АРХИТЕНТУРА—СНУЛЬПТУРА _— ИВОПИСЬ
	25—28 декабря 1934 г.
	ИТОГИ ТВОРЧЕСКОГО
СОВЕЩАНИЯ
		состоялось первое творческое совещание по
	вопросам синтеза пространственных искусств, созванное Союзом советских
архитекторов. Совещание привлекло многочисленных мастеров трех искусств—
архитектуры, скульптуры и живописи. Мы публикуем в настоящем номере
статью об итогах совещания, извлечения из докладов и отчет о дискуссии,
	ОТД. ИСКУСС
	развернувшейся по докладам.
	один из выступавших не пытался вос­кресить недавних теорий о гегемонии
того или иного искусства в синтезе или
противопоставить монументальные ра­боты станковым.

Живопись и скульптура, сочетаясь
на основе архитектуры, не теряют своей
самостоятельности и содержательности,
своих особых задач и средств выра­жения. Архитектура также не служит
им только «тектонической основой».
Она не должна прибегать к скульпту­ре и живописи только как к легкой
возможности символического, тематиче­ски-иллюстративного или декоративно­го оправдания своего замысла. Это было
четко заявлено и архитекторами, и
скульпторами, и живописцами. «Но, —
по удачному выражению Л. Бруни, -—
когда в` синтезе участвуют различные
виды искусств, они становятся  СсвВоРго
рода реактивами, особенно ярко обна­руживающими скрытые свойства сосед­него искусства».

Так, на совещании ставиласг проб­лема формирования стиля, как
центральная теоретическая проблема
при определении практических путей
содружества: архитектуры, скульптуры
и живописи. Правда, ни один из до­кладчиков не сумел дать четкого отве­та на эту выдвинутую совещанием про­блему. Здесь сказалась наша слабая
еще теоретическая вооруженность в об­ласти эстетики, неумение” связать тео­рию искусства с художественной прак­тикой. Этим обусловлено и то, что от­дельные выступления не были свобод­ны от отдельных формалистических
положений.

Синтез искусств в условиях соци­алистической действительности принци­пиально отличен от исканий синтеза в
буржуазном обществе, исканий,  кото­рые в теории всегда приводили к реак­ционным утопиям, а на практике утвер­ждали официальное лживое искусство.

К тому же наследство ХХ в. в
	НИРАЛЬНАЛ ГО?ОЛСКАЯ
УБЛИЧНАЯ СИБЛИОТЕКА
ин. Н. А. НЕКРАСОВА

 
	известной мере еще сохранено, и в его
положительных и в его отрицательных
элементах, в художественном опыте и
навыках наших мастеров. Без критиче­ского овладения этим наследством в
его прогрессивных элементах, без ана­лиза закономерности развития буржуаз­ного искусства, приведших к расщеп­лению отдельных его видов и их рез­кой неравноценности, нельзя сейчас на­чертать достаточно широкую  перспек­тиБу для нашего искусства. Без этого
нельзя и определить, какие стилевые
пережитки ему следует преодолеть сей­час, когда на новом этапе культурной
революции под художественное творче­ство социалистическим строительством
подведена мощная материальная база.
К сожалению, все эти вопросы у нас
еще очень слабо изучены, и это также
отразилось на характере и Ter peTHye­ском уровне отдельных докладов.

Наиболее последовательно опреде.
лить новые взаимоотношения живописи
и архитектуры попытался в своем не­сколько отвлеченном, но интересном до­кладе В. А. Фаворский. Центральным
пунктом концепции В. А. Фаворского
является следующее его  полс...ение:
«Всякое художественное произведение
имеет две задачи, сразу, одновременно
выполняемые, это, с одной стороны, по­знавательная задача образа, а с другой,
И тем самым (так как образ дается
в конкретном материале), и задача рит­мической организации материала в
определенную вещь».

В какой связи стоит задача образа
с задачей — организации материала?
В. А. Фаворский отдает себе полный
отчет в том, что полное разграничение
этих задач приведет на одном по­люсе к украшательству, к иллюзорно­сти, к натурализму и на другом — к
тгориям конструктивизма и функциона­пизма. Особенное значение эта пробле­ма приобретает при определении _об­разности в архитектуре и широчайшей
	«Мне постоянно кажется, что кар­тины, необходимые для того, чтобы со­временная живопись была’ всецело со­бою и поднялась на высоту, достигну­тую греческими скульпторами..., что та­кие картины превышают мощность от­дельной личности и поэтому они на­верное будут созданы целыми группа­ми пюдей, соединенных для выполне­ния общего замысла», — писал Вин­цент Ван-Гог Бернару. В другом месте
он пишет: «художник будущего будет
колористом, какого мы еще не имели...
Мне кажется, что он придет в одном
из следующих поколений».

Задача воспитать такого  ху­дожника возложена на наше время, в
нашей социалистической стране. На
своем первом совместном совещании
советские архитекторы, живописцы и
скульпторы обсуждали вопрос о том,
как «объединить целые группы. людей
в работе над выполнением общего за­мысла», как осуществить синтез трех
‚ искусств,

И впервые за очень долгое время
в выступлениях мастеров архитектуры,
живописи и скульптуры звучала уве­ренность в своих творческих силах, в
тем, ‘что их споры ‘и ‘первые ‘практиче­скив опыты не останутся только уто­пическими теориями, не приведут  толь­ко к созданию «нескольких трагических
достопримечательностей», как выразил­ся Воррингер о’ монументальных иска­ниях ХХ в.
	„Мы твердо знаем, что наши мо­нументальные работы, несмотря на не­Избежные ошибки и срывы, приведут к
созданию большого искусства социали­стического реализма и даже сейчас,
при всем их несовершенстве, войдут в
жизнь, будут ей служить. Эта уверен­несть прозвучала во всех выступлени­ях, и это, пожалуй, наиболее яркий
итог. совещания.

Не менее характерной особенностью
ссвещания является то, что на нем ни