Наканунѣ октябрьскаго переворота.
Вопросъ о войнѣ и мирѣ.
Отчеты о секретныхъ засѣданіяхъ комиссій Временнаго Совѣта Россійской Республики.
Въ качествѣ редактора предлагаемыхъ вниманію читателя матеріаловъ считаю нужнымъ снабдить ихъ пояснительными замѣчаніями двоякаго рода. Съ одной стороны, необходимо выяснить и установить документальное значеніе матеріаловъ, съ другой стороны, представляется не лишнимъ напомнить вкратцѣ обстановку, въ которой разыгрался характеризуемый матеріалами эпизодъ.
Документальное значеніе печатаемыхъ журналовъ основывается на ихъ соотвѣтствіи техникѣ дѣлопроизводства, выработанной практикой Государственной Думы. Какъ ни былъ далекъ и даже враждебенъ Думѣ, по настроенію и составу, Временный Совѣтъ Республики (предпарламентъ), все же онъ былъ вынужденъ въ своемъ дѣловомъ обиходѣ пользоваться уже налаженнымъ опытомъ народнаго представительства. Въ первомъ же засѣданіи Совѣта постановлено было руководиться, впредь до его переработки, думскимъ наказомъ; естественно, что думская практика и ея навыки были приложены и къ дѣятельности совѣтскихъ комиссій. Въ частности, М. И. Скобелевъ, всего за нѣсколько мѣсяцевъ передъ тѣмъ, въ юбилейномъ засѣданіи Государственныхъ Думъ всѣхъ четырехъ созывовъ 27 апрѣля торжественно возвѣщавшій смерть Думы, въ качествѣ предсѣдателя совѣтской комиссіи по иностраннымъ дѣламъ, неоднократно и настойчиво подчеркивалъ желательность слѣдовать, въ области парламентской техники, примѣрамъ имъ же отпѣтаго учрежденія.
При такихъ условіяхъ роль канцеляріи совѣта сама собою диктовалась служебнымъ опытомъ личнаго ея состава, образованнаго почти исключительно изъ чиновъ думской канцеляріи, въ число которыхъ входилъ и пишущій эти строки.
По отношенію къ преніямъ въ комиссіяхъ думской практикѣ были извѣстны два способа воспроизведенія: стенографическая ихъ запись, примѣнявшаяся лишь въ бюджетной комиссіи, и вольное изложеніе преній въ видѣ журнала, редактируемаго дѣлопроизводителемъ на основаніи ведомой имъ въ засѣданіи сокращенной черновой записи. Въ обоихъ случаяхъ, съ точки зрѣнія строгаго соблюденія формы, требовалось предъявленіе проектовъ отчетовъ и журналовъ всѣмъ выступавшимъ въ засѣданіи ораторамъ для нанесенія исправленій. Однако, точное выполненіе этого требованія въ большинствѣ случаевъ представлялось фактически неосуществимымъ, за невозможностью получить исправленные экземпляры
Вопросъ о войнѣ и мирѣ.
Отчеты о секретныхъ засѣданіяхъ комиссій Временнаго Совѣта Россійской Республики.
Въ качествѣ редактора предлагаемыхъ вниманію читателя матеріаловъ считаю нужнымъ снабдить ихъ пояснительными замѣчаніями двоякаго рода. Съ одной стороны, необходимо выяснить и установить документальное значеніе матеріаловъ, съ другой стороны, представляется не лишнимъ напомнить вкратцѣ обстановку, въ которой разыгрался характеризуемый матеріалами эпизодъ.
Документальное значеніе печатаемыхъ журналовъ основывается на ихъ соотвѣтствіи техникѣ дѣлопроизводства, выработанной практикой Государственной Думы. Какъ ни былъ далекъ и даже враждебенъ Думѣ, по настроенію и составу, Временный Совѣтъ Республики (предпарламентъ), все же онъ былъ вынужденъ въ своемъ дѣловомъ обиходѣ пользоваться уже налаженнымъ опытомъ народнаго представительства. Въ первомъ же засѣданіи Совѣта постановлено было руководиться, впредь до его переработки, думскимъ наказомъ; естественно, что думская практика и ея навыки были приложены и къ дѣятельности совѣтскихъ комиссій. Въ частности, М. И. Скобелевъ, всего за нѣсколько мѣсяцевъ передъ тѣмъ, въ юбилейномъ засѣданіи Государственныхъ Думъ всѣхъ четырехъ созывовъ 27 апрѣля торжественно возвѣщавшій смерть Думы, въ качествѣ предсѣдателя совѣтской комиссіи по иностраннымъ дѣламъ, неоднократно и настойчиво подчеркивалъ желательность слѣдовать, въ области парламентской техники, примѣрамъ имъ же отпѣтаго учрежденія.
При такихъ условіяхъ роль канцеляріи совѣта сама собою диктовалась служебнымъ опытомъ личнаго ея состава, образованнаго почти исключительно изъ чиновъ думской канцеляріи, въ число которыхъ входилъ и пишущій эти строки.
По отношенію къ преніямъ въ комиссіяхъ думской практикѣ были извѣстны два способа воспроизведенія: стенографическая ихъ запись, примѣнявшаяся лишь въ бюджетной комиссіи, и вольное изложеніе преній въ видѣ журнала, редактируемаго дѣлопроизводителемъ на основаніи ведомой имъ въ засѣданіи сокращенной черновой записи. Въ обоихъ случаяхъ, съ точки зрѣнія строгаго соблюденія формы, требовалось предъявленіе проектовъ отчетовъ и журналовъ всѣмъ выступавшимъ въ засѣданіи ораторамъ для нанесенія исправленій. Однако, точное выполненіе этого требованія въ большинствѣ случаевъ представлялось фактически неосуществимымъ, за невозможностью получить исправленные экземпляры