в этой области ничего взамен еще нет. И то новое, что будет расти, пожалуй, потеряет культурную нить. Ведь нельзя же, считаясь с тем, что музыка недалекого будущего после победы революции сделается пролетарской и социалистической, — ведь нельзя же полагать, что можно закрыть консерватории и музыкальные училища и сжечь старые феодально-буржуазные” инструменты и ноты?
Владимир Ильич внимательно выслушал меня и ответил, чтобы я держался .именно этой линии”, т. е. линии сохранения всего ценного в театральном наследстве прошлого.
Но в то же время Ленин боролся против некритического отношения к старой культуре, против канонизирования старого искусства. Когда Ленин ставил вопрос о необходимости усвоения культурного наследия прошлого, он никогда не забывал подчеркивать что речь идет не о простом механическом усвоении, а о критическом, о критической переработке старой культуры.
Все, что было создано человеческим обществом,—говорит Ленин о Марксе,—он переработал критически, ни одного пункта не оставив без внимания. Все, что человеческою мыслью было создано, он переработал, подверг критике и сделал те выводы, которых ограниченные буржуазными рамками или связанные буржуазными предрассудками люди сделать не могли („Задачи союзов молодежи”).
К искусству относится все то, что Ленин говорил”) о старой школе в речи о задачах союзов молодежи. Ленин одновременно борется на два фронта: и против огульно отрицающих все, что давала старая школа, и против тех, кто не понимает, что старая школа была .целиком
В. И. ЛЕНИН И МАКСИМ ГОРЬКИЙ С картины худ. Верейского,
пропитана классовым духом” и что „в этих школах молодое поколение рабочих и крестьян не столько воспитывали, сколько натаскивали в интересах той же буржуазии (там же).
Ленин говорил, что из старой школы „мы поставили себе задачей взять лишь то, что нам нужно для того, чтобы добиться настоящего коммунистического образования (там же).
В этой связи важно свидетельство Луначарского об отношении Ленина к Большому театру. Мы уже видели, как решительно давал отпор Ленин всем, посягавшим на самое существование Большого театра, хотя бы в моменты исключительно тяжелых обстоятельств советской страны.
И в то же время
Владимир Ильич очень нервно относился к Большому театру. Мне несколько раз приходилось указывать ему, что Большой театр стоит нам сравнительно дешево, но все же, по его настоянию, ссуда ему была сокращена. Руководился Владимир Ильич двумя соображениями. Одно из них он сразу назвал. Неловко,— говорил он,—содержать за большие деньги такой роскошный театр, когда у нас нехватает средств на содержание самых простых школ в деревне . Другое соображение было выдвинуто, когда я на одном из заседаний оспаривал его нападения на Большой театр. Я указывал на несомненное культурное значение его. Тогда Владимир Ильич лукаво прищурил глаза и сказал: „А все-таки это кусок чисто помещичьей культуры, и против этого никто спорить не сможет .
Специфически помещичьим казался ему весь придворно-помпезный тон оперы. (А. Луначарский. Ленин искусство ).
Ставя ударение на критическом усвоении, критической переработке старой культуры, Ленин указывает на два момента.
Во-первых, Ленин вскрывал классовую ограниченность старого искусства, то, что в его идеологии, в его содержании чуждо нам („кусок чисто-помещичьей культуры ). Именно в этой связи Ленин неизменно) ставил вопрос о сохранении лучшего и ценнейшего в искусстве старого со стимулированием развития нового искусства. В разговоре с Луначарским об Александрийском театре Ленин указал Луначарскому, чтобы он „не забывал поддерживать и то новое, что родится под влиянием революции. Пусть это будет сначала слабо, тут нельзя применять одни эстетические суждения, иначе старое, более зрелое искусство затормозит развитие нового, а само хоть и будет изменяться, но тем более медленно, чем меньше его будет пришпоривать конкуренция молодых явлений”.
Во-вторых (и это исключительно важный в позициях Ленина момент), Ленин подчеркивает как одну из основных отрицательных черт старого искусства то, что оно было обращено лицом не к массам, а к привилегированной верхушке общества, к избранным мира сего. Именно поэтому его беспокоили большие размеры средств, отпускавшихся на Большой театр, когда нехватает средств на содержание деревенских школ.
Вопрос о связи искусства с массами Ленин всегда неустанно подчеркивал. Рабочему классу нужно искусство, теснейшим образом связанное с массой, вырастающее из нее. Знаменитые слова Ленина, приводимые в воспоминаниях Клары Цеткин, давно уже стали основным программным требованием искусства рабочего класса:
Важно не то, что дает искусство нескольким сотням, даже нескольким тысячам общего населения, исчисляемого миллионами, Искусство принадлежит народу. Оно должно уходить своими глубочайшими корнями в самую толщу широких трудящихся масс. Оно должно быть понятно этим массам и любимо ими. Оно долм но объединять чувство, мысль и волю этих масс, подымать их.
