ПРИРОДА И ЛЮДИ No 41 —1915 Древняя башня въ Ани, разрушенная землетрясешемъ. большая крЪпостная ст$на; вотъ ровъ, огибавиий дворецъ, въ которомъ были львы. Однимъ изъ нихъ, какъ будто сошедшимъ со стЪнъ Ассирши, можно любоваться сейчасъ. Этотъ прекрасный экземпляръ шелдадитскаго льва взятъ съ воротъ Вышгорода, хорошей сохранности, насчитываетъ за собой не мало лЪтъ, удивителенъ по экспресси. Работа очевидно очень талантливаго мастера. Вотъ остатки залы. Какя пиршества задавались здЪсь во время могущества этихъ царей, трудно судить. Слфды изумительной роскоши доходятъ до насъ изъ раскопокъ, изъ свидфтельствъ современниковъ, изъ разсказовъ персовъ. ° Правда, мало осталось отъ всЪхъ зланй дворца, но вЪетъ какимъ-то особымъ духомъ старины... Хочется молча сидЪть среди всего этого, разбираясь въ I, Слово «русск» въ Абессин!и мало извБстно. ВмЪсто него, тамъ говорятъ «московинъ». «Московинъ» въ Абессини пользуется большимъ почетомъ, начиная отъ ахуай (мужика) и кончая босоногимъ*) аристократомъ—балла рыстъ. Абессинцы знаютъ, что московины —христане ортодоксы, а не католики. Для набожныхъ абессинцевъ это создаетъ родство съ нами, русскими, болЪе близкое, чфмъ съ французами, нфмцами или англичанами. Какъ московинъ и ихъ единовЪрецъ, я встрЪчалъ у абессинцевъ самый радушный пр емъ. : Однажды я поднимался на гору со своимъ маленькимъ караваномъ, состоящимъ изъ двухъ абессинцевъ и двухъ муловъ. Взобравшись посл крутого подъема наверхъ, я увид$лъ, что у громаднаго развЪсистаго фикуса находится источникъ, анфсколько подальше, подъ широкой кроной мимозы, привЪтлио выглядываетъ остроконечная шапка абессинской хижины. У источника два абессинца стирали свое бЪлье. Я направился туда, чтобы напоить своихъ муловъ. Солнце жгло по-абессински, а путь быль еще ДЛИННЫЙ. Пока поили муловъ, изъ хижины вышелъ босой абессинецъ, закутанный въ левсу **) и съ над той на ; Въ Абессин1и всЪ, не исключая и царя-негуса, ходятъ босыми. eK “ “ : ) Kycokb 6buo Touxolt marepin, которую абессинцы накидываютъ поверхъ рубашки—камисъ, Башни Спасаларская и Четырехпоясная въ Ани. нзмыхъ свидЪтеляхъ СЪдой древности. Странное дЪло: эта старина вызываетъ у васъ не тяжелыя мысли о ‘бренности всего существующаго, а горделивое сознане о могучемъ челов$5ческомъ геми, о челов$ческомъ творчествЪ, которое съ такихъ отдаленныхъ вЪковъ проявляетъь себя такъ величественно. А вотъ эти башни, что съ какой-то угрозой и доселЪ сторожатъ покой города! Какъ изумительна прочность ихъ: мномя сохранились почти въ цФлости, хотя давно угасъ тотъ, кого они. сторожили. Понятно, порадоваться можно извфст!ю, что отсюда прогнанъ грубый и невъжественный врагъ, и ничто уже не угрожаетъ и не будетъ угрожать съ оккупащей нами сЪверной Перси, такъ любящей Росаю,. такъ связанной съ нею всЪми своими интересами. зососоосоофее (+) (+) (+) (+) +) (+) (4). ($) )©) С) эеоозоосеео ВОРОНИ НОСОРОГУЪ РазсказъЪъ А ЧЕГЛОВ PONOBB шляпой. л уже зналъ, что сЪрая фетровая шляпа признакъ балла-рыстъ, т. е. владъльца имЪн1я или челов$ка привиллегированнаго. Абессинцы вообще не побрываюгъ свою голову. — Баджеронде (хозяинъ), - сказали мои провожатые. Баджеронде вфжливо еще издали приподнялъ свою шляпу. Я тоже поклонился ему. — Здравствуйте, —произнесъ онъ по-французски. — Здравствуйте, — отвЪтиль я, удивленный, что абессинецъ, хотя и живетъ въ такой глуши, а знаетъ по-французски. — Я думаю, что вы не въ претензии, что мы остановились у вашего источника?—спросилъ я. — О, нисколько. Я только подумалъ, что если мулы хотятъ пить, то и люди тоже не прочь освЪжиться. Не хотите-ли войти въ мой домъ и. утолить жажду, чмъ Богъ послалъ? Мы направились къ дому. Слуга подалъ мнЪ большую кружку съ темно-желтымъ напиткомъ. Это былъ тьэдьзнаменитый . абессинскЙ напитокъ, приготов‘ляемый изъ меда. — Какъ вамъ понравился нашъ тьэдь?—спросилъ хозяинъ. — ВеликолБпенъ,—отвЪтилъ я.—Онъ мнЪ напоминалъ такой же напитокъ, который я пилъ на своей родинЪ. — Но мнЪ говорили, что французы пьютъ только вино, —удивился онъ. — Я не французъ, я—русскИ, московинъ: