№ 38-- 1915 MPHPOMA uw ЛЮДИ. 595 Vv. Первые, косые лучи солнца сгали заглядывать въ шатеръ Витовта, гдЪ онъ, опустившись на мЪха походной постели, только что собирался уснуть послЪ шумнаго ночного совЪта. Выпитые кубки шумЪли въ головЪ... Глаза слипались отъ усталости. И золото утреннихъ лучей, пробиваясь сквозь ‘сомкнуThA р%Ъсницы, щекотало ему глаза, которые онъ только жмурилъ сильн$е, стараясь уснуть. - Вотъ уже забытье стало приходить. Золото лучей превратилось въ блестящую королевскую корону, лежащую одиноко на раззолоченомъ трон въ далекомъ Краковскомъ дворцЪ. Ягайло нЪтъ на тронЪ. Онъ лежитъ въ темномъ склепЪ, въ подземельи мрачнаго храма. А самъ Витовтъ стоитъ у трона... Подходитъ бискупъ въ бЪломъ облачени, въ сопровождени вельможъ и клира... Беретъ корону и подаетъ ее новому повелителю славянскихъ земель и народовъ: Витовту, крулю Польши и великому князю Литвы... Такъ ярко видитъ все это въ ‘дремЪ, словно на яву, честолюбецъ - князь... Вотъ онъ ужъ руку протянулъ, чтобы возложить на себя священный символъ власти... Драгоц$нные камни короны сверкаютъ еще жарче, чфмъ золото ея переплета... И вдругъ она вырвалась’ изъ рукъ прелата... Витовтъ нагибается ее поднять, но монахъ его отталкиваетъ рЪзко, ‘почти грубо... Князь хватается за мечъ... Толчокъ повторился. Витовтъ вскочилъ съ ложа и увидЪлъ передъ собою встревоженное лицо князя Януша Мазовецкаго, своего близкаго друга и соратника. — Вставай, княже... Что-то Грюнвальдеюй Ge неладное творится!.. Никакъ, тевтоны собираются всею силою ударить`на наше крыло!.. — Что... Съ чего ты взялъ, княже!-— еще не совсЪмъ очнувшись, спросилъ витовтъ. — Да, тамъ ужъ свалка пошла... Ихъ станъ въ движен!и весь, какъ отсюда видно, съ нашихъ холмовъ. Снимаются ихн!е отряды, строются къ бою съ нашего конца.:. Подымайся, князь! Спать не время... Но Витовтъ уже чи самъ сообразилъ, въ чемъ ABN... Трехъ минутъ не прошло, какъ онъ, вооруженный Kb бою, въ’ сопровождени ближней свиты, —выЪхалъ впередъ изъ рощи, въ которой’ раскинутъ былъ его шатеръ. СомнЪн1я не было: конные швабы двигались потокомъ на правое крыло славянъ, гдЪ стояла’ литовская: конница и пЪшая рать вмЪстЪ съ татарами-ордынцами... Грюнвальдсюй бой. Смерть Великаго Магистра. Съ картины Яна Матейко. Татары уже сами, замЪтя приближеше непр/ятеля, стали строить’свои отряды, готовясь къ отпору. Отдфльные, одиное улальцы вились на коняхъ впереди стана, пуская стр$лы въ подходящаго врага... — Нельзя боя начинать! — нахмурясь, проговорилъ Витовтъ, повернувшись къ своимъ спутникамъ.—Пусть остаются всЪ на мЪстахъ... Только отбиваться надо отъ налета... Ещенаши не готовы... Пусть скачеть кто живъЪе къ брату ЯгайлЪ, скажетъ, что швабы нападаютъ негаданно... Я тутъ задержу ихъ, хоть до завтра, не то до ночи, какъ мы р>ЪЬшили... Гонецъ поскакалъ. Но дБло вышло не такъ, какъ хотЪли сами люди. Татарсюе отряды, безъ приказаня, одни за другимъ вынеслись впередъ, желая ударить на врага, пока тотъ еще не развилъ всЪ свои силы... Дрогнули отряды