Оно должно пробуждать в них худож
ников и развивать их.
Для Ленина вопрос о связи искусства с массами был не только теоретическим, а сугубо практическим вопро
Владимир Ильич внимательно выслушал меня и ответил, чтобы я держался .именно этой линии”, т. е. линии сохранения всего ценного в театральном наследстве прошлого.
Но в то же время Ленин боролся против некритического отношения к старой культуре, против канонизирования старого искусства. Когда Ленин ставил вопрос о необходимости усвоения культурного наследия прошлого, он никогда не забывал подчеркивать что речь идет не о простом механическом усвоении, а о критическом, о критической переработке старой культуры.
Все, что было создано человеческим обществом,—говорит Ленин о Марксе,—он переработал критически, ни одного пункта не оставив без внимания. Все, что человеческою мыслью было создано, он переработал, подверг критике и сделал те выводы, которых ограниченные буржуазными рамками или связанные буржуазными предрассудками люди сделать не могли („Задачи союзов молодежи”).
К искусству относится все то, что Ленин говорил”) о старой школе в речи о задачах союзов молодежи. Ленин одновременно борется на два фронта: и против огульно отрицающих все, что давала старая школа, и против тех, кто не понимает, что старая школа была .целиком
В. И. ЛЕНИН И МАКСИМ ГОРЬКИЙ С картины худ. Верейского,
пропитана классовым духом” и что „в этих школах молодое поколение рабочих и крестьян не столько воспитывали, сколько натаскивали в интересах той же буржуазии (там же).
Ленин говорил, что из старой школы „мы поставили себе задачей взять лишь то, что нам нужно для того, чтобы добиться настоящего коммунистического образования (там же).
В этой связи важно свидетельство Луначарского об отношении Ленина к Большому театру. Мы уже видели, как решительно давал отпор Ленин всем, посягавшим на самое существование Большого театра, хотя бы в моменты исключительно тяжелых обстоятельств советской страны.
И в то же время
Владимир Ильич очень нервно относился к Большому театру. Мне несколько раз приходилось указывать ему, что Большой театр стоит нам сравнительно дешево, но все же, по его настоянию, ссуда ему была сокращена. Руководился Владимир Ильич двумя соображениями. Одно из них он сразу назвал. Неловко,— говорил он,—содержать за большие деньги такой роскошный театр, когда у нас нехватает средств на содержание самых простых школ в деревне . Другое соображение было выдвинуто, когда я на одном из заседаний оспаривал его нападения на Большой театр. Я указывал на несомненное культурное значение его. Тогда Владимир Ильич лукаво прищурил глаза и сказал: „А все-таки это кусок чисто помещичьей культуры, и против этого никто спорить не сможет .
Специфически помещичьим казался ему весь придворно-помпезный тон оперы. (А. Луначарский. Ленин искусство ).
Ставя ударение на критическом усвоении, критической переработке старой культуры, Ленин указывает на два момента.
Во-первых, Ленин вскрывал классовую ограниченность старого искусства, то, что в его идеологии, в его содержании чуждо нам („кусок чисто-помещичьей культуры ). Именно в этой связи Ленин неизменно) ставил вопрос о сохранении лучшего и ценнейшего в искусстве старого со стимулированием развития нового искусства. В разговоре с Луначарским об Александрийском театре Ленин указал Луначарскому, чтобы он „не забывал поддерживать и то новое, что родится под влиянием революции. Пусть это будет сначала слабо, тут нельзя применять одни эстетические суждения, иначе старое, более зрелое искусство затормозит развитие нового, а само хоть и будет изменяться, но тем более медленно, чем меньше его будет пришпоривать конкуренция молодых явлений”.
Во-вторых (и это исключительно важный в позициях Ленина момент), Ленин подчеркивает как одну из основных отрицательных черт старого искусства то, что оно было обращено лицом не к массам, а к привилегированной верхушке общества, к избранным мира сего. Именно поэтому его беспокоили большие размеры средств, отпускавшихся на Большой театр, когда нехватает средств на содержание деревенских школ.
Вопрос о связи искусства с массами Ленин всегда неустанно подчеркивал. Рабочему классу нужно искусство, теснейшим образом связанное с массой, вырастающее из нее. Знаменитые слова Ленина, приводимые в воспоминаниях Клары Цеткин, давно уже стали основным программным требованием искусства рабочего класса:
Важно не то, что дает искусство нескольким сотням, даже нескольким тысячам общего населения, исчисляемого миллионами, Искусство принадлежит народу. Оно должно уходить своими глубочайшими корнями в самую толщу широких трудящихся масс. Оно должно быть понятно этим массам и любимо ими. Оно долм но объединять чувство, мысль и волю этих масс, подымать их.
Оно должно пробуждать в них худож
ников и развивать их.
Для Ленина вопрос о связи искусства с массами был не только теоретическим, а сугубо практическим вопро