Между тѣмъ, хорошее, модное платье можно сшить изъ дешевой шерстяной ткани, репса, крепона, а на лѣто—изъ бумажной матеріи.
Но это считается не „comme il faut , потому что... Марш Ивановна шьетъ себѣ платье изъ тафты.
Нужды нѣтъ, что у Марьи Ивановны мужъ зарабатываетъ двадцать тысячъ въ годъ, или поставляетъ арміи какой-нибудь гипосульфитъ, котораго онъ никогда не видѣлъ:
— Нельзя же одѣваться хуже Марьи Ивановны!
Это рѣшаетъ все, хотя-бы изъ-за сторублеваго платья пришлось обѣдать черезъ день. Но и этого мало.
Недостаточно имѣть хорошее платье. Надо ихъ имѣть нѣсколько. Потому что:
__ Совѣстно каждый день носить все то же. Марья Ивановна въ день мѣняетъ три платья. И то вчера она такъ насмѣшливо посмотрѣла на меня...
Старое, но вѣчно новое Грибоѣдовское:
„Что будетъ говорить княгиня Марья Алексѣевна!
И шьются платья, покупаются шляпы не для себя, а для Марьи Ивановны.
Можно-ли придумать что-нибудь нелѣпѣе и, простите, mesdames, глупѣе этого?
Вѣдь, вполнѣ достаточно имѣть одно платье для „парадныхъ случаевъ, да два-три попроще. И если эти платья опрятны, не уродливо-старомодны, никто нс упрекнетъ женщину въ томъ, что она „не умѣетъ одѣваться или „опрощается .
А обувь?
На дняхъ одна служащая барышня, получающая 40 рублей въ мѣсяцъ, горько жаловалась мнѣ на то, что ей пришлось заплатить за ботинки 35 рублей.—Заняла двадцать пять рублей. Теперь мѣсяца два во всемъ себѣ отказывать придется.
Я была поражена. Тѣмъ болѣе, что сама только-что купила себѣ ботинки за 18 рублей. Когда я ей сказала это, она съ печальной улыбкой отвѣтила:
— Да, я знаю. Но дешевыя ботинки тяжелы. Tableau.
Милая барышня сознательно обрекаетъ себя на два мѣсяца полу-голоднаго существованія только ради того, чтобы не носить на ногахъ лишніе двадцать золотниковъ кожи. А, вѣдь, она знаетъ цѣну деньгамъ, потому что сама ихъ зарабатываетъ.
Развѣ это не психозъ?
И такъ рѣшительно во всемъ.
Говорятъ, что типы Островскаго устарѣли. Неправда. Титъ Титычъ Брусковъ, одинъ ѣдущій въ четырехъ каретахъ, живетъ въ женщинѣ, шьющей себѣ по два платья въ мѣсяцъ. Барышня, голодающая изъ-за модныхъ ботинокъ, ничѣмъ не отличается отъ героевъ „темнаго царства , за парадными комнатами и блестящими цилиндрами которыхъ скрывались грязныя конуры, гдѣ лились слезы и голодали забитыя дѣти.
И тамъ, и здѣсь показная сторона—для людей, которые—Боже упаси—могутъ осудить. И тамъ, и здѣсь показной сторонѣ, внѣшнему блеску приносятся тяжелыя, нерѣдко унизительныя жертвы.
Стоитъ только отказаться отъ этого „показа , попробовать
жить просто по-человѣчески, и, право, не нужны будутъ никакія особыя мѣры для „борьбы съ роскошью .
Вотъ, сейчасъ организуются разные „союзы для такой борьбы. Дѣло, безспорно, хорошее. Жаль только, что у насъ очень слабо развито чувство общественности, и мы обычно и здѣсь увлекаемся показной стороной: засѣдаемъ, читаемъ рефераты, доклады, выдумываемъ разные уставы, и т. д. На чемъ свѣтъ стоитъ, бранимъ „формализмъ бюрократіи, а сами безъ того же формализма шага ступить не можемъ, и рада него живого дѣла не дѣлаемъ.
