 5 тысяч тонн металлических
конструкций.
	задачи дня
	Канал Днепр—Кривой Рог
	да, собравшись ar Ot

26 сентября в ко­личестве около трех тысяч чело­век и выслушав доклад о Демокра­тическом совещании и 06 образо­вании нового правительства с каде­тами и с промышленниками, заве­ряем, что новое правительство, ко­торое неизбежно пойдет по старо­му пути контрреволюционного со­глашательства, не встретит с на­шей стороны ни доверия, ни под­держки».

Это одна из многочисленных ре­золюций, принятых в сентябрьские
дни 1917 года на рабочих собрани­ях и митингах. Таков был ответ
пролетариата на новую попытку
меньшевиков и эсеров приостано­вить нарастание революционного
подъема масс.

А эту безнадежную попытку со­глатнатели предприняли после про­вала авантюры Норнилова. Для
этого они созвали Всероссийское
демократическое совещание из
представителей социалистических
партий, соглашательских Советов,
профсоюзов, земств, торгово-про­мышленных кругов и воинских ча­стей. Демократическое совещание
выделило Предпарламент (Времен­ный совет республики).

Тщетно пытались лакеи капи­тала перевести страну с пути со­циалистической революции на путь
буржуазного парламентаризма. Ра­бочие открыто издевались над
Предпарламентом и едко назвали
его «предбанником». Большевики
бойкотировали Предпарламент и
разоблачали ухищрения соглаша­телей,

Как ни старались эсеро-меньше­вистские лидеры изображать из се­бя <вождей революции», с каждым
днем становилось все очевиднее,
что их политика чужда и враждеб­на подлинным интересам револю­ционного развития, настоятельным
требованиям рабочих и крестьян­ских масс. Массы отворачивались
от соглашателей и все увереннее
шли за большевиками.

После долгих хлопот и закулис­ной возни Керенский ‘договорился
с представителями крупной буржу­азии — кадетами и пополнил ими
состав кабинета министров.
	Однако укрепить шаткое поло­жение Временного правительства
не удалось.

«Недовольство, возмущение, о3-
лобление в армии, в крестьянетве,
среди рабочих растет, — писал
В. И. Ленин.— Все обещающая и
ничего не исполняющая. «коали­ция» эсеров и меньшевиков с бур­жуазней нервирует массы, откры­вает им глаза, толкает их на восста­Многие моряки Каспийсного
пароходства активно участ­вуют в строительстве жилых
На снимке: старший штурман
	теплохода «30 лет ВЛКСМ» В. Полуботнко и механик теплохода «Нрестья­HHH» Д. Мухтаров у дома, ноторы
	и они строят вместе с товарищами.
	Фото радиста парохода «Нахичевань» Б. Башта.
	Й резидиумах Верховных (Советов
		республик
	Единые народные суды
	Президиум Верховного Совета Ар­мянской ССР постановил объединить
народные суды в городах и районах,
на ‘территории которых действует
более одного народного суда, в еди­ный народный суд города и района.

Единые народные суды состоят из
старшетю судьи, судей и заседателей.
На старшего’ судью, назначаемюго
испоткомами тородских и районных
Советов из числа избранных народ­ных судей, наряду с исполнением
обязанностей судьи возлагается Op­танизация работы суда и распреде­ление судебных дел между народны­MH CVIBAME.
	540 миллионов рублей
на пособие матерям
	Президиум Верховного Совета
Таджинской ССР обсудил вопрос
0 том, как исполкомы районных и
тородских Советов депутатов трудя­щихся заботятея о многодетных ма­терях. Было отмечено, что исполкомы
Советов, как правило, своевременно
представляют многодетных матерей к
натраждению и контролируют на­значение и выплату им пособий. В
Таджикской ССР 308 женщин удо­стоены почетного звания «Мать-ге­роиня», 52.705 многодетных матерей
награждены орденами и медалями.
Государство выплатило многодетным
и одиноким матерям свыше 540 мил­лионов рублей пособий. Однако в
Жанибаламеком, Пролетареком и не­которых других райисполкомах еще
неудовлетворительно налажен учет
многодетных матерей.

