ЗАКОУЛКИ ЭСТРАДЫ
„Эстрадаˮ на Арбатской и Смоленской
Недавно мы писали о «добавочном воспитании», — об уличной песне, которая, благодаря многочисленным дворовым «артистам», «просвещает» наших детей. Но, кроме этих «непрофессиональных» эстрадников, существует еще одна категория, на которую также надлежит обратить внимание...
Когда трамваи линий «А» и «Б» делают неизбежную трехминутную остановку на «Арбатской» или «Смоленской», в вагоне появляется «личность» дошкольного (а иногда и школьного) возраста, начинающая жалобным истошным голосом повествовать:
«Вот и голод и холод Ен мине изнурил. Ну а я еще молод
А уж больше нет сил»...
На замечания публики, что сил можно лучше всего набраться в детдоме, певец отвечает убийственно-загробным: —
«На мою на могилку Уж никто не придеть, Только раннею весною Соловей пропоеть»...
По окончании песен следует обязательное обращение к «страдательным гражданам» с прось
бой пожертвовать... Но не всегда песни носят слезливо-лирический характер. Пародия на «Кирпичики » (здесь это последняя злоба дня) иногда заканчивается прямо-таки угрожающе:
«Если, гра
ждане, вы мне не подкинете,
Тогда кину я в вас кирпичом... »
Но и «лирика» и угрозы, — все это только проверенные коммерческие возможности, все это усили
вает «оборы», а за кулисами этой «эстрады» культивируется уже из своего быта:
«Ах, с утра на работу Выхожу я малой,
С перевязанным глазом С подогнутой ногой.
У меня день не мерян, Не семичасовой.
Устаю я, как мерин, От работы такой.
Я «стреляю» у граждан Скольки каждый дадит, А потом мою жажду
С пивом смерть утолит». О двухспальной кровати и „Докторе Мабузоˮ
Как известно, в провинцию новости докатываются с большим опозданием. Новые пьесы и кинокартины приходят иногда с опозданием на два, три года. Эстрадники вообще не торопятся отзываться на сегодняшние события, но через годик после происшествия все же появляется «злободневный» куплет. Таким черепашьим темпом шагает «злоба дня» провинции. Вот примерный «свеженький» «злободневный» провинциальный репертуар:
«Я познакомился вчера с очаровательной
блондинкой, Когда ж погасли фонари,
Со мной простилась эта муза, И вот уже недели три
Хожу я к «Доктору Мабузо»...
Немудрено, что сегодня куплеты нам кажутся дикими: со времен «Доктора Мабузо» износилось не менее десятка пар ботинок, маленькие пионеры успели вырасти в здоровых комсомольцев. А на провинциальной эстраде «Доктор Мабузо» еще свежая новость (и не мудрено — провинция видела эту картину всего лишь год назад).
Впрочем, провинция слышала и не такие «перлы». Гастролировавший в Саратове московский «автор-юморист» К. Д-й в поисках злободневного сатирического репертуара решил (минуя литовские органы) обратиться к «дедушке» русской эстрады, небезызвестному в свое время шантанному куплетисту Сарматову. «Автор-юморист», К. Д-й, нисколько не смущаясь доисторической давностью, пел:
«Вконец расстроивши делишки, Придумал я спасенья план И на последние рублишки Купил себе аэроплан.
Сперва машина все брыкалась. Хоть я летал, но не тае,
Лишь прачка каждый раз ругалась, Когда брала мое белье... »
Одной из самых «модных» и «салонныхв провинции песенок считается песенка о Мисс Джен и некоем Джоне, выигравших в лотерею двухспальную кровать, со всеми вытекающими отсюда последствиями...
Трудно какими бы то ни было «объективнымиусловиями оправдывать провинциальную пошлость. Но вое же у провинции есть и оправдания: нет квалифицированных авторов, питаются суррогатами центра. Но не далеко от провинции уходят и некоторые москвичи. Певица Ина Рович, нисколько не смущаясь, что перед ней находится тысячная аудитория Колонного зала Дома Союзов, о ужимками недавно исполняла непроходимую пошлость о «птичках», «кенгуру» и «милых глазках». Она не исключение. У многих такой же репертуар. А ведь Колонный зал, это — рупор для провинции. По репертуару Колонного зала равняется провинциальный репертуар.