Нельзя-ли хоть здѣсь, въ такомъ злободневномъ, не терпящемъ отлагательства вопросѣ, обойтись безъ рефератовъ и засѣданій.
Попробуемъ „каждая места передъ своимъ домомъ , какъ совѣтуютъ финны. Можетъ быть, и въ самомъ дѣлѣ намъ удастся чего-нибудь добиться.
Вѣдь, въ сущности, сдѣлать надо очень немного: забыть о томъ, „что будетъ говорить княгиня Марья Алексѣевна . И только.
Конечно, очень желательно, чтобы впереди пошла тѣ, которыя „ѣдутъ въ 4-хъ каретахъ только по привычкѣ, не выходя изъ предѣловъ бюджета. Онѣ, во всякомъ случаѣ, сдѣлаютъ большое, доброе дѣло, потому что отъ нихъ, въ значительной мѣрѣ, зависитъ прекратить соблазнъ.
Останутся женщины, такъ или иначе прикосновенныя къ „темнымъ деньгамъ тыловыхъ дѣльцовъ. Но, прежде всего, на этихъ женщинъ никто не обращаетъ вниманія—мало-ли есть на свѣтѣ грязи,—а кромѣ того, эти госпожи будутъ настолько рѣзко выдѣляться на общемъ фонѣ порядочности, что, пожалуй, даже онѣ смутятся и сократятся.
Но если „Маріи Ивановны не пожелаютъ внять голосу благоразумія,—оставимъ ихъ въ покоѣ. Пусть онѣ мѣняютъ туалеты хоть каждый часъ, пусть своими туалетами кричатъ, что имъ нѣтъ дѣла до родины, до войны, до побѣды. Онѣ сами произнесутъ надъ собой приговоръ. А мы... мы, своимъ поведеніемъ, подчеркнемъ ихъ позоръ.
Кажется, ясно и просто?
Нужно только очень, очень немного гражданскаго мужества, чтобы не изображать собою обезьянъ.
Скромный туалетъ, не нарушающій равновѣсія бюджета. II, главное, только то, что дѣйствительно необходимо. Ничего для показа. Вотъ вся несложная программа „борьбы съ роскошью .
Она, конечно, нисколько не мѣшаетъ намъ заботиться о красотѣ, изяществѣ, она отнюдь не запрещаетъ намъ жить среди при вычной, культурной обстановки. Больше того: истинпая культурность несовмѣстима съ роскошью.
Надо только помнить, что роскошь—понятіе относительное. Что одна и та же сумма, при разныхъ бюджетахъ, можетъ считаться въ одномъ случаѣ—мелкимъ расходомъ, въ другомъ—роскошью, а въ третьемъ—безумнымъмотовствомъ.
И тогда каждая изъ насъ рѣшитъ вопросъ о роскоши по своему, по совѣсти, не справляясь о чужихъ взглядахъ и мнѣніяхъ.
А общія „мѣры борьбы съ роскошью не поведутъ дальше нелѣпыхъ рефератовъ и полицейскихъ запретовъ, обходъ которыхъ только увеличитъ расходы фанатичекъ и рабынь той же роскоши.
М. Карасева.
О воспитаніи „отсталыхъ .