Президиум Верховного Совета рес­публики обязал Ленинабадекий обл­исполком, ряд районных и город­ских райисполкомов и Миниетеретво
социального обеспечения в короткий
срок устранить недостатки в начис­лении денежных пособий многодет­ным и одиноким матерям.
	Почетные звания участникам
фестиваля

За активное участие в первом рес­публиканеком, а также во Веесоюз­ном и У! Веемирном фестивалях м0-
	лодежи и студентов Ирезидиум Бер­ховного Совета Грузинской ССР при­своил почетное звание заслуженного.
деятеля искусств Грузинской CCP
Г. В. Дарахвелидзе — руководителю
самодеятельного молодежного ансамб­‚ля грузинского танца имени Ленин­ского комсомола, Г. И. Салуквадзе—
хореографу ансамбля песни и танца
Махарадзевекого районного дома
культуры; М. И. Туманишвили —
главному режиссеру  республикан­ского фестиваля молодежи, режиссе­ру Государетвенното драматичеевото
театра имени Ш. Руставели и М. А.
Чиринашвили-—композитору, дирек­тору республиканского Дома народ­ного творчества.

Почетное звание заслуженного а0-
тиста Грузинской ССР присвоено
Н. Г. Чхоидзе— режиссеру фестиваля,
артисту Государственного драмати­ческого театра имени Ш. Руставели.

Тридцать пять организаторов и
участников фестивалей награждены
Почетной грамотой Президиума Вер­ховного Совета республики.
	Уголовная ответственность
за угрозу свидетелю
	Еще один Указ, направленный на
укрепление социалистической закон­ности и охрану прав граждан рестуб­лики, —«06 уголовной ответетвенно­ети за угрозу по отноптению к свиде­телям»— принял Президиум Верхов­ного Совета Литовской ССР.

В этом Указе товорится, что
угроза убийством, истреблением иму­щества или насилием по отношению
к лицу, вызываемому либо допрапги­ваемому следственными и судебными
органами в качестве свидетеля, нака­зываетея лишением свободы на срок
от 3 месяцев до 1 года, или испра­вительно-трудовыми работами на
срок до 3 месяцев, или штрафом в
2.000 рублей.

В том случае, когда ‘угроза на­правлена против свидетеля госудат­‘ственного преступления, за которое
законом предусмотрено лишение пре­сотупника свободы на срок свыше 5
лет, угрожающий подвергается ли­шению своболы на срок до 3 лет.
	В. И. Ленин был в это время уже
в Выборге, куда он 17 (30) сентяб­ря переехал из Гельсингфорса для
того, чтобы быть ближе к Петро:
	ДНЕПРОПЕТРОВСК, 12 октября.
(По телеф. от соб. корр.). Криворож­ский бассейн — крупнейшая желе­зорудная база нашей страны. Он
снабжает сырьем многие металлур­гические заводы. За послевоенные
годы добыча руды увеличилась поч­ти в два раза. В настоящее время
строятея новые шахты и мощные
торнообогатительные комбинаты. В
связи с этим в Вривбассе значитель­но возрастает потребность в питье­вой и технической воле. В ближай­[ue годы ему потребуется около двух
миллионов кубических метров воды
в сутки. Протекающие здесь реки
	Памятник первому сельскому коммунисту
	РОСТОВ (Ярославская область),
12 октября. (По телей. от соб. корр.).
В селе Угодичи появился обелиек с
пятиконечной звезлой. Он воздвигнут
	жителями села своему односельча­нинт П. А. Пелевину, который был
	Проехали еще километров пять,
а Иванькова все не было. Степь
вокруг лежала все такая же пу­стынная и неприветливая. Ее спа­лил зной, иссушил ветер; небо над
ней без единой тучки, оно точног
раздвинулось, разрослось— попро­буй закрыть такую ширь С утра
и до ночи насвистывал суховей,

бил в лицо, оставляя на губах со­леный привкус Каспия.

Наконец, подъехали к ложбине.

— Тут, — сказал Никонов. —
Видишь, водой запасается.

Отара паслась по пригорку, —
овцы белели свежеостриженными
спинами. В низине—колодец с вы­соким срубом, рядом — деревянное
колесо, похожее на карусель, с ко­торой сняли убранства. Нолесо бы­ло опоясано тросами, на которых
серьгами висели две бадьи-кадки.
Слепой, непомерно гривастый конь
шел по кругу, колесо нудно скри­пело, пустая бадья опускалась в
колодец, а полная, плескаясь и
вздрагивая, ползла вверх.

Иваньков с засученными выше
колен штанинами, без рубашки
стоял ва бричке, на которой уме­стилась бочка ведер на двести. Как
только бадья показывалась над
срубом, Иваньков подхватывал ее
цепкими руками и выливал воду в
бочку. Гривастый конь, как заве­денный, сам поворачивался и плел­ся по кругу в обратную сторону,
пока вторая бадья не попадала
Иванькову в руки.

