терининской улицѣ, въ церкви, и предложилъ ему идти ко Владимирскому собору. Какъ оказалось впослѣдствіи, наблюдавшій за Калашниковымъ филеръ отмѣтилъ и эту нашу встрѣчу.
Въ 12 часовъ дня произошло слѣдующее.
По окончаніи службы въ соборѣ, когда комендантъ севастопольской крѣпости г.-л. Неплюевъ принималъ церковный парадъ, изъ толпы народа выбѣжалъ юноша, лѣтъ 16, Николай Макаровъ, и бросилъ Неплюеву подъ ноги бомбу. Бомба Макарова не взорвалась. Въ ту же минуту раздался сильный взрывъ,— взорвалась бомба второго участника покушенія, матроса 29-г» флотскаго экипажа Ивана Фролова. Взрывомъ этимъ Фроловъ былъ убитъ на мѣстѣ. Съ нимъ было убито 6 и ранено 37 человѣкъ изъ толпы.
Фроловъ и Макаровъ были членами партіи соціалистовъреволюціонеровъ и дѣйствовали, если не съ одобренія, то съ вѣдома и при содѣйствіи севастопольскаго комитета. Представитель этого комитета на упомянутомъ выше партійномъ совѣтѣ голосовалъ, въ числѣ многихъ, за временное прекращеніе террора.
Макаровъ, Двойниковъ (подъ фамиліей Соловьева) и Назаровъ (подъ фамиліей Селивестрова) были арестованы ва мѣстѣ взрыва. Двойниковъ, замѣтивъ за собою наблюденіе, бросился бѣжать съ площади по Ушакову переулку, но былъ задержанъ агентомъ охраннаго отдѣленія Петровымъ и какимъ-то шедшимъ навстрѣчу офицеромъ. Назаровъ былъ схваченъ немедленно послѣ взрыва агентомъ Щербаковымъ, но Назаровъ, какъ гласитъ обвинительный актъ, «не понимая, повидимому, въ чемъ дѣло, и предполагая, что съ нимъ, Щербаковымъ, дурно, увлекъ его съ паперти въ ограду, гдѣ онъ, Щербаковъ, не видя, къ кому обратиться за помощью, отпустилъ Назарова, который сейчасъ же бросился въ толпу народа, а затѣмъ побѣжалъ по Большой Морской улицѣ. Слѣдуя за нимъ и увидѣвъ около воротъ городской управы патруль, Щербаковъ быстро настигъ Назарова, схватилъ его сзади и крикнулъ патрулю: «берите его, это тотъ, который бросаетъ бомбы». Съ помощью патруля, Назаровъ былъ задержанъ.
Калашниковъ успѣлъ скрыться и былъ арестованъ нѣсколько позже,—20 мая на Финляндскомъ вокзалѣ въ Петербургѣ. Я былъ взятъ у себя, въ гостиницѣ Ветцеля.
Сидя на Приморскомъ бульварѣ, я слышалъ отдаленный гулъ взрыва. Я вышелъ на улицу. На углахъ собирались кучки, толпились люди. Какой-то матросъ, съ обрадованнымъ лицомъ, громко сказалъ, обращаясь ко мнѣ: «Неплюева, баринъ, убили»... Нѣсколько минутъ я колебался. Я зналъ, что вслѣдъ за взрывомъ начнутся усиленные поиски въ городѣ и думалъ о томъ, не лучше-ли немедленно выѣхать изъ Севастополя и вернуться назадъ, когда поиски стихнутъ. Но я разсудилъ, что поиски эти не могутъ коснуться меня, ибо я не только не участвовалъ въ покушеніи, но даже не зналъ о немъ. Я былъ увѣренъ, что за
Въ 12 часовъ дня произошло слѣдующее.
По окончаніи службы въ соборѣ, когда комендантъ севастопольской крѣпости г.-л. Неплюевъ принималъ церковный парадъ, изъ толпы народа выбѣжалъ юноша, лѣтъ 16, Николай Макаровъ, и бросилъ Неплюеву подъ ноги бомбу. Бомба Макарова не взорвалась. Въ ту же минуту раздался сильный взрывъ,— взорвалась бомба второго участника покушенія, матроса 29-г» флотскаго экипажа Ивана Фролова. Взрывомъ этимъ Фроловъ былъ убитъ на мѣстѣ. Съ нимъ было убито 6 и ранено 37 человѣкъ изъ толпы.
Фроловъ и Макаровъ были членами партіи соціалистовъреволюціонеровъ и дѣйствовали, если не съ одобренія, то съ вѣдома и при содѣйствіи севастопольскаго комитета. Представитель этого комитета на упомянутомъ выше партійномъ совѣтѣ голосовалъ, въ числѣ многихъ, за временное прекращеніе террора.
Макаровъ, Двойниковъ (подъ фамиліей Соловьева) и Назаровъ (подъ фамиліей Селивестрова) были арестованы ва мѣстѣ взрыва. Двойниковъ, замѣтивъ за собою наблюденіе, бросился бѣжать съ площади по Ушакову переулку, но былъ задержанъ агентомъ охраннаго отдѣленія Петровымъ и какимъ-то шедшимъ навстрѣчу офицеромъ. Назаровъ былъ схваченъ немедленно послѣ взрыва агентомъ Щербаковымъ, но Назаровъ, какъ гласитъ обвинительный актъ, «не понимая, повидимому, въ чемъ дѣло, и предполагая, что съ нимъ, Щербаковымъ, дурно, увлекъ его съ паперти въ ограду, гдѣ онъ, Щербаковъ, не видя, къ кому обратиться за помощью, отпустилъ Назарова, который сейчасъ же бросился въ толпу народа, а затѣмъ побѣжалъ по Большой Морской улицѣ. Слѣдуя за нимъ и увидѣвъ около воротъ городской управы патруль, Щербаковъ быстро настигъ Назарова, схватилъ его сзади и крикнулъ патрулю: «берите его, это тотъ, который бросаетъ бомбы». Съ помощью патруля, Назаровъ былъ задержанъ.
Калашниковъ успѣлъ скрыться и былъ арестованъ нѣсколько позже,—20 мая на Финляндскомъ вокзалѣ въ Петербургѣ. Я былъ взятъ у себя, въ гостиницѣ Ветцеля.
Сидя на Приморскомъ бульварѣ, я слышалъ отдаленный гулъ взрыва. Я вышелъ на улицу. На углахъ собирались кучки, толпились люди. Какой-то матросъ, съ обрадованнымъ лицомъ, громко сказалъ, обращаясь ко мнѣ: «Неплюева, баринъ, убили»... Нѣсколько минутъ я колебался. Я зналъ, что вслѣдъ за взрывомъ начнутся усиленные поиски въ городѣ и думалъ о томъ, не лучше-ли немедленно выѣхать изъ Севастополя и вернуться назадъ, когда поиски стихнутъ. Но я разсудилъ, что поиски эти не могутъ коснуться меня, ибо я не только не участвовалъ въ покушеніи, но даже не зналъ о немъ. Я былъ увѣренъ, что за