кооперативныхъ домовъ, съ квартирами для членовъ. Поле дѣйствій широкое!
Трудно предусмотрѣть все, что можетъ быть сдѣлано при извѣстной энергіи и любви къ дѣлу, отъ котораго зависитъ матеріальное благополучіе семьи.
Но первый шагъ — это совмѣстныя закупки. Здѣсь, повторяемъ, фундаментъ дѣла, здѣсь самые доказательные и близкіе результаты кооперативной работы женщинъхозяекъ.
Позволимъ себѣ въ заключеніе набросать схему осуществленія подобной задачи. Она рисуется въ такомъ видѣ одинаково и для центровъ, и для любого населеннаго провинціальнаго пункта. Группа хозяекъ-женщинъ въ какомъ-либо районѣ, раздѣляя приведенные взгляды, устраиваетъ совѣщаніе и, пользуясь любымъ уставомъ потребительской организаціи, вырабатываетъ свой уставъ примѣнительно къ своимъ цѣлямъ и производитъ организаціонную работу. Въ этой работѣ крупная роль должна быть отведена анкетѣ среди живущихъ въ районѣ хозяекъ. По особому опросному бланку-листочку онѣ даютъ отвѣтъ о своемъ отношеніи къ организаціи союза, указываютъ потребленія и свой спросъ на тѣ или иныя продукты и товары. Руководствуясь этими данными, учредители и организаторы сразу могутъ сдѣлать выводъ: съ чего начать имъ работу, какой пунктъ требуетъ прежде всего удовлетворенія.
Напримѣръ, изъ опросныхъ листовъ видно, что согласившіяся войти въ союзъ хозяйки потребляютъ въ общей сложности столько-то пудовъ хлѣба, столько-то сотенъ вилковъ капусты, столько-то десятковъ мѣръ картофеля, столько-то пудовъ мучныхъ и молочныхъ продуктовъ и т. д.
Союзъ, войдя въ соглашеніе черезъ выборное правленіе или черезъ особое уполномоченное изъ своей среды лицо съ продавцами указанныхъ товаровъ, минуя всякое посредничество, пріобрѣтаетъ продукты оптомъ и передаетъ ихъ или непосредственно потребителямъ-хозяйкамъ, или хранитъ въ союзной кладовой, откуда и отпускаетъ по мѣрѣ требованія.
Напримѣръ о хлѣбныхъ и молочныхъ продуктахъ союзъ организуетъ поставку, выговаривая крайнюю скидку, то же можетъ быть сдѣлано съ мясными продуктами. Удобнѣе
всего черезъ особыя талонныя книжки требованій дѣлать закупочные заказы наканунѣ и тѣмъ распорядительная часть организаціи можетъ легче выполнить свою работу поставки.
Практика дѣла дастъ указанія, какъ удобнѣе поступать въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ, сразу предусмотрѣть которые, конечно, очень трудно. Но ясно то, что въ рукахъ союза должны быть нѣкоторыя оборотныя средства или изъ членскихъ взносовъ, взносовъ закупочныхъ, или изъ отчисленій изъ прибыли, откуда въ извѣстной мѣрѣ долженъ вознаградиться и трудъ правленія союза или уполномоченнаго лица. Хорошо было бы, если бы хозяйственная, распорядительная, или хотя бы контрольная работа распредѣлялась безплатно между всѣми участницами союза, если бы это вылилось въ форму дежурствъ, и тогда работа была бы болѣе сплоченной, свободной отъ всякихъ внѣшнихъ вліяній.
Свобода, построенная на началахъ довѣрія — вообще залогъ успѣха коллективной работы, а здѣсь она тѣмъ болѣе необходима, такъ какъ отъ руководителей организаціи требуется большая энергія, чтобы изъ маленькой ячейки вышло крупное полезное дѣло. Если союзъ начнетъ выгадывать своимъ членамъ копейки на фунтѣ мяса, кочнѣ капусты, на кружкѣ молока и на мѣрѣ картофеля, то этимъ онъ сдѣлаетъ многое, а дальше еще больше, идя навстрѣчу потребителямъ хозяекъ даннаго района. При такомъ условіи, несомнѣнно, число участниковъ будетъ все увеличиваться, будетъ крѣпнуть союзъ и все шире обслуживать поставленныя задачи.