Тут же, вблизи колодца, находи­лась арба-вагон-—походное жилье.
Жена Иванькова кормила собак из
`лохани, невестка мыла посуду, —
семья недавно пообедала. Под ар­бой-вагоном мирно, по-домашнему
ходили куры.

Иваньков встретил нас сухо, по­здоровался кивком головы и то ло­вил бадьи и наливал в бочку воду,
то уходил за быками, которые пас­лись в полуверсте от колодца,
Пригнал быков, попоил их, затем
позвал невестку и сказал:

— Мария, беги к сакманам и
скажи хлопцам, чтобы направляли
овец в Янкульскую балку. Ход
держать спокойный, двигаться ти­хим попасом. Для ягнят нужен от­дых. Скоро и мы арбами тронемся.
  Встреча, передай Никите, будет

 
	здесь первым коммунистом и первым
председателем исполкома Утодичеко­го волостного Совета. ^

Торжественное открытие памятни­ка состоится в день 40-й годовщины
Великого Октября.
		старается, сил не жалеет для o6-
щества — правильная то идей­ность... А как же еще судить?..

Иваньков поднялся, заправил в
штаны рубашку, потянулся.

— Ну, вот совсем затучило, и
ветер стих. Пора запрягаль... Мать,
все собрала? А вот и Мария. Ну,
что сакманы? Тронулись?. Хоро­шо... Натюша на ноги не жалует­ся? Крепится? Молодец. А как сту­дент? Все песни напевает. — Обра­тился к Никонову.— Андрей Кузь­мич, может, поедемте с нами, по­беседуем еше на новой стоянке.

— Мы торопимся, — ответил Ни­конов.—Нам надо к Грищенке и к
старику Стукалову.

Иваньков ничего не сказал. С
невесткой заложил в ярмо быков,
впереди припрег гривастого коня.
К арбе-вагончику прицепил брич­ку с бочкой, затем длинное корыто
на низеньких колесах, и обоз, по­скрипывая, потянулся по балке,
оставляя на тразе след.

— Соображает черт, — буркнул
Никонов и наклонился к мотоцик­лу.— Удивительный человек! Со­рок годов живу с ним рядом, ду­мал, что досконально всю его
душу  раскусил... А выходит,
сешибся...

Мы стояли возле колодца и
смотрели вслед обозу.,
			же? В единоличной жизни, сам У
себя много ли получишь? А в кол­хозе можно—только старайся. На­стриг повысил— доход, ягнят сбе­рег, взрастил — доход. Да еще и
двойной—и мне, и колхозу. Мой
батько принял ярлыгу от моего де­да-единоличника и Дюже сильно
бедствовал. Я ту ярлыгу взял у
своего батька и живу колхозником
сносно. От меня ярлыгу примет
мой сын Никита и в богатстве об­гонит меня. Почему? — Раскурил
цыгарку, подумал.— Научный у
него подход к овце, Сам смотрит
и за случкой и за окотом. Еще ле­то побегает у меня подпаском, а
будущей весной и”ему ‘отару дове­рят,—пойдет своей дорогой, И я
спокоен. Моя выучка, не подведет.
Марию, жену свою, возьмет ар­бичкой, — женщина ‘старательная,
будет помощницей И студента
пристроил к сакману. Гришка на­меревается стать зоотехником. Так
вот ему и надобно пройти чабан­скую школу, по траве походить,
овечьего пота понюхать. Нолхозное
богатство не всякому ‘доверишь.
Есть еще у меня дочка Катя. Что
там у нее будет впереди — время
покажет, а к делу приучаться надо
сызмальства. Чтоб знала— без тру­да не проживешь. — Задумался, по­смотрел на появившиеся на гори­зонтё тучи.— Ну, жене моей сам
бог велел находиться при мне. Ну­да иголка, туда и нитка.—И к
жене:— Мать? Готова в дорогу?
Смотри, дождь находит, Кур co­бери в клетку, а то растеряем...
А теперь, Андрей Кузьмич, скажу
про мою идейность да и пора пе­редвигаться. Я человек непартей­ный, а только обидел ты меня за­зря. Те газеты и книжки, что.ты
мне приносил, — читал. Я в ком­мунизме кровно заинтересован...
Радио у меня ездит на арбе, —слу­шаю разные беседы и всякую му­зыку. А только вся моя идейность
сидит тут.— Чабан прижал к груди
крупные узловатые кулаки, — В
сердце она и в руках. И через то
я так сужу: как человек на своем
посту трудится, такая у чего в
груди и идейность. Ежели лентяю­га, ловкач, лежебока — червивая
идея. Ежели. работяга безответный,
рвется к делу, опережает всех,
	возле солончаков, Никита знает.
Те солончаки, какие в конце бал­ки.— И к жене. — Даша, как там
псарня? Поела?

