„Мы исполняем все — оперы, оперетты и операцииˮ
или
«Музыкально-вокальный-чугунно-литейный романс». Поистине, чугунное остроумие!
Номер партерных акробатов лилипутов (Кин и Ник) — технически беспомощен и слаб. Все, что показывают Кин и Ник, не возвышается над среднем уровнем. Лучше других трио Вальденс: здесь видна четкость, хорошая и добросовестная цирковая работа.
Еще одно замечание: отчетная программа совсем загружена акробатическими номерами. Нет ни разговорников, ни балета. Так, например, из 4 номеров первого отделения — 3 номера (75%) отведены под партерную акробатику.
Не слишком ли это много?
Б. Юрьев
Серостью и скудностью отмечено почти все, показываемое на эстраде Таврического сада.
Если номера циркового жанра в пределах посредственности, то эстрадная часть программы находится в плачевном состоянии.
Чистенько работают 2 Борелли (воздушный акт), не избежавшие, впрочем, шаблона в построении номера.
Трамплинные гимнасты 4 Рутта Ругби, номер старый, ленинградцам уже знакомый.
Эксцентрик с бульдогом, — Ревин и Пимпле, интересно поданный, режиссерски отделанный и законченный номер.
Ничего утешительного, на этот раз, не скажешь о Громове и Жукове, выступающих в новом жанре: традиционную поддевку они заменили обычным пиджаком и толстовкой.
Безграмотный текст, полнейшая анти-обще
ственность, (чего стоят одни только частушки о советской власти и монолог о махновцах), какое-то заигрывание со «своей» публикой оставляет досадное впечатление.
Другие разговорники, — лапотный дуэт Ивановых едва ли лучше. Та же претензия на современность, на злободневность и тот же никчемный текст.
Беспомощно танцуют свой — обязательно акробатический — танец и в обязательно эксцентрических костюмах Морская и Ляддэ.
Представитель отмирающего жанра звукоподражания и чревовещания Рафаэль Эдигге работает далеко не плохо.
Более приятное впечатление оставило выступление живой газеты «Станок». Приемлемый текст, живое исполнение, доходчивость до зрителя, говорят о желательности дальнейших выступлений на эстраде Таврического сада профессиональных и клубных самодеятельных живогазетных коллективов.
М. К. 4. Сад „Вулканˮ
В самом конце улицы Красных Зорь — в Новой деревне — приютился сад «Вулкан». Сравнительно большой и поместительный, с открытой эстрадой и кино — сад этот посещается публикой довольно усердно. Да это и понятно: «Вулкан» — единственный сад в большом районе Новой и Старой деревни. Тем досаднее, что работа в саду ведется из рук вон плохо.
Эстрадные номера здесь подбираются «числом поболее, ценою подешевле». Впрочем, оплата труда в этом саду вызывает серьезные возражения: в Ленинграде это, кажется, единственная крупная профессиональная площадка, производящая оплату артистам по марочной системе. О гарантийной
оплате здесь нет и речи. Погода нахмурилась — получай рубль, вышло солнышко — возьми три, пошел дождь — вообще ничего не дадут.
Установка эстрады, главным образом, делается на борьбу. Все второе отделение состоит из звонких макарон, всевозможных тур-де-бра, нередко заканчивающихся дракой (случай, имевший место в субботу 30 июля). Все это сопровождается криками публики: «А ну-ка, Иванов, загни ему макарону, так его, давай, жми... »
Обстановка для культурно-просветительной работы вряд ли соответствующая.
По субботам, на огороженном скамейками месте, прямо на песке, происходят танцы, на которые собирается весь цвет местного хулиганья и проституток. Трудно описать это разухабистое, залихватское — поистине омерзительное — зрелище.
