мир скульптуры и живописи. По су­ществу здесь перед нами возникает в
искаженном виде знакомое нам опре­деление В. А. Фаворского о двух зада­чах художественного произведения...
Тектоника (ритмическая организация
` материала по `Фаворскому) у М. В. Ал­патова уже окончательно порывает с
образом и отдается в полное и безраз­дельное владение архитектуры (хотя в
примере с кариатидами Эрейхтейона
Алпатов и принужден признать текто­ническую задачу и за скульптурой),

В дальнейшем анализе число само­стоятельных «миров» у М. В. Алпато­ва умножается. Помимо мира архитек­туры и мира скульптуры и живописи
появляется и мир реального простран­ства, к которому все виды искусства
как-то относятся и даже мир, как буд­TO, «потусторонний» ибо в Египте
«скульптура возникает из культа, и ста­туя должна дублировать мумию умер­шего. Из этого следует, что в Египте
нельзя говорить о противоречии двух
-миров и этим самым о’ синтезе»,

Не слишком ли много миров соз­дает докладчик? В нонце концов
им определяются два вида синтеза.
“Один отличается тем, что «сохраняется
‘грань. между изображением и реально­стью» — второй стирает эту _ грань.
М. В. Алпатов говорит: «Если задачей
Ренессанса было согласовать два ми­ра — мир изображенного и мир реаль­ного, то барокко вносит смятение в
этот порядок». Но и барокко создает
последовательный синтез. Почему? Объ­яснения докладчика становятся не осо­бенно убедительными: «Архитектура
барокко была выражением стремления
к экспансии, повышенному эмоциональ­ному воздействию, с помощью которого
контрреформация старается захватить
зрителя, старается вовлечь его в свой
мир. Картина является ‘продолжением
настоящей архитектуры. Это тоже син­тез, но на другой основе».

Надо сказать, что М. В. Алпатов
отличает вульгарную  иллюзорность от
искусства; в котором стирается грань
между изображением и реальностью.
Рококо — доведенные до крайнего пре­дела и разложения начала барокко. Это
искусство уже не может дать синтеза
именно потому, что здесь грань между
миром изображенным и миром реаль­ным стирается во имя вульгарной ил­пюзорности. И искусство — эллинизма,
благодаря его стремлению к задаче ‘ил­пюзорности, грозит нарушить тектониче­скую основу архитектуры и; следова­тельно, нарушить основную, по Аллатову,
закономерность сочетания образа и тон.
	Парфенон
(современный
	ВИД)
	Эрейхтейон
Портик Кариатид
	тоники в античном синтезе. Этим же ос.
условлено нарушение органического син.
теза в искусстве ХХ в. Таким обра­зом, синтез, по мнению М. В. Алпато­ва, возникает в том случае, если опре­деляется основное противоречие. между
тектоникой — архитектуры, за которой
не отрицается ее реальное предметное
бытие, но зато отрицается образность. и
образом живописи и скульптуры. По­следние пребывают в мире иллюзорного
пространства, лишенного всякой мате»
риальности и предметности,

Можно было бы выдвинуть целый
	ряд возражений и против отдельных
утверждений докладчика, против его
попыток на конкретных памятниках
	обосновать -свои общие заключения, но
думается, что и приведенных замечаний
достаточно для того, чтобы дать пред­ставление о спорности, а подчас и оши­бочности ряда его положений,
Ошибки другого доклада — В. С. Ба­лихина — напоминают по своему ха­рактеру утопии дезурбанистов и сверх­урбанистов периода первой нашей дис­куссии о социалистических городах.
	Реальные возможности п
города как архитектурного
и строительства целыми
	планирования
о организма
	и строительства целыми ансамблями
В. С. Балихин подменяет неким «ху­дожественно-идеологическим  планиро­ванием архитектуры массовых дейст.
вий и ‘изобразительных искусств»,
планированием «художественных Ha­честв и типов изобразительных ис­кусств».

Реальное богатство, содержатель­ность и многообразие форм социа­листической действительности подме­НЯЮТСЯ «руководящей идеей формы
планирования ансамблей и объединяю­щего их­пространства». Этой руково­дящей идеей, по мнению В. С. Бали­хина, является «массовое действие, как
решающий фактор создания образа в
архитектуре и решения проблемы син­теза в целом».

В. С. Балихин рисует не менее за­мгнчивую картину этой архитектуры
будущего, чем дезурбанисты с их «ка­бинами сна», социалистическим рассе­пением людей по магистралям связи