ветила я. Важнее другое: наведем чистоту, тогда свиньи болеть не будут. «Что?! И здесь здравоохранения захотелось?! Свинья есть свинья! Ей небом определено быть грязной. Тоже надумала: са-ни-та-ри-я! Прожил я на этом свете ни много, ни мало шестьдесят лет. Что-то не слыхал, чтобы свиньям санитарию наводить нужно было». Заладил одно, что свиньям небом определено жить в грязи, и ни с места. Какая, мол, разница, будет: в хлеву чисто или нет? 

Никаких веских доводов привести ему я не смогла и потерпела поражение. Но я не смирилась. Как только выпадал свободный час, я бежала в правление и там рылась в старых газетах. Я не сомневалась, что найду в них материал об опыте выкармливания свиней или что-нибудь вроде этого. Наконец я нашла две статьи. Одна так и называлась: «Санитарная работа при уходе за свиньями». Помчалась я с ней к дядюшке Юнь Шаню, словно драгоценность мне какая досталась. В статье сначала речь шла вообще о санитарной работе, а потом было приведено два конкретных примера. В одном сельскохозяйственном кооперативе, имевшем более ста свиней, санитарное дело поставлено так хорошо, что вот уже два года, как у них ни одного случая заболевания среди свиней нету. А в другом как раз наоборот: только за один прошлый год из семидесяти свиней потеряли десять. Выслушал дядюшка Юнь Шань статью до конца и сказал: «Эге! И в газетах про то же пишут». «В газетах, говорю я, правду пишут. Наши газеты обманывать не станут». «Так-так!...» протянул он и замолчал. Вижу, глаза у него оживились, и поспешно заговорила: «Наведем в хлеве чистоту всей деревне польза. Здравоохранением и мы должны заниматься. Слыхал, соседи уже в правление ходили жаловаться на нас?» «Да-да, очень народ недоволен». 

Проговорили мы с ним дотемна, пока наконец он не согласился. Договорились вот до чего. Как только вычистим хлев и приведем все в порядок, станем приучать свиней ходить в определенное место, как в газете советуют. Санитарный порядок должен сохраняться всегда. Так обрадовал меня дядюшка Юнь Шань своим согласием, что я чуть не запрыгала. 

Но тут я вспомнила о другой трудности. Хлев у нас большой, грязи в нем много, двоим нам, пожалуй, и в месяц не управиться. Да и тяжело дядюшке Юнь Шаню быстро работать: прихрамывает он. Просить председателя дать людей? Ничего из этого не выйдет. Обещатьто пообещает, да сможет ли дать, когда в поле работы по горло! Я огорчилась, что ничего сама придумать не могу. Побежала искать нашего секретаря Чжан Жунь-няня, чтобы с ним посоветоваться. Он обрадовался, узнав о нашем плане, и сам предложил мобилизовать членов Союза молодежи поработать вечерами. В тот же день созвали собрание. Обсудили вопрос быстро, никто против не выступил. Особенную активность проявили двое, но это понятно: они живут по соседству с хлевом, поэтому, рассказывают, натерпелись за лето, нанюхались, что называется. 

Работать начали со следующего же дня. Эти вечера светила полная луна. Я работала 

вместе со всеми, а заодно учила ребят новым песням. Работали все дружно, со старанием, шуткам и смеху не было конца. В первый вечер явились только парни, но потом пришли и девушки. За пять вечеров весь хлев очистили от грязи. Навоз вывезли в яму за деревней, несколько телег желтого песку доставили, посыпали в хлеву, свежей травы накидали на решетки. Когда все было готово, мы с дядюшкой Юнь Шанем погнали свиней на речку, баню им устроили... Сейчас у нас чистота, каждый день по два раза уборку в хлеву делаем. Стали уже приучать свиней и ходить в определенное место. Но это дело по-настоящему трудное: они совсем не слушаются. Я верю, что понемногу приучим их. Ведь привычка не сразу вырабатывается! 

Деревенские очень довольны переменами в хлеву, а соседи, те в один голос говорят: «Доброе дело задумала, Мэй-мэй!» Конечно, некоторые поют и другое: «Новая метла чисто метет!», «Переделайте свой хлев хоть во дворец с колокольчиками из чистого золота, все равно свиньи принцессами не станут!». Это острит Ли Юй-цин. 

Вы спрашиваете о Чжан Вэе? После того как мы ходили с ним в город смотреть списки принятых, он на улицу и не показывается, видеть никого не хочет. Торчит день-деньской дома и хнычет. Родители боятся, как бы парень не заболел, каждый день готовят ему какие-то особенные блюда... Однажды я зашла к нему. Выглядит он плохо, глаза опухли, стали похожими на красные финики. Я пробовала убедить его заняться делом: мало ли в сельском хозяйстве работы! Но он замотал головой: «Мне не перенести такого стыда!» И добавил: «Никогда бы не подумал, что ты за свиньями ухаживать станешь. Какие у тебя перспективы?!» «Что бы ты ни делал, все для родины...» начала я, но не успела кончить, как он раскричался: «Хватит, хватит! Я не такой передовой, как ты. Кому нравится, тот пусть себя проявляет!» Меня зло взяло, я повернулась и убежала. 