Такъ схематически складывается планъ организаціи, сначала располагающей для дѣла небольшой, хотя бы снятой для этой цѣли комнатой, въ лучшемъ случаѣ — квартирой, и кладовой для продуктовъ, — организаціи, не имѣющей должнаго штата служащихъ, а располагающей трудомъ участниковъ союза, но по копеечкѣ собирающей своимъ сотрудницамъ-членамъ экономію. Это и привело къ
мысли создать подобный типъ кооперативной ячейки. Сѣть такихъ районныхъ кооперативовъ будетъ уже осуществленіемъ идеи, положенной въ основу дѣла, идеи — освобожденія потребительницъ хозяекъ отъ экономическаго гнета, отъ тяжелыхъ условій жизни и отъ прогрессирующаго вздорожанія.
В. К.
Кто виноватъ.
— Паша, принесите мнѣ рыбку. — Какую, барыня, рыбку?
— Рыбку-ножъ, которымъ консервы открываютъ. Онъ долженъ быть въ буфетѣ.
Начинаются поиски. Черезъ нѣкоторое время Паша является съ докладомъ, что „рыбки, барыня, нигдѣ нѣтъˮ. — А куда же вы ее задѣвали?
— Что вы, барыня! Да я ея и въ глаза не видала и не знаю, какая-такая рыбка. При мнѣ ея и въ поминѣ не было, да я...
— Да, что вы мнѣ разсказываете, я на прошлой недѣлѣ ею томатъ открывала!
— Паша возмущена и начинаетъ клясться всѣми святыми, что „никуда эта рыбка (пропади она совсѣмъ пропадомъ) не могла дѣваться. Если бы была, такъ и была... А, должно быть, ея и въ домѣ никогда не бывалоˮ. Теперь приходитъ очередь возмутиться барынѣ.
Что-жъ, она не знаетъ что-ли своихъ вещей? Прислугѣ, конечно, ни до чего нѣтъ дѣла. Все швыряютъ, ни за чѣмъ не смотрятъ; вещи пропадаютъ, не успѣваешь наготовиться. Посуда бьется, ножи, вилки исчезаютъ. При Лукерьѣ три серебрянныхъ ложки такъ и пропали; искали, искали — виноватаго не нашли. Начни только вещи пересматривать, столько не досчитаешься, что и жизни радъ не будешь...
И — пошла писать губернія...
Прислуга въ кухнѣ намѣренно повышеннымъ тономъ негодуетъ по поводу людей, способныхъ поднимать бурю изъ-за какой-то, прости Господи, дряни, и вся то ей цѣна грошъ. „Тоже, — господа прозываютсяˮ.
А барыня, обозлившаяся въ свою очередь, начинаетъ провѣрку вещей, перерывая ящики и поминутно вызывая прислугу — гдѣ то-то, а гдѣ вотъ это.
И то, и это оказывается совсѣмъ не тамъ, гдѣ ему быть надлежитъ, и многаго, дѣйствительно, не достаетъ.
Кто виноватъ, опредѣлить очень трудно — барыня не можетъ съ точностью сказать, когда исчезла та или иная вещь, а прислуга упорно заявляетъ, что ничего этого при ней не было. Если прислуга не одна, то начинается еще, такъ сказать, междоусобная война — горничная доказываетъ, что отвѣтственность за исчезнувшую вещь лежитъ не на ней, а на кухаркѣ, а кухарка въ свою очередь „за всѣхъ разорваться не можетъˮ.
При полной же провѣркѣ оказывается, что исчезъ не только ножикъ, которому «грошъ цѣна»... тутъ не хватаетъ нѣкоторой цѣнной посуды, тамъ столовое бѣлье почему-то уменьшилось въ количествѣ и т. д., и т. д.
Въ результатѣ такой внезапной ревизіи у барыни разстроены нервы, а въ домѣ вооруженный миръ, съ его крайне напряженнымъ состояніемъ.
Когда же обнаруживается исчезновеніе чего-нибудь особенно цѣннаго, тогда дѣло нерѣдко доходитъ до разрыва дипломатическихъ отношеній, и прислуга требуетъ выдачи ей паспорта.
«Нигдѣ, гдѣ я ни служила, при мнѣ ничего не пропадало. Я въ воровкахъ не состояла» и т. д.
Дѣло оканчивается тѣмъ, что прислуга уходитъ, а вещи остаются не розысканными, такъ какъ барыня, дѣйствительно, не можетъ точно установить, когда она видала вещь послѣдній разъ.