— И ели, и воду пили.

— Мария, клинни собак в отару.

Молодая женщина по-ребячьи
свистнула и быстрыми шагами на­правилась к отаре, Следом за ней
ленивой рысцой потрусили восемь
кудлатых псов. Иваньков посмот­рел им вслед, помыл в бадье ру­ки, надел рубашку и уселся на
дышло. Вынул пропитанный жел­той пылью кисет, свернул цыгар­ку и передал табак Никонову.

— Василий Антонович, ты нас
махоркой не потчуй, мы некуря­щие, — сказал тот, заглядывая в
кисет.— Лучше поведай товарищу
из газеты про свою степовую
жизнь...

— Что жизнь? — Иваньков ку­pHa, хмурил брови. — Жизнь у нас
извеетная—кочуем, движемся.

— Расскажи о настриге, насчет
ягнят, как ты их растищь, от про­студы оберегаешь, — подсказывал
Никонов. — Я сообщил товарищу в
общих чертах: на круг у тебя по
шесть кило шерсти и по 150 яг­нят на 100 овцематок? Так? Не
ошибся?

— Верно... Не ошибся... А про
жадность мою тоже поведал? —
вдруг спросил Иваньков, усмеха­ясь.— Всем же говоришь, что
Иваньков такой-сякой жадюга...

— Серчаешь? Против правды не
пойдешь. — Никонов положил ла­донь Иванькову на колено.— Ва­силий Антонович, не косись на ме­ня ястребом. Чабан ты природный,
слов нет, а вот с идейностью...

— Погоди, Андрей Кузьмич, с
этим попреком. —.Иваньков отстра­нил руку.— Сперва насчет жадно­сти. Точно ты подметил— жадный
я. Только не до богатства, а. до ра­боты. Веришь, не могу насы­THTBCA...

— Шутник же, Василий Анто­нович!

— Какая тут может быть шут­ка. Да я и семью свою к той жад­ности прилаживаю. Тут, Андрей
Кузьмич, расчет простой. Где мож­но хорошо заработать? У нас, в
колхозе. На то мы и в колхозы по­шли, чтоб хорошо жить... А как

 
	 
	no oOo
Семен БАБАЕВСКИЙ

эт  
	— Почему? —удивился я.— По­казатели, как ты говорил, у Ивань­кова хорошие... я

— Верно, показатели ничего,
свносные... Но тебе, как я полагаю,
нужен чабан положительный, чтоб
в нем, как это... имелась идей­ность. А какая идейность у Ивань­кова? Так, скряга, жадюга, просто
стыдно за человека. В социализм
вошел, а от позорного прошлого
не избавился. Одна сплошная бес­сознательность. Я нарочно завер­нул в Кугульту, чтобы ты в на­глядности убедился, На слово мог
бы не поверить, так смотри на эту
хату. Есть у Иванькова коровен­ка— отвел к сестре, попросил при­смотреть, а птицу, веришь, забрал
в отару. Тоже из выгоды. Ох, и
хитер! В степи куры будут KOp­миться разными букашками — бес­платно. Вот, какой это чабан— во
всем видит одну выгоду и расчет...
Так что лучше поедем к Грищен­ке или к старику Стукалову.

— Все же сперва Bago побы­вать У Иванькова, — настаивал
я.— Это ничего, что Иваньков, как
ты говоришь, неположительный.
	Какой есть, такой пусть и будет.
— Ну, как знаешь, тебе вид­нее.— Никонов резким движением
ноги завел мотор.— А по-моему,
интереса в Иванькове нет никако­ro. Tak, допотопный мужик, и все.
	За Кугультой — забурунная степь
под мутным небом. Повсюду синел
жесткий, как проволока, типчак,
дрожала на ветру полынь. Равни­на— море, а ковыль, сгибая белый
шелк,— пена на гребнях волн... В
сторонке древний курган. На за­старевшей макушке гнездился орел
величиной с доброго индюка — При­вык, не боится мотоцикла. Шея и
грудь-——лиловые, как у селезня, а
	весь он— от когтистых ног до’ чер
ного клюва— будто отлит из меди.
	Верховье Кубани, просторы
Ставрополья — родные места. OT
станицы к станице, от села к се­лу исхожены и изъезжены пути»
дороги. Были привалы и ночлеги
— там у копны пахнущего цвета­ми сена, там на берегу реки, там
возле непотухающего всю ночь
чабанского костра, И всюду люди,
беседы, разговоры. Всюду жизнь—
обычная, с виду ничем не приме­чательная советская жизнь... Уви­денное и услышанное вошло в
записные книжки, улеглось и
устоялось,— так родились эти за­метки, составившие книгу о харан­тере советского человека *).
		— Шугу! — крикнул Никонов и
взмахнул рукой.

