провали как псковскую оспу , как последнего никчемного человека, — он говорит о Пушкине и гордится тем, что великий поэт — его земляк , и использует Пушкина для создания своей культуры, своего искусства.
Будем говорить документами! — Росту советского искусства докладчик противопоставляет картину разложения искусства буржуазного.
Время полностью оправдало ленинское утверждение, что в условиях капитализма .цивилизованные народы загнали себя в тупик .
И вот —опять факты, документы, действительно отдающие гнилью, показатели острого гангренозного разложения культуры.
— Знаете ли вы, что гитлеровский министр, .знаменитый Геббельс — еще и писатель, романист... Он издал роман об истинно немецкой душе, искушаемой дьяволом. Михаил — чистая, как голубица, .немецкая душа —говорит о себе, о своих вкусах и чувствах так:
— Меня тошнит от любого печатного слова...
— Мужчине перестать воевать то же, что женщине перестать рожать...
—- Женщина, знай свое место: обратно к кухонному горшку!...
Или, как говорит другой современный фашистский вития: Когда я слышу слово культура, я спускаю предохранитель своего браунинга...
И еще подобные факты. И еще.
Вот, например, призыв немецкой .Литературной
газеты : „Чорт странствует между нами и виновен во всех бедствиях кризиса. Давайте искать чорта!
Вот изданные отдельным сборником письма Джека Лондона... с того света, из загробной жизни.
Вот „внутренние монологи современных драматургов Запада—рифмованный и прозаический бред.
Фашистские эстеты лихорадочно пытаются соорудить „национал-социалистический реализм . Но ведь это же — отвратительный и пошлый фарс—говорить о реализме тем, кто за слово правды рубит головы.
Конференция бурно аплодирует словам советского художника — кино-режиссера С. М. Эйзенштейна, который в открытом письме Геббельсу написал:
— Чтобы искусство стало великим, вам нужен один совет, нет, пожалуй, несколько советов, целая Советская власть...
Советское искусство получило возможность расцвета, ибо оно развивается как подлинно народное и подлинно правдивое, оптимистическое, героическое искусство.
— Кому много дано, с того много и спросятся. Великий вождь нашей партии т. Сталин назвал художников .инженерами человеческих душ .
Но хорошо ли мы работаем в искусстве? Достаточно ли оправдываем высокое звание художников страны социализма?
Докладчик выясняет перед культконференцией недостатки советского театра и кино, в частности—ленинградского театрального фронта.
Статьи токаря Скоробогатько и разметчицы Павловой об опере Леди Макбет показывают, как вырос культурный уровень рабочего зрителя. Критика, в частности ленинградский театрально-художественный журнал „Рабочий и театр , отстает от возросших требований.
Заканчивая доклад, т. Адамович читает заметку, опубликованную в Электросиловце . В ней сказано, что на смотре художественной самодеятельности завода сильно отстает ГОЗотделенне, потому что парторганизатор Ефимов не провел разъяснительной работы .
— Заметка маленькая, а принципиальное значение ее— огромно, — обращается докладчик к присутствующим на конференции работникам искусств.
— Мы дошли до того, что у нас на заводах партийные организаторы включают вопросы искусства в круг своих непосредственных дел, и когда они делают это недостаточно хорошо, — вы видите, партийная газета подстегивает их.
Доклад закончен. Начались прения. На трибуну поднимаются рабочие, делегаты культконференции.
Делегат цеха крупных машин т. Перчик требует лучшей организации культпоходов.
Тов. Вилкин говорит о том, что заводская олимпиада выявила больше сотни талантов в разных областях искус
ства. Им должна быть оказана квалифицированная поатощь, и не кустарно, не от случая к случаю, как это было до сих пор.
Тов. Крановский говорит, как любят рабочие серьезную музыку, в частности оперу (здесь всегда наибольшее количество заявок), критикует с этих позиций работы б. Мариинского, Малого оперного театров. Прекрасный опыт таких постановок, как „Коппелия , „Арлекинада , „Кармен , „Камаринский мужих , наконец, крупная победа — постановка „Леди Макбет — большой актив МАЛЕГОТа. б. Мариинскому театру пока нечем похвастать, особенно же за последний год. Значит, надо равняться по МАЛЕГОТу.
— Но, товарищи малеготовцы, очень плохо, что у вас совсем обветшали постановки таких опер, как „Риголетто и „Травиата . Надо обновить их.
Тов. Семенов (39-е отделение) всю свою речь посвящает драматическому театру, в частности театру Красной армии.
С большой и, как уже сказано выше, интересной речью выступает т. Скоробогатько. Он формулирует основные требования рабочих завода к мастерам искусства: кого и как надо в первую очередь полноценно отразить в художественных образах.