Вопросъ о воспитаніи „отсталыхъ у насъ, къ сожалѣнію, почти не разработанъ, а, между тѣмъ, это важный вопросъ, дающій богатый и благодарный матеріалъ. Обычно воспитаніе „отсталыхъ находится въ рукахъ гувернеровъ и преподавателей, проведшихъ всю жизнь съ нормально развитыми дѣтьми, и которые примѣняютъ къ „отсталымъ тотъ же методъ преподаванія, что и къ своимъ прежнимъ воспитанникамъ. При этомъ большинство гувернеровъ педантичны, раздражительны и сухи; ихъ раздражаютъ малѣйшіе проступки „отсталаго , которые въ сущности являются не „проступками , а естественнымъ проявленіемъ его отсталости. Никто изъ нихъ не подумаетъ, вѣрнѣе не хочетъ подумать, что „отсталый такой-же человѣкъ, съ такою-же живой душой, съ такими-же чувствами, изъ которыхъ, конечно, многія почти не развиты, но зато нѣкоторыя развиты даже въ болѣе сильной степепи, чѣмъ у нормальныхъ. У „отсталаго свой собственный „міръ съ радостями и невзгодами и этотъ то „міръ нужно понять, изъ него осторожно и незамѣтно надо вывести „отсталаго , чтобы перевести въ нашъ міръ, міръ нормально развитыхъ людей. Задача
высокая и благодарная и ей долженъ отдаться воспитатель всей душой, съ сердечностью и добротой (ибо безъ этого невозможно помочь „отсталому ). Въ воспитателѣ „отсталый долженъ видѣть и своего лучшаго, добрѣйшаго друга. Воспитатель долженъ быть „идеаломъ для него, долженъ пользоваться громаднымъ авторитетомъ, въ то-же время обладая эластичностью и мягкостью. Всѣ замѣчанія, указанія, наконецъ, выговоры не должны быть рѣзкими и не должны ложиться въ душу „отсталаго мрачнымъ пятномъ—- обиднымъ и горькимъ осадкомъ, а должны быть поняты имъ, какъ забота о его здоровьѣ, какъ добрые совѣты. Строгости по отношенію къ нему не должно быть, она пугаетъ его, но спокойный, недонускающій возраженія тонъ—обязателенъ. Воспитатель долженъ повелѣвать, но этого „отсталый ни въ коемъ случаѣ не долженъ замѣчать. Ему должно предоставить возможно больше видимой свободы (для развитія индивидуальности) и возможно больше не видимаго, но самаго строгаго надъ нимъ контроля.
„Отсталый воспринимаетъ рѣшительно все. На его настроеніе дѣйствуетъ погода, домашняя обстановка, настроеніе близкихъ лю
Но это считается не „comme il faut , потому что... Марш Ивановна шьетъ себѣ платье изъ тафты.
Нужды нѣтъ, что у Марьи Ивановны мужъ зарабатываетъ двадцать тысячъ въ годъ, или поставляетъ арміи какой-нибудь гипосульфитъ, котораго онъ никогда не видѣлъ:
— Нельзя же одѣваться хуже Марьи Ивановны!
Это рѣшаетъ все, хотя-бы изъ-за сторублеваго платья пришлось обѣдать черезъ день. Но и этого мало.
Недостаточно имѣть хорошее платье. Надо ихъ имѣть нѣсколько. Потому что:
__ Совѣстно каждый день носить все то же. Марья Ивановна въ день мѣняетъ три платья. И то вчера она такъ насмѣшливо посмотрѣла на меня...
Старое, но вѣчно новое Грибоѣдовское:
„Что будетъ говорить княгиня Марья Алексѣевна!
И шьются платья, покупаются шляпы не для себя, а для Марьи Ивановны.
Можно-ли придумать что-нибудь нелѣпѣе и, простите, mesdames, глупѣе этого?
Вѣдь, вполнѣ достаточно имѣть одно платье для „парадныхъ случаевъ, да два-три попроще. И если эти платья опрятны, не уродливо-старомодны, никто нс упрекнетъ женщину въ томъ, что она „не умѣетъ одѣваться или „опрощается .
А обувь?
На дняхъ одна служащая барышня, получающая 40 рублей въ мѣсяцъ, горько жаловалась мнѣ на то, что ей пришлось заплатить за ботинки 35 рублей.—Заняла двадцать пять рублей. Теперь мѣсяца два во всемъ себѣ отказывать придется.
Я была поражена. Тѣмъ болѣе, что сама только-что купила себѣ ботинки за 18 рублей. Когда я ей сказала это, она съ печальной улыбкой отвѣтила:
— Да, я знаю. Но дешевыя ботинки тяжелы. Tableau.
