Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
№ 13 (132)
Под редакцией А. И. Маширова Издание ЦДИ Союза Работников Искусств и Управления Гос. Акад. Театров.
4-й год издания
Вторник, 29 марта 1927 г.
4-й год издания ДЕТАЛИ и ГЛАВНОЕ
Когда «великий немой» забормотал пьяным языком растрат, кутежей, разгильдяйства и насильничества, когда на страницах газет засверкали перлы обвинительных заключений, — то стало ясным, что значение предстоящих судоразбирательств о делах «по ту сторону экрана» приобретет самый широкий общественный характер, при чем в судоразбирательствах этих, без сомнения, детали будут строго отделены от главного.
Под деталями мы разумеем отдельные случаи из «художественной» практики разных кино-организаций, подходящие под рубрику того или иного преступления; под главным — общественное содержание суда над кино-хищниками: выяснение всех причин, тормозящих нормальный рост нашей кино-продукции, удорожающих ее и понижающих ее качество, и — через выяснение — к устранению этих причин.
Но кино-безобразиями дело не исчерпывается. Есть признаки того, что к проветриванию «за-экранных» тайников прибавится проветривание тайников закулисных. Повидимому, в ближайшее время начнет освещаться и темная область «по ту сторону рампы».
Чрезвычайно показательно в этом отношении опубликованное московским «Новым зрителем(№ 12) убедительно протестующее письмо артиста МХАТ 2 Чупрова, вскрывающее за благообразной вывеской благообразнейшего театра нравы, родственные многократно заклейменным кино-нравам. Чупров посвящает свой протест главному. Бесправному, приниженному положению актера перед лицом спаянной «аристократически» — семейной клики, возглавляемой М. А. Чеховым, безраздельно и деспотически властвующей в стенах своего театра, доводящей неугодных ей работников до петли (в буквальном смысле) и прикрывающей свои издевательства «святейшими, христианнейшими наитеософскими» словами.
Но в письме есть деталь, нам, ленинградцам, особенно интересная. Касается она гастролей МХАТ 2 со спектаклем «Потоп» (в зале «Гранд-Паласа», 13 марта с. г. ) Чупров пишет:
... по поводу поездки в Ленинград с «Потопом» — заседание в месткоме, где Берсенов отстаивает права Чехова, как антрепренера спектаклей (курсив Чупрова), набрать соответствующий штат своих людей и, таким образом, оплатить их преданность, где беззастенчиво идут на халтуру, заменяя актера Цибульского помрежем Ермиловым и постоянного исполнителя Антонова, мелкую сошку, получающего 63 руб. жалованья, — своим человеком Громовым. Может быть Ермилов и способный человек (хотя на экзамене в сотрудники его провалили), но какое беззастенчивое отношение к актеру, когда в другое время давая ему (актеру) роль в два слова торжественно твердят, что это роль, что это нужно для искусства и отношение к этому должно быть священнейшим, а завтра будут выпускать на сцену портного, билетера и т. д... »
Как видно, МХАТ 2 отлично знал, какого сорта товар он везет в Ленинград...
Но любопытные подробности гастролей с «Потопом» красочно дополняются еще и следующим полученным редакцией письмом:
«По поводу заметки «Скромные вопросы» в № 12 журнала «Рабочий и Театр», подписанной Н. В.. ий, о гастролях МХАТ 2, «Потопе» и прочем — по пунктам, меня касающимся, сообщаю: «шелест презренного металла» играл рол в организации данных гастролей (да и в каких гастролях без этого? ) но угрызений совести устроители не испытывали, т. к. бы и уверены в доброкачественной продукции славной марки МХАТ 2. Кроме того, в обеспечение качества, с театром МХАТ 2 был подписан договор, в котором было точно оговорено, что правление МХАТ 2 выражает согласие на приезд в Ленинград с полным ансамблем пьесы «Потоп». Затем следует кругленькая сумма и дальше говорится — включая в эту сумму проезд труппы, провоз бутаффории, декораций, костюмов... После того, как «Потопы» уже кончились вышеприведенные строки становятся не лишенными пикантности документами о том, как правление МХАТ 2 выполняет свои обязательства и держит высоко свою марку. Устроители сделали все, что от них зависело и вины за собой не чувствуют. Краснеть же за проделки МХАТ 2 предоставляем ему самому.
Устроитель».
Это, конечно, деталь. Даже мелкая деталь. Для МХАТ 2 — пустяковая афера, какие-нибудь паршивые тысченки; для ленинградского зрителя — два пропащих спектакля, которыми были одинаково обмануты и публика (два полных зала) и устроители. Но из частностей складывается целое, из деталей — главное. Не вскрыв деталей не получим полной картины главного. Пусть же и позорный «Потопзачтется МХАТʼу 2-му при неизбежной, на наш взгляд, процедуре «проветривания».
Нас же, ленинградцев, это «проветривание», будем надеяться, обезопасит также от халтурных налетов именитых и не именитых гастролеров, срывающих сборы и ускользающих во-свояси, оставив у зрителя чувство незаслуженного оскорбления.