Виталий
ЛАЗАРЕНКО
„Эстрадаˮ на Арбатской и Смоленской
Недавно мы писали о «добавочном воспитании», — об уличной песне, которая, благодаря многочисленным дворовым «артистам», «просвещает» наших детей. Но, кроме этих «непрофессиональных» эстрадников, существует еще одна категория, на которую также надлежит обратить внимание...
Когда трамваи линий «А» и «Б» делают неизбежную трехминутную остановку на «Арбатской» или «Смоленской», в вагоне появляется «личность» дошкольного (а иногда и школьного) возраста, начинающая жалобным истошным голосом повествовать:
«Вот и голод и холод Ен мине изнурил. Ну а я еще молод
А уж больше нет сил»...
На замечания публики, что сил можно лучше всего набраться в детдоме, певец отвечает убийственно-загробным: —
«На мою на могилку Уж никто не придеть, Только раннею весною Соловей пропоеть»...
По окончании песен следует обязательное обращение к «страдательным гражданам» с прось
бой пожертвовать... Но не всегда песни носят слезливо-лирический характер. Пародия на «Кирпичики » (здесь это последняя злоба дня) иногда заканчивается прямо-таки угрожающе:
«Если, гра
ждане, вы мне не подкинете,
Тогда кину я в вас кирпичом... »
Но и «лирика» и угрозы, — все это только проверенные коммерческие возможности, все это усили
вает «оборы», а за кулисами этой «эстрады» культивируется уже из своего быта:
«Ах, с утра на работу Выхожу я малой,
С перевязанным глазом С подогнутой ногой.
У меня день не мерян, Не семичасовой.
Устаю я, как мерин, От работы такой.
Я «стреляю» у граждан Скольки каждый дадит, А потом мою жажду
С пивом смерть утолит». О двухспальной кровати и „Докторе Мабузоˮ
Как известно, в провинцию новости докатываются с большим опозданием. Новые пьесы и кинокартины приходят иногда с опозданием на два, три года. Эстрадники вообще не торопятся отзываться на сегодняшние события, но через годик после происшествия все же появляется «злободневный» куплет. Таким черепашьим темпом шагает «злоба дня» провинции. Вот примерный «свеженький» «злободневный» провинциальный репертуар:
«Я познакомился вчера с очаровательной
блондинкой, Когда ж погасли фонари,
Со мной простилась эта муза, И вот уже недели три
Хожу я к «Доктору Мабузо»...
Немудрено, что сегодня куплеты нам кажутся дикими: со времен «Доктора Мабузо» износилось не менее десятка пар ботинок, маленькие пионеры успели вырасти в здоровых комсомольцев. А на провинциальной эстраде «Доктор Мабузо» еще свежая новость (и не мудрено — провинция видела эту картину всего лишь год назад).
Впрочем, провинция слышала и не такие «перлы». Гастролировавший в Саратове московский «автор-юморист» К. Д-й в поисках злободневного сатирического репертуара решил (минуя литовские органы) обратиться к «дедушке» русской эстрады, небезызвестному в свое время шантанному куплетисту Сарматову. «Автор-юморист», К. Д-й, нисколько не смущаясь доисторической давностью, пел:
«Вконец расстроивши делишки, Придумал я спасенья план И на последние рублишки Купил себе аэроплан.
Сперва машина все брыкалась. Хоть я летал, но не тае,
Лишь прачка каждый раз ругалась, Когда брала мое белье... »
Одной из самых «модных» и «салонныхв провинции песенок считается песенка о Мисс Джен и некоем Джоне, выигравших в лотерею двухспальную кровать, со всеми вытекающими отсюда последствиями...
Трудно какими бы то ни было «объективнымиусловиями оправдывать провинциальную пошлость. Но вое же у провинции есть и оправдания: нет квалифицированных авторов, питаются суррогатами центра. Но не далеко от провинции уходят и некоторые москвичи. Певица Ина Рович, нисколько не смущаясь, что перед ней находится тысячная аудитория Колонного зала Дома Союзов, о ужимками недавно исполняла непроходимую пошлость о «птичках», «кенгуру» и «милых глазках». Она не исключение. У многих такой же репертуар. А ведь Колонный зал, это — рупор для провинции. По репертуару Колонного зала равняется провинциальный репертуар.
Виталий
ЛАЗАРЕНКО