№ 41-1915
	НРИРОДА И ЛЮДИ

 
	Абессинская семья.—Съ фотографии.
		— Вы московинъ! —воскликнулъ* абессинецъ, U Ch
	этими словами схватилъ мои руки и поЦцъловалъ меня
	вь плечо.

Чтобы отвЪтить чмъ-нибудь на его необычайную
радость, я приложился къ его щекЪ. Въ отвЪтъЪ я
началъ получать несм$тное количество лобызанйй то
въ одну, то въ другую щеку. .

Эти обят!я совершались такъ быстро, что я уже
не пытался въ свою очередь продЪлывать то же самое,
а неподвижно стоялъ, зажатый, какъ въ тискахъ, Bb
ЦБпкихЪ рукахъ пылкаго абессинца. Наконецъ, абес­синецъ, видимо, утомился этой процедурой или нашелъ,
что онъ своими. поцфлуями достаточно выказалъ свою
радость. Мои руки были выпущены, и онъ съ крикомъ:
«Андрастъ! `Андрасъ!» выбЪжалъ изъ хижины.

Черезь минуту онъ уже велъ молодого стройнаго
абессинца съ чрезвычайно выразительнымъ лицомъ и
громадной копной волосъ на головЪ.

Я съ ужасомъ подумалъ, что мн$ придется под­вергнуться такимъ же многочисленнымъ поцЪлуямъ
со стороны Андраса, а потомъ и со стороны всЪхъ
домочадцевъ восторженнаго хозяина.

Но на этотъ разъ я ошибся. Юноша въ дверяхъ
отвЪсилъ мн низкИ поклонъ, коснувшись рукой до
земли, и сталъ поотдаль отъ меня, выслушивая объ­яснешя относительно моей особы отъ своего род­ственника.

ПозднЪе я узналъ, что цзловане въ Абессинйи есть
признакъ самой ‘горячей дружбы. Такимъ образомъ,
поцфловавъ абессинца, я тъмъ самымъ выразилъ ему
свою горячую любовь.

— Меня зовутъ Георгисъ, —сказалъ абессинецъ,—
а это Андрасъ, мой
племянникъ, знаме­нитый — охотникъ.
Онъ недавно убилъ
огромную пантеру.
Сейчасъ онъ_ при­несетъ ея шкуру, —
и съ этими словами
онъ обратился по­абессински къ Ан­_
драсу. :

Тотъ принесъ ве­ликолЪпную шкуру
пантеры необыкно­венно большихъ
размЪровъ.

— Не правда-ли,
хороший плащъ?ы—
спросилъ хозяинъ,
накидывая на плечи
Андрасу эту шкуру.
У насъесть обычай:
кто убьетъ панте­ру, тотъ можетъ
носить ея шкуру,
какъ плащъ. Это
указываетъ всЪмЪ, Абессинская се
что онъ искусный .
охотникъ и будетъ храбрымъ воиномъ. А если убьетъ
льва, то отдаетъ шкуру негусу и получаетъ отъ него
кусокъ гривы для ношен!я на головЪ. Для насъ, абес­синцевъ, слава хорошаго охотника очень важна. ВсЪ,
даже самъ негусъ, стремятся сдЪлаться отважными и
искусными охотниками за опасными животными.

— Да, великолёпная шкура,—сказалъ я.

 
	— Андрасъ подаритъ ее вамъ!—поспЪшилъ восклик-.
нуть пылк!й хозяинъ.

— Я сказалъ это вовсе не за т$мъ, чтобы получить
шкуру. Я ни въ какомъ случаЪ ея не возьму. А те­перь позвольте поблагодарить за гостеприимство,
за прекрасный тьэдь и распрощаться, —сказалъ я.

‚ — О, зачмъ вы такъ торопитесь! Дайте.и себЪ и
вашимъ людямъ отдохнуть. Сейчасъ слуги пригото­вятъ кое-что подкрЪпиться. .

— Это задержитъ насъ,—попробовалъ я возразить.

— Ненадолго. Не нарушайте нашихъ обычаевъ и
доставьте удовольстве и мчЪ и вашимъ людямъ. Я
безконечно счастливъ видфть у себя единов%рца­москвина. Не знаю, почему ваши соотечественники
такъ р5дко посЪщаютъ нашу страну. ВЪдь у насъ
могутъ разсчитывать на самый лучший премъ.

— Росся очень далека отъ Абессини. Для такого
путешествия нужно имЪть много времени и денегъ.

— Какъ жалко. Сядьте, пожалуйста, на эту шкуру, —
сказалъ Георгисъ,—разстилая на полу шкуру пан­теры.—У насъ не такъ, какъ у европейцевъ, мы ни­какой мебели не употребляемъ. Нужно бы завести
хороиия постели, столы и стулья, —да ничего этого
у насъ не купишь, а мастеровъ н5тъ. И живемъ мы
по старинЪ, въ нашихъ дымныхъ, темныхъ избахъ.
Даже оконъ не дЗлаемъ, —оттого въ нашихъ хижи­нахъ темновато.

Пока Георгисъ объяснялъ мнЪ особенности ихъ не­затЪйливыхъ жилищъ, слуга принесъ намъ корзину
съ пищей и началъ выкладывать все это на маленьюй
низеньк!й столикъ.

Мы принялись за Ъду втроемъ, — я, Георгисъ и

Андрасъ.

Андрасъ не спу­скалъ съ меня сво­- ихъ большихъ бле-.
стящихъ глазъ. Ви­димо, что моско­винЪ для него былъ
диковинкой. Я тоже
поглядывалъ на не­го частенько.

Его лицо дышало
рЬьшимостью и от­вагой. Это былъ
одинъ изъ тЪхЪ ти­повъ, которые во
всяксй опасности
не потеряются и
CYMBIOTb постоять
за себя.

— Какъ онъ
убилъ эту панте­ру? — спросилъ я
Георгиса.

— Онъ хот$злъ
убить льва или пан­теру и ходилъ ча­сто по лЪсамъ, но

‚ничего не удава­лось увидЪть. НедЪлю тому назадъ онъ прхалъ къ
намъ. Пошёлъ въ ущелье и вдругъ услышалъ отчаян­ный ревъ гамадриловъ *). Такъ они кричатъ только
тогда, когда увидятъ змфю или пантеру. Онъ побъ­ья. —Съ фотографии.
	*) Крупныя обезьяны съ собаку величиною изъ семейства
павганов”Ъ. ‘