Трудно предусмотрѣть все, что можетъ быть сдѣлано при извѣстной энергіи и любви къ дѣлу, отъ котораго зависитъ матеріальное благополучіе семьи.
Но первый шагъ — это совмѣстныя закупки. Здѣсь, повторяемъ, фундаментъ дѣла, здѣсь самые доказательные и близкіе результаты кооперативной работы женщинъхозяекъ.
Позволимъ себѣ въ заключеніе набросать схему осуществленія подобной задачи. Она рисуется въ такомъ видѣ одинаково и для центровъ, и для любого населеннаго провинціальнаго пункта. Группа хозяекъ-женщинъ въ какомъ-либо районѣ, раздѣляя приведенные взгляды, устраиваетъ совѣщаніе и, пользуясь любымъ уставомъ потребительской организаціи, вырабатываетъ свой уставъ примѣнительно къ своимъ цѣлямъ и производитъ организаціонную работу. Въ этой работѣ крупная роль должна быть отведена анкетѣ среди живущихъ въ районѣ хозяекъ. По особому опросному бланку-листочку онѣ даютъ отвѣтъ о своемъ отношеніи къ организаціи союза, указываютъ потребленія и свой спросъ на тѣ или иныя продукты и товары. Руководствуясь этими данными, учредители и организаторы сразу могутъ сдѣлать выводъ: съ чего начать имъ работу, какой пунктъ требуетъ прежде всего удовлетворенія.
Напримѣръ, изъ опросныхъ листовъ видно, что согласившіяся войти въ союзъ хозяйки потребляютъ въ общей сложности столько-то пудовъ хлѣба, столько-то сотенъ вилковъ капусты, столько-то десятковъ мѣръ картофеля, столько-то пудовъ мучныхъ и молочныхъ продуктовъ и т. д.
Союзъ, войдя въ соглашеніе черезъ выборное правленіе или черезъ особое уполномоченное изъ своей среды лицо съ продавцами указанныхъ товаровъ, минуя всякое посредничество, пріобрѣтаетъ продукты оптомъ и передаетъ ихъ или непосредственно потребителямъ-хозяйкамъ, или хранитъ въ союзной кладовой, откуда и отпускаетъ по мѣрѣ требованія.
Напримѣръ о хлѣбныхъ и молочныхъ продуктахъ союзъ организуетъ поставку, выговаривая крайнюю скидку, то же можетъ быть сдѣлано съ мясными продуктами. Удобнѣе
всего черезъ особыя талонныя книжки требованій дѣлать закупочные заказы наканунѣ и тѣмъ распорядительная часть организаціи можетъ легче выполнить свою работу поставки.
Практика дѣла дастъ указанія, какъ удобнѣе поступать въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ, сразу предусмотрѣть которые, конечно, очень трудно. Но ясно то, что въ рукахъ союза должны быть нѣкоторыя оборотныя средства или изъ членскихъ взносовъ, взносовъ закупочныхъ, или изъ отчисленій изъ прибыли, откуда въ извѣстной мѣрѣ долженъ вознаградиться и трудъ правленія союза или уполномоченнаго лица. Хорошо было бы, если бы хозяйственная, распорядительная, или хотя бы контрольная работа распредѣлялась безплатно между всѣми участницами союза, если бы это вылилось въ форму дежурствъ, и тогда работа была бы болѣе сплоченной, свободной отъ всякихъ внѣшнихъ вліяній.
Свобода, построенная на началахъ довѣрія — вообще залогъ успѣха коллективной работы, а здѣсь она тѣмъ болѣе необходима, такъ какъ отъ руководителей организаціи требуется большая энергія, чтобы изъ маленькой ячейки вышло крупное полезное дѣло. Если союзъ начнетъ выгадывать своимъ членамъ копейки на фунтѣ мяса, кочнѣ капусты, на кружкѣ молока и на мѣрѣ картофеля, то этимъ онъ сдѣлаетъ многое, а дальше еще больше, идя навстрѣчу потребителямъ хозяекъ даннаго района. При такомъ условіи, несомнѣнно, число участниковъ будетъ все увеличиваться, будетъ крѣпнуть союзъ и все шире обслуживать поставленныя задачи.
Такъ схематически складывается планъ организаціи, сначала располагающей для дѣла небольшой, хотя бы снятой для этой цѣли комнатой, въ лучшемъ случаѣ — квартирой, и кладовой для продуктовъ, — организаціи, не имѣющей должнаго штата служащихъ, а располагающей трудомъ участниковъ союза, но по копеечкѣ собирающей своимъ сотрудницамъ-членамъ экономію. Это и привело къ
мысли создать подобный типъ кооперативной ячейки. Сѣть такихъ районныхъ кооперативовъ будетъ уже осуществленіемъ идеи, положенной въ основу дѣла, идеи — освобожденія потребительницъ хозяекъ отъ экономическаго гнета, отъ тяжелыхъ условій жизни и отъ прогрессирующаго вздорожанія.
В. К.
Кто виноватъ.
— Паша, принесите мнѣ рыбку. — Какую, барыня, рыбку?
— Рыбку-ножъ, которымъ консервы открываютъ. Онъ долженъ быть въ буфетѣ.
Начинаются поиски. Черезъ нѣкоторое время Паша является съ докладомъ, что „рыбки, барыня, нигдѣ нѣтъˮ. — А куда же вы ее задѣвали?
— Что вы, барыня! Да я ея и въ глаза не видала и не знаю, какая-такая рыбка. При мнѣ ея и въ поминѣ не было, да я...
— Да, что вы мнѣ разсказываете, я на прошлой недѣлѣ ею томатъ открывала!
— Паша возмущена и начинаетъ клясться всѣми святыми, что „никуда эта рыбка (пропади она совсѣмъ пропадомъ) не могла дѣваться. Если бы была, такъ и была... А, должно быть, ея и въ домѣ никогда не бывалоˮ. Теперь приходитъ очередь возмутиться барынѣ.
Что-жъ, она не знаетъ что-ли своихъ вещей? Прислугѣ, конечно, ни до чего нѣтъ дѣла. Все швыряютъ, ни за чѣмъ не смотрятъ; вещи пропадаютъ, не успѣваешь наготовиться. Посуда бьется, ножи, вилки исчезаютъ. При Лукерьѣ три серебрянныхъ ложки такъ и пропали; искали, искали — виноватаго не нашли. Начни только вещи пересматривать, столько не досчитаешься, что и жизни радъ не будешь...
И — пошла писать губернія...
Прислуга въ кухнѣ намѣренно повышеннымъ тономъ негодуетъ по поводу людей, способныхъ поднимать бурю изъ-за какой-то, прости Господи, дряни, и вся то ей цѣна грошъ. „Тоже, — господа прозываютсяˮ.
А барыня, обозлившаяся въ свою очередь, начинаетъ провѣрку вещей, перерывая ящики и поминутно вызывая прислугу — гдѣ то-то, а гдѣ вотъ это.
И то, и это оказывается совсѣмъ не тамъ, гдѣ ему быть надлежитъ, и многаго, дѣйствительно, не достаетъ.
Кто виноватъ, опредѣлить очень трудно — барыня не можетъ съ точностью сказать, когда исчезла та или иная вещь, а прислуга упорно заявляетъ, что ничего этого при ней не было. Если прислуга не одна, то начинается еще, такъ сказать, междоусобная война — горничная доказываетъ, что отвѣтственность за исчезнувшую вещь лежитъ не на ней, а на кухаркѣ, а кухарка въ свою очередь „за всѣхъ разорваться не можетъˮ.
При полной же провѣркѣ оказывается, что исчезъ не только ножикъ, которому «грошъ цѣна»... тутъ не хватаетъ нѣкоторой цѣнной посуды, тамъ столовое бѣлье почему-то уменьшилось въ количествѣ и т. д., и т. д.
Въ результатѣ такой внезапной ревизіи у барыни разстроены нервы, а въ домѣ вооруженный миръ, съ его крайне напряженнымъ состояніемъ.
Когда же обнаруживается исчезновеніе чего-нибудь особенно цѣннаго, тогда дѣло нерѣдко доходитъ до разрыва дипломатическихъ отношеній, и прислуга требуетъ выдачи ей паспорта.
«Нигдѣ, гдѣ я ни служила, при мнѣ ничего не пропадало. Я въ воровкахъ не состояла» и т. д.
Дѣло оканчивается тѣмъ, что прислуга уходитъ, а вещи остаются не розысканными, такъ какъ барыня, дѣйствительно, не можетъ точно установить, когда она видала вещь послѣдній разъ.