ТЕАКРИТИКА—
перед лицом съезда
Вопросы критики, несомненно, найдут заметное отражение в работах Всесоюзного съезда писателей. Несомненно и то, что, наряду с общим ростом нашей советской литературы будет подтягивание и критических рядов, окрепнувших в последние годы и получивших ценное подкрепление со стороны марксистского молодняка.
Нужно прямо сказать, что по сравнению с литературной критикой критика, работающая в области театра и драматургии, представляет собой явление обозного, тылового порядка. Очень часто, в особенности в Ленинграде, критическая работа на этом участке подменяется „текущим репортажным рецензированием. От премьеры к премьере, от одного факта художественной практики к другому — такова традиция театрально-критической работы. Рецензирование, фиксация очередного театрального события — вот обычный предел внедрения критики в жизнь театра и драматургии.
Сложная, извилистая дорога развития нашего театра в недостаточной степени изучается критикой. Борьба за стиль, за определившуюся художественную физиономию, за создание творчески сложившегося коллектива, объединенного единым углом зрения в оценке и отборе художественных приемов — вот в основном путь любого, не „потребительского театра. И если литературная критика последовательно стремится к изучению роста писателя, к анализу его творческого пути и тех художественных влияний, которые воздействуют на него, — то театральная критика занимается вопросами развития отдельных театральных организмов в явно недостаточной степени. И если литературная критика своим оружием анализа помогает писателю разглядеть тенденции его роста, — то влияние театральной критики в этой области почти совершенно невесомо.
В равной (если еще не большей) степени это относится и к драматургии. Возникают с тем или иным резонансом драматургические имена и произведения. Оценка этих имен и произведений имеет место в подавляющем большинстве случаев только в связи с отдельными постановочными фактами. И рассмотрение новой пьесы идет почти всегда от позиций театра, как будто творческая физиономия драматурга не представляет интереса для критики. В результате, мы почти не знаем работ, посвященных драматургу. Кто занимался исследованием развития творчества, скажем, Афиногенова? А ведь место Афиногенова в нашей драматургии, несомненно, очень значительно. Имеем ли мы капитальные работы о Погодине, Киршоне, Микитенко и др. Таких работ нет в то время, как творчество наших писателей порождает ряд крупных критических исследований.
Можно точно так же указать на то, что по вопросам стиля, жанров, языка в драматургии критика тоже почти не откликнулась, хотя разработка этих решающих вопросов является первостепенной задачей теакритики.
Чем это вызвано? На примере Ленинграда можно установить несколько основных причин этого явления.
Первая причина заключается в продолжающемся глубоком отрыве критики от театра. Посетители премьер — вот кем до сих пор являются театральные критики. Но жизнь театра только внешне, только парадно определяется чередованием премьер. Репертуарные проблемы, подход театра к пьесе, вырабатывание актерской техники, работа над образом — все эти движущие театр сложнейшие „частности могут быть обнаружены в новой постановке достаточно серьезно и компетентно только в том случае, если критика имеет возможность и хочет изучать предварительные процессы создания спектакля. Однако нужно это прямо признать, с обеих сторон до сих пор нет достаточной тенденции к установлению постоянной связи.
Аналогичный отрыв наблюдается и во взаимоотношениях критики с драматургией. Пьеса очень часто становится известной критике только в момент ее сценического воплощения. А если она известна заранее, то почти никогда не становится предметом самостоятельного критического рассмотрения.
Нужно указать на еще одно большой важности явление, которое объясняет отставание нашей критики
Речь идет о поверхностно-социологическом анализе пьесы и спектакля, который характерен для большинства театрально критических работ.
Критика вне раскрытия художественной специфики произведения, на основе только упрощенных социологических схем—-типична и для наших дней. Художественные процессы, определяющие развитие образов в произведении оказываются обычно вне поля зрения критика. Образ, созданный драматургом и интерпретированный режиссером и актером, не рассматривается всесторонне, в частности и с точки зрения заложенных в нем художественных данных, а по преимуществу—с позиции публицистической „расстановки сил .
И, конечно, подобная критика, ограниченная сама по себе, не вооружает театр и драматурга и не помогает им в произведенной ими работе.
Как видим, театральная критика еще очень далека от разрешения стоящих перед ней задач.
Вот почему можно только приветствовать реорганизацию московского журнала „Театр и драматургия , который посвящает себя вопросам одного из крупнейших участков нашей литературы.
Первый Всесоюзный съезд советских писателей открывает новую главу в истории борьбы за культурную революцию в нашей стране. Он должен сыграть огромную роль и в дальнейшем развитии советского театра.
Вот почему постановка вопроса о театральной критике является вполне своевременной и должна вызвать обсуждение дальнейших задач и методов теакритики как в самой критической среде, так и в театрах и среди наших драматургов.
Мы живем в стране, где бурно растет замечательный непревзойденный театр. Этот театр должен иметь высоко компетентную, авторитетную критику. И совместными усилиями всех отрядов, борющихся за искусство пролетариата, она будет создана.