— Нужны произведения о нашей родине, ее делах и людях. Нужны такие образы, в которых как бы концентрировались воля и ум всего рабочего класса и которые были бы поучительны и любимы всюду: у рабочих Ленинграда и Урала, у колхозников Кавказа, у защитников наших границ.
Особо т. Скоробогатько остановился на женских образах в искусстве.
— Очень давно, две с лишним тысячи лет тому назад, был такой город Карфаген. Когда его осаждали римляне, то женщины наравне с мужчинами переносили все тяготы осады. Они совершили героический, по понятиям того времени, поступок, а именно—отрезали свои косы и дали их для тетив на луки. Этот образ вошел в литературу и тысячи лет живет в художественных памятниках. А наша женщина-пролетарка, разве она не достойна такой славы? Мы, товарищи, очень уважаем наших матерей, которые нас вскормили, мы любим девушек нашего класса, потому что наши женщины тоже умели сражаться, когда это нужно было, за лучшее будущее всего народа и отдавали не только косы, но и головы. И разве наша женщина проявила себя только на войне? Разве сейчас, в колхозе, в яслях, на стройке, в научных экспедициях, наши женщины себя не проявляют? Воспеть советскую женщину, показать ее образ во всей многогранности—это наш заказ искусству.
Дальше выступают актер МАЛЕГОГа т. Гефг, писательница О. Берггольц, з. арт. респ. Ростовцев, культпроп парткома т. Зуевич и опять делегаты от цехов—тт. Пастушков, Наталинская и др.
,
Последним слово в прениях берет секретарь парткома талантливый организатор рабочих „Электросилы т. Станислав Невинский.
— Культконференция, — говорит он, — помогла перестройке массовой работы. Ведь еще недавно, отвечая на простой вопрос: кто руководит культработой в цеху? — наша организация валила ответственность друг на друга. Теперь вопрос ясен. Борьба за днепровские и свирские гидро-генераторы немыслима без развернутой культурной работы на заводе.
Тов. Невинский считает, что культконференция как форма массового и систематического похода за культуру должна быть сохранена и развита в дальнейшем.
— Ведь сегодня мы занимались фактически только одним участком культурного фронта: театром. Кино не было представлено своими творческими работниками, поэтому не получился и разговор о кино.
А сколько участков культуры еще ждут нашего хозяйского глаза?! От цехового красного уголка до университета культуры, до академического театра, до выставок живописи—все звенья культурной работы должны постоянно находиться в поле нашего зрения.
Ибо — такова природа, таково качество социалистиче
ского завода.
Будем говорить документами! — Росту советского искусства докладчик противопоставляет картину разложения искусства буржуазного.
Время полностью оправдало ленинское утверждение, что в условиях капитализма .цивилизованные народы загнали себя в тупик .
И вот —опять факты, документы, действительно отдающие гнилью, показатели острого гангренозного разложения культуры.
— Знаете ли вы, что гитлеровский министр, .знаменитый Геббельс — еще и писатель, романист... Он издал роман об истинно немецкой душе, искушаемой дьяволом. Михаил — чистая, как голубица, .немецкая душа —говорит о себе, о своих вкусах и чувствах так:
— Меня тошнит от любого печатного слова...
— Мужчине перестать воевать то же, что женщине перестать рожать...
—- Женщина, знай свое место: обратно к кухонному горшку!...
Или, как говорит другой современный фашистский вития: Когда я слышу слово культура, я спускаю предохранитель своего браунинга...
И еще подобные факты. И еще.
Вот, например, призыв немецкой .Литературной
газеты : „Чорт странствует между нами и виновен во всех бедствиях кризиса. Давайте искать чорта!
Вот изданные отдельным сборником письма Джека Лондона... с того света, из загробной жизни.
Вот „внутренние монологи современных драматургов Запада—рифмованный и прозаический бред.
Фашистские эстеты лихорадочно пытаются соорудить „национал-социалистический реализм . Но ведь это же — отвратительный и пошлый фарс—говорить о реализме тем, кто за слово правды рубит головы.
Конференция бурно аплодирует словам советского художника — кино-режиссера С. М. Эйзенштейна, который в открытом письме Геббельсу написал:
— Чтобы искусство стало великим, вам нужен один совет, нет, пожалуй, несколько советов, целая Советская власть...
Советское искусство получило возможность расцвета, ибо оно развивается как подлинно народное и подлинно правдивое, оптимистическое, героическое искусство.
— Кому много дано, с того много и спросятся. Великий вождь нашей партии т. Сталин назвал художников .инженерами человеческих душ .
Но хорошо ли мы работаем в искусстве? Достаточно ли оправдываем высокое звание художников страны социализма?
Докладчик выясняет перед культконференцией недостатки советского театра и кино, в частности—ленинградского театрального фронта.