Хищник могуче расправил крас­новатые, в серебре, крылья H
грудью лег на воздушную волну.

— Вот и курган проехали, а
отары не видно, — сказал Никонов,
приостановив мотоцикл.— Как же
нам разыскать Иванькова?.. Вчера
его хозяйство находилоеь в этом
месте, это я точно знаю. Чудо! За­терялся в степи человек с отарой...
Вот ты упомянул насчет его по­казателей. Верно, по овцам он: ма­стер, с ними вырос, любит свою за­нятию, а вот нутром еще не пере­кроен. Тут, конечно, и моя вина.
И книжки, и газеты ему привозил,
засфавлял читать, — не помогает.
Беда в том, что он завсегда в сте­пи, на собраниях не бывает, радио
не слушает... Оттого вся текущая
политика не трогает его сознатель­ности, не перестраивает в лучшую
сторону. Тридцать лет живет в
колхозе, а единоличника из свое­го нутра не вытурил. Так и норо­вит побольше заработать. И дети­шек своих сызмальства к этому
приноравливает. Старший сын Ни­кита недавно женился. Так теперь
и Никита, и его жена возле овец.
Сын работает подпаском, а жена
сына— третьяком. Свою жену сде­лал арбичкой. Еще один сын Гри­горий —студент. Парень приехал к
родителям погостить на лето, от­дохнуть, сил набраться. Так
Иваньков и студента пристроил к
овцам, вручил ему ярлыгу и сде­лал сакманщиком. Дочь, ученица
восьмого класса, тоже ходит за
сакманом... Что такое сакман? Нуч­ка овец с малыми ягнятами, В 06-
щей отаре их держать нельзя, вот
и пасутся сакманами. Нерусское
слово, а прижилось в чабанском
быту...
	Снова приподнялся на седле,
осмотрелся:

— Куда податься? Помчимся
вон к той балке. Там есть колодец.
Может, Иваньков зараз возле
воды,
	В степи, у Иванькова
	Мотоциклом управлял партере
Андрей Кузьмич Никонов, а я си­дел рядом, в коляске. В спину нам
дул ветер, слегка подталкивал, то­ропил, частенько укрывал горячей
пылью, которая срывалась с доро­ги и обгоняла нас.
	Проезжали степное село Кугуль­ту. Низкие глиняные изгороди по’
биты дождями и источены ветра
ми. Хаты— мазанки, длинные, как
сараи, с земляными плоскими кры­шами. Улица по-степному про­сторна, —на ней ни деревца, ни ку­стика.
	Никонов остановился возле х@-
‚ лы. Окна выходили прямо на ули­цу. Ставни закрыты, на дверях
чернел замок. Никонов приподнял­ся как на стременах, пояснил:
	— Вот, любуйся, — жилище
Иванькова. Ставни заколотил гвоз­дями, дверь укрепил замком. Вею
семью увез в отару и кочует по
степи. Давали ему и подпаска, и
сакманщиков, и арбичку. Говори
ли, не жадничай, Василий Антоно­вич, не тащи все семейство. Нет,
отвечает, с семьей мне выгодно. И
сына-студента забрал в степь.
Жадничает, хочет больше загре­сти трудодней... Так что к этому
Иванькову ехать нам не за чем,
	+) Полностью книга будет опублико­вана в журнале «Октябрь».
	Любка
	Старинная кубанская станица
Н. недавно стала именоваться го­родом. Обычно ночью Н. в огнях,
как и полагается настоящему горо­ду. Особенно хорошо здесь в сен­тябре. Днем прошумит дождь, без
грозы, без ветра. Вечером свежо.
Тротуары тускло отсвечивают мо­крым асфальтом, в умытой, слегка
тронутой желтизной листве пря­чутся фонари. В городском саду
играет баян. Людно на танцеваль­ной площадке, в летнем кино­театре.

В эту осень я прожил в Н. боль:
ше месяца. Комнату снимал у
Анисьи Фоминичны, одинокой ста
рухи с крохотными, до крайности
выцветшими глазами. В домике,
	(Окончание на 4-й стр.).