№ 13 (132)
Под редакцией А. И. Маширова Издание ЦДИ Союза Работников Искусств и Управления Гос. Акад. Театров.
4-й год издания
Вторник, 29 марта 1927 г.
4-й год издания ДЕТАЛИ и ГЛАВНОЕ
Когда «великий немой» забормотал пьяным языком растрат, кутежей, разгильдяйства и насильничества, когда на страницах газет засверкали перлы обвинительных заключений, — то стало ясным, что значение предстоящих судоразбирательств о делах «по ту сторону экрана» приобретет самый широкий общественный характер, при чем в судоразбирательствах этих, без сомнения, детали будут строго отделены от главного.
Под деталями мы разумеем отдельные случаи из «художественной» практики разных кино-организаций, подходящие под рубрику того или иного преступления; под главным — общественное содержание суда над кино-хищниками: выяснение всех причин, тормозящих нормальный рост нашей кино-продукции, удорожающих ее и понижающих ее качество, и — через выяснение — к устранению этих причин.
Но кино-безобразиями дело не исчерпывается. Есть признаки того, что к проветриванию «за-экранных» тайников прибавится проветривание тайников закулисных. Повидимому, в ближайшее время начнет освещаться и темная область «по ту сторону рампы».
Чрезвычайно показательно в этом отношении опубликованное московским «Новым зрителем(№ 12) убедительно протестующее письмо артиста МХАТ 2 Чупрова, вскрывающее за благообразной вывеской благообразнейшего театра нравы, родственные многократно заклейменным кино-нравам. Чупров посвящает свой протест главному. Бесправному, приниженному положению актера перед лицом спаянной «аристократически» — семейной клики, возглавляемой М. А. Чеховым, безраздельно и деспотически властвующей в стенах своего театра, доводящей неугодных ей работников до петли (в буквальном смысле) и прикрывающей свои издевательства «святейшими, христианнейшими наитеософскими» словами.
Но в письме есть деталь, нам, ленинградцам, особенно интересная. Касается она гастролей МХАТ 2 со спектаклем «Потоп» (в зале «Гранд-Паласа», 13 марта с. г. ) Чупров пишет:
... по поводу поездки в Ленинград с «Потопом» — заседание в месткоме, где Берсенов отстаивает права Чехова, как антрепренера спектаклей (курсив Чупрова), набрать соответствующий штат своих людей и, таким образом, оплатить их преданность, где беззастенчиво идут на халтуру, заменяя актера Цибульского помрежем Ермиловым и постоянного исполнителя Антонова, мелкую сошку, получающего 63 руб. жалованья, — своим человеком Громовым. Может быть Ермилов и способный человек (хотя на экзамене в сотрудники его провалили), но какое беззастенчивое отношение к актеру, когда в другое время давая ему (актеру) роль в два слова торжественно твердят, что это роль, что это нужно для искусства и отношение к этому должно быть священнейшим, а завтра будут выпускать на сцену портного, билетера и т. д... »
Как видно, МХАТ 2 отлично знал, какого сорта товар он везет в Ленинград...
Но любопытные подробности гастролей с «Потопом» красочно дополняются еще и следующим полученным редакцией письмом:
«По поводу заметки «Скромные вопросы» в № 12 журнала «Рабочий и Театр», подписанной Н. В.. ий, о гастролях МХАТ 2, «Потопе» и прочем — по пунктам, меня касающимся, сообщаю: «шелест презренного металла» играл рол в организации данных гастролей (да и в каких гастролях без этого? ) но угрызений совести устроители не испытывали, т. к. бы и уверены в доброкачественной продукции славной марки МХАТ 2. Кроме того, в обеспечение качества, с театром МХАТ 2 был подписан договор, в котором было точно оговорено, что правление МХАТ 2 выражает согласие на приезд в Ленинград с полным ансамблем пьесы «Потоп». Затем следует кругленькая сумма и дальше говорится — включая в эту сумму проезд труппы, провоз бутаффории, декораций, костюмов... После того, как «Потопы» уже кончились вышеприведенные строки становятся не лишенными пикантности документами о том, как правление МХАТ 2 выполняет свои обязательства и держит высоко свою марку. Устроители сделали все, что от них зависело и вины за собой не чувствуют. Краснеть же за проделки МХАТ 2 предоставляем ему самому.
Устроитель».
Это, конечно, деталь. Даже мелкая деталь. Для МХАТ 2 — пустяковая афера, какие-нибудь паршивые тысченки; для ленинградского зрителя — два пропащих спектакля, которыми были одинаково обмануты и публика (два полных зала) и устроители. Но из частностей складывается целое, из деталей — главное. Не вскрыв деталей не получим полной картины главного. Пусть же и позорный «Потопзачтется МХАТʼу 2-му при неизбежной, на наш взгляд, процедуре «проветривания».
Нас же, ленинградцев, это «проветривание», будем надеяться, обезопасит также от халтурных налетов именитых и не именитых гастролеров, срывающих сборы и ускользающих во-свояси, оставив у зрителя чувство незаслуженного оскорбления.