Как вывод: площадка «Вулкана» — как единственная в районе (часть публики, к счастью, отвлек прекрасный сад Совторгслужащих, находящийся невдалеке) — должна быть реорганизована в корне. Надо изгнать из него борьбу, улучшить качество эстрады, предать забвению танцульки, снизить входную плату (суббота — 25 коп). Надо превратить сад в место культурного отдыха и развлечения, куда бы не ходили с опаской: ведь драки и дебоши здесь в порядке дня.
Кроме всего этого, надо перейти на гарантийную оплату труда артистического персонала.
Иначе — «Вулкан» всегда будет лавочкой, поддерживать которую едва ли целесообразно.
Н. В—ов
3. Сад „1 Мая“
Последний из выступавших в Саду Отдыха молодых дирижеров С. М. Пружан выделяется превосходными данными (жест, техническая сноровка, хороший вкус и слух) и культурностью своего музыкального облика.
Большая выдержка и твердая исполнительская воля должны гарантировать ему быстрое совершенствование на пути дирижерской деятельности.
Предположение это нашло себе подтверждение и в другом выступлении Пружана в рабочем «Саду 1-го мая», где большая и ответственная программа была проведена им без одной репетиции вполне корректно и с художественным тактом.
Успех концерта у многочисленной рабочей аудитории, тесно обступившей эстраду, которому много содействовали яркие пояснения П. А. Конского, говорит о желательности систематизации подобных выездных концертов под упр. молодых дирижеров в окраинные рабочие сады.
А. Ромашевский Вылазка халтуры
В пользу детских яслей гор. Стрельны, в воскресенье 31 июля, был устроен спектакль в голубом зале дворца.
Три оперетки, извлеченные очевидно из архива — «Маленькая Клодина или куколка» — Стружского, «Чортова кукла» — Печорина и «Жених и попугай» — Печорина — вот репертуар спектакля.
Все три одноактные оперетки похожи друг на друга не только своим глупым содержанием — любовь, измена и обратно, — не только халтур-выездом опереточного ансамбля (! ) из четырех человек, но и халтурной игрой. Незнание роли особенно сказалось у артиста Неверова.
К счастью, на этом халтурном спектакле присутствовало очень мало народу.
Т. М.
или
«Музыкально-вокальный-чугунно-литейный романс». Поистине, чугунное остроумие!
Номер партерных акробатов лилипутов (Кин и Ник) — технически беспомощен и слаб. Все, что показывают Кин и Ник, не возвышается над среднем уровнем. Лучше других трио Вальденс: здесь видна четкость, хорошая и добросовестная цирковая работа.
Еще одно замечание: отчетная программа совсем загружена акробатическими номерами. Нет ни разговорников, ни балета. Так, например, из 4 номеров первого отделения — 3 номера (75%) отведены под партерную акробатику.
Не слишком ли это много?
Б. Юрьев
Серостью и скудностью отмечено почти все, показываемое на эстраде Таврического сада.
Если номера циркового жанра в пределах посредственности, то эстрадная часть программы находится в плачевном состоянии.
Чистенько работают 2 Борелли (воздушный акт), не избежавшие, впрочем, шаблона в построении номера.
Трамплинные гимнасты 4 Рутта Ругби, номер старый, ленинградцам уже знакомый.
Эксцентрик с бульдогом, — Ревин и Пимпле, интересно поданный, режиссерски отделанный и законченный номер.
Ничего утешительного, на этот раз, не скажешь о Громове и Жукове, выступающих в новом жанре: традиционную поддевку они заменили обычным пиджаком и толстовкой.
Безграмотный текст, полнейшая анти-обще
ственность, (чего стоят одни только частушки о советской власти и монолог о махновцах), какое-то заигрывание со «своей» публикой оставляет досадное впечатление.
Другие разговорники, — лапотный дуэт Ивановых едва ли лучше. Та же претензия на современность, на злободневность и тот же никчемный текст.
Беспомощно танцуют свой — обязательно акробатический — танец и в обязательно эксцентрических костюмах Морская и Ляддэ.
Представитель отмирающего жанра звукоподражания и чревовещания Рафаэль Эдигге работает далеко не плохо.
