Александр РОЗЕН. СРото М. ГРАЧЕВА Час утренний, рабочий. Поздний зимний рассвет еще не наступил. Яркими электрическими огнями озарен проспект Стачек, и видны издалека два слова, будто выведенные на фоне неба светящимися красными буквами: „Кировский завод”. Чем ближе к заводу, тем светлее на улице и тем внушительнее поток автобусов, троллейбусов, трамваев, легковых автомобилей. Смена. Спешит на работу известный механизатор производства — слесарь Петр Александрович Зайченко; в шумном, оживленном потоке людей идут, то и дело отвечая на приветствия, инициаторы скоростных плавок — депутат Ленинградского областного Совета депутатов трудящихся сталевар Иван Семенович Семенов и его товарищ по работе Максим Кузьмич Мурзич. Конструкторы трелевочного трактора — лауреаты Сталинской премии Леонид Ефимович Сычев и Николай Васильевич Курин приветствуют депутата Ленинградского Совета, новатора производства, фрезеровщика Евгения Францевича Савича. Идут на работу знатные люди — стахановцы и стахановки, чьи имена известны далеко за пределами завода. Молодой паренек с интересом всматривается в их лица, энергичные и по-хозяйски уверенные. — Впервые на заводе? — спрашивает паренька пожилой человек невысокого роста, с мохнатыми, заиндевевшими на морозе бровями и острым, внимательным взглядом. — Работать? — Учеником пока что. .. У фрезеровщика Леонова учиться буду. Может знаете такого?.. Вместо ответа собеседник показывает пареньку на большой плакат: „Вчера рабочий нашего завода фрезеровщик Леонов выполнил суточное задание на девятьсот тридцать три процента! Кировцы, равняйтесь на товарища Леонова! Паренек заторопился. Пожилой еще постоял с минуту. Брови его сдвинулись, взгляд посуровел. Быть может, вспомнил он в эту минуту, как пятьдесят лет назад впервые пришел на Путиловский завод, носящий теперь имя пламенного трибуна революции Сергея Мироновича Кирова? Быть может, вспомнилась Николаю Кукушкину та далекая, беспросветная ночь над Нарвской заставой и красноватые отблески мартеновских печей, изредка освещавшие изможденные лица рабочих?.. Кукушкину едва минуло тогда одиннадцать лет, но он уже был кормильцем семьи. Его отец, проработав двадцать пять лет сталепрокатчиком на Путиловском заводе, скоропостижно умер. Страшен был труд на этом заводе в старое время. Невыносимая жара стояла в сталепрокатной: хозяева не заботились о вентиляции, а цех был небольшой и низкий. Рабочие задыхались, то и дело выбегали во двор и полуобнаженные бросались в снежные сугробы. Рано выходили из строя путиловские сталепрокатчики, которых специально подбирали среди силачей, одной рукой поднимавших пятипудовые гири. В тот день, когда Коля Кукушкин поступил на завод, господа акционеры шумно праздновали юбилей — столетие со дня основания Путиловского завода. Звенели бокалы. Пили „за преуспеяние” предприятия. Пили за увеличение прибылей, то есть за новое усиление эксплоатации рабочих — чудесных умельцев, своим упорством и смекалкой приобретавших самые высокие квалификации. Путиловские слесари, сталевары, литейщики славились на всю Россию. „Путиловский завод все может,” — с завистью вздыхали многие заводчики. С чувством гордости говорили о путиловцах рабочие по всей необ ятной России. О них знали, как о людях, способных на решительное выступление против хозяев, на стачку. „Путиловский мастеровой на дерзость скор и на стачку легок , — ходила в народе поговорка. Не случайно после Великой Октябрьской социалистической революции Петергофское шоссе, на котором стоит завод, было названо проспектом Стачек. Кировский завод. Его история тесно связана с героической историей русского рабочего класса. 2 апреля 1801 года начал работать завод, на котором со временем сложились лучшие революционные традиции рабочего класса России. Не прошло и восьми лет со дня пуска предприятия, как здесь совершилось событие — первое среди тех, что дали проспекту Стачек его теперешнее название. 6 февраля 1809 года рабочие формовочного цеха СанктПетербургского чугунолитейного завода ушли с работы, „оказав неповиновение . Зачинщики были жестоко наказаны. Но ни кнут, ни каторга не могли устрашить бесстрашных. С каждым годом все активнее боролись рабочие за свои права. Тяжек был труд на старом Путиловском заводе. По 12 часов работали люди в темных, дымных цехах предприятия. Поиному выглядят реконструированные цехи Кировского завода, где тяжелый ручной труд заменен трудом механизированным. На снимке — цех крупных деталей Кировского завода. Внизу cnpasa — цех Путиловского завода в 1915 году.