ДВУХНЕДЕЛЬНЫЙ
ЖУРНАЛ ЦЕНТРАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГОСУДАР
СТВЕННЫМИ ЦИРКАМИ
ЦИРК И ЭСТРАДА
РЕДАКЦИЯ и КОНТОРА:
Москва, Страстн. пл., 2/42 „ТЕА-КИНО-ПЕЧАТЬˮ
Тел. 2-88-90
8 (58)
Июнь 1929 г.
ПРОТИВ ПОДПОЛЬНЫХ АВТОРОВ
Ни для кого не тайна, что вряд ли два процента артистов разговорного жанра делают себе сами репертуар. Между тем случаи, когда эстрадник указывает настоящего автора — редчайшее исключение. Обычно же об авторе не только умалчивают, — репертуар просто выдают за свой.
Не будем говорить, что это часто можно расценивать просто как разновидность кражи: ведь дело не изменяется — присвоен ли чужой кошелек, пальто или репертуар. Но даже в тех случаях, когда автор соглашается на замалчивание его имени, — никто от этого не выигрывает.
В самом деле: слушатель все равно знает, что репертуар написан кем-то другим, и никаких лишних лавров эстраднику это не дает. Другие эстрадники почти всегда даже могут назвать настоящего автора. Между тем вреда это замалчивание приносит много.
Каждый эстрадник как бы сочетает в себе три единицы: автора, художественнополитический совет (принимающий к постановке ту или иную вещь) и исполнителя. Если в театре плоха вещь, то ругают автора и совет. Но актер, исполнитель, ответственность за это не несет. Вещь может быть очень плоха, но актера могут хвалить рецензенты, ему будет аплодировать публика. Но посмотрите рецензии об эстраде: эстрадника ругают за чужой репертуар, — и он должен молчать и принимать на себя чужую вину.
С другой стороны это замалчивание имени автора оказывает влияние и на качество репертуара. Если бы такая неудачная традиция исполнять только «свое» существовала, например, у певцов, то ведь ушли бы лучшие вещи (широко известные и опубликованные) и вместо них исполнялись бы каждый раз новые, но зато дилетантские.
Квалифицированный автор на безымянную работу не пойдет. Нельзя оздоровить репертуар, если не привлечь настоящего автора, грамотного и культурного.
Но и мелкий автор при существующем положении ничего хорошего не даст. Зачем ему стараться, если он не несет никакой ответственности и если он не получит никаких выгод от того, что его вещи будут лучше.
Вот и получается, что кадр подпольных авторов культурно низок, часто просто безграмотен, что он неорганизован, почти сплошь состоит из халтурщиков, не знающих, что такое ответственность, не ставящих себе никаких задач, не интересующихся никакими «оздоровлениями». Конечно, при таких условиях не может быть и речи ни о каком контроле или учете, о борьбе с плагиатом, переделками чужих вещей (как на рынках с рук продают перелицованное пальто).
Мы знаем много «традиций», сметенных в годы революции. Надо, чтобы эстрадникиразговорники и клоуны сами отказались еще от одной традиции: выдавать себя за авторов. Это традиции кустарничества, традиции времен натурального хозяйства. С таким же успехом исполнители могли бы заявить, что они сами строят трамвай, на котором они приезжают на выступления, и сами выращивают сады, где они гуляют.
Большой вопрос об оздоровлении репертуара упирается во много рогаток, одна из которых — анонимность и безответственность автора и невозможность привлечь квалифицированные силы.
Это вопрос не мелкий, а имеющий громадное значение. И артисты должны помочь выявить халтурщиков, устроить чистку подпольных авторов. А исполнители от этого только выиграют: их не будут судить за чужие грехи и они сумеют получать более доброкачественный материал.
Обложка работы художника М. Гетманского
ЖУРНАЛ ЦЕНТРАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГОСУДАР
СТВЕННЫМИ ЦИРКАМИ
ЦИРК И ЭСТРАДА
РЕДАКЦИЯ и КОНТОРА:
Москва, Страстн. пл., 2/42 „ТЕА-КИНО-ПЕЧАТЬˮ
Тел. 2-88-90
8 (58)
Июнь 1929 г.
ПРОТИВ ПОДПОЛЬНЫХ АВТОРОВ
Ни для кого не тайна, что вряд ли два процента артистов разговорного жанра делают себе сами репертуар. Между тем случаи, когда эстрадник указывает настоящего автора — редчайшее исключение. Обычно же об авторе не только умалчивают, — репертуар просто выдают за свой.
Не будем говорить, что это часто можно расценивать просто как разновидность кражи: ведь дело не изменяется — присвоен ли чужой кошелек, пальто или репертуар. Но даже в тех случаях, когда автор соглашается на замалчивание его имени, — никто от этого не выигрывает.
В самом деле: слушатель все равно знает, что репертуар написан кем-то другим, и никаких лишних лавров эстраднику это не дает. Другие эстрадники почти всегда даже могут назвать настоящего автора. Между тем вреда это замалчивание приносит много.
Каждый эстрадник как бы сочетает в себе три единицы: автора, художественнополитический совет (принимающий к постановке ту или иную вещь) и исполнителя. Если в театре плоха вещь, то ругают автора и совет. Но актер, исполнитель, ответственность за это не несет. Вещь может быть очень плоха, но актера могут хвалить рецензенты, ему будет аплодировать публика. Но посмотрите рецензии об эстраде: эстрадника ругают за чужой репертуар, — и он должен молчать и принимать на себя чужую вину.
С другой стороны это замалчивание имени автора оказывает влияние и на качество репертуара. Если бы такая неудачная традиция исполнять только «свое» существовала, например, у певцов, то ведь ушли бы лучшие вещи (широко известные и опубликованные) и вместо них исполнялись бы каждый раз новые, но зато дилетантские.
Квалифицированный автор на безымянную работу не пойдет. Нельзя оздоровить репертуар, если не привлечь настоящего автора, грамотного и культурного.
Но и мелкий автор при существующем положении ничего хорошего не даст. Зачем ему стараться, если он не несет никакой ответственности и если он не получит никаких выгод от того, что его вещи будут лучше.
Вот и получается, что кадр подпольных авторов культурно низок, часто просто безграмотен, что он неорганизован, почти сплошь состоит из халтурщиков, не знающих, что такое ответственность, не ставящих себе никаких задач, не интересующихся никакими «оздоровлениями». Конечно, при таких условиях не может быть и речи ни о каком контроле или учете, о борьбе с плагиатом, переделками чужих вещей (как на рынках с рук продают перелицованное пальто).
Мы знаем много «традиций», сметенных в годы революции. Надо, чтобы эстрадникиразговорники и клоуны сами отказались еще от одной традиции: выдавать себя за авторов. Это традиции кустарничества, традиции времен натурального хозяйства. С таким же успехом исполнители могли бы заявить, что они сами строят трамвай, на котором они приезжают на выступления, и сами выращивают сады, где они гуляют.
Большой вопрос об оздоровлении репертуара упирается во много рогаток, одна из которых — анонимность и безответственность автора и невозможность привлечь квалифицированные силы.
Это вопрос не мелкий, а имеющий громадное значение. И артисты должны помочь выявить халтурщиков, устроить чистку подпольных авторов. А исполнители от этого только выиграют: их не будут судить за чужие грехи и они сумеют получать более доброкачественный материал.
Обложка работы художника М. Гетманского