Статьи токаря Скоробогатько и разметчицы Павловой об опере Леди Макбет показывают, как вырос культурный уровень рабочего зрителя. Критика, в частности ленинградский театрально-художественный журнал „Рабочий и театр , отстает от возросших требований.
Заканчивая доклад, т. Адамович читает заметку, опубликованную в Электросиловце . В ней сказано, что на смотре художественной самодеятельности завода сильно отстает ГОЗотделенне, потому что парторганизатор Ефимов не провел разъяснительной работы .
— Заметка маленькая, а принципиальное значение ее— огромно, — обращается докладчик к присутствующим на конференции работникам искусств.
— Мы дошли до того, что у нас на заводах партийные организаторы включают вопросы искусства в круг своих непосредственных дел, и когда они делают это недостаточно хорошо, — вы видите, партийная газета подстегивает их.
Доклад закончен. Начались прения. На трибуну поднимаются рабочие, делегаты культконференции.
Делегат цеха крупных машин т. Перчик требует лучшей организации культпоходов.
Тов. Вилкин говорит о том, что заводская олимпиада выявила больше сотни талантов в разных областях искус
ства. Им должна быть оказана квалифицированная поатощь, и не кустарно, не от случая к случаю, как это было до сих пор.
Тов. Крановский говорит, как любят рабочие серьезную музыку, в частности оперу (здесь всегда наибольшее количество заявок), критикует с этих позиций работы б. Мариинского, Малого оперного театров. Прекрасный опыт таких постановок, как „Коппелия , „Арлекинада , „Кармен , „Камаринский мужих , наконец, крупная победа — постановка „Леди Макбет — большой актив МАЛЕГОТа. б. Мариинскому театру пока нечем похвастать, особенно же за последний год. Значит, надо равняться по МАЛЕГОТу.
— Но, товарищи малеготовцы, очень плохо, что у вас совсем обветшали постановки таких опер, как „Риголетто и „Травиата . Надо обновить их.
Тов. Семенов (39-е отделение) всю свою речь посвящает драматическому театру, в частности театру Красной армии.
С большой и, как уже сказано выше, интересной речью выступает т. Скоробогатько. Он формулирует основные требования рабочих завода к мастерам искусства: кого и как надо в первую очередь полноценно отразить в художественных образах.
— Нужны произведения о нашей родине, ее делах и людях. Нужны такие образы, в которых как бы концентрировались воля и ум всего рабочего класса и которые были бы поучительны и любимы всюду: у рабочих Ленинграда и Урала, у колхозников Кавказа, у защитников наших границ.
Особо т. Скоробогатько остановился на женских образах в искусстве.
— Очень давно, две с лишним тысячи лет тому назад, был такой город Карфаген. Когда его осаждали римляне, то женщины наравне с мужчинами переносили все тяготы осады. Они совершили героический, по понятиям того времени, поступок, а именно—отрезали свои косы и дали их для тетив на луки. Этот образ вошел в литературу и тысячи лет живет в художественных памятниках. А наша женщина-пролетарка, разве она не достойна такой славы? Мы, товарищи, очень уважаем наших матерей, которые нас вскормили, мы любим девушек нашего класса, потому что наши женщины тоже умели сражаться, когда это нужно было, за лучшее будущее всего народа и отдавали не только косы, но и головы. И разве наша женщина проявила себя только на войне? Разве сейчас, в колхозе, в яслях, на стройке, в научных экспедициях, наши женщины себя не проявляют? Воспеть советскую женщину, показать ее образ во всей многогранности—это наш заказ искусству.
Дальше выступают актер МАЛЕГОГа т. Гефг, писательница О. Берггольц, з. арт. респ. Ростовцев, культпроп парткома т. Зуевич и опять делегаты от цехов—тт. Пастушков, Наталинская и др.
,
Последним слово в прениях берет секретарь парткома талантливый организатор рабочих „Электросилы т. Станислав Невинский.
— Культконференция, — говорит он, — помогла перестройке массовой работы. Ведь еще недавно, отвечая на простой вопрос: кто руководит культработой в цеху? — наша организация валила ответственность друг на друга. Теперь вопрос ясен. Борьба за днепровские и свирские гидро-генераторы немыслима без развернутой культурной работы на заводе.
Тов. Невинский считает, что культконференция как форма массового и систематического похода за культуру должна быть сохранена и развита в дальнейшем.
— Ведь сегодня мы занимались фактически только одним участком культурного фронта: театром. Кино не было представлено своими творческими работниками, поэтому не получился и разговор о кино.
А сколько участков культуры еще ждут нашего хозяйского глаза?! От цехового красного уголка до университета культуры, до академического театра, до выставок живописи—все звенья культурной работы должны постоянно находиться в поле нашего зрения.
Ибо — такова природа, таково качество социалистиче
ского завода.