После меня Чжан Жунь-нянь два раза ходил к нему, сам председатель уговаривал его, и все равно никакого толку. Рассказывали, что он заставил своего отца продать два мешка пшеницы, чтобы дать ему денег на дорогу, и уехал в Тайюань искать работу. Позавчера мать его приходила с письмом. Из Тайюани прислал! На всю деревню хвасталась. Встретит грамотного даст читать, а неграмотному обязательно скажет: «Мой Чжан Вэй в провинциальном правительстве нашел себе дело. В правительстве всей провинции!» Я читала это письмо. О службе там нет ни слова. 

Когда отец с бабушкой узнали об этой новости, от зависти они прямо не знаю что готовы были со мной сделать. С тех пор не стало дня, чтобы я не слышала упреков. Но теперь я уже не принимаю их так близко к сердцу. У меня своих дел хватает, чего уж там! До следующего письма. 

Привет! 

23 августа. 

3 

Хань Мэй-мэй. 

Дорогая сестра Люй Пин! Разреши мне называть тебя сестрой, мне это 

будет очень приятно. Как хотелось бы мне иметь такую чудесную сестру, как ты! 

Будь спокойна, родная, я никогда не возомню о себе. Подумаешь, успехи! Да и не одни мои в этом заслуги... Книжки об уходе за свиньями, которые ты прислала, я прочитала от начала и до конца, читала их и дядюшке Юнь Шаню, когда выпадало свободное время. Раньше я считала, что ухаживать за свиньями проще простого. Теперь же, благодаря книжкам, я поняла, что это большая наука. Чем больше учишься, тем яснее начинаешь понимать, что знаний твоих недостаточно. Вырастить свинью совсем не легкое дело. К слову, как приготовлять корм? Кто мог подумать, что есть такая масса способов! Оказывается, свиньи тоже нуждаются в разнообразной пище. Им нужны и кальций, и фосфор, и витамины всякие... А мы им давали раньше одни отруби. Иной раз, когда муку на мельнице не мололи и отрубей не было, замешивали прямо зерно. Сыпали его много, а свиньи все равно ели плохо. Сейчас мы кормим их по-новому. Кроме отрубей, подбавляем разные корнеплоды, траву, стебли юйцзяо, арбузные корки... Знаешь, сколько мы теперь зерна экономим! 

Но и здесь сначала были трудности. Дядюшка Юнь Шань о новых кормах и слушать не хотел. «Тебя на привязи держать надо, Мэй-мэй, иначе что ни день новое придумывать будешь, ухмыльнулся он, когда я рассказала ему о суточном рационе для свиней. Ну, скажи мне, где ты видела, чтобы свиней кормили травой?!» Я ему ответила, что это опыт других и его надо перенимать, а он смеется: «Опыт? Опять, наверно, в газете вычитала? Конечно, не верить тому, что пишут газеты, нельзя, но и доверять им слишком тоже не следует. Не такие животные свиньи, чтобы одной травой им кормиться. Сколько ни давай им, все равно сыты не будут». «А я уже проверила, дядюшка Юнь Шань. Не верите — пойдем и посмотрим». 

Я знала, что дядюшка Юнь Шань ни за что не поверит, если не увидит своими глазами. У меня уже были приготовлены лебеда, зольник и другие травы, которые я заранее нарвала в поле. Дала я их свиньям все съели подчистую... Когда дядюшка Юнь Шань убедился, что я сказала правду, он долго молчал. 

«Такая уйма свиней! сказал он наконец озабоченно.—Десять человек поставь собирать траву, и те не управятся». 

Это действительно была проблема, и я рассказала о том председателю. «Скажи, пожалуйста! пришел тот в восторг.— Уменьшить количество зерна, которое мы отпускаем для свиней? Здорово! Дельное предложение!» С этого времени каждый член кооператива, возвращаясь с поля, должен был рвать по дороге сорную траву и приносить нам. Я тоже ходила ежедневно по дворам и собирала ботву и вообще все, что годится на корм свиньям. Потом хозяйки стали к нам приходить сами. Даже старик У Дэ-хоу, который смотрит за бахчой, приплелся раз в обеденное время с целым мешком арбузных корок и теперь навещает нас каждый день. Недавно на правлениии составляли план, решили осенью несколько му залежной земли отвести под огород, чтобы посадить для свиней репу, капусту... Не