перед лицом съезда
Вопросы критики, несомненно, найдут заметное отражение в работах Всесоюзного съезда писателей. Несомненно и то, что, наряду с общим ростом нашей советской литературы будет подтягивание и критических рядов, окрепнувших в последние годы и получивших ценное подкрепление со стороны марксистского молодняка.
Нужно прямо сказать, что по сравнению с литературной критикой критика, работающая в области театра и драматургии, представляет собой явление обозного, тылового порядка. Очень часто, в особенности в Ленинграде, критическая работа на этом участке подменяется „текущим репортажным рецензированием. От премьеры к премьере, от одного факта художественной практики к другому — такова традиция театрально-критической работы. Рецензирование, фиксация очередного театрального события — вот обычный предел внедрения критики в жизнь театра и драматургии.
Сложная, извилистая дорога развития нашего театра в недостаточной степени изучается критикой. Борьба за стиль, за определившуюся художественную физиономию, за создание творчески сложившегося коллектива, объединенного единым углом зрения в оценке и отборе художественных приемов — вот в основном путь любого, не „потребительского театра. И если литературная критика последовательно стремится к изучению роста писателя, к анализу его творческого пути и тех художественных влияний, которые воздействуют на него, — то театральная критика занимается вопросами развития отдельных театральных организмов в явно недостаточной степени. И если литературная критика своим оружием анализа помогает писателю разглядеть тенденции его роста, — то влияние театральной критики в этой области почти совершенно невесомо.
В равной (если еще не большей) степени это относится и к драматургии. Возникают с тем или иным резонансом драматургические имена и произведения. Оценка этих имен и произведений имеет место в подавляющем большинстве случаев только в связи с отдельными постановочными фактами. И рассмотрение новой пьесы идет почти всегда от позиций театра, как будто творческая физиономия драматурга не представляет интереса для критики. В результате, мы почти не знаем работ, посвященных драматургу. Кто занимался исследованием развития творчества, скажем, Афиногенова? А ведь место Афиногенова в нашей драматургии, несомненно, очень значительно. Имеем ли мы капитальные работы о Погодине, Киршоне, Микитенко и др. Таких работ нет в то время, как творчество наших писателей порождает ряд крупных критических исследований.
Можно точно так же указать на то, что по вопросам стиля, жанров, языка в драматургии критика тоже почти не откликнулась, хотя разработка этих решающих вопросов является первостепенной задачей теакритики.
Чем это вызвано? На примере Ленинграда можно установить несколько основных причин этого явления.
Первая причина заключается в продолжающемся глубоком отрыве критики от театра. Посетители премьер — вот кем до сих пор являются театральные критики. Но жизнь театра только внешне, только парадно определяется чередованием премьер. Репертуарные проблемы, подход театра к пьесе, вырабатывание актерской техники, работа над образом — все эти движущие театр сложнейшие „частности могут быть обнаружены в новой постановке достаточно серьезно и компетентно только в том случае, если критика имеет возможность и хочет изучать предварительные процессы создания спектакля. Однако нужно это прямо признать, с обеих сторон до сих пор нет достаточной тенденции к установлению постоянной связи.
Аналогичный отрыв наблюдается и во взаимоотношениях критики с драматургией. Пьеса очень часто становится известной критике только в момент ее сценического воплощения. А если она известна заранее, то почти никогда не становится предметом самостоятельного критического рассмотрения.
Нужно указать на еще одно большой важности явление, которое объясняет отставание нашей критики
Речь идет о поверхностно-социологическом анализе пьесы и спектакля, который характерен для большинства театрально критических работ.
Критика вне раскрытия художественной специфики произведения, на основе только упрощенных социологических схем—-типична и для наших дней. Художественные процессы, определяющие развитие образов в произведении оказываются обычно вне поля зрения критика. Образ, созданный драматургом и интерпретированный режиссером и актером, не рассматривается всесторонне, в частности и с точки зрения заложенных в нем художественных данных, а по преимуществу—с позиции публицистической „расстановки сил .
И, конечно, подобная критика, ограниченная сама по себе, не вооружает театр и драматурга и не помогает им в произведенной ими работе.
Как видим, театральная критика еще очень далека от разрешения стоящих перед ней задач.
Вот почему можно только приветствовать реорганизацию московского журнала „Театр и драматургия , который посвящает себя вопросам одного из крупнейших участков нашей литературы.
Первый Всесоюзный съезд советских писателей открывает новую главу в истории борьбы за культурную революцию в нашей стране. Он должен сыграть огромную роль и в дальнейшем развитии советского театра.
Вот почему постановка вопроса о театральной критике является вполне своевременной и должна вызвать обсуждение дальнейших задач и методов теакритики как в самой критической среде, так и в театрах и среди наших драматургов.
Мы живем в стране, где бурно растет замечательный непревзойденный театр. Этот театр должен иметь высоко компетентную, авторитетную критику. И совместными усилиями всех отрядов, борющихся за искусство пролетариата, она будет создана.