Милая барышня сознательно обрекаетъ себя на два мѣсяца полу-голоднаго существованія только ради того, чтобы не носить на ногахъ лишніе двадцать золотниковъ кожи. А, вѣдь, она знаетъ цѣну деньгамъ, потому что сама ихъ зарабатываетъ.
Развѣ это не психозъ?
И такъ рѣшительно во всемъ.
Говорятъ, что типы Островскаго устарѣли. Неправда. Титъ Титычъ Брусковъ, одинъ ѣдущій въ четырехъ каретахъ, живетъ въ женщинѣ, шьющей себѣ по два платья въ мѣсяцъ. Барышня, голодающая изъ-за модныхъ ботинокъ, ничѣмъ не отличается отъ героевъ „темнаго царства , за парадными комнатами и блестящими цилиндрами которыхъ скрывались грязныя конуры, гдѣ лились слезы и голодали забитыя дѣти.
И тамъ, и здѣсь показная сторона—для людей, которые—Боже упаси—могутъ осудить. И тамъ, и здѣсь показной сторонѣ, внѣшнему блеску приносятся тяжелыя, нерѣдко унизительныя жертвы.
Стоитъ только отказаться отъ этого „показа , попробовать
жить просто по-человѣчески, и, право, не нужны будутъ никакія особыя мѣры для „борьбы съ роскошью .
Вотъ, сейчасъ организуются разные „союзы для такой борьбы. Дѣло, безспорно, хорошее. Жаль только, что у насъ очень слабо развито чувство общественности, и мы обычно и здѣсь увлекаемся показной стороной: засѣдаемъ, читаемъ рефераты, доклады, выдумываемъ разные уставы, и т. д. На чемъ свѣтъ стоитъ, бранимъ „формализмъ бюрократіи, а сами безъ того же формализма шага ступить не можемъ, и рада него живого дѣла не дѣлаемъ.
Нельзя-ли хоть здѣсь, въ такомъ злободневномъ, не терпящемъ отлагательства вопросѣ, обойтись безъ рефератовъ и засѣданій.
Попробуемъ „каждая места передъ своимъ домомъ , какъ совѣтуютъ финны. Можетъ быть, и въ самомъ дѣлѣ намъ удастся чего-нибудь добиться.
Вѣдь, въ сущности, сдѣлать надо очень немного: забыть о томъ, „что будетъ говорить княгиня Марья Алексѣевна . И только.
Конечно, очень желательно, чтобы впереди пошла тѣ, которыя „ѣдутъ въ 4-хъ каретахъ только по привычкѣ, не выходя изъ предѣловъ бюджета. Онѣ, во всякомъ случаѣ, сдѣлаютъ большое, доброе дѣло, потому что отъ нихъ, въ значительной мѣрѣ, зависитъ прекратить соблазнъ.
Останутся женщины, такъ или иначе прикосновенныя къ „темнымъ деньгамъ тыловыхъ дѣльцовъ. Но, прежде всего, на этихъ женщинъ никто не обращаетъ вниманія—мало-ли есть на свѣтѣ грязи,—а кромѣ того, эти госпожи будутъ настолько рѣзко выдѣляться на общемъ фонѣ порядочности, что, пожалуй, даже онѣ смутятся и сократятся.
Но если „Маріи Ивановны не пожелаютъ внять голосу благоразумія,—оставимъ ихъ въ покоѣ. Пусть онѣ мѣняютъ туалеты хоть каждый часъ, пусть своими туалетами кричатъ, что имъ нѣтъ дѣла до родины, до войны, до побѣды. Онѣ сами произнесутъ надъ собой приговоръ. А мы... мы, своимъ поведеніемъ, подчеркнемъ ихъ позоръ.
Кажется, ясно и просто?
Нужно только очень, очень немного гражданскаго мужества, чтобы не изображать собою обезьянъ.
