6/4 4 MH vi WU Ah Yt. Ne 43 —1915 сформирсвана сзмостоятельная рота жандармовъ, не сущихъ полицейскую службу. Зато микроскопическая армя обмундирована съ роскошью; солдаты—молодецъ къ молодцу, красавецъ къ красавцу, и всЪ словно вылЪплены по одному образцу. He менфе щеголеваты, вышколены и вымуштрованы люксембургске жандармы. По строго соблюдающимся правиламъ, они всюду ходятъ въ парЪ точь въ точь, какъ и итальянсюе карабинеры. Спросилъ я, почему такъ дзлается, и услышалъ любезное объяснен!е;: — На.случай нападеня. Видите ли, мосье... Говорятъ, однажды было такъ, что при попытк$ ареста какогоTO подозрительнаго субъекта, бросившИйся на него въ одиночку жандармъ былъ убитъ. И злодЪй успЪлъ ОЪжать. А если бы жандармовъ было двое, то арестованный не осмЪлился бы сопротивляться и не смогъ бы ускользнуть отъ правосуд!я. — А давно это было? — полюбопытствовалъ я. — О, мосье! Конечно, очень давно. Кажется, лЪтъ... ЛЪтъ семьдесятъ назадъ. Нужна ли миркому Люксембургу цЪлая рота жандармовъ, или ихъ держатъ такъ, по отжившей, но считающейся священною традищи,—я не знаю. Кажется, надобности въ вооруженной силЪ вообще въ ЛюксембургЪ не. имЪется, ибо уровень преступности весьма близокъ къ нулю. Высокая культура маленькаго государства, свободный политический строй, благосостояне жителей, общее трудолюб!е— все это, взятое вМЪстВ, создали изъ Люксембурга блаженный край, гдЪ почти не совершается преступленй. По крайней мърз-—=мЪстными жителями. Если полици и приходится присматривать за кЪмъ-нибудь, такъ почти исключительно за иностранцами. Въ «столицф» имфется довольно обширная тюрьма, куда, съ разрЪшен!я полицей-президента, допускаютъ любопытныхъ. Тюрьма, говорятъ, устроена образцово. МнЪ предлагали осмотрЪть ее какъ своего рода достоприм$чательность, но я уклонился, узнавъ, что уже много л5тъ тюрьма наполовину пуста. Въ Люксембург» имЪется нЪсколько политическихъ парт!йй. Есть даже республиканская парт!я, тяготЪющая къ Франщи. Но всЪ «крайня лЪвыя» парти не имЪютъ серьезнаго вян!я. Очень сильна парт!я клерикаловъ. Ей почти всегда удается проводить своихъ ставленниковъ если не на министерске посты, —министерствъ въ Люксембург нзтъ,—такъ на всЪ выборныя должности. Печать въ Люксембург -—-пятокъ газетъ различныхъ направленй— пользуется почти абсолютной свободою. Подвернулся мнЪ. подъ руку номеръ какой-то «большой политической и экономической» газеты, — и я съ большимъ внимашемъ проглядфлъ пылко написанную «передовицу», принадлежавшую перу ‹самаго знаменитаго люксембургскаго публициста». Статья была посвящена вопросу: почему на_ привокзальной площади изъ шести фонарей зажигается только четыре. Блаженный край... . Но миръ и благоденсте Лкксембурга всегда окутаны были какою-то дымкою неувЪренности за грядуш день. При малЪйшемъ обсстрени отношенйй, обитатели маленькаго и беззащитнаго государства съ тревогою поглядываютъ на близкую границу. Суть въ томъ, что въ ЛюксемоургЪ имЪются очень важныя зъ стратегическомъ. отношени желЪзныя ‘дороги съ востока на западъ, и вся страна играетъ роль дверей изъ Геоман!и во Францию. лей — германская серьезность и французская элегантная приветливость. Въ торговлф—нЪмецкая практичность и французское изящество. Въ семьяхъ люксембуржцевъ такая же двойственность: одинъ членъ семьи чувствуетъ себя почти французомъ, другой почти нфмцемъ. Въ жилахъ нынфшней великой герцогини Люксембурга тоже смЪшанная германо-латинская кровь: если отецъ ея былъ принцемъ Нассау, то мать изъ Браганцскаго дома, то-есть, португалка. Черезъ отца великая герцогиня Люксембурга состоитъ въ родствЪ съ разными германскими. династями; черезъ мать—съ французскими Орлеанами и съ итальянскимъ королевскимъ домомъ.. Bp дни, когда я гостилъ въ ЛюксембургЪ, правительница этого государства была дЪвицею лЪтъ шестнадцати. Обитая въ роскошномъ герцогскомъ дворцФ, молодая герцогиня почти ежедневно совершала прогулку по «столиц®»,—не въ экипажЪ; не въ автомобилЪ, а попросту по способу пЪшаго хождения. И при томъ безъ всякой свиты, а въ компани или съ матерью, вдовствующею великою герцогинею, или съ собственною воспитательницею, кажется, англичанкою. У меня въ памяти остался образъ молодой великой герцогини: это высокая, поразительно стройная дЪвушка, шатенка, съ чудесными. добрыми глазами, съ милою чистою дЪвичьею улыбкою на устахъ. Черты лица н$5сколько крупны и не отличаются строгою правильностью, но тфмъ не менфе герцогиня— почти красавица. ОдЪвается она скромно, но изящно, съ большимъ вкусомъ. Какъ разъ, когда я гостилъь въ Люксембург», тамошнее населен!е было взволновано вЪстью, будто бы великая герцогиня собирается выйти замужъ. Называли и UMA будущаго «принца-консорта», —какогото захудалаго германскаго герцога, родственника Гогенцоллерновъ, офицера прусской королевской гварди. Имя этого принца у меня вылетЪло изъ памяти,—но не забылъ я того недовольства, которое открыто высказывалось люксембуржцами: — Навязываютъ нашей герцогинЪ мужа! Это все Вильгельмъ мудритъ... И сядетъ бЪдняжкЪ на шею какой-нибудь хлыщъ, подобный тому, котораго заполучила на свое горе королева Голланди, Вильгельмина... Но хитроумные планы державнаго свата изъ Берлина встрЪтили упорную оппозищ!ю со стороны матери великой герцогини, и предположенная свадьба разстроилась. Злые языки люксембуржцевъ говорятъ: — Къ величайшему удовольствю великой герцогини, которая пруссаковъ терпЪть не можетъ. Бродя по Люксембургу, я заинтересовался зданемъ старинной архитектуры и осв$домился, что это за интересное ` здане. — Домъ Святого Духа—отвЪтиль мн любезно спрошенный прохож! изъ м$Ъстныхъ обитателей. — Церковь? Монастырь?—задалъ я новый вопросъ. И услышалъ отвЪтъ: — О, н$тъ. Казарма, мосье! Въ самомъ дЁёлЪ,—это была казарма, въ которой помЪщаются всЪ военныя силы великаго герцогства Люксембургскаго. «Военныя силы»—это звучитъ гордо. На самомъ дЪлв, великое герцогство имЪетъ «армию» всего-навсего изъ трехсотъ человЪкЪъ. Да и то только половина изъ нихъ является солдатами въ прямомъ смыслЪ слова, образуя всего только одну пЪхотную роту съ единымъ офицеромъ. Изъ второй половины