Более приятное впечатление оставило выступление живой газеты «Станок». Приемлемый текст, живое исполнение, доходчивость до зрителя, говорят о желательности дальнейших выступлений на эстраде Таврического сада профессиональных и клубных самодеятельных живогазетных коллективов.
М. К. 4. Сад „Вулканˮ
В самом конце улицы Красных Зорь — в Новой деревне — приютился сад «Вулкан». Сравнительно большой и поместительный, с открытой эстрадой и кино — сад этот посещается публикой довольно усердно. Да это и понятно: «Вулкан» — единственный сад в большом районе Новой и Старой деревни. Тем досаднее, что работа в саду ведется из рук вон плохо.
Эстрадные номера здесь подбираются «числом поболее, ценою подешевле». Впрочем, оплата труда в этом саду вызывает серьезные возражения: в Ленинграде это, кажется, единственная крупная профессиональная площадка, производящая оплату артистам по марочной системе. О гарантийной
оплате здесь нет и речи. Погода нахмурилась — получай рубль, вышло солнышко — возьми три, пошел дождь — вообще ничего не дадут.
Установка эстрады, главным образом, делается на борьбу. Все второе отделение состоит из звонких макарон, всевозможных тур-де-бра, нередко заканчивающихся дракой (случай, имевший место в субботу 30 июля). Все это сопровождается криками публики: «А ну-ка, Иванов, загни ему макарону, так его, давай, жми... »
Обстановка для культурно-просветительной работы вряд ли соответствующая.
По субботам, на огороженном скамейками месте, прямо на песке, происходят танцы, на которые собирается весь цвет местного хулиганья и проституток. Трудно описать это разухабистое, залихватское — поистине омерзительное — зрелище.
Как вывод: площадка «Вулкана» — как единственная в районе (часть публики, к счастью, отвлек прекрасный сад Совторгслужащих, находящийся невдалеке) — должна быть реорганизована в корне. Надо изгнать из него борьбу, улучшить качество эстрады, предать забвению танцульки, снизить входную плату (суббота — 25 коп). Надо превратить сад в место культурного отдыха и развлечения, куда бы не ходили с опаской: ведь драки и дебоши здесь в порядке дня.
Кроме всего этого, надо перейти на гарантийную оплату труда артистического персонала.
Иначе — «Вулкан» всегда будет лавочкой, поддерживать которую едва ли целесообразно.
Н. В—ов
3. Сад „1 Мая“
Последний из выступавших в Саду Отдыха молодых дирижеров С. М. Пружан выделяется превосходными данными (жест, техническая сноровка, хороший вкус и слух) и культурностью своего музыкального облика.
Большая выдержка и твердая исполнительская воля должны гарантировать ему быстрое совершенствование на пути дирижерской деятельности.
Предположение это нашло себе подтверждение и в другом выступлении Пружана в рабочем «Саду 1-го мая», где большая и ответственная программа была проведена им без одной репетиции вполне корректно и с художественным тактом.
Успех концерта у многочисленной рабочей аудитории, тесно обступившей эстраду, которому много содействовали яркие пояснения П. А. Конского, говорит о желательности систематизации подобных выездных концертов под упр. молодых дирижеров в окраинные рабочие сады.
А. Ромашевский Вылазка халтуры
В пользу детских яслей гор. Стрельны, в воскресенье 31 июля, был устроен спектакль в голубом зале дворца.
Три оперетки, извлеченные очевидно из архива — «Маленькая Клодина или куколка» — Стружского, «Чортова кукла» — Печорина и «Жених и попугай» — Печорина — вот репертуар спектакля.
Все три одноактные оперетки похожи друг на друга не только своим глупым содержанием — любовь, измена и обратно, — не только халтур-выездом опереточного ансамбля (! ) из четырех человек, но и халтурной игрой. Незнание роли особенно сказалось у артиста Неверова.
К счастью, на этом халтурном спектакле присутствовало очень мало народу.
Т. М.