4434915 MPHPOAAH ADAM — Да, въ дуплБ5 большого дерева и не ззмуровано,—отв$тилъ Георгисъ. — А, вотъ это очень важно! Насколько извЪстно, всЪ птицы изъ семейства носороговъ самымъ тщательнымъ образомъ зал$пляютъ дупло землей, когда самка сядетъ на яйца. Онъ кормить ее черезъ небольшое отверст!е, въ которое она можетъ просунуть ЛИШЬ свой КЛЮВЪ. — Французъ тоже очень интересовался этимъ, но такъ и не могъ р$шить: замуровываютъ ли эркумы своихЪ самокъ, или нЪтъ. Абессинцы утверждали, что HBTS. Они вынули этихъ птенцовъ, не разламызая земли. — Да, но, можетъ быть, самка сама разломала землю, когда изъ яицъ вывелись дЪти, для того, чтобы вВМЪСтЪ съ самцомъ выкармливать птенцовъ? — Это такъ и осталось нер5шеннымъ для француза. Онъ самъ лазилъ на дерево, но дырка была такъ гладка, что нельзя. было увидЪть куска засохшей земли. Онъ долго шарилъ подъ деревомъ, но ничего не нашелъ тутъ, кромБ осколочковъ отъ яицъ съ бЪлой скорлупой. — Скажите, пожалуйста, эти два птенца жили у него?—продолжалъ я свои разспросы. — Ходили тутъ по двору. Стали совсЪмъ ручными и не клевались. Одинъ только разъ эркумъ клюнулъ руку французу, но, къ счастью, пальца не оторвалъ, а только содралъ кожу. Зато цыплята мои всЪ оказались уничтоженными. По н$Ъскольку штукъ сразу могли заглатывать. — А чЪмъ ихъ кормилъ французъ? — ВсЪмъ. И ящерицъ давалъ, и змЪй, и птицъ, но чаще всего сырое баранье мясо За два мЪсяца они стали почти такой же величины, какъ взрослыя птицы. Французъ мнБ писалъ, что благополучно довезъ ихъ до Парижа. ЦЪлое письмо наполнилъ благодарностями MHB, словно я озолотиль его... Да, вотъ, чужому челов5ку могъ добыть эркума, а своему не могу, — со вздохомъ закончилъ: Георгисъ. — Отчего же такъ? — Иу меня, и у Андраса ружья старинныя, тяжелыя; ими птицу трудно убить. Андрасъ каждый день ходитъ. Выслфдилъ трехъ эркумовъ, а ничего не можетъ сдБлать. Эркумы у насъ очень осторожны. Во время разговора я усердно пофдалъ одну за другой лепешки, положенныя передо мною высокой стопкой. Я уже съ$ль больше, ч5мъ нужно дорожному челов5ку, а между тзмь стопка изъ лепешекъ He уменьшилась и на половину. Рискуя обид5ть хозяина и выказать свое непониман!е абессинскихъ приличй, я ‘сказалъ слугЪ поабессински: — Не-аль-фелигимъ (я не желаю). . — Какъ, вы не хотите больше?— удивился Георгисъ.—Но еще осталось ‘брондо (сырое мясо) и сметана. — Благодарю! Я сытъ по-горло, — отвЗтилъ я. Но, видя искреннее сожалЪне на лиц Георгиса, я добавилъ:—Сметаны я, пожалуй, немного попробую. Въ то же время по знаку Георгиса на мой хлЪбецъ. шлепнулась большая куча какой-то ярко желтой массы. Я подумалъ, что это сметана, смЪшанная съ корицей, и взялъ въ ротъ довольно. большой комокъ ея, но такъ и остался съ раскрытымъ ртомъ. Меня обожгло, какъ раскаленнымъ желЪзомъ. Без-. удержно полились слезы изъ глазъ, дыхан!е захватило... жалъ и посп$лъ во-время. Пантера грызла гамадрила. Андрасъ подбЪжалъ къ ней близко, и когда она увиДЪла человЪка, то оставила гамадрила и хот$ла прыгнуть на Андраса. Но онъ выстрЪлилъ ей въ голову и убилъ ее наповалъ. — Храбрецъ! — воскликнулъ я. — О, среди абессинцевъ вы р$5дко найдете труса! Пантера и левъ не такъ опасны, какъ данакили, сомали и друме народы, которые окружаютъ’. насъ. Единственное качество, необходимое намъ, чтобы COхранить свою жизнь и государство —это не только храбрость, но даже безумная отвага. Можно ли жить въ мирЪ съ сосЪдями, для которыхъ убйство человЪка такъ же необходимо, какъ намъ молитва? Вы знаете, что сомали, который не убилъ абессинца или еще кого-либо, пользуется презрЪшемъ. Его жен дадутъ воды изъ колодца самой послЪдней, а послЪ смерти такого сомали надъ нимъ не поставятъ торчмя ни одного камня. У галассовъ абессинск!е черепа служатъ украшешемъ домовъ. Мы должны воевать съ ними, хотя Христосъ и не велЪлъ обнажать свой мечъ даже противъ враговъ. — Значитъ, Андрасъ хочеть быть воиномъ?ы— спросилъ я. — Да, онъ тетерь сдЪлался ОЪднымъ и ему нужно поступить на службу къ негусу. — Отчего же онъ потерялъ свое состояше? — Онь не поте яль его, а онъ устроилъ таскаръ (поминки) по свое аъ умершемъ отц$. Отецъ его былъ извстенъ и пользовался уважешемъ, поэтому народу пришло больше, чЪмъ разсчитывалъ Андрасъ. Онъ долженъ быль заколоть всЪхъ своихь овецъ и быковь, чгобы сдЪлать таскаръ, какъ слЗдуетъ. — Сколько же у него было овецъ? — Сто двадцать три. — Какъ!-—изумился я --На поминкахъ было съЪдено сто двадцать три овцы:.. — Да, сто двадцать три овцы, триста шестьдесятъ одинъ быкъ, чегыре тысячи м5ры хлБба, тридцать три_ бочки масла, сто семь бочекь меду... Что под$лаешь! Такой у насъ обычай. Андрасъ цБлый годъ заготавливалъ провиз!ю и все-таки не думалъ, что соберется такъ ‘много народу, что всЪ запасы его съфдятъ. Вотъ теперь онъ и хочеть поступить на военную службу. Негусъ любитъ храбрыхъ людей, а изъ Андраса хороший воинъ выйдетъ. Ему теперь остается только добыть перья эркума, чтобы украсить ими свою голову. Безъ нихъ нехорошо носить шкуру пантеры. Въ области Шоа считаютъ, что шкура льва или пантеры изображаетъ мужество, а перья эркума указываютъ добрыя намфрен!я храбраго человЪка уничтожать, подобно эркуму, всякую нечисть на землф. — А что это за птица эркумъ? — Это букораксъ абессиникусъ. — Какъ?— изумился я.—Вы знаете научныя латинся названя NTMWb? — Только н$которыхъ. У меня быль прИятельфранцузъ. Онъ жилъ у меня въ этомъ домЪ четыре мъсяца. Ему очень хотЪлось добыть эркума. Я опо-. ввстиль объ этомъ всБхъ абессинцевъ, и, къ его большой радости, мнЪ принесли двухъ птенцовъ. — А вашъ прятель не разспрашивалъ т%хъ абессинцевъ, гдБ они нашли этихъ птенцовъ?—перебилъ я Георгиса. — Какъ же, конечно! Онъ даже ходилъ съ этими абессинцами къ гнЪзду эркумовъ. - — Ну, и что же? ГнЪздо было вь дупл?