Скромный туалетъ, не нарушающій равновѣсія бюджета. II, главное, только то, что дѣйствительно необходимо. Ничего для показа. Вотъ вся несложная программа „борьбы съ роскошью .
Она, конечно, нисколько не мѣшаетъ намъ заботиться о красотѣ, изяществѣ, она отнюдь не запрещаетъ намъ жить среди при вычной, культурной обстановки. Больше того: истинпая культурность несовмѣстима съ роскошью.
Надо только помнить, что роскошь—понятіе относительное. Что одна и та же сумма, при разныхъ бюджетахъ, можетъ считаться въ одномъ случаѣ—мелкимъ расходомъ, въ другомъ—роскошью, а въ третьемъ—безумнымъмотовствомъ.
И тогда каждая изъ насъ рѣшитъ вопросъ о роскоши по своему, по совѣсти, не справляясь о чужихъ взглядахъ и мнѣніяхъ.
А общія „мѣры борьбы съ роскошью не поведутъ дальше нелѣпыхъ рефератовъ и полицейскихъ запретовъ, обходъ которыхъ только увеличитъ расходы фанатичекъ и рабынь той же роскоши.
М. Карасева.
О воспитаніи „отсталыхъ .
Вопросъ о воспитаніи „отсталыхъ у насъ, къ сожалѣнію, почти не разработанъ, а, между тѣмъ, это важный вопросъ, дающій богатый и благодарный матеріалъ. Обычно воспитаніе „отсталыхъ находится въ рукахъ гувернеровъ и преподавателей, проведшихъ всю жизнь съ нормально развитыми дѣтьми, и которые примѣняютъ къ „отсталымъ тотъ же методъ преподаванія, что и къ своимъ прежнимъ воспитанникамъ. При этомъ большинство гувернеровъ педантичны, раздражительны и сухи; ихъ раздражаютъ малѣйшіе проступки „отсталаго , которые въ сущности являются не „проступками , а естественнымъ проявленіемъ его отсталости. Никто изъ нихъ не подумаетъ, вѣрнѣе не хочетъ подумать, что „отсталый такой-же человѣкъ, съ такою-же живой душой, съ такими-же чувствами, изъ которыхъ, конечно, многія почти не развиты, но зато нѣкоторыя развиты даже въ болѣе сильной степепи, чѣмъ у нормальныхъ. У „отсталаго свой собственный „міръ съ радостями и невзгодами и этотъ то „міръ нужно понять, изъ него осторожно и незамѣтно надо вывести „отсталаго , чтобы перевести въ нашъ міръ, міръ нормально развитыхъ людей. Задача
высокая и благодарная и ей долженъ отдаться воспитатель всей душой, съ сердечностью и добротой (ибо безъ этого невозможно помочь „отсталому ). Въ воспитателѣ „отсталый долженъ видѣть и своего лучшаго, добрѣйшаго друга. Воспитатель долженъ быть „идеаломъ для него, долженъ пользоваться громаднымъ авторитетомъ, въ то-же время обладая эластичностью и мягкостью. Всѣ замѣчанія, указанія, наконецъ, выговоры не должны быть рѣзкими и не должны ложиться въ душу „отсталаго мрачнымъ пятномъ—- обиднымъ и горькимъ осадкомъ, а должны быть поняты имъ, какъ забота о его здоровьѣ, какъ добрые совѣты. Строгости по отношенію къ нему не должно быть, она пугаетъ его, но спокойный, недонускающій возраженія тонъ—обязателенъ. Воспитатель долженъ повелѣвать, но этого „отсталый ни въ коемъ случаѣ не долженъ замѣчать. Ему должно предоставить возможно больше видимой свободы (для развитія индивидуальности) и возможно больше не видимаго, но самаго строгаго надъ нимъ контроля.
„Отсталый воспринимаетъ рѣшительно все. На его настроеніе дѣйствуетъ погода, домашняя обстановка, настроеніе близкихъ лю