ЕРИРОДА А AUD DH. царствЪ желтаго дракона», «Эллины великаго океана», «Въ лЪсахъ литовскихъ», «Республика поднебесья», «Венецейский чудакъ», «Миссъ Эленъ въ ГренадЪ» ит. д. Знакомство съ Кавказомъ, его родиной, гдв прошли дЪтске и отрочесюе годы писателя, вдохновляетъ его на историческ!й романъ «Царица вольныхъ горъ» посвященный любопытной личности Тамары. ЗдЪсь, помимо исторической правды, писатель обнаружилъ большое знане сложной психологи женщины, ея капризнаго сердца. Реальнымъ и вмЪстЪ поэтичнымъ вышелъ у него интересный образъ героини. Обстановка, лица, окружающя царицу, изображены такъ живо, правдоподобно, точно списаны съ натуры. Передъ читателемъ воскресаетъ старина стародавняя съ большой ясностью съ отчетливостью, — и порою кажется будто авторъ изображаетъ не даль вЪковЪ, а современность, въ которой дЪйствуютъ легендарные герои, одерживавш!е побЪды въ войнахъ, давно забытые нами, но живуще въ пЪсняхъ и сказаняхъ горныхъ племенъ Кавказа. Въ этомъ романЪ не только его героиня очерчена рельефно, но и окружаюня ее лица написаны тщательно. Это одна изъ выдающихся чертъ таланливаго писателя, который въ большинствЪ случаевь и мелкихъ дфйствующихъ лицъ,—не только второстепенныхЪ, но даже и третьестепенныхъ, старается He оставлять въ тЪни. Какъ заправсюИ художникъ, онъ двумя-тремя штрихами умфетъ очертить ихъ` типы и характеры. Каждое произведене Немировича-Данченко, какъ бы оно ни было художественно, всегда строго обдуманно. Онъ долго вынашиваетъ въ головЪ задуманную серьезную вещь, мимоходомъ творитъ какое-нибудь _маленькое произведене—и только послЪ долгаго 3aptлаго обсужденя принимается за исполнеше задуманнаго. Пишетъ онъ неимовфрно скоро, съ изумительной энермей, съ трудомъ успЪваетъ заносить на бумагу цЪлые эпизоды мысли, обгоняющ!е одна другую. Его перо словно превращается въ волшебную кисть, которая по какому-то наитйо свыше кладетъ мазокъ за мазкомъ, безъ отдыха, безъ перерыва, — и подъ этой кистью незримо рождается величественная кар тина, красочная, эффектная и содержательная. Такую картину представляетъ собою, состоящий какъ бы изъ трехъ отдЪльныхъ частей («Богатыри Вас. Ив. Немировичъ-Данченко во время своего путешествия no Snowin. 5. И. Немировичъ-Данченко во время путешествия по Атлантическому океану. Bb кл5ткахЪ», «На кровавыхъ нивахъ» и «Обр$занныя крылья»), романъ «Семья богатырей». Писатель долго надъ` нимъ работалъ, еще дольше подготовлялся къ величественной эпопеЪ, въ которой первое мЪсто отведено «бЪлому генералу», этому своего рода былинному богатырю. Близко соприкасался съ нимъ авторъ. Скобелева онъ изучалъ и въ частной жизни и на боевомъ полЪ, болфе всего, —на послЪднемъ. Скобелевъ у него написанъ, относительно художественной правды, красоты и выразительности, кистью Р%пина. Превосходно задуманный образъ выполненъ съ большимъ тщанемъ до посл$днихъ мелочей, съ тою психологической правдой, которая свойствзнна только настоящимъ, старымъ мастерамъ. И въ этомъ произведени, и въ воспоминаняхъ автора, написанныхъ подъ живымъ впечатлЪнНемъ утраты богатыря земли русской, Немировичъ-Данченко именно не пропускаетъ мелочей, потому что, по его мнЪню, въ такомъ сложномъ XapakTephb, какъ Скобелевъ, всякая подробность должна быть на счету. И ПЪвецъ «бЪлаго генерала» не скупится на подробности для наиболЪе выпуклаго изображения этой мощной фигуры, этого зам5чательнЪйшаго дЪятеля и чеNoBbKa, pyccKaro до мозга костей, патр!ота въ самомъ свЪтломъ значени этого понятя. Скобелевъ былъ цЪльная натура, но этой натурЪ былъ нечуждъ нЪкоторый внутренн!Й разладъ, свойственный нашимъ