ОТРИЦАТЕЛЬНЫЕ ПРИМЕРЫ: 5 Проект музея революции. Фасад Из дипломных проектов Моск. архитектурного института Проект Дома связи в Сочи Перспектива Арх. М. И. Гинцбург и А.Н. Рубцов Проект Дома связи в Сочи Зал почтовых операций Арх. М. И. Гинцбург и А. Н. Рубцов В том же примерно духе ничем неоправданной архитектурной архаики выполнены и интерьеры новосибирского Дома науки и культуры арх. В. С. Биркенберга. Особенного внимания заслуживают проекты мебели для театрального зала. Архитектор избрал для оборудования громадного зрительного зала ни больше ни меньше как тип массивнейших кресел церковно-дворцового характера, с высоченными спинками, с массивными изогнутыми локотниками и с сугубо архаическим общим оформлением. Эти кресла, пригодные для того, чтобы изображать трон какого-нибудь феодального владыки в соответствующей исторической обстановке или же служить седалищем перед церковной кафедрой, выглядят вопиющим абсурдом. Нам нужны новые типы мебели, в частности театральной, нужна легкая, красивая, удобная мебель для больших зал, — и архитектор обязан заняться разработкой соответствующих проектов. Но то, что дал арх. Биркенберг для новосибирского Дома науки и культуры, тянет наше молодое мебельное дело назад, направляет внимание художников и мастеров-мебельщиков в ложную сторону. Против такого рода «исканий» в области интерьера и мебели надо возражать самым решительным образом. Можно было бы привести еще целый ряд примеров отрицательного порядка. Можно было бы, в частности, указать на ряд дипломных проектов Московского архитектурного института, где в еще более подчеркнутом виде сказались те же пороки: некритическое использование старых архитектурных форм, формалистическое оперирование ими без учета содержания данного объекта, погоня за сверхмонументальностью и своего рода гигантомания (см. особенно проект водного вокзала в Сочи студ. Чернышевой, проект музея революции студ. Попова и др.), потеря масштабности, искусственное соединение разнородных архитектурных мотивов, неоправданное ни художественной, ни конструктивной логикой (см., например, сочетание громадных ‘пилонов и небольших портиков в упомянутом проекте музея революции) итд. Мы ограничиваемся приведенными примерами, считая что они достаточно показательны для тех тенденций, о KOторых идет речь. Развертывание архитектурной критики, как повседневного важнейшего дела, развертывание творческой самокритики в архитектурной среде — вот что необходимо нашей архитектуре для того, чтобы ‘преодолеть все эти отрицательные тенденции и творческие срывы. А в том, что эти: тенденции будут преодолены, в том, что советская архитектура идет уверенно вперед по пути к высотам социалистического творчества, нам дают неоспоримое доказательство творческие искания, направленные к серьезному и глубокому овладению мастерством. Одним изо замечательных результатов этих исканий являются сооружения московского метро, в которых дан как бы эскиз архитектуры будущего, прообраз новых форм советской архитектуры, — правдивых, ясных И радостных.